Видя трещины на теле дракона, Кьяра решила, что нескольких ударов будет достаточно для его разрушения. Призвав сгусток энергии хаоса, она кинула его в переплетение трещин, второй шарик последовал следом за ним, но попал в стену. Дракон пронзительно заскрипел от боли и взлетел, намереваясь отомстить своему обидчику. Потоки воздуха, вызванные крыльями, опрокинули всех, кто находился поблизости. Огромная полупрозрачная туша приземлилась рядом с Кьярой. Хвост дракона, описав дугу, ударился о магический щит тифлингессы. Удар был очень мощный, и девушка поняла, что надолго ее защиты не хватит. Оказавшиеся поблизости Суман и Задар ринулись ей на помощь. Клинок красного отколол от змея приличного размера кусок, однако дракон отшвырнул гвардейца, словно песчинку. Суман попробовал отвлечь внимание на себя, но его атака прошла неудачно. Кристаллическая пасть сомкнулась на руке, сминая латы и кости. Смертельно побелев, бирюзовый попытался воткнуть второй меч в голову твари, прямо в сияющий глаз. Ударившись о надбровную дугу, клинок сломался пополам. Не разжимая челюстей, дракон поволок эльфа в сторону Кьяры. Серповидные когти пробили магический барьер, разорвав одежду и оставив глубокую рану на бедре. Девушка рефлекторно заслонилась пламенем, но огонь ему был совсем не страшен. Раздался хлопок, и Эридан встал между драконом и чародейкой. Крикнув, вонзил удлинившееся лезвие меча в сплетение множества трещин. Солнечный свет, вспыхнув, прошел сквозь кристаллы, рассыпая по стенам и потолку каскад разноцветных солнечных зайчиков. Издав стон, дракон распался на множество крупных и мелких обломков. Суман упал, и его осыпало дождем из кристаллов.
- Все нормально? - спросил паладин, слегка обернувшись к тифлингессе.
Та коротко кивнула. Она легко отделалась, не успев даже испугаться. Было приятно, что ей на помощь кинулись и гвардейцы, и Эридан. Паладин провел по ее ране лечащим прикосновением, затем подошел к бирюзовому, проверяя его состояние. Тот был жив и в сознании, но, судя по всему, рука была сильно повреждена. Задар поднялся и, слегка пошатываясь, подошел к белобрысому, коротко о чем-то спросил бирюзового. Девушка не стала прислушиваться, осела на осыпанный кристаллами пол. Эльфы и волки, добив последние очаги сопротивления рыцарей, разбрелись среди тел. Арум, подскочив к лежащим на земле Меллоту и Лаемару, приступил к магическому лечению.
Эридан подошел к дракониду:
- Как они?
- Жить будут, - пробормотал Арум, - но они все еще без сознания. От них не будет пользы на поле боя.
- И не надо, - твердо сказал паладин. - Пусть полежат где-нибудь в безопасности.
Жрец кивнул и выкинул рог единорога, исчерпавший запас целительной энергии. Гвардейцы оттащили раненых к лестнице, к ним присоединился окончательно охромевший великан. Элледин сел рядом с израненным волком и погладил по меху, уложив голову на колени. Зрение постепенно начало возвращаться к нему, хотя глаза были мутными от выступающих слез, а кожа вокруг - обоженно-красной.
Кьяра закинула несколько кусков кристалла в сумку, чтобы изучить их после. Наткнувшись на оставшееся зелье, она опрокинула его в себя, пока длится минутная передышка. Паладин коснулся помятого зубами наплечника, из-под гладкой маски шлема раздался горестный вздох:
- Неоир будет не в восторге...
Воздух наэлектризовался от сильной магии, волосы на затылке у чародейки встали дыбом. Раздался голос, который, казалось, доносился отовсюду:
- Я хотела решить все миром!
Под резным потолком появилась фигура крылатой женщины. Волосы цвета осенней листвы были заплетены в тугую длинную косу, а кожа сияла солнечной позолотой. Одеяние, сочетающее в себе несколько оттенков золотого, оранжевого и красного, слегка драпировало тонкую фигуру. Она была без преувеличения ослепительно прекрасна.
