Пока мы идём вдоль гор, прикрытые лесом, кироды Табайета нас не заметят, а думруты будут преследовать нас.
– Наверное, Шихтап прав, принцесса, – заключил Элахис. – Нужно идти дальше.
– Мы к вечеру дойдём до Пажгулана, – сообщил хафрун. – Это довольно высокая гора. Возле неё удобные пещеры для ночлега, а утром мы сделаем последний переход до вашей страны.
– Тогда не будем медлить, – сказала Суана.
Люди тронулись в дорогу. Собрав все запасы еды и воды, напившись вволю, они зашагали на юг по извилистым тропам в лесу, держась ближе к горам.
После полудня солнце скрылось за тучами, затем задул сильный ветер, который не так сильно ощущался в лесу, но спустя ещё некоторое время начался дождь, постепенно переросший в ливень, а ливень, в свою очередь перешёл в град, который засыпал бредущих по лесу людей льдинками величиной с фасолинки. Впрочем, град скоро сменился тихим дождём, а он через несколько минут угас.
Вновь выглянуло солнце. Тучи медленно отползли в сторону гор, а промокшие люди всё шли, ощущая, как их одежда медленно сохнет на мягком тёплом ветру. Ветер ушёл вместе с тучами подобно пастуху, прогнавшему своё стадо в горы и исчезнувшему вслед за ним.
– Смотрите, там над горами огромные птицы! – раздался детский голос.
Люди повернули головы и увидели летящих вдоль горной цепи киродов. Их было не менее дюжины, и, судя по тому, как медленно и хаотично они передвигались, стало ясно, что кироды ведут поиск.
– Они ищут нас, – сказал Шихтап, указывая на драконью разведку. – Но через горы они не перелетят.
– Всё равно, мне жутко смотреть на них, – ответила Суана.
В течение дня люди ещё несколько раз видели пролетающих вдалеке киродов. Очевидно, что те поставили себе цель во что бы то ни стало найти беглецов и облетали всю территорию, которая была им доступна.
– Они уже наверняка знают от думрутов, что мы идём по земле Табайета, – продолжил Шихтап, – и пытаются выследить нас на расстоянии. Но пока мы в лесу, нас не видно из-за деревьев.
– Скажи, Шихтап, а здесь есть деревни людей? – спросила принцесса.
– В земле Табайета люди не живут, – ответил хафрун. – Кироды не доверяют вам.
– Но люди живут в землях Ународа, – возразила Суана.
– Это верно. Ународ не такой дракон, как другие. Он хорошо понимает людей и знает, как с ними себя вести. Ународ вообще хорошо понимает всех и на определённых условиях позволяет им селиться у себя.
– В этом он прав, – задумчиво проговорила принцесса. – Я бы тоже хотела, чтобы в Мегалии жили все существа, что обитают в Сана-Кироде.
– Смешно это слышать от человека, Суана, – усмехнулся хафрун. – Вы легко истребляете друг друга – что уж говорить о прочих существах.
– Можешь смеяться сколько угодно. Если я стану королевой, я сделаю всё, чтобы в нашем королевстве жили все, кто хочет.
– Ну-ну. Сразу видно, что ты ещё молода, Суана. Когда ты станешь королевой, тебе объяснят, почему это невозможно.
– Ты считаешь, что в Мегалии кироды, хафруны, думруты и ракаты жить не могут?
– Конечно, не могут. Люди не дадут им там жить, как бы ты этого не хотела. И возможно, что это правильно. Каждый должен жить отдельно, на своей территории и не мешать другим. Тогда всем будет хорошо.
– Но Ународ позволяет…
– Ународ делает большую ошибку. Думруты, ракаты и хафруны ему не угрожают. По крайней мере, сейчас. Но людей бы я не пускал.
– Почему?
– Потому что вы опасны.
– Я разговаривала с людьми, которые живут в Сана-Кироде. Они довольны и не угрожают киродам.
– Да, Суана, они довольны, потому что в Мегалии им жилось намного хуже, и они сбежали оттуда. А что будет, если жизнь в Мегалии станет лучше, чем здесь?
Принцесса на мгновенье задумалась.
– Когда в Мегалии станет лучше жить, чем здесь, кто-то из людей, возможно, захочет вернуться к нам.
