9. Магические фокусы
Это было примерно за пару недель до Полнолуния и нападения ловцов. Шансы Оуэна уйти в тот день от стаи голодных акул были равны тому самому нулю. Безо всяких единиц впереди. Помогло необъяснимое чудо.
Тогда, выбравшись из пещеры, Оуэн не спеша брёл по дну, ища сигнала отдрейфовавшей невесть куда стаи планктона. Стая, как всегда, не возражала бы помочь ему выжить, но она его не слышала. Но Оуэн не спешил - был погружён в философские размышления, которые ему сегодня особенно удавалось. Делается это просто: берёшь интересующее тебя понятие или явление и начинаешь о нём философствовать. И приходят очень занятные мысли, которыми в обычное время мозг, занятый решением насущных проблем, не заморачивается. Что есть материя? Почему планеты кружат вокруг светила? Почему круглое катится под горку, а квадратное застревает? И так далее – ответы разворачивались интересные. Оуэн знал про гравитацию, притяжение масс, про законы, управляющие материей, но кто запустил эти процессы? И ещё он думал о об Эволюции. Почему иной раз происходит так, что она возвращается к началу? Почему она проявляет свои законы постепенно, витками, этапами? Иногда Вид вообще исчезает. Почему? Примеров в его памяти было немало, их он и обдумывал. Выходило, что каждый раз в Виде или даже цивилизации начинали превалировать не лучшие качества. А может надо…
Но вдруг философствования Оуэна были прерваны. И весьма грубо - из-за скалы позади него вдруг выскочили четыре белые акул. Две замерли позади, отсекая ему путь к спасительной пещере, а пара помощнее ринулась к нему. К сожалению, проплывая мимо той скалы, криптит был так увлечён размышлениями, что не почувствовал опасности по агрессивному голодному запаху, исходящему от них. Да и привык криптит, что тут безопасно. Не было тут больших хирщников, а – залётные, настоящие морские убийцы. Догоняющая его пара даже больше Оуэна. Он, выпустив реактивную струю, помчался в сторону - к скальной гряде. Знал, что там есть пещера с очень узким ходом. Он туда влезет – не проблема. Но что, если они станут его сторожить? Или, может, голод заставит их поискать иную добычу? Там будет видно.
Но всё оказалось очень плохо. Приплыв к тому месту, где был вход, Оуэн обнаружил каменный завал. Такое бывает – сейсмические подвижки дна океана. А над камнями некстати навис козырёк, под который с разбега нырнул осьминог. Теперь он не мог оттуда выбраться вверх, назад тоже нельзя - акулы, окружив козырёк, приготовились атаковать криптита.
«Конечно, спрут немного великоват, а его щупальцы коварны, но вчетвером мы с ним легко справимся. И обед будет на славу», – слышал он их радостные мыслишки.
Оуэн угодил в ловушку.
Но он решил задорого отдать свою древнюю жизнь. Развернувшись, выставил свои мощные конечности, приготовившись к бою. Долго продержать ему не удастся – его позиция не выигрышна. Зато одной или даже две акулы тоже распрощаются с жизнью…
Оуэн вспоминал – посекундно: как он тогда прикрыл зрачки - чтобы не видеть кровожадные морды акул, но всё же слыша их ликующие мысли о скором обеде... И вдруг с отчаяньем подумал: «Эх! Если бы я сейчас был в своей пещере, а не здесь!»
И вдруг что-то вокруг изменилось. И главное – будто акулы бесследно исчезли. Вернее - их агрессивный запах, как и плотоядные мысли. Стало тихо и… Не страшно.
В чём дело?
Оглядевшись, Оуэн тогда обнаружил, что действительно оказался в собственной пещере! Как и почему это произошло? Этого криптит ни тогда, ни потом не смог понять.
«Я уже умер?» - с недоумением подумал он. Но когда умираешь от укусов акул, ощущаещь боль, но этого не было. Или, может, он просто уснул и видел сон про акул?
И тут он вдруг обратил внимание на то, как где-то за пределами пещеры, в районе тех скал, где случился обвал, беснуются акулы:
- Куда делся спрут? – орала одна. - Это ты его упустил!
