Так и не дождавшись ответа, Мая осторожно толкнула дверь. Она оказалась открыта. Никаких охранных заклятий? Даже самых простых? Это ещё больше удивило Майосотис. Здесь что-то происходило и происходило странное.
Из помпезной в какой-то степени приёмной залы с огромной лестницей вело внутрь особняка несколько дверей и коридоров, в которых чувствовался дух застойности и запустения, ещё незаметный, но уже ощутимый. Тот неуловимый запах пыли и приближающегося забвения, что чувствуется в летних домах, когда приезжаешь туда осенью, уже после окончания летнего сезона. Мая выбрала крайний слева, тот из которого слышались голоса. И снова не ошиблась в своём решении.
Она так и осталась стоять, боясь войти в гостиную и нарушить разговор Ириуса Арийского с мадам Бриар Изумрудной. С каждым словом мадам Бриар дышать становилось труднее и труднее. Мая не сомневалась и раньше, что бабушка, что её настоящая бабушка Кассия Сапфировая не врала перед смертью. Она тогда попросила бывших «коллег» своей дочери умолчать о том, что малышка Майосотис осталась жива. Тогда её звали Незабудкой. Кассия просто переиначила имя внучки на старый манер и дала свою девичью фамилию, а сама взяла её на воспитание. Древний обедневший дворянский род, забытый ещё во времена последней войны между королевствами. В Эрбии они спокойно смогли скрыться,… теперь Мая знала от кого. Кассия Сапфировая просто не хотела отдавать внучку – единственное, что осталось от дочери, что так и не смогла спасти и обрекла на страдания по собственной дурости и глупых правил приличия, соблюдение которых обрекло молодую девушку на ужасную смерть. Кассия прекрасно замела все следы. Да, пожилая травница пыталась спасти свою дочь (её разработки позже помогли самой Мае найти лекарство от серебряной лихорадки), но не смогла….
Мая слушала и плакала. Раньше, в душе, глубоко-глубоко презирала отца, за то, что бросил маму, за то, что бросил её (ещё в детстве), из-за чего не доверяла мужчинам. Ни одному, всегда заключала сделку или же ждала подвоха. Мужчины, особенно богатые, маменькины и папенькины сынки делают, что хотят, но за их поступки несут ответственность другие. Особо остро это утверждение жило в девушке именно после рассказа бабушки Кассии о прошлом Маи и её родителей. Маму Мая не могла возненавидеть, потому что помнила её прикосновения и голос. Её любовь. Мама умерла от болезни – Майосотис знала об этом, но от какой бабушка ей не говорила в детстве, даже просила рассказывать, что мама ушла при родах.
Со временем, конечно, такие яростные взгляды о мужчинах (особенно после смерти бабушки) поутихли. Молодая Мая научилась общаться и даже заключать сделки с противоположным полом, но недоверие жило в ней. Именно из-за него она бросилась следом за Ириусом сюда и теперь стояла тут под дверью. Именно из-за недоверия она находила каждый раз новую причину, а теперь… теперь чувства смешались. Отец на самом деле не предавал. Он любил маму, хотел на ней жениться! Боль, ярость, чувство облегчения, любовь…. Он пытался, но не смог, как когда-то не смогла помочь маме Кассия Сапфировая, не было ни связей, ни знаний. Мальчишка. И всё же он пытался. Он их любил – маму и её Маю. И вот сейчас беззвучно роняя слёзы, Майосотис скрываясь в полутьме коридора, слушала рассказ о прошлых ошибках и прощала своего отца, маму, бабушку Кассию, потому что они пытались исправиться. Даже мадам Бриар Мая чувствовала, что прощает. Жизнь наказала пожилую матрону сполна, оставив её в одиночестве без прошлого и будущего, без денег и власти, без всего, что та любила. Здесь не нужно ничего добавлять. Эта пожилая женщина не стоит ненависти, она достойна только жалости. Мисс Сапфировая беззвучно вздохнула. Единственное, о чём жалела Мая в данный момент, что не прояснила своё прошлое раньше.
