Танита с Сэмэлом поначалу согласились за компанию прогуляться с ней по Зохе.
- Сегодня разве День Длинного Взгляда? – удивлённо спросила шёпотом Танита. – Может я что-то перепутала? Нет? А чего ж тут столько народа?!
- Провожают тебя в экспедицию! – усмехнулся Сэмэл. – Надеются, что ты откроешь для них в Мари-Кане несколько красивых пещер, чтобы они гуляли и там, вспоминая юность нашей цивилизации.
- О, хорошая идея, Сэмэл! Чем мы хуже Сины и доктора Донэла? Мне тоже нужна там пещера и древние таблички, валяющиеся в ней! – отозвалась Лана. – Не забудьте зарезервировать!
- Непременно, моя госпожа! – раскланялся Сэмэл.
- Интересно, как пройдёт экспедиция? – вздохнула Лана. - А давайте вместе устроим прямо здесь и сейчас Короткий Взгляд! Заглянем в будущее экспедиции! Намечтаем себе успех, а? Вот быдл бы здорово!
- Не то настроение! – отмахнулся Сэмэл. – Мне и туда надо забежать и там побывать!
- А раньше ты не могла это предложить? – воскликнула Танита. – Почему сегодня? Мы уже договорились посидеть в кафе с подружкиной компанией. Хочешь с нами? Нет? Жаль!
- А мне жаль, что вы отказались от Короткого Взгляда, - вздохнула Лана.
- Вот и гляди! – отмахнулась Танита. – А мы пойдём веселиться и танцевать. Когда ещё придётся?
- Мы? – сделал большие глаза, дразня её, Сэмэл. – Я, вообще-то, ещё не решил.
- Предатель! Сам напрашивался, я тебя не звала!
- Когда? – сделав наивное лицо, спросил Сэмэл и быстро отскочил.
Потому что Танита, схватив проплывающую мимо радужную ракушку-мимзу, запустила ею в него. Ракушка возмущённо выпустила в её сторону струйку красящего вещества и несколько пузырьков воздуха и недовольно уплыла. Танита оказалась теперь тоже радужной. Но на этом их беды не закончились. К ним тут же подплыла служащая на служебной мини-кабинке и вежливо напомнила им о необходимости соблюдать в парковой Зоне тишину. Действительно, кажется, все они уже говорили слишком громко. Даже служащая.
- Извините! Извините! Извините! – сделали они извиняющий жест – скрестив два щупальца над головой. И служащая, почти как ракушка-мимза, недовольно побулькивая, уплыла. Только вот радужных пузырьков на них не выпустила.
Все прыснули от смеха.
- Ну, так что – не хотите остаться? – на всякий случай переспросила Лана. - Тогда - пока! Уматывайте отсюда, а то и меня из-за вас выгонят, как нарушителя. А я так хотела тут погулять.
Танита с Сэмэлом, хихикая, вызвали кабинку и умчались.
Лана, доехав на транспортёрной ленте до той части парка, где посетителей почти не было, пошла по своей любимой аллее из высоченных, цветущих ярко-фиолетовыми кистями, сухот с Амдоримы. Наконец она выбрала ажурную беседку, расположенную у края высокого обрыва, с которого была видна Хрустальная Скала, и устроившись в ней, погрузилась в размышления. Или в медитацию, что одно и то же.
Просто некоторые отсталые виды считают, что, думая, они просто бродят мыслями, где попало. А иттяне, как и многие члены КС - кто научился истинному Виденью - отлично знают: такие ненаправленные размышления-медитации прекрасно помогают формировать будущие события. Жаль, что им не всегда удаётся уделить Короткому Взгляду – так это называют иттяне - достаточно времени. Особенно это важно, если впереди предстоят важные события и мероприятия. Это помогает избежать оплошек и ошибок. Такая короткая медитация на ходу - Короткий Взгляд - помогает сформулировать свои намерения, укрепить волю, сосредоточиться на главном. Проводить её можно где угодно. Даже вот так в парке, присев на лавочку или на лужайку. Хотя, конечно, по сравнению с Длинным Взглядом, проводимым на Итте, согласно многовековой традиции ежегодно, Короткий взгляд подобен детской игре.