- Нет, это ты за ним не уследил!
- У, гад! Загрызу!
- Куда делся наш обед?
- Ищите, ублюдки!
Оуэн с недоумением наблюдал за их суетой. Акулы обшарили тогда каждую щель. Как будто гигантский осьминог мог вдруг превратиться в морскую змею. От ярости передрались между собой. Не могла же их аппетитная добыча вдруг растаять? Не почудился же он им? Но их мозг был слишком мал, чтобы вмещать в себя столь странные мысли, и акулы, переключившись на более привычное дело – уплыли на поиски очередной жертвы.
Оуэн, не найдя объяснение случившемуся и пытаясь разгадать эту загадку, даже заглянул в ИПЗ. Он обозначил это, как внезапное перемещение предмета в пространстве. И нашёл.
Такие явления можно было разделить на четыре категории:
1-я категория. Бывали случаи, когда в экстремальных ситуациях некоторые существа обретали невероятные способности, совершая гигантские прыжки, развивая запредельную скорость, поднимая неподъёмные тяжести, за короткий срок, преодолевая огромные расстояния и в одиночку побеждая множество врагов. Опасность пробуждала в них некие силы и умения, о которых они сами раньше не подозревали.
Но Оуэн, сбежав от акул, даже не пошевелил ни одним щупальцем и ни одним присоском на них. Он не дрался с акулами. Никуда от них не убегал. Просто неведомым образом мгновенно переместился на тысячу метров в сторону своей пещеры. Так что этот вариант не подходил.
2-я категория. Имелись люди, называющие себя престидижитаторами, фокусниками и иллюзионистами - от слова: иллюзия, обман зрения, хитрая манипуляция – которые совершали чудеса с предметами и живыми существами, создавая иллюзию их невидимого перемещения. Происходило это благодаря наработанной ловкости рук фокусника и специальному оборудованию, скрывающему его манипуляции. Совсем как это произошло с ним, гигантским криптитом, внезапно исчезнувшим из кольца акул. Но где же тогда был сам фокусник и его оборудование? Оно ведь должно было иметь приличные размеры, учитывая вес и размеры криптита.
Нечто подобное такому обману зрения делал и сам Оуэн, выбрасывая светящийся состав, а сам тем временем унося подальше ноги. Это был его личный наработанный и оборудованный чернильным мешком фокус. Но в данном случае он в нём не участвовал.
Так что и этот вариант тоже отпадал.
3-я категория. Есть люди, именующие себя магами, экстрасенсами, колдунами, знахарями, ведьмами. На протяжении всей истории человечества о них сложено множество легенд, сказок и баек, уверяющих, что они без всякого оборудования могут лишь усилием мысли поднимать и перемещать предметы. Или даже себя самих. В современных фантастических романах этот феномен назывался телепортацией. Обычно такие способности магов бывали врождёнными. Но маг способен был их развить или значительно усилить. Для этого он начинал прак-ти-ко-вать- ся. То есть - упорно тренировал себя, начинал с малого – поднимал взглядом шарик или коробок спичек, постепенно наращивая вес предмета и свою магическую силу. В итоге это практикование иногда увенчивалось успехом.
«Не мог же я без прак-тико-вания поднять и кинуть свою многотонную махину сразу на километр? - усмехнулся спрут. - Или мог? Неужели я маг?»
Но, как правило, маги и колдуны это очень неприятные личности. Поскольку чаще всего используют свой дар для самых неблаговидных целей – обретения власти, личного обогащения, причинения вреда соплеменникам. А он, Giant Octopus, и малька не обидит. Да и власть ему не нужна. Кем стать? Морским владыкой? Так уже есть – Нептун. Хватит уже.
«Может, я просто не пробовал? – с иронией подумал тогда Оуэн. - Надо бы проверить».
И проверил. Для начала он попытался усилием мысли приподнять валяющуюся неподалёку ракушку. Но упрямая ракушка, как он ни старался, даже не шелохнулась. Выходит – никакой он не маг.