- Я отправила тебе Маленур и предложила мирный договор, но ты не захотел слушать. Страна Фей отринула тебя, я лично запечатала все порталы, но ты нашел могущественных патронов. Я надеялась, ты пришел просить милости, ведь кем бы ты ни был, ты - кровь от крови этой земли... Я даю тебе последний шанс.
Не сказав ни слова в ответ, паладин выставил вперед щит и меч, изготовившись для битвы. Женщина произнесла короткую фразу. Волна вибраций и покалывания прокатилась по коже, Эридана оторвало от земли и с громким металлическим лязгом впечатало в ближайшую стену, щит отлетел в сторону. Тифлингесса почувствовала, что произошли какие-то изменения. Заклинания, наложенные на нее Эриданом, прекратили действовать.
Недолго думая, девушка взмыла под потолок, поближе к архифее, попыталась дернуть на себя нити жизненных сил, иссушить золотистое тело, а параллельно с этим спутать ее разум. Титания, как и Оберон, была словно из камня. Заклинания не оказали никакого эффекта, и девушка испугалась. Если магия на нее не действует, то это конец, пронеслось в голове тифлингессы.
Эридан вскочил на ноги, сделал несколько шагов и с хлопком исчез, чтобы появиться в воздухе рядом с королевой фей. Рука в латной перчатке ухватилась за тонкую босую ногу. Королева закричала, увлекаемая вниз тяжестью паладина в полных латах. Взмахнув палочкой, она попыталась чем-то заколдовать противника, но магический предмет с хлопком и дымом исчез из ее руки, с отчетливым звоном упав куда-то на пол. Титания сделал еще один отчаянный взмах крыльями, но силы окончательно покинули ее, и они с паладином рухнули на осыпанный обломками пол. Воспользовавшись моментом, все три ведьмы подлетели к упавшей королеве. Вспышки заклинаний озарили зал, но все они рассыпались, не достигнув цели, словно архифею окружал барьер, поглощающий магию. Заметив это, ведьмы трусливо кинулись врассыпную. Подстегивая их ужас, из галереи, находящейся за троном, показался огромный дрейк с чешуей, переливающейся разными оттенками серебра и золота. Арадрив и Задар, не сговариваясь, выступили вперед, чтобы не дать зверю прорваться. Красный подозвал волка, чтобы взять создание в кольцо, но то оказалось слишком сильным и быстрым. Отшвырнув волка ударом хвоста, дрейк полоснул Задара длинными серповидными когтями. Скрипнув по металлу, они вонзились в уязвимое сочленение наплечной брони и нагрудника, глубоко вошли в плоть, и мощная лапа отшвырнула его, как досадную помеху. Поспешивший на помощь Арадрив вогнал лезвие в плечо дрейка, но не успел увернуться от пасти. По-змеиному быстро тварь схватила его зубами. Кровь брызнула сильным толчком, синий обмяк, выпустив меч. Крикнув, Каленгил нанес рубящий удар прямо по шее дрейка, заставив выпустить друга из пасти. Арадрив безвольно упал на пол.
Оглушенный падением паладин ослабил хватку, Титания высвободила ногу и расправила помятые крылья. Кьяра поняла, что ей ни в коем случае нельзя снова дать взлететь. Коснувшись алого кристалла, чародейка обернулась огромной обезьяной. В два скачка сократив дистанцию, девушка обхватила фигурку архифеи цепкими обезьяньими руками. Яростно закричав, та затрепыхалась, пытаясь выскользнуть, но беспомощно обвисла, ослабленная зельем, что выпила Кьяра. Руки обезьяны сжались сильней, проверяя на прочность кости королевы. Так вновь закричала от боли и бессилия.