Девушка снова вздохнула и невольно прикрыла рот ладонью, когда услышала последние слова пожилой женщины, перед тем, как Ириус с ней попрощался и вышел. Медальон почему-то Маю в этот момент мало волновал. Вернее не волновал вовсе, а вот слова старухи заставили сердце сжаться,… как оно не сжималось уже давно. Да кому она врёт! Конечно, сжималось,… но… осознавать этого, ох, как не хотелось.
- …Я прожила свой век, молодой человек. Я была жестокой морайской орчанкой, я спускала своё состояние на благотворительность, чтобы заглушить боль. И много думала о своём прошлом, – руку с медальоном сухие ломкие пальцы сжали посильнее. – Я помню глаза своего мальчика, когда он пришёл в первый раз, встретив свою Айри, я помню его глаза, когда он её потерял и никогда не прощу себе этого. Его глаза из изумрудных превратились в светло-зелёные, – старуха замолчала ненадолго, а затем продолжила. – Не дайте посветлеть глазам моей внучки. Я вижу у вас взгляд, как у моего мальчика…. Боритесь до конца. – Ириус молча кивнул и убрал медальон себе в карман.
Мая едва успела скрыться за дверью, когда он вышел из залы. Девушка молча утёрла слёзы ладонью, глубоко вздохнула, затем достала платок и даже утёрла нос, что явно покраснел. Давненько она так не плакала, после девушка решила, что дала мужчине достаточно времени, чтобы выйти из особняка, решила направиться следом. Говорить сейчас с мадам Бриар она не хотела. За Лавра не волновалась, он уже уехал и должен прибыть ещё где-то через полчаса. Она за это время просто пройдётся по парку.
В этот самый момент произошло то, чего мисс Сапфировая никак не ожидала. Её позвали.
- Та, что стоит за дверью, заходи, дитя моё, - тихий старческий голос заставил Майосотис вздрогнуть. Давненько с ней такого не было. Заходить не хотелось совершенно, но мадам Бриар снова позвала её, на этот раз настойчивее. – Защита пропустила тебя, как кровную родственницу, значит, тебе стоит показаться мне на глаза, - лукавые нотки в голосе герцогини Изумрудной чем-то очень сильно напомнили её собственные ехидные высказывания. Мая вздохнула очередной раз и решительно открыла дверь в своё прошлое. Достаточно напряталась, хоть и хочется сбежать….
Молодая красавица замерла на пороге. Открытый проём осветил её, показывая, как истинную герцогиню, представительницу своего рода…. Как когда-то юную Гертруду Изумрудную на своем первом балу, где молодой император Нарцисс Седьмой впервые её увидел. Ни молодая жена на сносях, ни три фаворитки, что могли утолить любые желания Его Величества, никто больше не был нужен Нарциссу с того самого дня. Зелёные глаза цвета молодой листвы тогда ещё молоденькой графини (титул герцогини Гертруда получит гораздо позже) покорили короля навсегда.
Светло-зелёные глаза встретились с яркими, более насыщенными изумрудами глаз молодой колдуньи. На секунду повисла тишина: такая вязкая и незнакомая; жадная и с привкусом прошлого; жестокая и полная света, безжалостного света правды. Когда-нибудь всё возвращается, тайное становится явным. Уходить от проблем, а не решать их – это верх глупости. Они настигнут и потребуют к себе внимания. Неумолимо и явно. И ты уже не сможешь отвертеться.
Рваный вдох погряз в этой тишине, как муха в паутине. Мадам Бриар с жадностью всматривающаяся в черты Маи судорожно сжала сухие пальцы на подлокотниках кресла, где сидела в данный момент и резко поднялась. Ириус Норвуд Третий, герцог Арийский не ошибся в своих суждениях.
- Невероятно… - прошептала пожилая женщина. – Теперь понятно…
«Понятно что?» - хотела сказать Мая с самым независимым видом и усесться на край ближайшего диванчика, как истинная слегка экстравагантная леди, что когда-то зацепила своим поведением самого Линтона Столецита. Как когда-то её прабабка одним взмахом прекрасных ресниц отказала Нарциссу Седьмому стать его содержанкой. Девушка просто жаждала так поступить, но… не смогла. Она продолжила стоять, как вкопанная и ждать, пока герцогиня Изумрудная неверными шагами приблизится к ней и протянет дрожащие пальцы к её щеке. Сухая ладонь осторожно коснулась молодой бледной кожи. В светлых глазах старухи появился блеск, которого раньше там явно не было. Кожу слегка защипало. Мая отстранилась и прикоснулась к тому месту, где едва покалывало.