Оуэн тогда сам себе показался смешным: сидит гигантский древний реликт и пучит глазки, пытаясь согнать с насиженного места бедную ракушку. Глупо это! А что если его магические способности проявляются только в стрессовых ситуациях? Как в первой категории чудес? И что? Не искать же акул, снова нарываясь на неприятности? Даже ради научного эксперимента ему этого не хотелось. Оуэн поёжился. Нет. От этих зубастых тварей лучше держаться подальше.
А может, просто место у заваленной пещеры было аномальное?
И это - в четвёртых. То есть – четвёртая категория чудес.
Давно известно, что на планете есть странные места с необъяснимой энергетикой и всякими казусами времени и пространства: тектонические разломы земли; турбулентные вихри источников; мегалиты, заряженные энергетикой аномальных месторождений; места неведомых древних Сил, история которых утеряна и рядом с которыми происходит всякая чертовщина - уж лучше держаться от них подальше. До этой поры он так и делал, хотя и знал некоторые. Например – глубоководный обрыв у Сопун-горы, где он когда-то жил.
Оуэн и эту версию проверил – побывал у пещеры. Ничего особенного. Место как место - ни разломов мантии, ни залежей металлов или урана. Даже козырёк обвалился, будь он неладен.
В общем, ничего так и не выяснив, Оуэн бросил попытки разобраться в этом фокусе с перемещением. Даже практиковать больше не пытался. А надо было.
Кстати, из-за всей этой суеты с ловцами и акульими воспоминаниями, Оуэн перестал вспоминать Жёлтую Звёздочку. Лишь утвердился в мысли, что в Ночь Полнолуния словил транс. Бывает. Вернее – иногда, раз в жизни случается и такое. Но он подумает об этом позже. Сейчас ему хотелось одного - поскорее унести ноги от Стивена с Мэйтатой и каверзного сонара с боковым обзором.
«Но как отсюда выбраться? - вздохнул Оуэн, прячась среди камней и мимикрировав под их цвет. – Жаль, если сонар не только оставит меня без обеда, но и нащупает здесь, голодного и категорически не желающего становиться экспонатом безводного музея, - посмеиваясь, прислушивался он к коварному попискиванию зловредного прибора наверху. – А что, если я начну пытаться практиковать прямо сейчас? Например – с сонара? И закину его подальше? Но, увы, сонар не спичечный коробок, быстро по-прак-ти-ковать не получится».
И тут Оуэн вдруг решил начать с себя. Попытка не пытка. Ведь один раз ему уже удалось перекинуть себя в пещеру? Почему сейчас не получится? Вдруг его магические способности проявляются только в стрессовых ситуациях?
«Я хоть и покрупнее сонара, но нахожусь гораздо ближе к практикующему, чем сонар, - усмехнулся он. - Вдруг в этом фокус магии? Итак, начнём! - Оуэн прочно угнездился на камне - луч сонара гулял по дну за горой, и, прикрыв зрачки, сосредоточился: - Так, готово! – подумал он. - Теперь надо сказать ключевую фразу. - Оуэн чётко представил себе… местность, где жил когда-то. – Сопун-гора? Ну, ладно! Я же просто пытаюсь! – и «громко» подумал: - «Хочу быть там!»
Внезапно Оуэн почувствовал порыв холода, а его бока будто сдавили тиски…
«Что это?! – открыв зрачки, удивлённо огляделся он. И его взгляд уткнулся в … курящую Сопун-гору. – Неужели получилось?!»
Оуэн сидел уже вовсе не на камне у скалы, а на песке прямо на открытой площадке. Поодаль подводным потоком колыхало буйные заросли водорослей, а поодаль резвились разноцветные стаи рыб...
«Вот это фокус! Я – маг?» - промелькнула растерянная мысль.
Ни попискивания сонара, ни суеты веху Мэйтаты со Стивеном. И он сидит актинией на местности, которая находится от того южного острова на расстоянии не менее тысячи километров! Как это произошло? Это невозможно! Однако ощущения подтверждали, что возможно. И что криптит оказался именно в том месте, о котором подумал. Холод больших глубин, высокое давление и пейзаж – всё здесь было так же, как и пятьсот витков назад. Ну, почти. А Сопун-гора, как и прежде, мирно покуривает, исторгая чёрные клубы. А ведь, когда он с ней расстался, унося жуткие воспоминания. Тогда она превратилась в грозный вулкан, исторгающий лаву и огромные камеи. Никто, находясь в здравом рассудке, не пожелал бы оказаться рядом. Морской криптит в том числе…
И тут Оуэн, наконец, поверив в реальность случившегося, выйдя из ступора, радостно подскочил вверх.