День большой, всеобщей медитации, День Длинного Взгляда на Итте проводился в начале каждого нового витка планеты - в день нарождения новой Туны. В это утро все иттяне направляются в Зоны Отдыха, парки и сады. Или же выходят в сад возле своего дома. Рассаживаются поудобнее – желательно группами или семьями – в беседках, на лужайках, среди деревьев и цветов, и думают… Кто о чём:
О судьбе своей планеты. О её прошлом и настоящем. О достижениях и успехах – научных, экономических, социальных, личных. О будущем благополучии. А также - о личных планах на будущее. Дети тоже с удовольствием в этом участвуют. Они учатся мечтать. И стараются делать это так, чтобы их мечтания не имели ни рамок, ни границ. Мечтать можно обо всём, не оглядываясь ни на какие запреты и ограничения. Они учатся позволять себе достигать невозможного. Сначала - в мыслях, потом – в замыслах, а затем и наяву. И не бояться соотносить свои личные мечты с будущим планеты, Космического Сообщества. И понимать неразрывность этой связи. Можно даже подремать и посмотреть сны. В такой день они очень часто бывают вещими и нередко можно наблюдать, как чья-то семья внимательно слушает и обсуждает сон, рассказанный самым младшим своим отпрыском.
Ближе к вечеру медитация Длинный Взгляд завершается и плавно переходит в зелёные фейерверки, танцы и веселье. Кто-то оправлялся навестить своих родственников или друзей. Знакомые и незнакомые иттяне дарят друг другу маленькие зелёные диски – символы полной Туны и сбывшихся надежд и желаний. Считалось – чем больше дисков тебе подарят, тем большая удача ждёт тебя в новом витке. Эти диски можно снова раздаривать в следующий День Длинного Взгляда. На некоторых таких переходящих дисках были нарисованы знаки многих и многих витков. Такие были особо желанны в качестве подарка. Их приберегали для самых близких и друзей.
Иттяне любят этот День сосредоточения на будущем, посвящённый позитивным мыслям, планам и идеям. И уверенны – с каждым добавлением маленького сектора в зелёном серпике Туны на небосводе, на их планете и в каждой семье увеличивается и растет благоденствие и расцветает радость. И, что важно - каждый из них причастен к этому, каждый вложил в это планетарное великолепие частицу своей Энергии и добрых мыслей…
Лана села на лавочке поудобнее и направила свои мысли на экспедицию. Это было самое важное из предстоящих ей близких событий. И почти мгновенно увидела туманную и таинственную бездну, куда медленно опускался огромный батискаф – редко Короткий Взгляд давал такие чёткие картины, как это получилось у неё сейчас. Лана видела, как приникли к иллюминаторам участники экспедиции, исследователи бездны. Все они были бодры и немного взбудоражены, поскольку наблюдали в толще вод некие странные создания, которых, судя по ощущениям, считали очень необычными. Ликование, удивление, восторг… Ощутила Лана и испуг, смешанный с любопытством, исходящий от подводных существ – они никогда не видели такого… чудища, каким выглядел этот батискаф. Но и самих исследователей там, внизу, ждало нечто… необыкновенное. Его не видно, но оно есть… Оно не очень доброжелательно к ним… и оно ждёт их там… невероятно долго… и ещё чего-то… возможно – её.
«Меня? Зачем? Кто?» - вскрикнула она, открывая зрачки. Лана осмотрелась и потрясла головой. «Бр-р, жуть какая! - подумала она. – Уснула я, что ли? Какая-то странная штука привиделась! Нет бы – древние свитки! А я невесть что навыдумывала, ждущее невесть чего! Надо потом с Танитой и Сэмэлом ещё раз помедитировать. Пере-просмотреть этот Взгляд».
И тут её одиночество было вдруг беспардонно нарушено. В беседку вполз смешной фиолетовый карапуз. Он уселся на камень напротив Ланы и строго спросил её:
- Ты тут спала, что ли? А где твой сонный куб?
- Дома забыла, - усмехнулась Лана. – Ты чей, малыш?
- Я мамин и немного папин, - важно ответил тот. – Потому что мой папа – космо-летчик и я его вижу только вот тут, - показал он на свой крутой лобик.
- Правда? Я тоже космо-лётчик, - гордо похвалилась Лана.