Поднявшись, паладин сделал аккуратный взмах мечом, и красивая головка Титании отделилась от тела вместе с обрубком толстой золотистой косы. В глазах ее мелькнула вспышка лезвия, мгновенное удивление. Как и Оберон, это могущественное, без преувеличения, богоподобное создание не ожидало, что ее растопчут жалкие смертные с помощью жалкого оружия и примитивной магии. Кьяра отпустила обмякший труп, а белобрысый склонился над ним с магической флягой.
Дрейк рассыпался на дождь из переливающейся чешуи, обернувшись златовласой эльфийкой. Каленгил на мгновение замешкался, и этого оказалось достаточно. Послышался громкий раскат грома, и воздушная волна оттолкнула зеленого гвардейца. Девушка-дрейк кинулась наутек, а Каленгил, поднявшись, подбежал к истекающему кровью Арадриву.
Сменив облик, Кьяра атаковала убегающую фигуру. Волна резкого громкого звука достигла цели, и эльфийка схватилась за голову, но в следующее мгновение уже растворилась в воздухе. Ведьмы сделали несколько магических залпов, замораживающая магия ударила в то место, где секунду назад была девушка.
Повисла тишина.
- Помогите, они сейчас истекут кровью! - крикнул Каленгил, пытаясь зажать рану Арадрива, но кровь просачивалась сквозь пальцы. - Не вырубайся, дурак! - крикнул он уже синему.
Тот дрожал всем телом, делая неглубокие судорожные вдохи. Задар и вовсе лежал без движения. Арум подбежал к красному, стараясь закрыть рану магией, а тифлингесса упала на колени рядом с Арадривом. Зачерпнув немного из банки с целебной мазью, приложила к рваной ране. Синий застонал от боли, потянулся дымок, но несколько секунд спустя он перестал дрожать, и дыхание его стало спокойней. Каленгил вздохнул с облегчением.
Закончив колдовать, драконид слегка приподнял голову Задара, ощупал жилку на шее и тоже удовлетворенно кивнул.
Распрямившись над трупом феи, паладин спросил:
- Все убиты?
- Нет, - ответила Кьяра. - Дрейк обернулся женщиной и сейчас где-то бродит, невидимый.
- Как же я ненавижу невидимок, - зло вздохнул Эридан.
Его руки взметнулись в замысловатом жесте, спустя секунду он посмотрел на них:
- Джи! Не понимаю, что происходит. Магия меня не слушается.
Дрейк проявился за его спиной, сбил с ног мощным прыжком и проволок по полу, поддев когтями нагрудник. Меч Эридана отразился в зеркальной чешуе, расплавляя ее словно железо. Зверь дернулся, отпустив эльфа. Чешуйки разлетелись, и златовласая эльфийка упала на колени. Наполненные слезами глаза посмотрели на подскочившего к ней Эридана:
- Нет! Пожалуйста, не убивай меня!
Эльф замер на месте, слегка опустил лезвие:
- Маленур?...
В синих глазах было до боли родное выражение, от которого в груди что-то дрогнуло. Воспользовавшись этой возможностью, Маленур взмахнула рукой, превратившейся вдруг в когтистую лапу. Эльф инстинктивно отпрянул, когти скрипнули по нагруднику и подцепили шлем, снося с головы. Еще немного, и его лицо превратилось бы в кровавые лоскуты. Удар второй лапы пришелся в бок. Паладин почувствовал, как лопнули ремни, скрепляющие нагрудник, как подлатник разошелся по швам, вместе с жилетом, рубашкой и податливой плотью. Стиснув зубы от боли, он посмотрел в лицо Маленур. От выражения беззащитной просьбы не осталось и следа. В глазах холодный расчет, ни капли эмоций не отразилось в них, когда она наносила удар за ударом. Он снова так легко обманулся. Когда девушка сделал третий выпад, прямо в лицо, Эридан, угадав ее намерение, ушел от удара и рубанул мечом. Собственная сила и скорость сыграли с Маленур злую шутку. Видя лезвие, но не в состоянии остановить движение собственно тела, она закричала. Клинок разрубил ее тонкий стан, словно ивовый прутик. Когда дымящиеся останки коснулись пола, паладин осел, зажимая кровоточащие раны.