– Да, возможно, кто-то и вернётся. Но подумай о том, что эти люди годами создавали здесь свои хозяйства, а кто-то даже родился на этой земле и не представляет себе другого места для житья. Зачем же им уезжать из обжитого места в такую прекрасную страну, как ваше королевство? Лучше, чтобы ваше прекрасное королевство переехало к ним.
– О чём ты, Шихтап?
– О том, что те люди, которые живут в Сана-Кироде, в случае войны будут помогать вашей армии уничтожать киродов.
– Надеюсь, что мы больше не будем воевать.
– Когда-нибудь война будет.
– Мне бы только добраться до Мегалии, – пообещала Суана, – и я остановлю войну.
– Ты можешь остановить её сейчас, – печально изрёк хафрун, – но кто знает, что будет, когда на вашем троне будет сидеть другая королева? Когда-нибудь война случится, и я уверен, что люди, в конце концов, уничтожат Сана-Кирод.
– Мне жаль это слышать, Шихтап. Мне не хотелось бы, чтобы ваш мир исчез. Я всё же надеюсь на то, что люди смогут жить со всеми обитателями Сана-Кирода в мире. И ты мог бы мне в этом помочь.
– Я? Чем?
– Ты умный, хорошо знаешь Сана-Кирод и его жителей. Я бы взяла тебя в советники.
Шихтап хмыкнул и покачал головой.
– Я не поеду в вашу страну. Прости, Суана, но жить среди людей я не смогу.
– Почему?
– Я уже сказал: мы слишком свободный народ, чтобы кому-то подчиняться. Даже с киродами можно договориться о чём-то, а с вами ни о чём договариваться нельзя. Вы можете отказаться от своего слова в любой момент.
– Откуда ты знаешь людей, если всегда жил здесь, в лесу?
– Наш лес, Суана, это большая академия. Ты сама сказала, что я хорошо знаю свою страну, как и многие другие хафруны. Мы не очень заметные, но мы живём повсюду. Но с людьми жить не получится. Если вы завоюете Сана-Кирод, наш народ исчезнет.
Ближе к вечеру люди устроили короткий привал перед последним переходом к Пажгулану. Во время этого привала принцесса увидела, как старик Судубаит зовёт её. Когда она подошла к нему, Судубаит отвёл Суану в сторону и без обиняков спросил:
– Ты и вправду принцесса Суана?
– Да, – удивлённо ответила девушка.
– А этот хафрун давно тебе знаком?
– Третий день.
– Третий день всего? – полушёпотом воскликнул старик. – И ты согласилась с ним идти?
– У меня не было другого выхода, – призналась принцесса. – Я была в лесу одна, не зная куда идти, а он предложил помощь.
– Хафрун предложил тебе помощь, а ты согласилась?
– Что здесь такого?
– А то, что хафрун никогда ничего не делает просто так. Он что-то потребовал от тебя?
– Нет. Что он может от меня требовать? В этой стране у меня ничего нет. Когда Шихтап узнал, что я сбежала от киродов, он решил мне помочь вернуться в Мегалию. Он ненавидит киродов и думрутов, поэтому помогает мне.
– Хоть ты и принцесса, но ты годишься мне во внучки, и я хочу, чтобы ты была осторожна с ним. Хафруны ненавидят людей не меньше, чем киродов и думрутов. Они вообще никого не любят кроме себя. Я не верю, что твой хафрун просто так решил спасти тебя.
– Веришь ты или нет, но я убедилась в том, что Шихтап мне друг. Он помог мне уйти от киродов, помог утолить жажду и голод, а самое главное – он помог мне спасти вас из плена и рабства, и именно ему вы должны быть благодарны за то, что он ведёт вас в Мегалию.
– Да, – задумчиво произнёс Судубаит, – всё, что ты говоришь, заставляет верить ему, но я прожил в этой стране слишком долго, и хорошо знаю её обитателей. Никто не любит хафрунов, потому что им нельзя доверять. Они слишком хитрые и коварные, думают только о себе и своих сородичах, а тех, кто им доверяет, готовы легко продать. Я был бы рад ошибиться, но хочу, чтобы ты была внимательна с этим хафруном и остерегалась. Никто не знает, что он замыслил и что творится в его голове. Послушай мои слова: не выпускай его из поля своего зрения – всегда следи за тем, что он делает.