- Ты? А почему тогда я вижу тебя глазками? – удивлённо развёл руками малыш. – Так не бывает. Космо-летчики вон там! – ткнул он рукой вверх, - за волнами и за Туной. Далеко-о-о.
- Бывает. Ещё как! – вздохнула Лана. - Ведь я только учусь на космо-лётчика. А потом и я - за Туну. Далеко.
- А-а, - уважительно кивнул малыш. – Учишься? Я тоже учусь – говорить, ходить, складывать и вычитать. Вот научусь всему и стану совсем взрослый. И тоже – за Туну улечу. К папе. И буду у мамы в голове.
- Это уж непременно! – согласилась Лана, посмеиваясь.
- Тоэн! Вот ты где! Краб-путешественник! Ой, извини! – влетев в беседку, кивнула Лане возбуждённая мамаша, ставшая от волнения ярко-розовой. – А я его везде ищу! Думала уж – вниз, в пропасть свалился! Только на минуту и отвлеклась! Подругу встретила. Тоэн! Какой ты непоседа! Нельзя без мамы путешествовать!
- Я не путешествовал! Просто на космо-лётчицу посмотрел и всё!
- Надо у мамы сначала спросить. Он тебе не помешал?
- Нет, что ты! – улыбнулась Лана. – Мы с ним очень приятно побеседовали.
- Это он умеет, - гордо кивнула мамаша, подхватывая малыша. – Целыми днями болтает. Как заведённый. Поехали домой, Тоэн, тебе уже пора в твой сонный куб!
- Мы тоже забыли мой куб? – всплеснул руками малыш. – Как эта космо-лётчица?
- С чего ты взял, что она космо-лётчица? Вот выдумщик ты, Тоэн!
- Нет, не выдумщик! Она учится! Как я! – говорил малыш заплетающимся языком, видно уже совсем засыпая. – И я полечу, как она.
У мамаши сделались большие глаза.
- Да-да, он прав – я учусь на космо-лётчика, - успокоила ей Лана. – И знаю, что его папа тоже космо-лётчик.
- А-а, - протянула мамаша, становясь уже нежно–сиреневой. – Как он уже много умеет говорить! – гордо заметила она. - Я и не знала.
- А я тут хочу спать, - заявил малыш, норовя улечься на камне. - Как она. Принеси мне мой куб.
- Ага! Не хватало ещё твой куб с собой носить! – проговорила мамаша, хватая его и протискиваясь с малышом в дверь беседки. - А ещё – твои игрушки и весь наш дом! Мне и тебя-то достаточно! Вон какой тяжёлый. И непослушный!
- А ты мой мне куб дай, - важно предложил малыш. - И остальное тоже. Я сильный, сам буду всё носить!
- А я тебя, да? – возразила мамаша. – Со всем этим? Целую гору?
- Не-а! Ты меня неси. Остальное я сам.
- Умный какой! Тогда сам и плыви. Со своей горой.
-Нет! Я еще маленький, чтобы сам!
Их голоса удалились.
«Смешной какой малыш!» - улыбнулась Лана. И решила, что и ей тоже пора домой - в свой сонный куб. Завтра рано вставать - в экспедицию отправляться.
4. Первопроходцы бездны
Минула суета, связанная со сборами всех участников экспедиции в нужном месте - у ангара с батискафом. Минули переклички, прибыли последние опоздавшие, были успешно решены все проблемы по размещению грузов и членов команды. Неразбериху усиливала суета штата механиков и регулировщиков, ещё раз прогнавших свои тесты по всему оборудованию.
И вот всё готов к старту.