- Вам нужно лечение, - произнесла тифлингесса, подходя к нему. – Неизвестно, когда проявятся последствия зелья.
Она достала из сумки лечащее зелье, протянула.
- Да, сейчас… - тяжело дыша, произнес паладин, снимая нагрудник.
Кьяра оглядела его. Выглядел он паршиво, белый как смерть, весь перемазанный в крови, на скуле проявился здоровенный синяк. Вздохнув, достала из сумки еще и баночку с мазью. Ненароком помрет еще.
Эльф опрокинул в себя бутылочку с зельем и прикрыл глаза в ожидании действия. Девушка нанесла мазь на рану в боку. До остальных его ранений она не смогла дотянуться. Запахло спекшейся кровью, от ран пошел легкий дымок, стягивая края. Сняв латную перчатку, он приложил ладонь к слегка затянувшейся ране, а затем недоуменно посмотрел на перепачканные кровью пальцы. Девушка и сама нахмурилась. С помощью магии она прощупала паладина, пытаясь понять, что с ним не так. Она ощутила волшебную ауру его меча, пояса, увеличивающего силу, а в поясной сумке – магию лежащего там зелья. Однако сам эльф был абсолютно пуст, словно и не было в нем никогда никаких магических сил.
Она склонилась к его уху и тихо, чтобы никто из окружающих не услышал, прошептала:
- Магия тебя покинула. Видимо, ты все-таки пал.
Эридан замер на мгновение, судорожно начал снимать доспехи, девушка помогала расстегивать ремешки. За доспехом последовали подлатник и мокрая от крови рубашка. Взглянув на левое плечо, провел по нему подрагивающими пальцами, закрыл глаза ладонью и рассмеялся. Кьяра посмотрела на него с недоумением. Что еще за фокусы?
- Мне конец, - проговорил сквозь тихие смешки.
Прозвучало это без следа грусти, что вызвало у чародейки еще больше вопросов.
- Почему? - спросила она.
- Я больше не паладин, - ответил он. - Не знаю, как Титания это сделала, просто сказала на сильване, что мой договор с Аурил расторгнут. Теперь мне конец.
Даже осознавая тяжесть собственного положения, он не мог сдержать счастливого смеха. Наконец-то освободился. Какое это горько-сладкое чувство.
Девушка, решив, что у него случилась истерика, влепила ему пощечину, задев синяк на скуле. Поморщившись, эльф прекратил смеяться, а на шее девушки вспыхнули дьявольские письмена. Он с удивлением увидел пылающие буквы, и как лицо тифлингессы исказилось от боли, причиняемой ими.
- Это еще не конец, - прошипела она. - Все видения сбылись, кроме птицы. Через несколько часов меня захлестнет откат от зелья, я буду совершенно беспомощна.
- Не понимаю, - пробормотал эльф, обеспокоено глядя на девушку.- Почему твой поводок работает? Я больше не паладин Аурил.
Он встал, растеряно коснувшись лба:
- Когда они узнают... Фейдарк покажется благословенным местом....
Выражение на лице сменилось, словно он понял, что нужно делать.
- Ческа!!! - громко завопил Эридан, и спустя несколько секунд неподалеку от него материализовалась фигура суккуба.
Кинув ей флягу, беловласый скомандовал:
- Живо!
Исчадие ловко поймало предмет и растворилось в шлейфе дыма, оставив за собой аромат Преисподней.
- Что ж, теперь есть шанс, - вполголоса сказал эльф.
Повернувшись к гвардейцам, скомандовал:
- Осмотреть весь дворец, все служебные помещения! Кто сопротивляется - убивайте.
Обернувшись к девушке, проговорил успокаивающим тоном:
- С тобой все будет хорошо. Мы пережили это, переживем и другое. Только не делай глупостей.
Та возмущенно фыркнула:
- Вот ещё! Как будто в бою я наделала глупостей!