– Я благодарна тебе, Судубаит, за твой совет, – со всей вежливостью ответила принцесса. – И постараюсь следовать ему. Но я уверена, что ты ошибаешься в Шихтапе. Если бы он что-то хотел получить от меня, ему совершенно не нужно было бы злоумышлять против нас. Я ему предлагала поехать вместе со мной в Мегалию, где он и его сородичи будут окружены самой лучшей заботой, но Шихтап отказался. Что ещё может доказать чистоту его намерений.
– Не знаю, принцесса. Возможно, он надеется на что-то большее, чем то, что ты предлагаешь ему.
Суана покачала головой, но ничего не ответила. Вскоре люди поднялись и продолжили свой путь. Солнце ещё не успело сесть, когда Шихтап показал на высокую гору впереди.
– Это Пажгулан, – сказал он. – За ней дорога в твою страну.
У принцессы от восторга затрепетало сердце.
– Неужели мы скоро окажемся на родине? – радостно спросила она.
– Как я уже говорил, у горы мы переночуем, а завтра утром двинемся дальше. До полудня ты и твои люди будут в Мегалии.
– Ты не передумал насчёт моего приглашения поехать со мной?
– Суана, я уже сказал: мне у вас делать нечего. Я доведу вас до границы и вернусь обратно. Мне нужно, чтобы не было войны, чтобы мы могли жить свободно в своих лесах.
Несмотря на то, что Пажгулан был виден ещё днём, добираться до горы пришлось очень долго. Лишь поздно вечером, а точнее уже ночью беглецы смогли подойти к горе.
Шихтап провёл людей в большой грот под горой и помог развести костры, чтобы легче было провести ночь. Люди, изнемогая от усталости, повально укладывались спать, и Элахису с трудом удалось собрать несколько человек, которые должны были по очереди охранять лагерь и следить за кострами.
Суана тоже устала. Она устроилась возле одного из костров вместе с Шихтапом и почти сразу уснула.
Почувствовав сильный холод, Суана оглянулась и увидела детей-призраков, стоявших в паре шагов от неё.
– Как вы здесь оказались? – спросила она.
– Мы давно не грелись у костра, – ответила девочка. – Поэтому пришли сюда.
– Почему же вы не пойдёте к своим родителям, дети? Они ведь тоже здесь.
– У нас мало времени, – неожиданно проговорил мальчик скрипучим, как у думрутов, голосом. – Мы хотим, чтобы ты снова спасла людей.
– Что ты говоришь? – испугалась принцесса. – Мы и так пытаемся спастись. Завтра мы доберёмся до границы и окажемся дома.
– У тебя не будет завтра, если ты не поторопишься, – проскрипел мальчик. – У тебя не будет завтра! У тебя не будет завтра! У тебя не будет завтра!
Суана проснулась. В голове её продолжал звучать жуткий голос призрака. Девушка попыталась успокоиться, но сон никак не хотел забываться.
Принцесса осмотрелась. Была глубокая ночь. За исключением пары человек, наблюдавших за кострами, все остальные люди спали. Суана закрыла глаза, чтобы снова уснуть, но внезапно вскочила с места и стала оглядываться вокруг.
Шихтапа не было. Девушка обошла весь лагерь, внимательно осмотрев спящих, но хафруна найти не смогла. Она вышла из грота и посмотрела кругом. Стояла полная тишина. Высокие кроны деревьев почти полностью закрывали небо, нависая сверху, словно великаны, готовящиеся напасть.
Пройдя немного вперёд, Суана оглянулась назад. Слабое свечение от огней, разожжённых в убежище, скрытом под горой, почему-то добавляло жути в общую картину. Девушка подняла голову, чтобы осмотреть гору и увидела ярко-красный мерцающий огонёк на её вершине.
Принцесса вбежала в грот и схватила две первые попавшие ей на глаза кирки.
– Что случилось, принцесса? – спросил её один из дежурных, но она быстро выбежала наружу.
