Я на такой вывод ответил тихим, неразборчивым мычанием, надеясь, что Альга смилостивиться и найдет где-нибудь топор, чтобы прекратить мои мучения.
-- Надеюсь, в следующий раз ты подумаешь, прежде чем отправишься разгуливать в одном полотенце по старому замку...
Мне очень хотелось ответить, чтобы в следующий раз думала сама воровка, запираясь в ванной на два часа, но жалобный хрип вышел не очень убедительно.
-- Ладно-ладно... уже иду к лекарю, -- по своему истолковала это Альга, с неохотой слезая с кровати и натягивая кофту. -- Эольцам на смех: "Извините, господа убийцепоклонники, но грозный Оррен Рит слег с простудой, и, по понятным причинам, не в состоянии дальше вас запугивать!"... Они ж от хохота перемрут. Хотя нет, такой радости мы от них не дождемся. Оррен, а если с тебя дар снять? Метка не поможет?
Я даже не стал задуматься над этим вопросом, решив, что Хель в деле борьбы с простудой точно не спасет -- не для Убийцы это дело. Альга же, еще с минуту постояв надо мной воплощением немого укора, отправилась на поиски лекаря. Я же, попытавшись отвлечься от ломоты и жара, попробовал уплыть в тревожный, липкий от боли сон.
Зря.
В обрывочных видениях я то со стороны смотрел на самого себя, замершего на кровати и что-то шепчущего в бреду, то переносился в прошлое, пытаясь докричаться до друзей, то все вокруг начинало гаснуть, а из наплывающей темноты на меня с тоской смотрели Талли и Лареллин. Или это была не княжна, а моя дочь? Почему-то у меня никак не получалось соединить в своей памяти два эти образа...
Так и не дождавшись лекаря, я окончательно провалился в беспамятство.
-- Дедушка, ну пойдемте быстрее! Ему же совсем плохо... -- Альга печально взирала на еле-еле семенящего лекаря. Что и говорить, он был очень стар... настолько, что оставалось только удивляться, как вообще человек может так долго держаться на этом свете, сохраняя способность хоть как-то передвигаться на своих двоих и еще трезво размышлять.
-- От простуды, молодая леди, еще никто не умирал, -- нравоучительно отозвался лекарь, замирая на очередном повороте, чтобы отдышаться. -- Вчера ваш друг меня измотал, пока я в десятый раз не повторил, что с девочкой будет все хорошо, сегодня вы меня куда-то тащите...
-- Это Оррену кинжал в сердце не смертельно, а от простуды он и загнуться может! -- воскликнула Альга, размышляя, как ей реагировать на "молодую леди": с одной стороны, она, по сравнению с лекарем, только-только из люльки выбралась, а с другой, как-то было обидно, и в который раз вспомнилось, что молодость на самом деле давно прошла... Да и леди из нее никакая...
-- Его светлость вас защищает, а вы ворчите! -- попыталась усовестить лекаря.
-- А зачем меня защищать? -- удивился вредный старик.
-- Ну не вас, так вашу семью: детей, внуков, правнуков... -- Альга, попытавшись на глазок прикинуть приблизительное число лет, отмеренных лекарю, добавила: -- Праправнуков.
Лекарь головой в знак согласия покивал, но идти быстрее даже не подумал
-- Может быть, вы мне какой-нибудь настой дадите, и я вперед побегу? -- без особой надежды уточнила женщина, с профессиональным интересом косясь на большую сумку, набитую целебными мазями и микстурами...
-- Не осмотрев больного? Нет! -- категорично заявил старик.
На счастье лекаря, в этот момент разозленной Альге попался спешащий по своим делам Василий.
-- Ага! -- кровожадно воскликнула она, заметив в конце коридора высокого иномирца.
Тот неловко поскользнулся на плитах пола, сжимая в руках поднос, заставленный тарелками с едой, но равновесие удержал и, обернувшись, с укором посмотрел на воровку. Альга ответила ему натянутой улыбкой.
-- Утро доброе, куда это ты решил перенести все съестные запасы нашей крепости? -- поинтересовалась женщина, когда они с лекарем, наконец, доковыляли до конца коридора, нагнав Василия, который все это время спокойно стоял на месте, ничем не выражая недовольства по поводу такой задержки.
-- Это я Маришеньке завтрак приготовил, чтобы ей лишний раз не вставать. Девочке сейчас нужно хорошо питаться.
-- Людям вообще полезно питаться, -- поддакнула Альга.
-- И клыкастый этот... все время около ее комнаты ошивается... -- спокойно продолжил мужчина, потом заметил маленького сухонького лекаря. -- Что-то случилось?
-- Оррен заболел! -- пожаловалась женщина. -- Вчера решил устроить прогулки в полотенце, а сегодня с утра дотронуться до него страшно -- жар жуткий начался.