- Нет, - улыбнулся лорд, - ты хорошо сражалась и быстро поняла, что я задумал. Именно поэтому мы сложили голову Титании так малокровно. В противном случае... нас бы положила она.
Он показал рукой на останки золотоволосой. Кьяра сделала шутливый реверанс. Оценил, и на том спасибо.
Гвардейцы, кто поцелей, отправились осматривать дворец, Арум обошел раненых, ему помог Каленгил. Эридан склонился над останками эльфийки. В ее распахнутых глазах не было ничего кроме глубокой холодной синевы.
- Ты дважды уже пыталась убить меня, - прошептал он. - Я не мог иначе. Надеюсь, на этот раз твоя душа найдет покой в Стране Фей.
Он бросил взгляд на галерею, уходящую далеко, скорей всего, на уровень, принадлежавший одной лишь Титании. Эльф двинулся в ее направлении, но чешуйчатая рука остановила его:
- Все нормально? - спросил паладин, слегка обернувшись к тифлингессе.
Та коротко кивнула. Она легко отделалась, не успев даже испугаться. Было приятно, что ей на помощь кинулись и гвардейцы, и Эридан. Паладин провел по ее ране лечащим прикосновением, затем подошел к бирюзовому, проверяя его состояние. Тот был жив и в сознании, но, судя по всему, рука была сильно повреждена. Задар поднялся и, слегка пошатываясь, подошел к белобрысому, коротко о чем-то спросил бирюзового. Девушка не стала прислушиваться, осела на осыпанный кристаллами пол. Эльфы и волки, добив последние очаги сопротивления рыцарей, разбрелись среди тел. Арум, подскочив к лежащим на земле Меллоту и Лаемару, приступил к магическому лечению.
Эридан подошел к дракониду:
- Как они?
- Жить будут, - пробормотал Арум, - но они все еще без сознания. От них не будет пользы на поле боя.
- И не надо, - твердо сказал паладин. - Пусть полежат где-нибудь в безопасности.
Жрец кивнул и выкинул рог единорога, исчерпавший запас целительной энергии. Гвардейцы оттащили раненых к лестнице, к ним присоединился окончательно охромевший великан. Элледин сел рядом с израненным волком и погладил по меху, уложив голову на колени. Зрение постепенно начало возвращаться к нему, хотя глаза были мутными от выступающих слез, а кожа вокруг - обоженно-красной.
Кьяра закинула несколько кусков кристалла в сумку, чтобы изучить их после. Наткнувшись на оставшееся зелье, она опрокинула его в себя, пока длится минутная передышка. Паладин коснулся помятого зубами наплечника, из-под гладкой маски шлема раздался горестный вздох:
- Неоир будет не в восторге...
Воздух наэлектризовался от сильной магии, волосы на затылке у чародейки встали дыбом. Раздался голос, который, казалось, доносился отовсюду:
- Я хотела решить все миром!
Под резным потолком появилась фигура крылатой женщины. Волосы цвета осенней листвы были заплетены в тугую длинную косу, а кожа сияла солнечной позолотой. Одеяние, сочетающее в себе несколько оттенков золотого, оранжевого и красного, слегка драпировало тонкую фигуру. Она была без преувеличения ослепительно прекрасна.
- Я отправила тебе Маленур и предложила мирный договор, но ты не захотел слушать. Страна Фей отринула тебя, я лично запечатала все порталы, но ты нашел могущественных патронов. Я надеялась, ты пришел просить милости, ведь кем бы ты ни был, ты - кровь от крови этой земли... Я даю тебе последний шанс.
Не сказав ни слова в ответ, паладин выставил вперед щит и меч, изготовившись для битвы. Женщина произнесла короткую фразу. Волна вибраций и покалывания прокатилась по коже, Эридана оторвало от земли и с громким металлическим лязгом впечатало в ближайшую стену, щит отлетел в сторону. Тифлингесса почувствовала, что произошли какие-то изменения. Заклинания, наложенные на нее Эриданом, прекратили действовать.