Суана стала лихорадочно искать путь, по которому можно взобраться на гору. Найдя более или менее подходящий пологий склон, она принялась подниматься по нему, орудуя кирками в руках: поочерёдно вбивая их в землю, принцесса карабкалась по склону, стараясь как можно быстрее подняться наверх.
В какой-то момент подъём стал настолько крутым, что девушке пришлось буквально вползать на гору, но она упорно продолжала лезть, пока не выбралась на достаточно ровную площадку. Несмотря на темень, Суана сумела разглядеть тропу, постепенно поднимающуюся вдоль горы. Принцесса побежала вверх по пути, обвивающим гору серпантином и позволяющим добраться до вершины.
Долго бежать Суана не смогла, и постепенно сменила бег на быстрый шаг, но останавливаться она не стала. Девушке было трудно дышать, и она не знала, сколько времени прошло с того момента, когда она начала своё восхождение, но её заботило только одно: поскорее добраться до вершины.
Когда, наконец, принцесса поднялась на самый верх горы, её обдал сильный порыв холодного ветра. Тяжело дыша, Суана медленно подошла к большому костру, горевшему в середине площадки. Порывы ветра на несколько мгновений почти тушили огонь, но как только ветер стихал, пламя разгоралось с ещё большей силой. Возле костра стоял маленький человечек, который аккуратно подкладывал толстые ветки, чтобы поддерживать огонь.
– Кому ты подаёшь сигнал, Шихтап? – крикнула принцесса, подходя к нему.
Хафрун испуганно выронил ветку, которую пытался заботливо просунуть в костёр.
– Чиссадаут! Как ты оказалась здесь, Суана? – изумлённо воскликнул он.
– Кому ты подаёшь сигнал? – повторила девушка, поигрывая кирками в руках и гневно глядя на съёжившегося карлика. – Отвечай немедленно!
– Я не подаю сигнала, Суана, – пожав плечами, с заискивающей улыбкой ответил Шихтап, – Я пришёл сюда, чтобы сверху осмотреть местность, по которой мы завтра будем идти. Мне стало холодно, и я развёл костёр, чтобы согреться.
– Ты принимаешь меня за глупую девочку, которая поверит твоим лживым словам? – вскричала принцесса, продолжая двигаться к хафруну.
– Что ты, Суана! Мы же друзья! – качая головой, сказал он, пятясь от неё. – Я столько сделал, чтобы спасти тебя и других людей. За что ты обижаешь меня?
– Ложь! У хафрунов не бывает друзей. Вы думаете только о себе, и на людей вам наплевать. Всё, что ты делаешь, делаешь для своей пользы. Отвечай, кому посылал сигнал, или я убью тебя!
– Клянусь, что я не собирался никому сигналить, Суана. Ты делаешь ошибку!
– Ах, ошибку!
Принцесса бросилась к костру и начала с яростью разбрасывать поленья в разные стороны, работая кирками в обеих руках. Хафрун отскочил назад, когда несколько веток упали у самых его ног. А девушка продолжала со злостью затаптывать остатки разрушенного костра.
Улыбка пропала с лица Шихтапа. Он выхватил свой меч и выставил вперёд.
– Я не хотел причинять тебе боль, Суана, – медленно проговорил он. – Но ты сама напросилась на это. Брось эти топоры и встань на колени, если не хочешь, чтобы я тебя обездвижил.
– Жалкий карлик! – с презрением бросила принцесса. – Как смеешь ты, ничтожество, требовать от будущей королевы встать на колени?!
Шихтап бросился на неё с мечом, но Суана отбила его удар киркой в левой руке, одновременно делая выпад правой. Хафрун уклонился от удара, отходя в сторону. Принцессе было непривычно биться кирками, к тому же у неё никогда не было противников такого небольшого роста. Шихтап ловко уворачивался от её ударов, делая выпады своим мечом. Несколько раз он чуть не проколол девушку, и только благодаря многочисленным тренировкам сначала в Тилугеме, а затем и в Сана-Кироде, она сумела избежать серьёзного ранения.
С какого-то момента Суана стала привыкать к тому необычному оружию, которое оказалось у неё в руках, и даже выработала для себя тактику боя, которая заключалась в том, чтобы киркой в левой руке отбивать удары противника, а другой киркой сразу же наносить ответный удар с размаху сверху. В силу малого роста именно такие атаки были самыми опасными для Шихтапа.