Было очень необычно, что экспедицию пришла провожать целая толпа моллюсков из высшего руководства Итты и Учёного Совета. Впрочем, не каждый же день на планете осваивают глубины, в которых ещё не ступала нога моллюска. Как водится в таких помпезных проводах - представитель Совета Итты произнёс в эфир радостное напутственное слово. Затем все эти, обычно очень занятые чиновники, обошли членов экспедиции и каждого ободряюще похлопали по плечу. Даже Лану и её друзей, чем они несказанно гордились. А пара телеоператоров засняла всю эту торжественную чепуху, транслируя её на общепланетные каналы и делая запись для героического архива. Всех уверяли, что этот спуск - весьма значительное для планеты событие. «Белое пятно в науке… Впервые за много тысячевитковую историю… лучшие учёные планеты… - на этих словах Сэмэл прямо-таки раздулся от гордости, - таинственная загадка Мирового Океана… уникальная правительственная программа… надежда иттянской цивилизации… первооткрыватели…»
От этих восторженных эпитетов в горле членов экспедиции будто возникла подушка из сладких маниок. И захотелось поскорее спрятаться от всей этой шумихи в бездну. Хотя до этого момента они немного боялись туда спускаться. И все были даже рады, когда надёжны люки батискафа захлопнулись и всё это закончилось.
«Зачем этот шум, если мы ещё ничего путёвого не сделали и не открыли?» - удивилась Лана. Хотя понимала, что в эту экспедицию вложены немалые средства, равноценные отправке космического корабля на неизведанную планету, и от них многого теперь ждут. Она гордилась своим Правительством, понимающих важность таких научных исследований. Хотя можно было бы понять это и раньше…
И вот огромный батискаф слегка качнулся и начал свой эпохальный спуск в неизведанную бездну Мари-Каны.
Поначалу ничего особенного не происходило и нашим студентам всё казалось довольно банальным. Как будто они плыли на обычном общественном гидробусе, направляясь в другой город. В иллюминаторах проплывали знакомые Виды морских обитателей – рыбы и медузы, а плавно снижающийся отрог горы, вдоль которого происходил спуск, украшали привычные водоросли, анемоны и кораллы. Учёные, тихо переговариваясь, склонились к своим приборам, уже ведущим регистрацию каких-то показателей и замеров. Научная аппаратура добросовестно брала пробы. Учёные что-то отмечали в своих планшетах. Всё это очень напоминало заурядные институтские лабораторные рейды. И Лана с Танитой и Сэмэлом, которым доктор Донэл, капитан экспедиции, поручил вести наружное наблюдение, скучая, переходили от иллюминатора к иллюминатору, явно скучали.
-«Мари-Каны – это белое пятно в научных знаниях о нашей планете!» – напыщенно процитировал навязший в ушах лозунг Сэмэл. - Теперь я понимаю, почему сюда никто спускаться не хотел! Пятно-то довольно скучное.
Лана только вздохнула:
- Ага! И в пределах видимости нет ни одной пещеры с древними табличками!
- А мне тут нравится, - заявила Танита. – Давно так не отдыхала: никаких тебе курсовых, тестов и заданий. Дома б тоже нашли занятия – с малышнёй гулять. А тут – свобода!
- Ага! – недовольно буркнул Сэмэл, стуча в окно иллюминатора пучеглазой ламинье, рассматривающей их компанию с явным осуждением. – Вон у кого свобода, а мы – узники. Хоть бы и нас выпустили погулять. Я даже с малышнёй согласен.
- Что тут нам велел высматривать доктор Донэл? – с недоумением всмотрелась в иллюминатор Танита. – Что-то необычное? Тогда не скоро мы его чем-нибудь порадуем.
Так прошло трое суток. Замеры и пробы, а также периодические вылазки учёных наружу - на мини-батискафах и в скафандрах - сильно замедляли движение вниз. Студенты пытались тоже к ним присоседиться, но их просьбы дружно игнорировали - не до них, идёт серьёзная научная работа. И они так и торчали у иллюминаторов, как наказанные дети.
- Зачем мы их взяли с собой! – брюзжал вечно всем недовольный всем профессор биологии Боэн, обращаясь к Донэлу. – Только под руками и ногами путаются.
- Я поручил им вести визуальные наблюдения. Это тоже важно. Пусть учатся внимательности, - отмахивался тот. – Смена поколений. Эстафета знаний.
- Я пока ещё не скоро собираюсь отправляться на планету пенсионеров Ламиту! – буркнул профессор Боэн. – Обойдусь и без них!
Но ему никто не ответил. Боэн есть Боэн – не с капитаном Донэлом скандалит, так со своим коллегой доктором Пауэром, не с ним, так ещё найдёт на кого побрюзжать. Но все терпели его - за великолепные знания и умение взбодрить резким словом и активизировать окружающих, что тоже немаловажно.