«Слава Творцу! – ликовал он. – И магическим фокусам! Мне удалось «улизнуть» от сонара и ловцов!»
От него тут же метнулась в сторону большая скумбрия.
«Что это за чудище? Откуда оно здесь?– прошелестели её испуганные мыслишки. – Минуту назад никого не было! Хоть бы не схватило меня! Подальше надо!»
И шустро удрала в густые заросли.
Оуэн усмехнулся: «Ловко я попрактиковал! И Стивен с Мэйтатой тоже меня уже не схватят. Я от них очень далеко!»
И осьминог, расправив осанку, не спеша отправился обозревать окрестности.
«Пусть пугливая тётенька скумбрия не беспокоится за свою жизнь! – добродушно подумал он. – И вообще - пусть сегодня все радуются жизни!»
10.Сопун-гора
Место, где , убегая от сонара, оказался Оуэн, было ему хорошо знакомо.
Здесь у подножия Сопун-горы он мирно прожил когда-то около пятисот витков. И за струйки чёрного дыма, постоянно поднимающиеся из вершины, прозвал подводную сопку Сопун-горой. Люди называют такие подводные пики, дымящиеся из-за вялотекущей в них вулканической деятельности, чёрными курильщиками.
«Не бойся, гигантский спрут, - уютно пыхая клубами, как бы говорила она. - Я уже не бешусь из-за давящих на меня земных глубин, и здесь тихо, как и прежде».
«Оправдываешься? - хмыкнул Оуэн. – Надеюсь, буйство не повторится».
Гора в ответ лишь благодушно выпустила тёмный клуб и притихла. А потом буркнула: «Обещать этого не могу – не от меня зависит. Но лет триста продержусь. Магма далеко ушла. А там посмотрим».
«То-то же! - сказал криптит. – Надеюсь, доживём».
Пятьсот лет назад эта гора не была мирной. Разбудив неимоверным грохотом среди ночи местных обитателей, она показала им свой истинный норов. Какие уютные клубы, какие тихие курения? Грозные силы, дремлющие в её недрах, вдруг проснулись, забурлили огненной лавой и превратили тут дно океана в ад. Вода и пепел вздыбилась на многие километры вверх, над поверхностью вод, а песок и камни превратились в стекло. Жители океана на десятки километров вокруг - кто успел, покинули эту местность, стремясь оказаться подальше от пылающего варева. Оуэну ещё повезло – он развил бешенную скорость, а потом ему подвернулась коряга. И, на волне цунами, он с комфортом помчался на ней куда-то, преодолев тысячу километров, и оказался у незнакомого южного острова. В лагуне рядом он нашёл себе хорошую пещеру и прожил там двести витков. И дальше бы жил – ему там нравилось, да на его головоногую голову свалились навязчивые ловцы с сонаром. Как говорят моряки – анкерок им в бочок. И вот, волею Творца, он снова у Сопун-горы. А тут тишь и благодать. Будто и не было того светопреставления, погубившего местную флору и фауну. Будто криптит и не уплывал отсюда, восседая на поверженной пальме, сопровождаемый грохотом и пламенем, будто африканский бог Туму Раи Фенуа, так почитаемы Мэйтатой.
«Надо бы осмотреться», - решил Оуэн, начиная обход вокруг Сопун-горы.
Ему хотелось убедиться, насколько это место пригодно для мирного проживания морского философа. Гора, как ни странно, не раскололась тогда на куски и не улетела в стратосферу.
«Если б я лично не был здесь во время катастрофы, ни за что б ни поверил, что старик Сопун способен такое выкинуть! - подумал Оуэн, бредя вдоль её подножия. И усмехнулся: - М-да, удачный каламбур получился - уж выкинул старик, так выкинул! Вместе со мной. Еле ноги отсюда унёс! И голову. Головоногий же».
Это было примерно за пару недель до Полнолуния и нападения ловцов. Шансы Оуэна уйти в тот день от стаи голодных акул были равны тому самому нулю. Безо всяких единиц впереди. Помогло необъяснимое чудо.
Тогда, выбравшись из пещеры, Оуэн не спеша брёл по дну, ища сигнала отдрейфовавшей невесть куда стаи планктона. Стая, как всегда, не возражала бы помочь ему выжить, но она его не слышала. Но Оуэн не спешил - был погружён в философские размышления, которые ему сегодня особенно удавалось. Делается это просто: берёшь интересующее тебя понятие или явление и начинаешь о нём философствовать. И приходят очень занятные мысли, которыми в обычное время мозг, занятый решением насущных проблем, не заморачивается. Что есть материя? Почему планеты кружат вокруг светила? Почему круглое катится под горку, а квадратное застревает? И так далее – ответы разворачивались интересные. Оуэн знал про гравитацию, притяжение масс, про законы, управляющие материей, но кто запустил эти процессы? И ещё он думал о об Эволюции. Почему иной раз происходит так, что она возвращается к началу? Почему она проявляет свои законы постепенно, витками, этапами? Иногда Вид вообще исчезает. Почему? Примеров в его памяти было немало, их он и обдумывал. Выходило, что каждый раз в Виде или даже цивилизации начинали превалировать не лучшие качества. А может надо…
Но вдруг философствования Оуэна были прерваны. И весьма грубо - из-за скалы позади него вдруг выскочили четыре белые акул. Две замерли позади, отсекая ему путь к спасительной пещере, а пара помощнее ринулась к нему. К сожалению, проплывая мимо той скалы, криптит был так увлечён размышлениями, что не почувствовал опасности по агрессивному голодному запаху, исходящему от них. Да и привык криптит, что тут безопасно. Не было тут больших хирщников, а – залётные, настоящие морские убийцы. Догоняющая его пара даже больше Оуэна. Он, выпустив реактивную струю, помчался в сторону - к скальной гряде. Знал, что там есть пещера с очень узким ходом. Он туда влезет – не проблема. Но что, если они станут его сторожить? Или, может, голод заставит их поискать иную добычу? Там будет видно.
Но всё оказалось очень плохо. Приплыв к тому месту, где был вход, Оуэн обнаружил каменный завал. Такое бывает – сейсмические подвижки дна океана. А над камнями некстати навис козырёк, под который с разбега нырнул осьминог. Теперь он не мог оттуда выбраться вверх, назад тоже нельзя - акулы, окружив козырёк, приготовились атаковать криптита.
«Конечно, спрут немного великоват, а его щупальцы коварны, но вчетвером мы с ним легко справимся. И обед будет на славу», – слышал он их радостные мыслишки.
Оуэн угодил в ловушку.
Но он решил задорого отдать свою древнюю жизнь. Развернувшись, выставил свои мощные конечности, приготовившись к бою. Долго продержать ему не удастся – его позиция не выигрышна. Зато одной или даже две акулы тоже распрощаются с жизнью…
Оуэн вспоминал – посекундно: как он тогда прикрыл зрачки - чтобы не видеть кровожадные морды акул, но всё же слыша их ликующие мысли о скором обеде... И вдруг с отчаяньем подумал: «Эх! Если бы я сейчас был в своей пещере, а не здесь!»
И вдруг что-то вокруг изменилось. И главное – будто акулы бесследно исчезли. Вернее - их агрессивный запах, как и плотоядные мысли. Стало тихо и… Не страшно.
В чём дело?
Оглядевшись, Оуэн тогда обнаружил, что действительно оказался в собственной пещере! Как и почему это произошло? Этого криптит ни тогда, ни потом не смог понять.
«Я уже умер?» - с недоумением подумал он. Но когда умираешь от укусов акул, ощущаещь боль, но этого не было. Или, может, он просто уснул и видел сон про акул?
И тут он вдруг обратил внимание на то, как где-то за пределами пещеры, в районе тех скал, где случился обвал, беснуются акулы:
- Куда делся спрут? – орала одна. - Это ты его упустил!
- Нет, это ты за ним не уследил!
- У, гад! Загрызу!
- Куда делся наш обед?
- Ищите, ублюдки!
Оуэн с недоумением наблюдал за их суетой. Акулы обшарили тогда каждую щель. Как будто гигантский осьминог мог вдруг превратиться в морскую змею. От ярости передрались между собой. Не могла же их аппетитная добыча вдруг растаять? Не почудился же он им? Но их мозг был слишком мал, чтобы вмещать в себя столь странные мысли, и акулы, переключившись на более привычное дело – уплыли на поиски очередной жертвы.
Оуэн, не найдя объяснение случившемуся и пытаясь разгадать эту загадку, даже заглянул в ИПЗ. Он обозначил это, как внезапное перемещение предмета в пространстве. И нашёл.
Такие явления можно было разделить на четыре категории:
1-я категория. Бывали случаи, когда в экстремальных ситуациях некоторые существа обретали невероятные способности, совершая гигантские прыжки, развивая запредельную скорость, поднимая неподъёмные тяжести, за короткий срок, преодолевая огромные расстояния и в одиночку побеждая множество врагов. Опасность пробуждала в них некие силы и умения, о которых они сами раньше не подозревали.
Но Оуэн, сбежав от акул, даже не пошевелил ни одним щупальцем и ни одним присоском на них. Он не дрался с акулами. Никуда от них не убегал. Просто неведомым образом мгновенно переместился на тысячу метров в сторону своей пещеры. Так что этот вариант не подходил.
2-я категория. Имелись люди, называющие себя престидижитаторами, фокусниками и иллюзионистами - от слова: иллюзия, обман зрения, хитрая манипуляция – которые совершали чудеса с предметами и живыми существами, создавая иллюзию их невидимого перемещения. Происходило это благодаря наработанной ловкости рук фокусника и специальному оборудованию, скрывающему его манипуляции. Совсем как это произошло с ним, гигантским криптитом, внезапно исчезнувшим из кольца акул. Но где же тогда был сам фокусник и его оборудование? Оно ведь должно было иметь приличные размеры, учитывая вес и размеры криптита.
Нечто подобное такому обману зрения делал и сам Оуэн, выбрасывая светящийся состав, а сам тем временем унося подальше ноги. Это был его личный наработанный и оборудованный чернильным мешком фокус. Но в данном случае он в нём не участвовал.
Так что и этот вариант тоже отпадал.
3-я категория. Есть люди, именующие себя магами, экстрасенсами, колдунами, знахарями, ведьмами. На протяжении всей истории человечества о них сложено множество легенд, сказок и баек, уверяющих, что они без всякого оборудования могут лишь усилием мысли поднимать и перемещать предметы. Или даже себя самих. В современных фантастических романах этот феномен назывался телепортацией. Обычно такие способности магов бывали врождёнными. Но маг способен был их развить или значительно усилить. Для этого он начинал прак-ти-ко-вать- ся. То есть - упорно тренировал себя, начинал с малого – поднимал взглядом шарик или коробок спичек, постепенно наращивая вес предмета и свою магическую силу. В итоге это практикование иногда увенчивалось успехом.
«Не мог же я без прак-тико-вания поднять и кинуть свою многотонную махину сразу на километр? - усмехнулся спрут. - Или мог? Неужели я маг?»
Но, как правило, маги и колдуны это очень неприятные личности. Поскольку чаще всего используют свой дар для самых неблаговидных целей – обретения власти, личного обогащения, причинения вреда соплеменникам. А он, Giant Octopus, и малька не обидит. Да и власть ему не нужна. Кем стать? Морским владыкой? Так уже есть – Нептун. Хватит уже.
«Может, я просто не пробовал? – с иронией подумал тогда Оуэн. - Надо бы проверить».
И проверил. Для начала он попытался усилием мысли приподнять валяющуюся неподалёку ракушку. Но упрямая ракушка, как он ни старался, даже не шелохнулась. Выходит – никакой он не маг.