- Ты действительно моя внучка, - прошептала герцогиня. – Ты так похожа на свою прабабушку…
- Заклятие родной крови? – Майосотис отдёрнула ладонь от щеки и поморщилась. – И когда только ритуал провести успели? – прошептала она себе под нос.
- Мне не нужно ритуала, чтобы понять, кто ты, – покачала головой мадам. – Тебя пропустил дом. Древняя магия ни с чем не сравнится. Я давно не ощущала, такого сигнала, когда почувствовала…, мне по связи пришло оповещение, что не только Ириус Арийский прошёл через дверь, но и кто-то в ком есть моя кровь.
- И? Я не почувствовала ни каких охранных заклятий, - Мая нахмурилась. Она и не заметила, как уселась в кресло напротив пожилой мадам.
- Это древняя магия, привилегия, доступная только родственникам королевской крови по прямой линии, - улыбнулась герцогиня грустной улыбкой.
- Королевской крови? Что это значит? – Мая нахмурилась. Она не любила не состыковок в истории.
- Смешно, – ответила одним словом мадам Бриар. – Это же твоя история, девочка. Твоя личная история.
Мая ещё больше свела брови. Она не совсем понимала, в каком направлении разговор идёт, но видимо мадам Бриар считала нужным рассказать, поэтому продолжила:
- Думаю, тебе стоит это знать, - пожилая женщина неожиданно грустно улыбнулась. – Вы проходили в школе историю? Знаешь, кто был второй женой императора?
- Говорили, Нарцисс Седьмой отрёкся от престола спустя пять лет правления, после смерти жены при родах, оставив трон своему дяде, а сам исчез….
- Да, исчез…. Женщины в нашей семье всегда выбирали рискованных мужчин в мужья.
- Зачем вы мне это рассказываете? – тихо спросила Мая. Узнавать окончательно историю любви Нарцисса и Гертруды она не хотела. И так всё ясно где объявился исчезнувший император. Даже понятно, почему он взял фамилию супруги, скрывая своё истинное имя, а учитывая, что до сих пор тайна рода Изумрудных оставалась тайной для общественности…. Майосотис доверили сейчас довольно рискованную информацию.
- Затем, чтобы ты знала своих предков, - мадам Бриар поджала губы и серьёзно посмотрела на внучку. – Знала, чья кровь течёт в твоих жилах. Ты – принцесса. Основная, пусть и тайная ветвь королевской крови.
- Это опасное знание, не говоря уже об угрозе со стороны правящей династии, - рыжеволосая колдунья поморщилась.
- Тем не менее, это твоё наследие. Твои…
- Не только короли были в моём роду, герцогиня Изумрудная, - Мая покачала головой, - и от них я отказываться не собираюсь, – девушка тривиальным образом повела бровью. Усилием воли она не стала скрещивать руки на груди, нечего показывать защищающий жест. Нужно вести себя, как истинная леди.
- Да, досадно,… но с этим ничего не поделаешь, - пожилая женщина вздохнула, – и ведь можно было это предотвратить…
- Отняв меня у матери? А может, вовремя разведя моих родителей? – зелёные глаза полыхнули гневом искрящихся изумрудов. Промолчать не получилось. Нужно было, но вот внутри ещё полыхала обида за маму, за папу. За их перечёркнутые судьбы.
- Не допустив глупых попыток развести твоих родителей, - покачала головой герцогиня, как будто читая её мысли. – Думаешь, милая девочка, я не понимаю, что ты не хочешь иметь ничего общего с родом Изумрудных? Не вижу, как ты смотришь на меня? – Майосотис отвернулась на пару секунд, а потом снова посмотрела в тёмные глаза своей собеседницы, тёмные как её собственные. – Возможно я не правильно начала, хотела… хотела похвастаться тем, какие у нас предки, но… похоже тебя это не волнует….