- Сегодня разве День Длинного Взгляда? – удивлённо спросила шёпотом Танита. – Может я что-то перепутала? Нет? А чего ж тут столько народа?!
- Провожают тебя в экспедицию! – усмехнулся Сэмэл. – Надеются, что ты откроешь для них в Мари-Кане несколько красивых пещер, чтобы они гуляли и там, вспоминая юность нашей цивилизации.
- О, хорошая идея, Сэмэл! Чем мы хуже Сины и доктора Донэла? Мне тоже нужна там пещера и древние таблички, валяющиеся в ней! – отозвалась Лана. – Не забудьте зарезервировать!
- Непременно, моя госпожа! – раскланялся Сэмэл.
- Интересно, как пройдёт экспедиция? – вздохнула Лана. - А давайте вместе устроим прямо здесь и сейчас Короткий Взгляд! Заглянем в будущее экспедиции! Намечтаем себе успех, а? Вот быдл бы здорово!
- Не то настроение! – отмахнулся Сэмэл. – Мне и туда надо забежать и там побывать!
- А раньше ты не могла это предложить? – воскликнула Танита. – Почему сегодня? Мы уже договорились посидеть в кафе с подружкиной компанией. Хочешь с нами? Нет? Жаль!
- А мне жаль, что вы отказались от Короткого Взгляда, - вздохнула Лана.
- Вот и гляди! – отмахнулась Танита. – А мы пойдём веселиться и танцевать. Когда ещё придётся?
- Мы? – сделал большие глаза, дразня её, Сэмэл. – Я, вообще-то, ещё не решил.
- Предатель! Сам напрашивался, я тебя не звала!
- Когда? – сделав наивное лицо, спросил Сэмэл и быстро отскочил.
Потому что Танита, схватив проплывающую мимо радужную ракушку-мимзу, запустила ею в него. Ракушка возмущённо выпустила в её сторону струйку красящего вещества и несколько пузырьков воздуха и недовольно уплыла. Танита оказалась теперь тоже радужной. Но на этом их беды не закончились. К ним тут же подплыла служащая на служебной мини-кабинке и вежливо напомнила им о необходимости соблюдать в парковой Зоне тишину. Действительно, кажется, все они уже говорили слишком громко. Даже служащая.
- Извините! Извините! Извините! – сделали они извиняющий жест – скрестив два щупальца над головой. И служащая, почти как ракушка-мимза, недовольно побулькивая, уплыла. Только вот радужных пузырьков на них не выпустила.
Все прыснули от смеха.
- Ну, так что – не хотите остаться? – на всякий случай переспросила Лана. - Тогда - пока! Уматывайте отсюда, а то и меня из-за вас выгонят, как нарушителя. А я так хотела тут погулять.
Танита с Сэмэлом, хихикая, вызвали кабинку и умчались.
Лана, доехав на транспортёрной ленте до той части парка, где посетителей почти не было, пошла по своей любимой аллее из высоченных, цветущих ярко-фиолетовыми кистями, сухот с Амдоримы. Наконец она выбрала ажурную беседку, расположенную у края высокого обрыва, с которого была видна Хрустальная Скала, и устроившись в ней, погрузилась в размышления. Или в медитацию, что одно и то же.
Просто некоторые отсталые виды считают, что, думая, они просто бродят мыслями, где попало. А иттяне, как и многие члены КС - кто научился истинному Виденью - отлично знают: такие ненаправленные размышления-медитации прекрасно помогают формировать будущие события. Жаль, что им не всегда удаётся уделить Короткому Взгляду – так это называют иттяне - достаточно времени. Особенно это важно, если впереди предстоят важные события и мероприятия. Это помогает избежать оплошек и ошибок. Такая короткая медитация на ходу - Короткий Взгляд - помогает сформулировать свои намерения, укрепить волю, сосредоточиться на главном. Проводить её можно где угодно. Даже вот так в парке, присев на лавочку или на лужайку. Хотя, конечно, по сравнению с Длинным Взглядом, проводимым на Итте, согласно многовековой традиции ежегодно, Короткий взгляд подобен детской игре.
День большой, всеобщей медитации, День Длинного Взгляда на Итте проводился в начале каждого нового витка планеты - в день нарождения новой Туны. В это утро все иттяне направляются в Зоны Отдыха, парки и сады. Или же выходят в сад возле своего дома. Рассаживаются поудобнее – желательно группами или семьями – в беседках, на лужайках, среди деревьев и цветов, и думают… Кто о чём:
О судьбе своей планеты. О её прошлом и настоящем. О достижениях и успехах – научных, экономических, социальных, личных. О будущем благополучии. А также - о личных планах на будущее. Дети тоже с удовольствием в этом участвуют. Они учатся мечтать. И стараются делать это так, чтобы их мечтания не имели ни рамок, ни границ. Мечтать можно обо всём, не оглядываясь ни на какие запреты и ограничения. Они учатся позволять себе достигать невозможного. Сначала - в мыслях, потом – в замыслах, а затем и наяву. И не бояться соотносить свои личные мечты с будущим планеты, Космического Сообщества. И понимать неразрывность этой связи. Можно даже подремать и посмотреть сны. В такой день они очень часто бывают вещими и нередко можно наблюдать, как чья-то семья внимательно слушает и обсуждает сон, рассказанный самым младшим своим отпрыском.
Ближе к вечеру медитация Длинный Взгляд завершается и плавно переходит в зелёные фейерверки, танцы и веселье. Кто-то оправлялся навестить своих родственников или друзей. Знакомые и незнакомые иттяне дарят друг другу маленькие зелёные диски – символы полной Туны и сбывшихся надежд и желаний. Считалось – чем больше дисков тебе подарят, тем большая удача ждёт тебя в новом витке. Эти диски можно снова раздаривать в следующий День Длинного Взгляда. На некоторых таких переходящих дисках были нарисованы знаки многих и многих витков. Такие были особо желанны в качестве подарка. Их приберегали для самых близких и друзей.
Иттяне любят этот День сосредоточения на будущем, посвящённый позитивным мыслям, планам и идеям. И уверенны – с каждым добавлением маленького сектора в зелёном серпике Туны на небосводе, на их планете и в каждой семье увеличивается и растет благоденствие и расцветает радость. И, что важно - каждый из них причастен к этому, каждый вложил в это планетарное великолепие частицу своей Энергии и добрых мыслей…
Лана села на лавочке поудобнее и направила свои мысли на экспедицию. Это было самое важное из предстоящих ей близких событий. И почти мгновенно увидела туманную и таинственную бездну, куда медленно опускался огромный батискаф – редко Короткий Взгляд давал такие чёткие картины, как это получилось у неё сейчас. Лана видела, как приникли к иллюминаторам участники экспедиции, исследователи бездны. Все они были бодры и немного взбудоражены, поскольку наблюдали в толще вод некие странные создания, которых, судя по ощущениям, считали очень необычными. Ликование, удивление, восторг… Ощутила Лана и испуг, смешанный с любопытством, исходящий от подводных существ – они никогда не видели такого… чудища, каким выглядел этот батискаф. Но и самих исследователей там, внизу, ждало нечто… необыкновенное. Его не видно, но оно есть… Оно не очень доброжелательно к ним… и оно ждёт их там… невероятно долго… и ещё чего-то… возможно – её.
«Меня? Зачем? Кто?» - вскрикнула она, открывая зрачки. Лана осмотрелась и потрясла головой. «Бр-р, жуть какая! - подумала она. – Уснула я, что ли? Какая-то странная штука привиделась! Нет бы – древние свитки! А я невесть что навыдумывала, ждущее невесть чего! Надо потом с Танитой и Сэмэлом ещё раз помедитировать. Пере-просмотреть этот Взгляд».
И тут её одиночество было вдруг беспардонно нарушено. В беседку вполз смешной фиолетовый карапуз. Он уселся на камень напротив Ланы и строго спросил её:
- Ты тут спала, что ли? А где твой сонный куб?
- Дома забыла, - усмехнулась Лана. – Ты чей, малыш?
- Я мамин и немного папин, - важно ответил тот. – Потому что мой папа – космо-летчик и я его вижу только вот тут, - показал он на свой крутой лобик.
- Правда? Я тоже космо-лётчик, - гордо похвалилась Лана.