Недолго думая, девушка взмыла под потолок, поближе к архифее, попыталась дернуть на себя нити жизненных сил, иссушить золотистое тело, а параллельно с этим спутать ее разум. Титания, как и Оберон, была словно из камня. Заклинания не оказали никакого эффекта, и девушка испугалась. Если магия на нее не действует, то это конец, пронеслось в голове тифлингессы.
Эридан вскочил на ноги, сделал несколько шагов и с хлопком исчез, чтобы появиться в воздухе рядом с королевой фей. Рука в латной перчатке ухватилась за тонкую босую ногу. Королева закричала, увлекаемая вниз тяжестью паладина в полных латах. Взмахнув палочкой, она попыталась чем-то заколдовать противника, но магический предмет с хлопком и дымом исчез из ее руки, с отчетливым звоном упав куда-то на пол. Титания сделал еще один отчаянный взмах крыльями, но силы окончательно покинули ее, и они с паладином рухнули на осыпанный обломками пол. Воспользовавшись моментом, все три ведьмы подлетели к упавшей королеве. Вспышки заклинаний озарили зал, но все они рассыпались, не достигнув цели, словно архифею окружал барьер, поглощающий магию. Заметив это, ведьмы трусливо кинулись врассыпную. Подстегивая их ужас, из галереи, находящейся за троном, показался огромный дрейк с чешуей, переливающейся разными оттенками серебра и золота. Арадрив и Задар, не сговариваясь, выступили вперед, чтобы не дать зверю прорваться. Красный подозвал волка, чтобы взять создание в кольцо, но то оказалось слишком сильным и быстрым. Отшвырнув волка ударом хвоста, дрейк полоснул Задара длинными серповидными когтями. Скрипнув по металлу, они вонзились в уязвимое сочленение наплечной брони и нагрудника, глубоко вошли в плоть, и мощная лапа отшвырнула его, как досадную помеху. Поспешивший на помощь Арадрив вогнал лезвие в плечо дрейка, но не успел увернуться от пасти. По-змеиному быстро тварь схватила его зубами. Кровь брызнула сильным толчком, синий обмяк, выпустив меч. Крикнув, Каленгил нанес рубящий удар прямо по шее дрейка, заставив выпустить друга из пасти. Арадрив безвольно упал на пол.
Оглушенный падением паладин ослабил хватку, Титания высвободила ногу и расправила помятые крылья. Кьяра поняла, что ей ни в коем случае нельзя снова дать взлететь. Коснувшись алого кристалла, чародейка обернулась огромной обезьяной. В два скачка сократив дистанцию, девушка обхватила фигурку архифеи цепкими обезьяньими руками. Яростно закричав, та затрепыхалась, пытаясь выскользнуть, но беспомощно обвисла, ослабленная зельем, что выпила Кьяра. Руки обезьяны сжались сильней, проверяя на прочность кости королевы. Так вновь закричала от боли и бессилия.
Поднявшись, паладин сделал аккуратный взмах мечом, и красивая головка Титании отделилась от тела вместе с обрубком толстой золотистой косы. В глазах ее мелькнула вспышка лезвия, мгновенное удивление. Как и Оберон, это могущественное, без преувеличения, богоподобное создание не ожидало, что ее растопчут жалкие смертные с помощью жалкого оружия и примитивной магии. Кьяра отпустила обмякший труп, а белобрысый склонился над ним с магической флягой.
Дрейк рассыпался на дождь из переливающейся чешуи, обернувшись златовласой эльфийкой. Каленгил на мгновение замешкался, и этого оказалось достаточно. Послышался громкий раскат грома, и воздушная волна оттолкнула зеленого гвардейца. Девушка-дрейк кинулась наутек, а Каленгил, поднявшись, подбежал к истекающему кровью Арадриву.
Сменив облик, Кьяра атаковала убегающую фигуру. Волна резкого громкого звука достигла цели, и эльфийка схватилась за голову, но в следующее мгновение уже растворилась в воздухе. Ведьмы сделали несколько магических залпов, замораживающая магия ударила в то место, где секунду назад была девушка.