Оуэн тогда сам себе показался смешным: сидит гигантский древний реликт и пучит глазки, пытаясь согнать с насиженного места бедную ракушку. Глупо это! А что если его магические способности проявляются только в стрессовых ситуациях? Как в первой категории чудес? И что? Не искать же акул, снова нарываясь на неприятности? Даже ради научного эксперимента ему этого не хотелось. Оуэн поёжился. Нет. От этих зубастых тварей лучше держаться подальше.
А может, просто место у заваленной пещеры было аномальное?
И это - в четвёртых. То есть – четвёртая категория чудес.
Давно известно, что на планете есть странные места с необъяснимой энергетикой и всякими казусами времени и пространства: тектонические разломы земли; турбулентные вихри источников; мегалиты, заряженные энергетикой аномальных месторождений; места неведомых древних Сил, история которых утеряна и рядом с которыми происходит всякая чертовщина - уж лучше держаться от них подальше. До этой поры он так и делал, хотя и знал некоторые. Например – глубоководный обрыв у Сопун-горы, где он когда-то жил.
Оуэн и эту версию проверил – побывал у пещеры. Ничего особенного. Место как место - ни разломов мантии, ни залежей металлов или урана. Даже козырёк обвалился, будь он неладен.
В общем, ничего так и не выяснив, Оуэн бросил попытки разобраться в этом фокусе с перемещением. Даже практиковать больше не пытался. А надо было.
Кстати, из-за всей этой суеты с ловцами и акульими воспоминаниями, Оуэн перестал вспоминать Жёлтую Звёздочку. Лишь утвердился в мысли, что в Ночь Полнолуния словил транс. Бывает. Вернее – иногда, раз в жизни случается и такое. Но он подумает об этом позже. Сейчас ему хотелось одного - поскорее унести ноги от Стивена с Мэйтатой и каверзного сонара с боковым обзором.
«Но как отсюда выбраться? - вздохнул Оуэн, прячась среди камней и мимикрировав под их цвет. – Жаль, если сонар не только оставит меня без обеда, но и нащупает здесь, голодного и категорически не желающего становиться экспонатом безводного музея, - посмеиваясь, прислушивался он к коварному попискиванию зловредного прибора наверху. – А что, если я начну пытаться практиковать прямо сейчас? Например – с сонара? И закину его подальше? Но, увы, сонар не спичечный коробок, быстро по-прак-ти-ковать не получится».
И тут Оуэн вдруг решил начать с себя. Попытка не пытка. Ведь один раз ему уже удалось перекинуть себя в пещеру? Почему сейчас не получится? Вдруг его магические способности проявляются только в стрессовых ситуациях?
«Я хоть и покрупнее сонара, но нахожусь гораздо ближе к практикующему, чем сонар, - усмехнулся он. - Вдруг в этом фокус магии? Итак, начнём! - Оуэн прочно угнездился на камне - луч сонара гулял по дну за горой, и, прикрыв зрачки, сосредоточился: - Так, готово! – подумал он. - Теперь надо сказать ключевую фразу. - Оуэн чётко представил себе… местность, где жил когда-то. – Сопун-гора? Ну, ладно! Я же просто пытаюсь! – и «громко» подумал: - «Хочу быть там!»
Внезапно Оуэн почувствовал порыв холода, а его бока будто сдавили тиски…
«Что это?! – открыв зрачки, удивлённо огляделся он. И его взгляд уткнулся в … курящую Сопун-гору. – Неужели получилось?!»
Оуэн сидел уже вовсе не на камне у скалы, а на песке прямо на открытой площадке. Поодаль подводным потоком колыхало буйные заросли водорослей, а поодаль резвились разноцветные стаи рыб...
«Вот это фокус! Я – маг?» - промелькнула растерянная мысль.
Ни попискивания сонара, ни суеты веху Мэйтаты со Стивеном. И он сидит актинией на местности, которая находится от того южного острова на расстоянии не менее тысячи километров! Как это произошло? Это невозможно! Однако ощущения подтверждали, что возможно. И что криптит оказался именно в том месте, о котором подумал. Холод больших глубин, высокое давление и пейзаж – всё здесь было так же, как и пятьсот витков назад. Ну, почти. А Сопун-гора, как и прежде, мирно покуривает, исторгая чёрные клубы. А ведь, когда он с ней расстался, унося жуткие воспоминания. Тогда она превратилась в грозный вулкан, исторгающий лаву и огромные камеи. Никто, находясь в здравом рассудке, не пожелал бы оказаться рядом. Морской криптит в том числе…
И тут Оуэн, наконец, поверив в реальность случившегося, выйдя из ступора, радостно подскочил вверх.
«Слава Творцу! – ликовал он. – И магическим фокусам! Мне удалось «улизнуть» от сонара и ловцов!»
От него тут же метнулась в сторону большая скумбрия.
«Что это за чудище? Откуда оно здесь?– прошелестели её испуганные мыслишки. – Минуту назад никого не было! Хоть бы не схватило меня! Подальше надо!»
И шустро удрала в густые заросли.
Оуэн усмехнулся: «Ловко я попрактиковал! И Стивен с Мэйтатой тоже меня уже не схватят. Я от них очень далеко!»
И осьминог, расправив осанку, не спеша отправился обозревать окрестности.
«Пусть пугливая тётенька скумбрия не беспокоится за свою жизнь! – добродушно подумал он. – И вообще - пусть сегодня все радуются жизни!»
10.Сопун-гора
Место, где , убегая от сонара, оказался Оуэн, было ему хорошо знакомо.
Здесь у подножия Сопун-горы он мирно прожил когда-то около пятисот витков. И за струйки чёрного дыма, постоянно поднимающиеся из вершины, прозвал подводную сопку Сопун-горой. Люди называют такие подводные пики, дымящиеся из-за вялотекущей в них вулканической деятельности, чёрными курильщиками.
«Не бойся, гигантский спрут, - уютно пыхая клубами, как бы говорила она. - Я уже не бешусь из-за давящих на меня земных глубин, и здесь тихо, как и прежде».
«Оправдываешься? - хмыкнул Оуэн. – Надеюсь, буйство не повторится».
Гора в ответ лишь благодушно выпустила тёмный клуб и притихла. А потом буркнула: «Обещать этого не могу – не от меня зависит. Но лет триста продержусь. Магма далеко ушла. А там посмотрим».
«То-то же! - сказал криптит. – Надеюсь, доживём».
Пятьсот лет назад эта гора не была мирной. Разбудив неимоверным грохотом среди ночи местных обитателей, она показала им свой истинный норов. Какие уютные клубы, какие тихие курения? Грозные силы, дремлющие в её недрах, вдруг проснулись, забурлили огненной лавой и превратили тут дно океана в ад. Вода и пепел вздыбилась на многие километры вверх, над поверхностью вод, а песок и камни превратились в стекло. Жители океана на десятки километров вокруг - кто успел, покинули эту местность, стремясь оказаться подальше от пылающего варева. Оуэну ещё повезло – он развил бешенную скорость, а потом ему подвернулась коряга. И, на волне цунами, он с комфортом помчался на ней куда-то, преодолев тысячу километров, и оказался у незнакомого южного острова. В лагуне рядом он нашёл себе хорошую пещеру и прожил там двести витков. И дальше бы жил – ему там нравилось, да на его головоногую голову свалились навязчивые ловцы с сонаром. Как говорят моряки – анкерок им в бочок. И вот, волею Творца, он снова у Сопун-горы. А тут тишь и благодать. Будто и не было того светопреставления, погубившего местную флору и фауну. Будто криптит и не уплывал отсюда, восседая на поверженной пальме, сопровождаемый грохотом и пламенем, будто африканский бог Туму Раи Фенуа, так почитаемы Мэйтатой.
«Надо бы осмотреться», - решил Оуэн, начиная обход вокруг Сопун-горы.
Ему хотелось убедиться, насколько это место пригодно для мирного проживания морского философа. Гора, как ни странно, не раскололась тогда на куски и не улетела в стратосферу.
«Если б я лично не был здесь во время катастрофы, ни за что б ни поверил, что старик Сопун способен такое выкинуть! - подумал Оуэн, бредя вдоль её подножия. И усмехнулся: - М-да, удачный каламбур получился - уж выкинул старик, так выкинул! Вместе со мной. Еле ноги отсюда унёс! И голову. Головоногий же».