- Нет, не волнует, - Мая покачала головой. – Больше меня интересует настоящее и будущее, чем прошлое. Его нужно знать, но его не изменить, – девушка встала, машинально схватила свою сумочку, собираясь уйти и… вздохнула. Что-то внутри оборвалось при виде светлеющих зелёных глаз. Неважно, что они говорят друг другу, под словами скрыты совершенно другие эмоции и переживания. Мая сжала ручку своей сумочки, в которой лежали необходимые приспособления для оказания первой помощи. Мая никогда не выходила из дома без минимального набора для лечения. Решение стрельнуло в голове, как и утреннее быстро и ярко…. – А теперь позвольте сделать одно важное дело, – тёмный взгляд молодой травницы переливался различными оттенками. - Осмотреть вас.
- Что? – герцогиня совершенно не ожидающая таких слов удивлённо округлила глаза. Наверно впервые на несколько лет она так явно выражала свои эмоции.
- Ириус передал, что вы очень больны и отказываетесь от лечения, так поступать нельзя. – Мая улыбнулась тихой и какой-то обнадёживающей улыбкой. Против такой улыбки не устоять. Да и мадам Бриар не очень и хотела….
Через сорок с лишним минут Мая вышла из поместья семьи Изумрудных с лёгким чувством покоя. Разговор был тяжёлый, без пререканий и возмущений, обид и преодоления своих же страхов не обошлось, но…. Только сейчас идя бодрым шагом по аллее, девушка поняла, как нужен был ей этот разговор, что оттягивался ей же самой столько лет. Она обещала зайти завтра – на осмотр своей пациентки. Оставаться на более долгий срок в данный момент Мая не могла себе позволить, лавка была предлогом. Девушка очень хотела переговорить ещё кое с кем. И это не терпело отлагательств. Но вот прежде, прежде ей нужно попросить пару знакомых поухаживать за своей… бабушкой. Какой бы сильной не была герцогиня Изумрудная, за ней нужен уход. Мая это прекрасно понимала и собиралась попросить Лавра передать свою просьбу одной знакомой, той, что доверяла. Разумеется, не оглашая истинных причин.
- Вы задержались, мисс, - улыбнулся верный возница, снимая котелок, поприветствовав свою любимую клиентку.
- Нужно было, - Мая улыбнулась. – Выполнишь мою просьбу?
- Разумеется, миледи.
- Нужно передать Иззи, что требуются её услуги сиделки в этом доме.
- Вы слишком добры, дорогая мисс, - улыбнулся Лавр.
- Могу себе позволить, - рыжеволосая колдунья хмыкнула, ловко забираясь в повозку, при помощи твёрдой и надёжной руки возницы.
- Куда теперь едим? Домой?
- Нет. Мне нужно срочно выяснить пару деталей, – зелёные глаза сверкнули решимостью. – К нашему общему знакомому, детали специфические.
- Простите, миледи, а наш общий знакомый Герцог Арийский?
- Он может обождать, - Мая качнула головой и прикрыла глаза. Лавр только пожал плечами и направил лошадей в нужную сторону. Интересно, чем же разгневал девушку молодой герцог? Впрочем, гневной Майосотис Сапфировая-Изумрудная не выглядела, а вот решительно настроенной очень даже.
Городской дом встретил герцога Арийского не только дворецким у входа, но и гостем в малой гостиной, попивающим ароматный травяной чай без сахара. Эмиль Рубиновый восседал в глубоком кресле, как истинный мэтр и смотрел на огонь в камине, как на что-то очень захватывающее. Элегантный, неприступный, мыслями мужчина был явно где-то не здесь. Ириус как услышал о появлении друга по проклятию, сразу же направился в малую гостиную, удивительно, но они действительно за этот месяц успели стать друзьями. Не приятелями, а именно теми, кому можно доверять. Может это общая тайна? Может чутьё? Может события в ночь, массовых арестов? Неизвестно. И всё же такие беседы и встречи стали частыми. Правда перед тем, как Ириус скрылся в малой гостиной Марц успел сообщить ему кое-что интересное.