Повисла тишина.
- Помогите, они сейчас истекут кровью! - крикнул Каленгил, пытаясь зажать рану Арадрива, но кровь просачивалась сквозь пальцы. - Не вырубайся, дурак! - крикнул он уже синему.
Тот дрожал всем телом, делая неглубокие судорожные вдохи. Задар и вовсе лежал без движения. Арум подбежал к красному, стараясь закрыть рану магией, а тифлингесса упала на колени рядом с Арадривом. Зачерпнув немного из банки с целебной мазью, приложила к рваной ране. Синий застонал от боли, потянулся дымок, но несколько секунд спустя он перестал дрожать, и дыхание его стало спокойней. Каленгил вздохнул с облегчением.
Закончив колдовать, драконид слегка приподнял голову Задара, ощупал жилку на шее и тоже удовлетворенно кивнул.
Распрямившись над трупом феи, паладин спросил:
- Все убиты?
- Нет, - ответила Кьяра. - Дрейк обернулся женщиной и сейчас где-то бродит, невидимый.
- Как же я ненавижу невидимок, - зло вздохнул Эридан.
Его руки взметнулись в замысловатом жесте, спустя секунду он посмотрел на них:
- Джи! Не понимаю, что происходит. Магия меня не слушается.
Дрейк проявился за его спиной, сбил с ног мощным прыжком и проволок по полу, поддев когтями нагрудник. Меч Эридана отразился в зеркальной чешуе, расплавляя ее словно железо. Зверь дернулся, отпустив эльфа. Чешуйки разлетелись, и златовласая эльфийка упала на колени. Наполненные слезами глаза посмотрели на подскочившего к ней Эридана:
- Нет! Пожалуйста, не убивай меня!
Эльф замер на месте, слегка опустил лезвие:
- Маленур?...
В синих глазах было до боли родное выражение, от которого в груди что-то дрогнуло. Воспользовавшись этой возможностью, Маленур взмахнула рукой, превратившейся вдруг в когтистую лапу. Эльф инстинктивно отпрянул, когти скрипнули по нагруднику и подцепили шлем, снося с головы. Еще немного, и его лицо превратилось бы в кровавые лоскуты. Удар второй лапы пришелся в бок. Паладин почувствовал, как лопнули ремни, скрепляющие нагрудник, как подлатник разошелся по швам, вместе с жилетом, рубашкой и податливой плотью. Стиснув зубы от боли, он посмотрел в лицо Маленур. От выражения беззащитной просьбы не осталось и следа. В глазах холодный расчет, ни капли эмоций не отразилось в них, когда она наносила удар за ударом. Он снова так легко обманулся. Когда девушка сделал третий выпад, прямо в лицо, Эридан, угадав ее намерение, ушел от удара и рубанул мечом. Собственная сила и скорость сыграли с Маленур злую шутку. Видя лезвие, но не в состоянии остановить движение собственно тела, она закричала. Клинок разрубил ее тонкий стан, словно ивовый прутик. Когда дымящиеся останки коснулись пола, паладин осел, зажимая кровоточащие раны.
- Вам нужно лечение, - произнесла тифлингесса, подходя к нему. – Неизвестно, когда проявятся последствия зелья.
Она достала из сумки лечащее зелье, протянула.
- Да, сейчас… - тяжело дыша, произнес паладин, снимая нагрудник.
Кьяра оглядела его. Выглядел он паршиво, белый как смерть, весь перемазанный в крови, на скуле проявился здоровенный синяк. Вздохнув, достала из сумки еще и баночку с мазью. Ненароком помрет еще.