– Наверное, Шихтап прав, принцесса, – заключил Элахис. – Нужно идти дальше.
– Мы к вечеру дойдём до Пажгулана, – сообщил хафрун. – Это довольно высокая гора. Возле неё удобные пещеры для ночлега, а утром мы сделаем последний переход до вашей страны.
– Тогда не будем медлить, – сказала Суана.
Люди тронулись в дорогу. Собрав все запасы еды и воды, напившись вволю, они зашагали на юг по извилистым тропам в лесу, держась ближе к горам.
После полудня солнце скрылось за тучами, затем задул сильный ветер, который не так сильно ощущался в лесу, но спустя ещё некоторое время начался дождь, постепенно переросший в ливень, а ливень, в свою очередь перешёл в град, который засыпал бредущих по лесу людей льдинками величиной с фасолинки. Впрочем, град скоро сменился тихим дождём, а он через несколько минут угас.
Вновь выглянуло солнце. Тучи медленно отползли в сторону гор, а промокшие люди всё шли, ощущая, как их одежда медленно сохнет на мягком тёплом ветру. Ветер ушёл вместе с тучами подобно пастуху, прогнавшему своё стадо в горы и исчезнувшему вслед за ним.
– Смотрите, там над горами огромные птицы! – раздался детский голос.
Люди повернули головы и увидели летящих вдоль горной цепи киродов. Их было не менее дюжины, и, судя по тому, как медленно и хаотично они передвигались, стало ясно, что кироды ведут поиск.
– Они ищут нас, – сказал Шихтап, указывая на драконью разведку. – Но через горы они не перелетят.
– Всё равно, мне жутко смотреть на них, – ответила Суана.
В течение дня люди ещё несколько раз видели пролетающих вдалеке киродов. Очевидно, что те поставили себе цель во что бы то ни стало найти беглецов и облетали всю территорию, которая была им доступна.
– Они уже наверняка знают от думрутов, что мы идём по земле Табайета, – продолжил Шихтап, – и пытаются выследить нас на расстоянии. Но пока мы в лесу, нас не видно из-за деревьев.
– Скажи, Шихтап, а здесь есть деревни людей? – спросила принцесса.
– В земле Табайета люди не живут, – ответил хафрун. – Кироды не доверяют вам.
– Но люди живут в землях Ународа, – возразила Суана.
– Это верно. Ународ не такой дракон, как другие. Он хорошо понимает людей и знает, как с ними себя вести. Ународ вообще хорошо понимает всех и на определённых условиях позволяет им селиться у себя.
– В этом он прав, – задумчиво проговорила принцесса. – Я бы тоже хотела, чтобы в Мегалии жили все существа, что обитают в Сана-Кироде.
– Смешно это слышать от человека, Суана, – усмехнулся хафрун. – Вы легко истребляете друг друга – что уж говорить о прочих существах.
– Можешь смеяться сколько угодно. Если я стану королевой, я сделаю всё, чтобы в нашем королевстве жили все, кто хочет.
– Ну-ну. Сразу видно, что ты ещё молода, Суана. Когда ты станешь королевой, тебе объяснят, почему это невозможно.
– Ты считаешь, что в Мегалии кироды, хафруны, думруты и ракаты жить не могут?
– Конечно, не могут. Люди не дадут им там жить, как бы ты этого не хотела. И возможно, что это правильно. Каждый должен жить отдельно, на своей территории и не мешать другим. Тогда всем будет хорошо.
– Но Ународ позволяет…
– Ународ делает большую ошибку. Думруты, ракаты и хафруны ему не угрожают. По крайней мере, сейчас. Но людей бы я не пускал.
– Почему?
– Потому что вы опасны.
– Я разговаривала с людьми, которые живут в Сана-Кироде. Они довольны и не угрожают киродам.
– Да, Суана, они довольны, потому что в Мегалии им жилось намного хуже, и они сбежали оттуда. А что будет, если жизнь в Мегалии станет лучше, чем здесь?
Принцесса на мгновенье задумалась.
– Когда в Мегалии станет лучше жить, чем здесь, кто-то из людей, возможно, захочет вернуться к нам.