Из помпезной в какой-то степени приёмной залы с огромной лестницей вело внутрь особняка несколько дверей и коридоров, в которых чувствовался дух застойности и запустения, ещё незаметный, но уже ощутимый. Тот неуловимый запах пыли и приближающегося забвения, что чувствуется в летних домах, когда приезжаешь туда осенью, уже после окончания летнего сезона. Мая выбрала крайний слева, тот из которого слышались голоса. И снова не ошиблась в своём решении.
Она так и осталась стоять, боясь войти в гостиную и нарушить разговор Ириуса Арийского с мадам Бриар Изумрудной. С каждым словом мадам Бриар дышать становилось труднее и труднее. Мая не сомневалась и раньше, что бабушка, что её настоящая бабушка Кассия Сапфировая не врала перед смертью. Она тогда попросила бывших «коллег» своей дочери умолчать о том, что малышка Майосотис осталась жива. Тогда её звали Незабудкой. Кассия просто переиначила имя внучки на старый манер и дала свою девичью фамилию, а сама взяла её на воспитание. Древний обедневший дворянский род, забытый ещё во времена последней войны между королевствами. В Эрбии они спокойно смогли скрыться,… теперь Мая знала от кого. Кассия Сапфировая просто не хотела отдавать внучку – единственное, что осталось от дочери, что так и не смогла спасти и обрекла на страдания по собственной дурости и глупых правил приличия, соблюдение которых обрекло молодую девушку на ужасную смерть. Кассия прекрасно замела все следы. Да, пожилая травница пыталась спасти свою дочь (её разработки позже помогли самой Мае найти лекарство от серебряной лихорадки), но не смогла….
Мая слушала и плакала. Раньше, в душе, глубоко-глубоко презирала отца, за то, что бросил маму, за то, что бросил её (ещё в детстве), из-за чего не доверяла мужчинам. Ни одному, всегда заключала сделку или же ждала подвоха. Мужчины, особенно богатые, маменькины и папенькины сынки делают, что хотят, но за их поступки несут ответственность другие. Особо остро это утверждение жило в девушке именно после рассказа бабушки Кассии о прошлом Маи и её родителей. Маму Мая не могла возненавидеть, потому что помнила её прикосновения и голос. Её любовь. Мама умерла от болезни – Майосотис знала об этом, но от какой бабушка ей не говорила в детстве, даже просила рассказывать, что мама ушла при родах.
Со временем, конечно, такие яростные взгляды о мужчинах (особенно после смерти бабушки) поутихли. Молодая Мая научилась общаться и даже заключать сделки с противоположным полом, но недоверие жило в ней. Именно из-за него она бросилась следом за Ириусом сюда и теперь стояла тут под дверью. Именно из-за недоверия она находила каждый раз новую причину, а теперь… теперь чувства смешались. Отец на самом деле не предавал. Он любил маму, хотел на ней жениться! Боль, ярость, чувство облегчения, любовь…. Он пытался, но не смог, как когда-то не смогла помочь маме Кассия Сапфировая, не было ни связей, ни знаний. Мальчишка. И всё же он пытался. Он их любил – маму и её Маю. И вот сейчас беззвучно роняя слёзы, Майосотис скрываясь в полутьме коридора, слушала рассказ о прошлых ошибках и прощала своего отца, маму, бабушку Кассию, потому что они пытались исправиться. Даже мадам Бриар Мая чувствовала, что прощает. Жизнь наказала пожилую матрону сполна, оставив её в одиночестве без прошлого и будущего, без денег и власти, без всего, что та любила. Здесь не нужно ничего добавлять. Эта пожилая женщина не стоит ненависти, она достойна только жалости. Мисс Сапфировая беззвучно вздохнула. Единственное, о чём жалела Мая в данный момент, что не прояснила своё прошлое раньше.
Девушка снова вздохнула и невольно прикрыла рот ладонью, когда услышала последние слова пожилой женщины, перед тем, как Ириус с ней попрощался и вышел. Медальон почему-то Маю в этот момент мало волновал. Вернее не волновал вовсе, а вот слова старухи заставили сердце сжаться,… как оно не сжималось уже давно. Да кому она врёт! Конечно, сжималось,… но… осознавать этого, ох, как не хотелось.
- …Я прожила свой век, молодой человек. Я была жестокой морайской орчанкой, я спускала своё состояние на благотворительность, чтобы заглушить боль. И много думала о своём прошлом, – руку с медальоном сухие ломкие пальцы сжали посильнее. – Я помню глаза своего мальчика, когда он пришёл в первый раз, встретив свою Айри, я помню его глаза, когда он её потерял и никогда не прощу себе этого. Его глаза из изумрудных превратились в светло-зелёные, – старуха замолчала ненадолго, а затем продолжила. – Не дайте посветлеть глазам моей внучки. Я вижу у вас взгляд, как у моего мальчика…. Боритесь до конца. – Ириус молча кивнул и убрал медальон себе в карман.
Мая едва успела скрыться за дверью, когда он вышел из залы. Девушка молча утёрла слёзы ладонью, глубоко вздохнула, затем достала платок и даже утёрла нос, что явно покраснел. Давненько она так не плакала, после девушка решила, что дала мужчине достаточно времени, чтобы выйти из особняка, решила направиться следом. Говорить сейчас с мадам Бриар она не хотела. За Лавра не волновалась, он уже уехал и должен прибыть ещё где-то через полчаса. Она за это время просто пройдётся по парку.
В этот самый момент произошло то, чего мисс Сапфировая никак не ожидала. Её позвали.
- Та, что стоит за дверью, заходи, дитя моё, - тихий старческий голос заставил Майосотис вздрогнуть. Давненько с ней такого не было. Заходить не хотелось совершенно, но мадам Бриар снова позвала её, на этот раз настойчивее. – Защита пропустила тебя, как кровную родственницу, значит, тебе стоит показаться мне на глаза, - лукавые нотки в голосе герцогини Изумрудной чем-то очень сильно напомнили её собственные ехидные высказывания. Мая вздохнула очередной раз и решительно открыла дверь в своё прошлое. Достаточно напряталась, хоть и хочется сбежать….
Молодая красавица замерла на пороге. Открытый проём осветил её, показывая, как истинную герцогиню, представительницу своего рода…. Как когда-то юную Гертруду Изумрудную на своем первом балу, где молодой император Нарцисс Седьмой впервые её увидел. Ни молодая жена на сносях, ни три фаворитки, что могли утолить любые желания Его Величества, никто больше не был нужен Нарциссу с того самого дня. Зелёные глаза цвета молодой листвы тогда ещё молоденькой графини (титул герцогини Гертруда получит гораздо позже) покорили короля навсегда.
Светло-зелёные глаза встретились с яркими, более насыщенными изумрудами глаз молодой колдуньи. На секунду повисла тишина: такая вязкая и незнакомая; жадная и с привкусом прошлого; жестокая и полная света, безжалостного света правды. Когда-нибудь всё возвращается, тайное становится явным. Уходить от проблем, а не решать их – это верх глупости. Они настигнут и потребуют к себе внимания. Неумолимо и явно. И ты уже не сможешь отвертеться.
Рваный вдох погряз в этой тишине, как муха в паутине. Мадам Бриар с жадностью всматривающаяся в черты Маи судорожно сжала сухие пальцы на подлокотниках кресла, где сидела в данный момент и резко поднялась. Ириус Норвуд Третий, герцог Арийский не ошибся в своих суждениях.
- Невероятно… - прошептала пожилая женщина. – Теперь понятно…
«Понятно что?» - хотела сказать Мая с самым независимым видом и усесться на край ближайшего диванчика, как истинная слегка экстравагантная леди, что когда-то зацепила своим поведением самого Линтона Столецита. Как когда-то её прабабка одним взмахом прекрасных ресниц отказала Нарциссу Седьмому стать его содержанкой. Девушка просто жаждала так поступить, но… не смогла. Она продолжила стоять, как вкопанная и ждать, пока герцогиня Изумрудная неверными шагами приблизится к ней и протянет дрожащие пальцы к её щеке. Сухая ладонь осторожно коснулась молодой бледной кожи. В светлых глазах старухи появился блеск, которого раньше там явно не было. Кожу слегка защипало. Мая отстранилась и прикоснулась к тому месту, где едва покалывало.