- Ты? А почему тогда я вижу тебя глазками? – удивлённо развёл руками малыш. – Так не бывает. Космо-летчики вон там! – ткнул он рукой вверх, - за волнами и за Туной. Далеко-о-о.
- Бывает. Ещё как! – вздохнула Лана. - Ведь я только учусь на космо-лётчика. А потом и я - за Туну. Далеко.
- А-а, - уважительно кивнул малыш. – Учишься? Я тоже учусь – говорить, ходить, складывать и вычитать. Вот научусь всему и стану совсем взрослый. И тоже – за Туну улечу. К папе. И буду у мамы в голове.
- Это уж непременно! – согласилась Лана, посмеиваясь.
- Тоэн! Вот ты где! Краб-путешественник! Ой, извини! – влетев в беседку, кивнула Лане возбуждённая мамаша, ставшая от волнения ярко-розовой. – А я его везде ищу! Думала уж – вниз, в пропасть свалился! Только на минуту и отвлеклась! Подругу встретила. Тоэн! Какой ты непоседа! Нельзя без мамы путешествовать!
- Я не путешествовал! Просто на космо-лётчицу посмотрел и всё!
- Надо у мамы сначала спросить. Он тебе не помешал?
- Нет, что ты! – улыбнулась Лана. – Мы с ним очень приятно побеседовали.
- Это он умеет, - гордо кивнула мамаша, подхватывая малыша. – Целыми днями болтает. Как заведённый. Поехали домой, Тоэн, тебе уже пора в твой сонный куб!
- Мы тоже забыли мой куб? – всплеснул руками малыш. – Как эта космо-лётчица?
- С чего ты взял, что она космо-лётчица? Вот выдумщик ты, Тоэн!
- Нет, не выдумщик! Она учится! Как я! – говорил малыш заплетающимся языком, видно уже совсем засыпая. – И я полечу, как она.
У мамаши сделались большие глаза.
- Да-да, он прав – я учусь на космо-лётчика, - успокоила ей Лана. – И знаю, что его папа тоже космо-лётчик.
- А-а, - протянула мамаша, становясь уже нежно–сиреневой. – Как он уже много умеет говорить! – гордо заметила она. - Я и не знала.
- А я тут хочу спать, - заявил малыш, норовя улечься на камне. - Как она. Принеси мне мой куб.
- Ага! Не хватало ещё твой куб с собой носить! – проговорила мамаша, хватая его и протискиваясь с малышом в дверь беседки. - А ещё – твои игрушки и весь наш дом! Мне и тебя-то достаточно! Вон какой тяжёлый. И непослушный!
- А ты мой мне куб дай, - важно предложил малыш. - И остальное тоже. Я сильный, сам буду всё носить!
- А я тебя, да? – возразила мамаша. – Со всем этим? Целую гору?
- Не-а! Ты меня неси. Остальное я сам.
- Умный какой! Тогда сам и плыви. Со своей горой.
-Нет! Я еще маленький, чтобы сам!
Их голоса удалились.
«Смешной какой малыш!» - улыбнулась Лана. И решила, что и ей тоже пора домой - в свой сонный куб. Завтра рано вставать - в экспедицию отправляться.
4. Первопроходцы бездны
Минула суета, связанная со сборами всех участников экспедиции в нужном месте - у ангара с батискафом. Минули переклички, прибыли последние опоздавшие, были успешно решены все проблемы по размещению грузов и членов команды. Неразбериху усиливала суета штата механиков и регулировщиков, ещё раз прогнавших свои тесты по всему оборудованию.
И вот всё готов к старту.