– Да, возможно, кто-то и вернётся. Но подумай о том, что эти люди годами создавали здесь свои хозяйства, а кто-то даже родился на этой земле и не представляет себе другого места для житья. Зачем же им уезжать из обжитого места в такую прекрасную страну, как ваше королевство? Лучше, чтобы ваше прекрасное королевство переехало к ним.
– О чём ты, Шихтап?
– О том, что те люди, которые живут в Сана-Кироде, в случае войны будут помогать вашей армии уничтожать киродов.
– Надеюсь, что мы больше не будем воевать.
– Когда-нибудь война будет.
– Мне бы только добраться до Мегалии, – пообещала Суана, – и я остановлю войну.
– Ты можешь остановить её сейчас, – печально изрёк хафрун, – но кто знает, что будет, когда на вашем троне будет сидеть другая королева? Когда-нибудь война случится, и я уверен, что люди, в конце концов, уничтожат Сана-Кирод.
– Мне жаль это слышать, Шихтап. Мне не хотелось бы, чтобы ваш мир исчез. Я всё же надеюсь на то, что люди смогут жить со всеми обитателями Сана-Кирода в мире. И ты мог бы мне в этом помочь.
– Я? Чем?
– Ты умный, хорошо знаешь Сана-Кирод и его жителей. Я бы взяла тебя в советники.
Шихтап хмыкнул и покачал головой.
– Я не поеду в вашу страну. Прости, Суана, но жить среди людей я не смогу.
– Почему?
– Я уже сказал: мы слишком свободный народ, чтобы кому-то подчиняться. Даже с киродами можно договориться о чём-то, а с вами ни о чём договариваться нельзя. Вы можете отказаться от своего слова в любой момент.
– Откуда ты знаешь людей, если всегда жил здесь, в лесу?
– Наш лес, Суана, это большая академия. Ты сама сказала, что я хорошо знаю свою страну, как и многие другие хафруны. Мы не очень заметные, но мы живём повсюду. Но с людьми жить не получится. Если вы завоюете Сана-Кирод, наш народ исчезнет.
Ближе к вечеру люди устроили короткий привал перед последним переходом к Пажгулану. Во время этого привала принцесса увидела, как старик Судубаит зовёт её. Когда она подошла к нему, Судубаит отвёл Суану в сторону и без обиняков спросил:
– Ты и вправду принцесса Суана?
– Да, – удивлённо ответила девушка.
– А этот хафрун давно тебе знаком?
– Третий день.
– Третий день всего? – полушёпотом воскликнул старик. – И ты согласилась с ним идти?
– У меня не было другого выхода, – призналась принцесса. – Я была в лесу одна, не зная куда идти, а он предложил помощь.
– Хафрун предложил тебе помощь, а ты согласилась?
– Что здесь такого?
– А то, что хафрун никогда ничего не делает просто так. Он что-то потребовал от тебя?
– Нет. Что он может от меня требовать? В этой стране у меня ничего нет. Когда Шихтап узнал, что я сбежала от киродов, он решил мне помочь вернуться в Мегалию. Он ненавидит киродов и думрутов, поэтому помогает мне.
– Хоть ты и принцесса, но ты годишься мне во внучки, и я хочу, чтобы ты была осторожна с ним. Хафруны ненавидят людей не меньше, чем киродов и думрутов. Они вообще никого не любят кроме себя. Я не верю, что твой хафрун просто так решил спасти тебя.
– Веришь ты или нет, но я убедилась в том, что Шихтап мне друг. Он помог мне уйти от киродов, помог утолить жажду и голод, а самое главное – он помог мне спасти вас из плена и рабства, и именно ему вы должны быть благодарны за то, что он ведёт вас в Мегалию.
– Да, – задумчиво произнёс Судубаит, – всё, что ты говоришь, заставляет верить ему, но я прожил в этой стране слишком долго, и хорошо знаю её обитателей. Никто не любит хафрунов, потому что им нельзя доверять. Они слишком хитрые и коварные, думают только о себе и своих сородичах, а тех, кто им доверяет, готовы легко продать. Я был бы рад ошибиться, но хочу, чтобы ты была внимательна с этим хафруном и остерегалась. Никто не знает, что он замыслил и что творится в его голове. Послушай мои слова: не выпускай его из поля своего зрения – всегда следи за тем, что он делает.