- Ты действительно моя внучка, - прошептала герцогиня. – Ты так похожа на свою прабабушку…
- Заклятие родной крови? – Майосотис отдёрнула ладонь от щеки и поморщилась. – И когда только ритуал провести успели? – прошептала она себе под нос.
- Мне не нужно ритуала, чтобы понять, кто ты, – покачала головой мадам. – Тебя пропустил дом. Древняя магия ни с чем не сравнится. Я давно не ощущала, такого сигнала, когда почувствовала…, мне по связи пришло оповещение, что не только Ириус Арийский прошёл через дверь, но и кто-то в ком есть моя кровь.
- И? Я не почувствовала ни каких охранных заклятий, - Мая нахмурилась. Она и не заметила, как уселась в кресло напротив пожилой мадам.
- Это древняя магия, привилегия, доступная только родственникам королевской крови по прямой линии, - улыбнулась герцогиня грустной улыбкой.
- Королевской крови? Что это значит? – Мая нахмурилась. Она не любила не состыковок в истории.
- Смешно, – ответила одним словом мадам Бриар. – Это же твоя история, девочка. Твоя личная история.
Мая ещё больше свела брови. Она не совсем понимала, в каком направлении разговор идёт, но видимо мадам Бриар считала нужным рассказать, поэтому продолжила:
- Думаю, тебе стоит это знать, - пожилая женщина неожиданно грустно улыбнулась. – Вы проходили в школе историю? Знаешь, кто был второй женой императора?
- Говорили, Нарцисс Седьмой отрёкся от престола спустя пять лет правления, после смерти жены при родах, оставив трон своему дяде, а сам исчез….
- Да, исчез…. Женщины в нашей семье всегда выбирали рискованных мужчин в мужья.
- Зачем вы мне это рассказываете? – тихо спросила Мая. Узнавать окончательно историю любви Нарцисса и Гертруды она не хотела. И так всё ясно где объявился исчезнувший император. Даже понятно, почему он взял фамилию супруги, скрывая своё истинное имя, а учитывая, что до сих пор тайна рода Изумрудных оставалась тайной для общественности…. Майосотис доверили сейчас довольно рискованную информацию.
- Затем, чтобы ты знала своих предков, - мадам Бриар поджала губы и серьёзно посмотрела на внучку. – Знала, чья кровь течёт в твоих жилах. Ты – принцесса. Основная, пусть и тайная ветвь королевской крови.
- Это опасное знание, не говоря уже об угрозе со стороны правящей династии, - рыжеволосая колдунья поморщилась.
- Тем не менее, это твоё наследие. Твои…
- Не только короли были в моём роду, герцогиня Изумрудная, - Мая покачала головой, - и от них я отказываться не собираюсь, – девушка тривиальным образом повела бровью. Усилием воли она не стала скрещивать руки на груди, нечего показывать защищающий жест. Нужно вести себя, как истинная леди.
- Да, досадно,… но с этим ничего не поделаешь, - пожилая женщина вздохнула, – и ведь можно было это предотвратить…
- Отняв меня у матери? А может, вовремя разведя моих родителей? – зелёные глаза полыхнули гневом искрящихся изумрудов. Промолчать не получилось. Нужно было, но вот внутри ещё полыхала обида за маму, за папу. За их перечёркнутые судьбы.
- Не допустив глупых попыток развести твоих родителей, - покачала головой герцогиня, как будто читая её мысли. – Думаешь, милая девочка, я не понимаю, что ты не хочешь иметь ничего общего с родом Изумрудных? Не вижу, как ты смотришь на меня? – Майосотис отвернулась на пару секунд, а потом снова посмотрела в тёмные глаза своей собеседницы, тёмные как её собственные. – Возможно я не правильно начала, хотела… хотела похвастаться тем, какие у нас предки, но… похоже тебя это не волнует….
- Нет, не волнует, - Мая покачала головой. – Больше меня интересует настоящее и будущее, чем прошлое. Его нужно знать, но его не изменить, – девушка встала, машинально схватила свою сумочку, собираясь уйти и… вздохнула. Что-то внутри оборвалось при виде светлеющих зелёных глаз. Неважно, что они говорят друг другу, под словами скрыты совершенно другие эмоции и переживания. Мая сжала ручку своей сумочки, в которой лежали необходимые приспособления для оказания первой помощи. Мая никогда не выходила из дома без минимального набора для лечения. Решение стрельнуло в голове, как и утреннее быстро и ярко…. – А теперь позвольте сделать одно важное дело, – тёмный взгляд молодой травницы переливался различными оттенками. - Осмотреть вас.
- Что? – герцогиня совершенно не ожидающая таких слов удивлённо округлила глаза. Наверно впервые на несколько лет она так явно выражала свои эмоции.
- Ириус передал, что вы очень больны и отказываетесь от лечения, так поступать нельзя. – Мая улыбнулась тихой и какой-то обнадёживающей улыбкой. Против такой улыбки не устоять. Да и мадам Бриар не очень и хотела….
Через сорок с лишним минут Мая вышла из поместья семьи Изумрудных с лёгким чувством покоя. Разговор был тяжёлый, без пререканий и возмущений, обид и преодоления своих же страхов не обошлось, но…. Только сейчас идя бодрым шагом по аллее, девушка поняла, как нужен был ей этот разговор, что оттягивался ей же самой столько лет. Она обещала зайти завтра – на осмотр своей пациентки. Оставаться на более долгий срок в данный момент Мая не могла себе позволить, лавка была предлогом. Девушка очень хотела переговорить ещё кое с кем. И это не терпело отлагательств. Но вот прежде, прежде ей нужно попросить пару знакомых поухаживать за своей… бабушкой. Какой бы сильной не была герцогиня Изумрудная, за ней нужен уход. Мая это прекрасно понимала и собиралась попросить Лавра передать свою просьбу одной знакомой, той, что доверяла. Разумеется, не оглашая истинных причин.
- Вы задержались, мисс, - улыбнулся верный возница, снимая котелок, поприветствовав свою любимую клиентку.
- Нужно было, - Мая улыбнулась. – Выполнишь мою просьбу?
- Разумеется, миледи.
- Нужно передать Иззи, что требуются её услуги сиделки в этом доме.
- Вы слишком добры, дорогая мисс, - улыбнулся Лавр.
- Могу себе позволить, - рыжеволосая колдунья хмыкнула, ловко забираясь в повозку, при помощи твёрдой и надёжной руки возницы.
- Куда теперь едим? Домой?
- Нет. Мне нужно срочно выяснить пару деталей, – зелёные глаза сверкнули решимостью. – К нашему общему знакомому, детали специфические.
- Простите, миледи, а наш общий знакомый Герцог Арийский?
- Он может обождать, - Мая качнула головой и прикрыла глаза. Лавр только пожал плечами и направил лошадей в нужную сторону. Интересно, чем же разгневал девушку молодой герцог? Впрочем, гневной Майосотис Сапфировая-Изумрудная не выглядела, а вот решительно настроенной очень даже.
***
Городской дом встретил герцога Арийского не только дворецким у входа, но и гостем в малой гостиной, попивающим ароматный травяной чай без сахара. Эмиль Рубиновый восседал в глубоком кресле, как истинный мэтр и смотрел на огонь в камине, как на что-то очень захватывающее. Элегантный, неприступный, мыслями мужчина был явно где-то не здесь. Ириус как услышал о появлении друга по проклятию, сразу же направился в малую гостиную, удивительно, но они действительно за этот месяц успели стать друзьями. Не приятелями, а именно теми, кому можно доверять. Может это общая тайна? Может чутьё? Может события в ночь, массовых арестов? Неизвестно. И всё же такие беседы и встречи стали частыми. Правда перед тем, как Ириус скрылся в малой гостиной Марц успел сообщить ему кое-что интересное.