-- Э-э-э, вон оно как... -- огорчился Василий, -- к нам тут скоро эольцы подойдут. Вы уж, уважаемый Гивар, сделайте все, что в ваших силах... -- неожиданно он обратился к старику.
-- Не сомневайся, Васенька, я быстро на ноги защитника вашего поставлю. Пойдемте, леди, скорее, что вы мух ловите? -- лекарь возмущенно посмотрел на замершую женщину и бодренько припустил в сторону герцогский покоев.
-- Вот ведь пень старый! Это он, значит, издевался... -- с восхищением протянула воровка.
-- С пожилыми людьми уважительно нужно общаться, -- прогудел Василий. -- Пойду я кровососа этого гонять, чтобы Маришеньке аппетит не портил.
-- Только ты поосторожней, он ей все-таки родной отец, -- попросила Альга, зная тяжелую руку иномирца.
-- Черт он лысый, а не отец... -- недовольно откликнулся мужчина.
-- Ревнуешь, Васенька? -- захихикала Альга и поспешила скрыться за дверью герцогских покоев, чтобы еще сильнее не злить спокойного и доброго иномирца. Вот теперь она вампиру точно не завидовала.
Уважаемый Гивар уже суетился вокруг метавшегося по кровати Оррена. Выглядел мужчина, по мнению Альги, хуже некуда: спальная рубашка намокла от пота и прилипла к телу, дыхание было хриплым и прерывистым, бледное лицо по цвету слилось с накрахмаленными простынями, на которых и метался Рит, пытаясь вырваться из пут кошмаров.
Герцог бредил, но, к досаде Альги, звал он вовсе не ее, а ту, чьё имя женщине хотелось слышать меньше всего на свете.
-- Как его Убийца мучает... -- покачал головой лекарь, пытаясь влить в рот Оррена какой-то настой. -- Вы, леди, подержите своего защитника, а то я все расплескаю. Как же он так умудрился?
-- Замерз... -- уклончиво ответила Альга, думая -- чтобы удержать Рита, требуются усилия отнюдь не одной воровки и дряхлого врача. Вот Василия бы позвать или Рика... Хотя, пожалуй, это будет лишним. Кто знает, о чем Оррен в бреду может проговориться?
Пусть остальные господа лучше эольцев развлекают.
Но, к счастью, настой Гивара помог быстро. Герцог перестал метаться, жар немного спал, и, кажется, бред перешел в сон.
-- К полудню должна прибыть остальная часть войск, с ними обязан быть специализированный маг. Он вашего герцога за пару минут вылечит. Вы только поменяйте постельное белье -- выжимать можно, его светлость переоденьте, иначе ему только хуже станет, и второе одеяло достаньте. Я вам, леди, еще один флакон оставлю, на случай, если бред начнется снова, но не думаю, что такое возможно.
Лекарь наклонил голову, с явной насмешкой изучая гамму эмоций на лице Альги, которая представила, как она будет переодевать совсем не маленького Оррена.
-- Доброго дня, леди, -- пожелал лекарь и вышел за дверь.
-- Хель! -- с чувством ответила женщина и скептически оглядела герцога, думая, с какого бока к нему лучше подступиться. -- Да, я, конечно, помню: "В горе и в радости, в болезни и в здравии..." -- но как-то "в болезни" наступило чересчур рано! Да и не клялись мы еще...
К счастью, в этот момент в комнату кто-то деликатно постучался. Именно потому, что постучался, да еще и так осторожно, Альга сделала вывод, что это иномирец.
-- Василий, если это ты -- заходи скорее, помощь нужна! -- радостно воскликнула она, потом опомнилась и мысленно дала себе затрещину -- Оррен при звуке ее громкого голоса жалобно застонал сквозь плотно сжатые губы.
Иномирец замер на пороге, обозревая поле деятельности, потом опомнился, мягко затворил за собой дверь и, в отличие от Альги быстро сориентировавшись, спросил шепотом:
-- Ну как тут у вас?
-- Велели поменять постель и переодеть, но мне одной это не под силу...
-- Сейчас все сделаем, -- успокоил женщину иномирец. -- Впервой, что ли?
Собственно, все Василий сам и сделал, Альга только больше мешала, не вовремя влезая под руку или понимая указания иномирца с точностью наоборот. Впрочем, такую рассеянность решено было списать на волнение за Оррена.
-- А не проще ли было слуг позвать? Все время про них забываю, но иногда сваливать работу на их плечи бывает полезно.
-- Не проще, -- мрачно отозвалась Альга, расправляя новую простыню. -- Если у него снова начнется бред, посторонние могут услышать много всего интересного, для их ушей не предназначающегося.
Наконец, переодетый герцог был устроен на чистой свежей постели и укрыт двумя одеялами. Бледность сменилась не совсем здоровым румянцем. Но, в общем и целом, выглядел Оррен вполне пристойно, -- желания созывать народ на поминки, по крайней мере, больше не появлялось.