Было очень необычно, что экспедицию пришла провожать целая толпа моллюсков из высшего руководства Итты и Учёного Совета. Впрочем, не каждый же день на планете осваивают глубины, в которых ещё не ступала нога моллюска. Как водится в таких помпезных проводах - представитель Совета Итты произнёс в эфир радостное напутственное слово. Затем все эти, обычно очень занятые чиновники, обошли членов экспедиции и каждого ободряюще похлопали по плечу. Даже Лану и её друзей, чем они несказанно гордились. А пара телеоператоров засняла всю эту торжественную чепуху, транслируя её на общепланетные каналы и делая запись для героического архива. Всех уверяли, что этот спуск - весьма значительное для планеты событие. «Белое пятно в науке… Впервые за много тысячевитковую историю… лучшие учёные планеты… - на этих словах Сэмэл прямо-таки раздулся от гордости, - таинственная загадка Мирового Океана… уникальная правительственная программа… надежда иттянской цивилизации… первооткрыватели…»
От этих восторженных эпитетов в горле членов экспедиции будто возникла подушка из сладких маниок. И захотелось поскорее спрятаться от всей этой шумихи в бездну. Хотя до этого момента они немного боялись туда спускаться. И все были даже рады, когда надёжны люки батискафа захлопнулись и всё это закончилось.
«Зачем этот шум, если мы ещё ничего путёвого не сделали и не открыли?» - удивилась Лана. Хотя понимала, что в эту экспедицию вложены немалые средства, равноценные отправке космического корабля на неизведанную планету, и от них многого теперь ждут. Она гордилась своим Правительством, понимающих важность таких научных исследований. Хотя можно было бы понять это и раньше…
И вот огромный батискаф слегка качнулся и начал свой эпохальный спуск в неизведанную бездну Мари-Каны.
***
Поначалу ничего особенного не происходило и нашим студентам всё казалось довольно банальным. Как будто они плыли на обычном общественном гидробусе, направляясь в другой город. В иллюминаторах проплывали знакомые Виды морских обитателей – рыбы и медузы, а плавно снижающийся отрог горы, вдоль которого происходил спуск, украшали привычные водоросли, анемоны и кораллы. Учёные, тихо переговариваясь, склонились к своим приборам, уже ведущим регистрацию каких-то показателей и замеров. Научная аппаратура добросовестно брала пробы. Учёные что-то отмечали в своих планшетах. Всё это очень напоминало заурядные институтские лабораторные рейды. И Лана с Танитой и Сэмэлом, которым доктор Донэл, капитан экспедиции, поручил вести наружное наблюдение, скучая, переходили от иллюминатора к иллюминатору, явно скучали.
-«Мари-Каны – это белое пятно в научных знаниях о нашей планете!» – напыщенно процитировал навязший в ушах лозунг Сэмэл. - Теперь я понимаю, почему сюда никто спускаться не хотел! Пятно-то довольно скучное.
Лана только вздохнула:
- Ага! И в пределах видимости нет ни одной пещеры с древними табличками!
- А мне тут нравится, - заявила Танита. – Давно так не отдыхала: никаких тебе курсовых, тестов и заданий. Дома б тоже нашли занятия – с малышнёй гулять. А тут – свобода!
- Ага! – недовольно буркнул Сэмэл, стуча в окно иллюминатора пучеглазой ламинье, рассматривающей их компанию с явным осуждением. – Вон у кого свобода, а мы – узники. Хоть бы и нас выпустили погулять. Я даже с малышнёй согласен.
- Что тут нам велел высматривать доктор Донэл? – с недоумением всмотрелась в иллюминатор Танита. – Что-то необычное? Тогда не скоро мы его чем-нибудь порадуем.
Так прошло трое суток. Замеры и пробы, а также периодические вылазки учёных наружу - на мини-батискафах и в скафандрах - сильно замедляли движение вниз. Студенты пытались тоже к ним присоседиться, но их просьбы дружно игнорировали - не до них, идёт серьёзная научная работа. И они так и торчали у иллюминаторов, как наказанные дети.
- Зачем мы их взяли с собой! – брюзжал вечно всем недовольный всем профессор биологии Боэн, обращаясь к Донэлу. – Только под руками и ногами путаются.
- Я поручил им вести визуальные наблюдения. Это тоже важно. Пусть учатся внимательности, - отмахивался тот. – Смена поколений. Эстафета знаний.
- Я пока ещё не скоро собираюсь отправляться на планету пенсионеров Ламиту! – буркнул профессор Боэн. – Обойдусь и без них!
Но ему никто не ответил. Боэн есть Боэн – не с капитаном Донэлом скандалит, так со своим коллегой доктором Пауэром, не с ним, так ещё найдёт на кого побрюзжать. Но все терпели его - за великолепные знания и умение взбодрить резким словом и активизировать окружающих, что тоже немаловажно.