Эльф опрокинул в себя бутылочку с зельем и прикрыл глаза в ожидании действия. Девушка нанесла мазь на рану в боку. До остальных его ранений она не смогла дотянуться. Запахло спекшейся кровью, от ран пошел легкий дымок, стягивая края. Сняв латную перчатку, он приложил ладонь к слегка затянувшейся ране, а затем недоуменно посмотрел на перепачканные кровью пальцы. Девушка и сама нахмурилась. С помощью магии она прощупала паладина, пытаясь понять, что с ним не так. Она ощутила волшебную ауру его меча, пояса, увеличивающего силу, а в поясной сумке – магию лежащего там зелья. Однако сам эльф был абсолютно пуст, словно и не было в нем никогда никаких магических сил.
Она склонилась к его уху и тихо, чтобы никто из окружающих не услышал, прошептала:
- Магия тебя покинула. Видимо, ты все-таки пал.
Глава 36. Кинжал и пламя
Эридан замер на мгновение, судорожно начал снимать доспехи, девушка помогала расстегивать ремешки. За доспехом последовали подлатник и мокрая от крови рубашка. Взглянув на левое плечо, провел по нему подрагивающими пальцами, закрыл глаза ладонью и рассмеялся. Кьяра посмотрела на него с недоумением. Что еще за фокусы?
- Мне конец, - проговорил сквозь тихие смешки.
Прозвучало это без следа грусти, что вызвало у чародейки еще больше вопросов.
- Почему? - спросила она.
- Я больше не паладин, - ответил он. - Не знаю, как Титания это сделала, просто сказала на сильване, что мой договор с Аурил расторгнут. Теперь мне конец.
Даже осознавая тяжесть собственного положения, он не мог сдержать счастливого смеха. Наконец-то освободился. Какое это горько-сладкое чувство.
Девушка, решив, что у него случилась истерика, влепила ему пощечину, задев синяк на скуле. Поморщившись, эльф прекратил смеяться, а на шее девушки вспыхнули дьявольские письмена. Он с удивлением увидел пылающие буквы, и как лицо тифлингессы исказилось от боли, причиняемой ими.
- Это еще не конец, - прошипела она. - Все видения сбылись, кроме птицы. Через несколько часов меня захлестнет откат от зелья, я буду совершенно беспомощна.
- Не понимаю, - пробормотал эльф, обеспокоено глядя на девушку.- Почему твой поводок работает? Я больше не паладин Аурил.
Он встал, растеряно коснувшись лба:
- Когда они узнают... Фейдарк покажется благословенным местом....
Выражение на лице сменилось, словно он понял, что нужно делать.
- Ческа!!! - громко завопил Эридан, и спустя несколько секунд неподалеку от него материализовалась фигура суккуба.
Кинув ей флягу, беловласый скомандовал:
- Живо!
Исчадие ловко поймало предмет и растворилось в шлейфе дыма, оставив за собой аромат Преисподней.
- Что ж, теперь есть шанс, - вполголоса сказал эльф.
Повернувшись к гвардейцам, скомандовал:
- Осмотреть весь дворец, все служебные помещения! Кто сопротивляется - убивайте.
Обернувшись к девушке, проговорил успокаивающим тоном:
- С тобой все будет хорошо. Мы пережили это, переживем и другое. Только не делай глупостей.
Та возмущенно фыркнула:
- Вот ещё! Как будто в бою я наделала глупостей!
- Нет, - улыбнулся лорд, - ты хорошо сражалась и быстро поняла, что я задумал. Именно поэтому мы сложили голову Титании так малокровно. В противном случае... нас бы положила она.
Он показал рукой на останки золотоволосой. Кьяра сделала шутливый реверанс. Оценил, и на том спасибо.
Гвардейцы, кто поцелей, отправились осматривать дворец, Арум обошел раненых, ему помог Каленгил. Эридан склонился над останками эльфийки. В ее распахнутых глазах не было ничего кроме глубокой холодной синевы.
- Ты дважды уже пыталась убить меня, - прошептал он. - Я не мог иначе. Надеюсь, на этот раз твоя душа найдет покой в Стране Фей.
Он бросил взгляд на галерею, уходящую далеко, скорей всего, на уровень, принадлежавший одной лишь Титании. Эльф двинулся в ее направлении, но чешуйчатая рука остановила его:
