Когда овец вывели с пустыря, на него въехал на гнедом жеребце воин в латах с копьём в руках. С другой стороны на площадку медленно вышел кирод, в котором Суана узнала Ународа.
Воин опустил копьё, направив его на дракона и, пришпорив коня, понёсся в его сторону. Ународ пригнул свою голову, но не сдвинулся с места. Расстояние между противниками быстро сокращалось, и когда оно достигло пары десятков шагов, кирод неожиданно отскочил немного вправо, так что воин с копьём наперевес пронёсся в нескольких шагах от него. Через мгновение кирод махнул своей длинной шеей, словно кистенём, и нанёс своей массивной головой удар в спину воину. Раздался металлический звук, а затем конник вылетел из седла и шлёпнулся на землю. Принцесса услышала грохот железных доспехов и отшатнулась от ограды балкона.
– Какой ужас! – воскликнула она.
Эльтод флегматично посмотрел на неё и снова перевёл взгляд на место боя. Поверженный воин лежал неподвижно, и Ународ спокойно отошёл к своему краю пустыря. Несколько человек подбежали к воину, сняли с него шлем и подняли с земли, поставив на ноги. Опираясь на двоих помощников, он поковылял к своему лагерю.
Началась процедура передачи новой партии овец, по окончании которой на пустырь выехал новый воин на чёрном коне. Он также бросился в атаку на дракона с копьём наперевес, но, когда до него оставалось менее двадцати шагов, подкинул копьё, чтобы поменять хват рукой, после чего резко рванул поводья, притормозив коня и заставив его встать на дыбы, а в этот момент метнул копьё в Ународа, который собирался повторить тот же приём, что и с предыдущим воином.
Копьё попало в дракона чуть выше левой передней лапы, но, не причинив ему вреда, отскочило. Воин вытащил из ножен меч и кинулся прямо к голове кирода, но тот поднялся на задние лапы, и клинок меча рассёк лишь воздух. Сразу после этого Ународ обрушился своей массой на всадника, свалив его на землю вместе с конём.
Но воин сдаваться не собирался. Встав, он, помахивая в воздухе своим мечом, снова направился в сторону дракона, который спокойно ждал, когда он подойдёт. Но когда воин приблизился на довольно опасное расстояние, кирод резко махнул своим мощным хвостом и сбил латника с ног, а когда тот снова попытался встать, последовал ещё один удар хвостом сверху, который окончательно добил воина.
Убедившись, что тот уже не в состоянии продолжать бой, Ународ медленно отошёл на исходную позицию, позволив помощникам унести проигравшего сражение воина в лагерь.
До обеденного времени дракон успел померяться силами ещё с одним воином, который решил идти в бой без лошади. В качестве оружия он выбрал тяжёлую палицу, обитую железом и ощетинившуюся крупными шипами, которую держал в правой руке, и короткий меч в левой. Подобравшись к кироду, воин стал махать палицей перед его мордой, иногда делая выпады мечом. Ународ медленно отступал назад, но в какой-то момент после очередного взмаха воина неожиданно перехватил своей передней лапой палицу и легко отнял её. Воин был настолько ошарашен этим, что даже не попытался увернуться, когда дракон хватил его этой палицей по шлему.
Сделали перерыв. Стоявшие возле лагеря людей кироды отошли к своим сородичам, охранявшим замок, а Ународ, расправив крылья, взлетел и через несколько мгновений опустился на балкон, где стояли Суана с Эльтодом.
– Тебе интересно, принцесса? – обратился он к девушке. – Как тебе понравился наш турнир?
– Эльтод привёл меня, – скучающим тоном ответила Суана. – И это представление мне совсем не нравится.
– Почему? Эти воины бьются ради тебя. Разве это не прекрасно?
– Эти люди бьются не за меня, а за то, чтобы занять трон. Я их не знаю, а они не знают меня, но они хотят на мне жениться. Это мне не нравится. А ещё мне не нравится, что поединки нечестные.
– В чём это заключается, принцесса? Мы бьёмся один на один, и я разрешил использовать любое оружие.
– Все знают, что обычный кирод легко справится даже с несколькими людьми. А ты один из лучших воинов Сана-Кирода.
– В этом вся суть, принцесса. Чтобы заполучить тебя и королевство, нужен необычный воин. Тому, кто замахнулся на такой приз, придётся очень постараться, чтобы победить меня.
Эльтод увёл Суану в замок, чтобы пообедать, а после этого они пришли обратно, чтобы продолжить наблюдать за турниром.
Очередные четыре воина, пытавшиеся одолеть Ународа, сражались на лошадях и использовали тяжёлые копья. Только второй из них потерпел поражение после первой же атаки, будучи снесённым с лошади драконьим хвостом. Остальным удалось удержаться подольше. Первый латник даже сумел нанести Ународу удар копьём, правда, дракон успел увернуться от прямого удара, и копьё лишь скользнуло по толстой чешуйчатой коже. Но победить кирода не удалось никому. Во всех случаях поединок заканчивался сильным ударом хвоста, после которого всадник слетал со своего коня и уже не был в состоянии продолжать бой.
Солнце уже начало цепляться за горы, когда на пустырь вышел последний в этот день конник. Он удивил всех тем, что взял с собой круглый щит. Помчавшись, как и все предыдущие конные воины, с нацеленным на голову копьём, этот латник, доскакав до дракона, неожиданно запустил щитом в его морду. Ународ от такой неожиданности отпрянул назад и отвёл голову в сторону, а воин продолжил атаку копьём и достиг бы цели, но дракон резко завалился на бок, позволив коню перепрыгнуть через него.
Пока воин разворачивал коня, дракон успел подняться и подготовиться к очередной атаке. На этот раз неожиданности не было: как и в самом первом утреннем поединке, в последний момент Ународ отскочил в сторону, пропуская латника мимо себя, и нанёс ему удар головой в спину, что и решило исход поединка.
Первый день состязаний завершился. Все кироды отошли к замку, а люди вернулись в свой лагерь. Эльтод проводил Суану в её комнату и собирался уйти, но принцесса остановила его.
– Останься, пожалуйста, – попросила она его. – Ты же пока не хочешь спать?
– Нет, – ответил он. – А ты?
– После такого зрелища вряд ли я смогу быстро уснуть.
Они уселись на шкурах, разложенных на полу.
– Объясни мне, Эльтод, что это происходит, – обратилась Суана к кироду.
– Я не понимаю твоего вопроса.
– Я говорю обо всём, что произошло: моё похищение, теперь эти состязания. Кому это всё взбрело в голову? Не думаю, что Ународ сам решил всё это предпринять, хотя он сейчас больше всего в выигрыше: почти сотня овец за один день.
– Дядя рискует своей жизнью, выходя на бой, – напомнил Эльтод, – так что это стадо овец – не такая уж большая плата. А что касается того, кто это всё придумал, то я могу тебе сказать только одно: есть договор между дядей и человеком из вашего дворца, и всё, что с тобой произошло, произошло по этому договору.
– Кто этот человек?
– Я не могу тебе сказать.
– Кто бы сомневался.
– Если кто-то может ответить тебе на твои вопросы, то это мой дядя. Я не могу выдавать тебе тайны, которые он сам скрывает от тебя. Возможно, когда ты вернёшься домой, ты сама узнаешь об этом.
– Я уже сомневаюсь в том, что вернусь.
– Почему? Ты же знаешь, что победивший в поединке воин…
– Победивший в поединке? – перебила Эльтода Суана. – Ты сам веришь в это? Человеку победить кирода – это всё равно, что одному пешему воину победить тяжеловооружённого конника.
– Такое случается.
– Да, но твой дядя – слишком опытный воин. Победить его в одиночку немыслимо.
– А ты думала, что первый же ваш воин сможет одолеть моего дядю и стать королём? Таких в вашем королевстве не очень много, скорее всего, единицы.
– Ни одного, – грустно добавила принцесса.
– Тебя так печалит, что в первый день никто не смог победить кирода? Ты так хочешь вернуться во дворец и выйти замуж?
Суана с горечью в глазах посмотрела в лицо Эльтоду.
– Я очень хочу вернуться во дворец, но я не хочу замуж.
– Это же невозможно. Ты покинешь замок только вместе со своим суженым.
– Ну, почему? – плачущим голосом воскликнула принцесса. – Почему я обязана это делать? Почему?
– Мы уже говорили об этом. В жизни, как на дороге, бывают развилки, где ты можешь выбрать, куда пойти: направо или налево; весь остальной путь приходится проделывать только в том направлении, куда ведёт дорога. Разница лишь в том, что в жизни невозможно вернуться обратно. Я делаю то, что обязан делать, и ты будешь делать то, что обязана.
– Я не согласна, – твёрдо ответила Суана. – Я не буду идти в определённом направлении только потому, что туда ведёт дорога. Если мне нужно, я сойду с этой дороги.
– Ещё не поздно отказаться, Вутком, – проговорил Бизуф, глядя в глаза мальчика. – Затея опасная и рискованная.
– Знаю, – ответил принц. – Но я уже решил.
– Хорошо. Только учти, что отступать уже будет нельзя. Теперь ещё немного потренируемся и возвращаемся.
Они продолжили биться на мечах, а через полчаса в сопровождении стражников вернулись во дворец. Бизуф проводил мальчика в его покои, после чего медленно спустился на первый этаж и так же медленно двинулся в сторону кухонного отделения, стараясь не привлекать к себе внимания.
Подойдя к одной из дверей, юноша приложил к ней ухо, затем отворил её и зашёл внутрь. Достав из-за пазухи бутылку с прозрачной жидкостью, он вылил её содержимое на стол, после чего схватил щипцы, выбрал ими небольшой красный уголёк из печи и бросил его на стол. Раздалось шипение, а через мгновение вокруг уголька взвилось голубоватое пламя, которое стало молниеносно распространяться по всему столу. Бросив щипцы, Бизуф вышел из комнаты, тихо притворив за собой дверь и, не торопясь, зашагал обратно в центр дворца, а оттуда – через арку к лестнице.
В это время Вутком с Бислидой находились в своей комнате в ожидании обеда. Мальчик смотрел в окно, а девочка, полулёжа на кровати, рассматривала какую-то книжку с картинками.
– Тебе не кажется, что пахнет гарью? – спросил Вутком.
– Что? – с недовольством спросила Бислида, оторвавшись от книги.
– Запах горелого. Тебе не кажется?
Девочка принюхалась.
– Я чувствую какой-то странный запах в комнате, – сказала она, – но это не запах горелого. Это больше похоже… это похоже на запах каких-то благовоний или ароматических средств.
Внезапно она захлопнула книжку и вскочила с кровати.
– Великий Зомул! Неужели перевернулся один из моих флаконов?!
Бислида подбежала к своему трюмо и принялась открывать один за другим ящички, чтобы убедиться в том, что её парфюмерия не пострадала.
– Хвала Зомулу, всё нормально, – с облегчением вздохнула она, закончив проверку.
– Да говорю же тебе, пахнет гарью, – с настойчивостью проговорил её брат, продолжая смотреть в окно. – Что-то горит.
– Что может гореть? – с равнодушной снисходительностью откликнулась девочка, лениво подходя к окну. – Ничего тут нет.
– А я чувствую запах, – настаивал Вутком. – По-моему, какой-то дымок идёт слева.
Бислида посмотрела в указанном братом направлении.
– Я ничего там не вижу, – меланхолично произнесла она. – Правда, там какие-то люди бегут к дворцу. Может, действительно пожар?
Пока она продолжала изучать пейзаж за окном, Вутком бочком отошёл от окна, присел и, нащупав на полу конец нити, поднял его и с силой дёрнул. С тихим стуком небольшой подсвечник с горящими на нём пятью свечами рухнул на подушку, которая заранее была подставлена под него.
Увлечённая бегущими в сторону дворцовой кухни Бислида не обратила внимания на звук упавшего подсвечника и не увидела, как голубоватое пламя быстро побежало по развешанным на стене занавесям и гобеленам. Вутком как ни в чём не бывало вернулся к окну, делая вид, что с интересом смотрит на то, что происходит за дворцовыми стенами. Лишь через пару минут, когда огонь заполыхал вдоль всей стены комнаты, Бислида, наконец, обернулась.
– А-а! Вутком! Пожар! Комната горит! – закричала она во всю мочь.
Пламенем была объята именно та часть комнаты, где находилась дверь, и прибежавшие на крик стражники уже не могли войти в комнату, а дети не имели возможности выбраться из неё. Один из стражников побежал за помощью, а второй стал пытаться потушить огонь своими силами. Бислида продолжала метаться по комнате и вопить, а Вутком, как мог, успокаивал её, обещая, что всё будет в порядке.
Во дворце к этому моменту уже возникла паника из-за пожара на кухне. Несколько десятков людей, среди которых были и повара с кухарками, и стражники, и слуги, расталкивая друг друга, бежали с кадками за водой, а потом возвращались, выливая их содержимое в пламя. Известие о пожаре распространилось по дворцу ещё быстрее, чем само пламя, и коридоры наполнились мечущимися без толку канилами и прислужниками, сановниками и стражниками.
Одному из стражников со специальным треугольным значком на груди, указывающим на его офицерский чин, не повезло: он проходил рядом с лестницей, когда могучий удар по шлему заставил его растянуться на полу. Те же руки, что нанесли ему этот удар, потащили его бесчувственное тело под лестницу, а через несколько минут напавший на него вышел оттуда в его доспехах с опущенным на лицо забралом.
Он быстро поднялся на второй этаж, где также люди бегали по коридору в поисках воды для тушения пламени. Не обращая внимания на окружающих, неизвестный прошёл к комнате, охраняемой двумя алебардистами.
– Что вы стоите здесь, олухи! – закричал он на них. – Принц Вутком и принцесса Бислида в опасности! Бегом к их покоям.
Стражники, немного растерявшись, переглянулись, а затем побежали по коридору к комнате королевских отпрысков. Проводив их взглядом, неизвестный зашёл в комнату, в середине которой стояли перепуганные Аэсельфала и Авкортия.
– Что происходит? – спросила Аэсельфала. – Почему этот шум?
Вошедший снял шлем. Это был Бизуф.
– Нет времени всё объяснять, Ваше Высочество, – сказал он. – Я пришёл, чтобы спасти вашу дочь.
– Кто вы такой? – с настороженностью и страхом спросила Аэсельфала.
– Меня зовут Бизуф, Ваше Высочество. Я занимаюсь верховой ездой и боевыми тренировками с принцем Вуткомом. Это я передавал письма от него вашей дочери, и я предупредил вас об отравлении.
– Я вас помню, – откликнулась Авкортия. – Вы…
– Подожди, – прервала её Аэсельфала. – Почему я должна вам верить?
– Вашей дочери угрожает опасность, – спокойно ответил Бизуф. – Те, кто хотел вас отравить, попытаются устранить её другим способом. Я могу вывезти Авкортию из крепости в безопасное место, пока вас не выпустят из дворца. Решайтесь, Ваше Высочество, другого шанса у меня не будет. Вутком сейчас также подвергает себя риску, чтобы помочь мне.
Аэсельфала колебалась, не зная, какое решение принять.
– А что будет со мной? – спросила она.
– К сожалению, двоих забрать я не могу. Но вам без дочери опасность не угрожает.
Принцесса всё ещё не знала, как ей поступить.
– Ваше Высочество, стражники могут вернуться сюда в любую минуту. Времени очень мало, – поторопил её Бизуф.
– Авкортия… – повернувшись к дочери, промолвила Аэсельфала дрожащими губами.
– Я согласна, мама! – твёрдо ответила та. – Лучше рискнуть, чем торчать в этой комнате в неизвестности.
Не дожидаясь ответа от принцессы, Бизуф напялил шлем на голову девочки, затем стал снимать с себя остальные доспехи и одевать их на неё. Аэсельфала отрешённо смотрела на этот процесс.
Воин опустил копьё, направив его на дракона и, пришпорив коня, понёсся в его сторону. Ународ пригнул свою голову, но не сдвинулся с места. Расстояние между противниками быстро сокращалось, и когда оно достигло пары десятков шагов, кирод неожиданно отскочил немного вправо, так что воин с копьём наперевес пронёсся в нескольких шагах от него. Через мгновение кирод махнул своей длинной шеей, словно кистенём, и нанёс своей массивной головой удар в спину воину. Раздался металлический звук, а затем конник вылетел из седла и шлёпнулся на землю. Принцесса услышала грохот железных доспехов и отшатнулась от ограды балкона.
– Какой ужас! – воскликнула она.
Эльтод флегматично посмотрел на неё и снова перевёл взгляд на место боя. Поверженный воин лежал неподвижно, и Ународ спокойно отошёл к своему краю пустыря. Несколько человек подбежали к воину, сняли с него шлем и подняли с земли, поставив на ноги. Опираясь на двоих помощников, он поковылял к своему лагерю.
Началась процедура передачи новой партии овец, по окончании которой на пустырь выехал новый воин на чёрном коне. Он также бросился в атаку на дракона с копьём наперевес, но, когда до него оставалось менее двадцати шагов, подкинул копьё, чтобы поменять хват рукой, после чего резко рванул поводья, притормозив коня и заставив его встать на дыбы, а в этот момент метнул копьё в Ународа, который собирался повторить тот же приём, что и с предыдущим воином.
Копьё попало в дракона чуть выше левой передней лапы, но, не причинив ему вреда, отскочило. Воин вытащил из ножен меч и кинулся прямо к голове кирода, но тот поднялся на задние лапы, и клинок меча рассёк лишь воздух. Сразу после этого Ународ обрушился своей массой на всадника, свалив его на землю вместе с конём.
Но воин сдаваться не собирался. Встав, он, помахивая в воздухе своим мечом, снова направился в сторону дракона, который спокойно ждал, когда он подойдёт. Но когда воин приблизился на довольно опасное расстояние, кирод резко махнул своим мощным хвостом и сбил латника с ног, а когда тот снова попытался встать, последовал ещё один удар хвостом сверху, который окончательно добил воина.
Убедившись, что тот уже не в состоянии продолжать бой, Ународ медленно отошёл на исходную позицию, позволив помощникам унести проигравшего сражение воина в лагерь.
До обеденного времени дракон успел померяться силами ещё с одним воином, который решил идти в бой без лошади. В качестве оружия он выбрал тяжёлую палицу, обитую железом и ощетинившуюся крупными шипами, которую держал в правой руке, и короткий меч в левой. Подобравшись к кироду, воин стал махать палицей перед его мордой, иногда делая выпады мечом. Ународ медленно отступал назад, но в какой-то момент после очередного взмаха воина неожиданно перехватил своей передней лапой палицу и легко отнял её. Воин был настолько ошарашен этим, что даже не попытался увернуться, когда дракон хватил его этой палицей по шлему.
Сделали перерыв. Стоявшие возле лагеря людей кироды отошли к своим сородичам, охранявшим замок, а Ународ, расправив крылья, взлетел и через несколько мгновений опустился на балкон, где стояли Суана с Эльтодом.
– Тебе интересно, принцесса? – обратился он к девушке. – Как тебе понравился наш турнир?
– Эльтод привёл меня, – скучающим тоном ответила Суана. – И это представление мне совсем не нравится.
– Почему? Эти воины бьются ради тебя. Разве это не прекрасно?
– Эти люди бьются не за меня, а за то, чтобы занять трон. Я их не знаю, а они не знают меня, но они хотят на мне жениться. Это мне не нравится. А ещё мне не нравится, что поединки нечестные.
– В чём это заключается, принцесса? Мы бьёмся один на один, и я разрешил использовать любое оружие.
– Все знают, что обычный кирод легко справится даже с несколькими людьми. А ты один из лучших воинов Сана-Кирода.
– В этом вся суть, принцесса. Чтобы заполучить тебя и королевство, нужен необычный воин. Тому, кто замахнулся на такой приз, придётся очень постараться, чтобы победить меня.
Эльтод увёл Суану в замок, чтобы пообедать, а после этого они пришли обратно, чтобы продолжить наблюдать за турниром.
Очередные четыре воина, пытавшиеся одолеть Ународа, сражались на лошадях и использовали тяжёлые копья. Только второй из них потерпел поражение после первой же атаки, будучи снесённым с лошади драконьим хвостом. Остальным удалось удержаться подольше. Первый латник даже сумел нанести Ународу удар копьём, правда, дракон успел увернуться от прямого удара, и копьё лишь скользнуло по толстой чешуйчатой коже. Но победить кирода не удалось никому. Во всех случаях поединок заканчивался сильным ударом хвоста, после которого всадник слетал со своего коня и уже не был в состоянии продолжать бой.
Солнце уже начало цепляться за горы, когда на пустырь вышел последний в этот день конник. Он удивил всех тем, что взял с собой круглый щит. Помчавшись, как и все предыдущие конные воины, с нацеленным на голову копьём, этот латник, доскакав до дракона, неожиданно запустил щитом в его морду. Ународ от такой неожиданности отпрянул назад и отвёл голову в сторону, а воин продолжил атаку копьём и достиг бы цели, но дракон резко завалился на бок, позволив коню перепрыгнуть через него.
Пока воин разворачивал коня, дракон успел подняться и подготовиться к очередной атаке. На этот раз неожиданности не было: как и в самом первом утреннем поединке, в последний момент Ународ отскочил в сторону, пропуская латника мимо себя, и нанёс ему удар головой в спину, что и решило исход поединка.
Первый день состязаний завершился. Все кироды отошли к замку, а люди вернулись в свой лагерь. Эльтод проводил Суану в её комнату и собирался уйти, но принцесса остановила его.
– Останься, пожалуйста, – попросила она его. – Ты же пока не хочешь спать?
– Нет, – ответил он. – А ты?
– После такого зрелища вряд ли я смогу быстро уснуть.
Они уселись на шкурах, разложенных на полу.
– Объясни мне, Эльтод, что это происходит, – обратилась Суана к кироду.
– Я не понимаю твоего вопроса.
– Я говорю обо всём, что произошло: моё похищение, теперь эти состязания. Кому это всё взбрело в голову? Не думаю, что Ународ сам решил всё это предпринять, хотя он сейчас больше всего в выигрыше: почти сотня овец за один день.
– Дядя рискует своей жизнью, выходя на бой, – напомнил Эльтод, – так что это стадо овец – не такая уж большая плата. А что касается того, кто это всё придумал, то я могу тебе сказать только одно: есть договор между дядей и человеком из вашего дворца, и всё, что с тобой произошло, произошло по этому договору.
– Кто этот человек?
– Я не могу тебе сказать.
– Кто бы сомневался.
– Если кто-то может ответить тебе на твои вопросы, то это мой дядя. Я не могу выдавать тебе тайны, которые он сам скрывает от тебя. Возможно, когда ты вернёшься домой, ты сама узнаешь об этом.
– Я уже сомневаюсь в том, что вернусь.
– Почему? Ты же знаешь, что победивший в поединке воин…
– Победивший в поединке? – перебила Эльтода Суана. – Ты сам веришь в это? Человеку победить кирода – это всё равно, что одному пешему воину победить тяжеловооружённого конника.
– Такое случается.
– Да, но твой дядя – слишком опытный воин. Победить его в одиночку немыслимо.
– А ты думала, что первый же ваш воин сможет одолеть моего дядю и стать королём? Таких в вашем королевстве не очень много, скорее всего, единицы.
– Ни одного, – грустно добавила принцесса.
– Тебя так печалит, что в первый день никто не смог победить кирода? Ты так хочешь вернуться во дворец и выйти замуж?
Суана с горечью в глазах посмотрела в лицо Эльтоду.
– Я очень хочу вернуться во дворец, но я не хочу замуж.
– Это же невозможно. Ты покинешь замок только вместе со своим суженым.
– Ну, почему? – плачущим голосом воскликнула принцесса. – Почему я обязана это делать? Почему?
– Мы уже говорили об этом. В жизни, как на дороге, бывают развилки, где ты можешь выбрать, куда пойти: направо или налево; весь остальной путь приходится проделывать только в том направлении, куда ведёт дорога. Разница лишь в том, что в жизни невозможно вернуться обратно. Я делаю то, что обязан делать, и ты будешь делать то, что обязана.
– Я не согласна, – твёрдо ответила Суана. – Я не буду идти в определённом направлении только потому, что туда ведёт дорога. Если мне нужно, я сойду с этой дороги.
Глава 31. Пожар во дворце.
– Ещё не поздно отказаться, Вутком, – проговорил Бизуф, глядя в глаза мальчика. – Затея опасная и рискованная.
– Знаю, – ответил принц. – Но я уже решил.
– Хорошо. Только учти, что отступать уже будет нельзя. Теперь ещё немного потренируемся и возвращаемся.
Они продолжили биться на мечах, а через полчаса в сопровождении стражников вернулись во дворец. Бизуф проводил мальчика в его покои, после чего медленно спустился на первый этаж и так же медленно двинулся в сторону кухонного отделения, стараясь не привлекать к себе внимания.
Подойдя к одной из дверей, юноша приложил к ней ухо, затем отворил её и зашёл внутрь. Достав из-за пазухи бутылку с прозрачной жидкостью, он вылил её содержимое на стол, после чего схватил щипцы, выбрал ими небольшой красный уголёк из печи и бросил его на стол. Раздалось шипение, а через мгновение вокруг уголька взвилось голубоватое пламя, которое стало молниеносно распространяться по всему столу. Бросив щипцы, Бизуф вышел из комнаты, тихо притворив за собой дверь и, не торопясь, зашагал обратно в центр дворца, а оттуда – через арку к лестнице.
В это время Вутком с Бислидой находились в своей комнате в ожидании обеда. Мальчик смотрел в окно, а девочка, полулёжа на кровати, рассматривала какую-то книжку с картинками.
– Тебе не кажется, что пахнет гарью? – спросил Вутком.
– Что? – с недовольством спросила Бислида, оторвавшись от книги.
– Запах горелого. Тебе не кажется?
Девочка принюхалась.
– Я чувствую какой-то странный запах в комнате, – сказала она, – но это не запах горелого. Это больше похоже… это похоже на запах каких-то благовоний или ароматических средств.
Внезапно она захлопнула книжку и вскочила с кровати.
– Великий Зомул! Неужели перевернулся один из моих флаконов?!
Бислида подбежала к своему трюмо и принялась открывать один за другим ящички, чтобы убедиться в том, что её парфюмерия не пострадала.
– Хвала Зомулу, всё нормально, – с облегчением вздохнула она, закончив проверку.
– Да говорю же тебе, пахнет гарью, – с настойчивостью проговорил её брат, продолжая смотреть в окно. – Что-то горит.
– Что может гореть? – с равнодушной снисходительностью откликнулась девочка, лениво подходя к окну. – Ничего тут нет.
– А я чувствую запах, – настаивал Вутком. – По-моему, какой-то дымок идёт слева.
Бислида посмотрела в указанном братом направлении.
– Я ничего там не вижу, – меланхолично произнесла она. – Правда, там какие-то люди бегут к дворцу. Может, действительно пожар?
Пока она продолжала изучать пейзаж за окном, Вутком бочком отошёл от окна, присел и, нащупав на полу конец нити, поднял его и с силой дёрнул. С тихим стуком небольшой подсвечник с горящими на нём пятью свечами рухнул на подушку, которая заранее была подставлена под него.
Увлечённая бегущими в сторону дворцовой кухни Бислида не обратила внимания на звук упавшего подсвечника и не увидела, как голубоватое пламя быстро побежало по развешанным на стене занавесям и гобеленам. Вутком как ни в чём не бывало вернулся к окну, делая вид, что с интересом смотрит на то, что происходит за дворцовыми стенами. Лишь через пару минут, когда огонь заполыхал вдоль всей стены комнаты, Бислида, наконец, обернулась.
– А-а! Вутком! Пожар! Комната горит! – закричала она во всю мочь.
Пламенем была объята именно та часть комнаты, где находилась дверь, и прибежавшие на крик стражники уже не могли войти в комнату, а дети не имели возможности выбраться из неё. Один из стражников побежал за помощью, а второй стал пытаться потушить огонь своими силами. Бислида продолжала метаться по комнате и вопить, а Вутком, как мог, успокаивал её, обещая, что всё будет в порядке.
Во дворце к этому моменту уже возникла паника из-за пожара на кухне. Несколько десятков людей, среди которых были и повара с кухарками, и стражники, и слуги, расталкивая друг друга, бежали с кадками за водой, а потом возвращались, выливая их содержимое в пламя. Известие о пожаре распространилось по дворцу ещё быстрее, чем само пламя, и коридоры наполнились мечущимися без толку канилами и прислужниками, сановниками и стражниками.
Одному из стражников со специальным треугольным значком на груди, указывающим на его офицерский чин, не повезло: он проходил рядом с лестницей, когда могучий удар по шлему заставил его растянуться на полу. Те же руки, что нанесли ему этот удар, потащили его бесчувственное тело под лестницу, а через несколько минут напавший на него вышел оттуда в его доспехах с опущенным на лицо забралом.
Он быстро поднялся на второй этаж, где также люди бегали по коридору в поисках воды для тушения пламени. Не обращая внимания на окружающих, неизвестный прошёл к комнате, охраняемой двумя алебардистами.
– Что вы стоите здесь, олухи! – закричал он на них. – Принц Вутком и принцесса Бислида в опасности! Бегом к их покоям.
Стражники, немного растерявшись, переглянулись, а затем побежали по коридору к комнате королевских отпрысков. Проводив их взглядом, неизвестный зашёл в комнату, в середине которой стояли перепуганные Аэсельфала и Авкортия.
– Что происходит? – спросила Аэсельфала. – Почему этот шум?
Вошедший снял шлем. Это был Бизуф.
– Нет времени всё объяснять, Ваше Высочество, – сказал он. – Я пришёл, чтобы спасти вашу дочь.
– Кто вы такой? – с настороженностью и страхом спросила Аэсельфала.
– Меня зовут Бизуф, Ваше Высочество. Я занимаюсь верховой ездой и боевыми тренировками с принцем Вуткомом. Это я передавал письма от него вашей дочери, и я предупредил вас об отравлении.
– Я вас помню, – откликнулась Авкортия. – Вы…
– Подожди, – прервала её Аэсельфала. – Почему я должна вам верить?
– Вашей дочери угрожает опасность, – спокойно ответил Бизуф. – Те, кто хотел вас отравить, попытаются устранить её другим способом. Я могу вывезти Авкортию из крепости в безопасное место, пока вас не выпустят из дворца. Решайтесь, Ваше Высочество, другого шанса у меня не будет. Вутком сейчас также подвергает себя риску, чтобы помочь мне.
Аэсельфала колебалась, не зная, какое решение принять.
– А что будет со мной? – спросила она.
– К сожалению, двоих забрать я не могу. Но вам без дочери опасность не угрожает.
Принцесса всё ещё не знала, как ей поступить.
– Ваше Высочество, стражники могут вернуться сюда в любую минуту. Времени очень мало, – поторопил её Бизуф.
– Авкортия… – повернувшись к дочери, промолвила Аэсельфала дрожащими губами.
– Я согласна, мама! – твёрдо ответила та. – Лучше рискнуть, чем торчать в этой комнате в неизвестности.
Не дожидаясь ответа от принцессы, Бизуф напялил шлем на голову девочки, затем стал снимать с себя остальные доспехи и одевать их на неё. Аэсельфала отрешённо смотрела на этот процесс.