– Я благодарна тебе, Судубаит, за твой совет, – со всей вежливостью ответила принцесса. – И постараюсь следовать ему. Но я уверена, что ты ошибаешься в Шихтапе. Если бы он что-то хотел получить от меня, ему совершенно не нужно было бы злоумышлять против нас. Я ему предлагала поехать вместе со мной в Мегалию, где он и его сородичи будут окружены самой лучшей заботой, но Шихтап отказался. Что ещё может доказать чистоту его намерений.
– Не знаю, принцесса. Возможно, он надеется на что-то большее, чем то, что ты предлагаешь ему.
Суана покачала головой, но ничего не ответила. Вскоре люди поднялись и продолжили свой путь. Солнце ещё не успело сесть, когда Шихтап показал на высокую гору впереди.
– Это Пажгулан, – сказал он. – За ней дорога в твою страну.
У принцессы от восторга затрепетало сердце.
– Неужели мы скоро окажемся на родине? – радостно спросила она.
– Как я уже говорил, у горы мы переночуем, а завтра утром двинемся дальше. До полудня ты и твои люди будут в Мегалии.
– Ты не передумал насчёт моего приглашения поехать со мной?
– Суана, я уже сказал: мне у вас делать нечего. Я доведу вас до границы и вернусь обратно. Мне нужно, чтобы не было войны, чтобы мы могли жить свободно в своих лесах.
Несмотря на то, что Пажгулан был виден ещё днём, добираться до горы пришлось очень долго. Лишь поздно вечером, а точнее уже ночью беглецы смогли подойти к горе.
Шихтап провёл людей в большой грот под горой и помог развести костры, чтобы легче было провести ночь. Люди, изнемогая от усталости, повально укладывались спать, и Элахису с трудом удалось собрать несколько человек, которые должны были по очереди охранять лагерь и следить за кострами.
Суана тоже устала. Она устроилась возле одного из костров вместе с Шихтапом и почти сразу уснула.
Глава 39. Предательство.
Почувствовав сильный холод, Суана оглянулась и увидела детей-призраков, стоявших в паре шагов от неё.
– Как вы здесь оказались? – спросила она.
– Мы давно не грелись у костра, – ответила девочка. – Поэтому пришли сюда.
– Почему же вы не пойдёте к своим родителям, дети? Они ведь тоже здесь.
– У нас мало времени, – неожиданно проговорил мальчик скрипучим, как у думрутов, голосом. – Мы хотим, чтобы ты снова спасла людей.
– Что ты говоришь? – испугалась принцесса. – Мы и так пытаемся спастись. Завтра мы доберёмся до границы и окажемся дома.
– У тебя не будет завтра, если ты не поторопишься, – проскрипел мальчик. – У тебя не будет завтра! У тебя не будет завтра! У тебя не будет завтра!
Суана проснулась. В голове её продолжал звучать жуткий голос призрака. Девушка попыталась успокоиться, но сон никак не хотел забываться.
Принцесса осмотрелась. Была глубокая ночь. За исключением пары человек, наблюдавших за кострами, все остальные люди спали. Суана закрыла глаза, чтобы снова уснуть, но внезапно вскочила с места и стала оглядываться вокруг.
Шихтапа не было. Девушка обошла весь лагерь, внимательно осмотрев спящих, но хафруна найти не смогла. Она вышла из грота и посмотрела кругом. Стояла полная тишина. Высокие кроны деревьев почти полностью закрывали небо, нависая сверху, словно великаны, готовящиеся напасть.
Пройдя немного вперёд, Суана оглянулась назад. Слабое свечение от огней, разожжённых в убежище, скрытом под горой, почему-то добавляло жути в общую картину. Девушка подняла голову, чтобы осмотреть гору и увидела ярко-красный мерцающий огонёк на её вершине.
Принцесса вбежала в грот и схватила две первые попавшие ей на глаза кирки.
– Что случилось, принцесса? – спросил её один из дежурных, но она быстро выбежала наружу.
Суана стала лихорадочно искать путь, по которому можно взобраться на гору. Найдя более или менее подходящий пологий склон, она принялась подниматься по нему, орудуя кирками в руках: поочерёдно вбивая их в землю, принцесса карабкалась по склону, стараясь как можно быстрее подняться наверх.
В какой-то момент подъём стал настолько крутым, что девушке пришлось буквально вползать на гору, но она упорно продолжала лезть, пока не выбралась на достаточно ровную площадку. Несмотря на темень, Суана сумела разглядеть тропу, постепенно поднимающуюся вдоль горы. Принцесса побежала вверх по пути, обвивающим гору серпантином и позволяющим добраться до вершины.
Долго бежать Суана не смогла, и постепенно сменила бег на быстрый шаг, но останавливаться она не стала. Девушке было трудно дышать, и она не знала, сколько времени прошло с того момента, когда она начала своё восхождение, но её заботило только одно: поскорее добраться до вершины.
Когда, наконец, принцесса поднялась на самый верх горы, её обдал сильный порыв холодного ветра. Тяжело дыша, Суана медленно подошла к большому костру, горевшему в середине площадки. Порывы ветра на несколько мгновений почти тушили огонь, но как только ветер стихал, пламя разгоралось с ещё большей силой. Возле костра стоял маленький человечек, который аккуратно подкладывал толстые ветки, чтобы поддерживать огонь.
– Кому ты подаёшь сигнал, Шихтап? – крикнула принцесса, подходя к нему.
Хафрун испуганно выронил ветку, которую пытался заботливо просунуть в костёр.
– Чиссадаут! Как ты оказалась здесь, Суана? – изумлённо воскликнул он.
– Кому ты подаёшь сигнал? – повторила девушка, поигрывая кирками в руках и гневно глядя на съёжившегося карлика. – Отвечай немедленно!
– Я не подаю сигнала, Суана, – пожав плечами, с заискивающей улыбкой ответил Шихтап, – Я пришёл сюда, чтобы сверху осмотреть местность, по которой мы завтра будем идти. Мне стало холодно, и я развёл костёр, чтобы согреться.
– Ты принимаешь меня за глупую девочку, которая поверит твоим лживым словам? – вскричала принцесса, продолжая двигаться к хафруну.
– Что ты, Суана! Мы же друзья! – качая головой, сказал он, пятясь от неё. – Я столько сделал, чтобы спасти тебя и других людей. За что ты обижаешь меня?
– Ложь! У хафрунов не бывает друзей. Вы думаете только о себе, и на людей вам наплевать. Всё, что ты делаешь, делаешь для своей пользы. Отвечай, кому посылал сигнал, или я убью тебя!
– Клянусь, что я не собирался никому сигналить, Суана. Ты делаешь ошибку!
– Ах, ошибку!
Принцесса бросилась к костру и начала с яростью разбрасывать поленья в разные стороны, работая кирками в обеих руках. Хафрун отскочил назад, когда несколько веток упали у самых его ног. А девушка продолжала со злостью затаптывать остатки разрушенного костра.
Улыбка пропала с лица Шихтапа. Он выхватил свой меч и выставил вперёд.
– Я не хотел причинять тебе боль, Суана, – медленно проговорил он. – Но ты сама напросилась на это. Брось эти топоры и встань на колени, если не хочешь, чтобы я тебя обездвижил.
– Жалкий карлик! – с презрением бросила принцесса. – Как смеешь ты, ничтожество, требовать от будущей королевы встать на колени?!
Шихтап бросился на неё с мечом, но Суана отбила его удар киркой в левой руке, одновременно делая выпад правой. Хафрун уклонился от удара, отходя в сторону. Принцессе было непривычно биться кирками, к тому же у неё никогда не было противников такого небольшого роста. Шихтап ловко уворачивался от её ударов, делая выпады своим мечом. Несколько раз он чуть не проколол девушку, и только благодаря многочисленным тренировкам сначала в Тилугеме, а затем и в Сана-Кироде, она сумела избежать серьёзного ранения.
С какого-то момента Суана стала привыкать к тому необычному оружию, которое оказалось у неё в руках, и даже выработала для себя тактику боя, которая заключалась в том, чтобы киркой в левой руке отбивать удары противника, а другой киркой сразу же наносить ответный удар с размаху сверху. В силу малого роста именно такие атаки были самыми опасными для Шихтапа.