-- Я тогда с ним посижу. Ты меня только кликни, когда Леран приведет остальных бойцов, лекарь сказал, с ними должен будет маг-целитель прибыть.
-- Позову, конечно же, -- успокоил ее Василий, -- даже лучше сам его поймаю и сюда приведу, чтобы тебе лишний раз по крепости не бегать. Я сейчас схожу, узнаю, как дела обстоят. Завтрак принести на обратном пути?
Альга благодарно улыбнулась.
-- Спасибо большое, что бы мы без тебя делали!
-- Да уж как-нибудь сами справились, -- иномирец уже потянул на себя дверную ручку, выполненную в виде головы дракона, как в комнату, без стука, ворвался наместник Хель, чуть не уронив Василия на пол.
-- Оррен, Убийца тебя за ног-г... -- так и не закончил свою фразу Рит, круглыми глазами смотря на открывшуюся ему картину. -- Что с ним?
-- Покушение злобных сквозняков на жизнь защитника Пресветлой матери почти удалось... -- ухмыльнулась Альга.
-- Покушение?! -- вскричал Рик и тут же пугливо втянул голову в плечи, когда на него грозно зашикали с двух сторон. Кажется, из всей фразы он понял только одно слово.
-- Да-да-да, -- поспешила успокоить его воровка, -- глупость Оррена покусилась на него, когда он отправился в одном полотенце бродить по замку. Правда, я тоже виновата, что заняла ванную комнату, но давайте потом будем с этим разбираться? Что-то случилось?
Рик вздохнул и, понизив голос, сообщил:
-- Кто-то, точнее -- эольцы, требуют Оррена. И что делать? -- наместник покосился на герцога, вздохнул. -- Ладно. Понял. Альга, Василий, тогда вам придётся пойти вместе со мной -- будете отдуваться за нашего больного. Иначе штурм начнется уже через несколько часов.
-- Но с ним должен кто-то сидеть! -- возмутилась воровка, не зная, что пугает ее больше -- толпа убийцепоклонников или то, что Оррен сболтнет новой сиделке что-нибудь лишнее.
-- Я могу присмотреть за его светлостью... -- в открытую дверь заглянула любопытная Маришка.
-- У тебя же постельный режим! -- Василий с неодобрением оглядел свою подопечную.
-- А если я в кресле посижу, укрывшись пледом?
Иномирец уже хотел отправить девушку обратно в ее покои, как Альга опередила его.
-- Лучше уж ты, чем кто-то другой, -- вздохнула она и, дождавшись, когда мужчины выйдут из комнаты, протянула Маришке пузырек с лекарством: -- Если он начнет бредить -- сразу напои его этим. И не медли ни секунды, а то не удержишь! Поняла?
Девушка серьезно кивнула, бережно принимая пузырек из рук Альги.
-- И да... -- женщина замерла на пороге, некрасиво поджав губы, -- не слушай того, что он будет говорить. Пожалуйста.
***
В деревне им пришлось пробыть еще четыре дня. Именно столько времени потребовалось Таллиэлю, чтобы более-менее прийти в себя и убедить друзей, что он в состоянии передвигаться и самостоятельно держаться в седле.
-- Я же не прошу вас, отъехав на лигу, сразу же браться за новое задание? -- разумно возразил он на довод Рита, что эльф сейчас не способен и от комара отмахнуться. -- И где ты только такого найдешь? -- усмехнулся он, и остальным пришлось согласиться, что даже за с виду надежной оградой селения они все равно могут оказаться в опасности, как это вышло с плакуньей.
Эти дни они занимались ничегонеделанием. Точнее, Кристиан пытался усиленно сдружиться с компанией охотников и заодно впихнуть в получившийся коллектив Юлю. Ведь, несмотря на то что ни Альга, ни Талли не выступали против княжны, как это с большим удовольствием делал Рит, все равно эльфийку всерьез не воспринимали. Юльтиниэль была готова метать громы и молнии и нещадно истреблять всю окрестную нечисть на зависть будущему отцу, но приходилось ограничиваться высокомерными взглядами и обиженно-надутыми губками. Она даже как-то уговорила воровку устроить небольшой тренировочный поединок, с трудом удержалась от того, чтобы не выиграть, нарочно оступившись в самый последний момент. Но даже неплохое (по мнению остальных за вычетом Криса -- император-то знал, что оно было прекрасным) владение оружием, не умалило Оррена и не особо подействовало на эльфа, хотя Альга все-таки долей уважения к Лареллин прониклась.
-- Да... работы предстоит много, -- как-то обреченно вздохнул Крис после очередной перепалки Юльтиниэль и Оррена, в которой Рит пытался убедить всех окружающих людей, что лучезарные эльфийки -- вещь совершенно бесполезная: "Они могут служить украшением спальни своего супруга, но никак не охотиться на слуг Хель", -- брякнул мужчина сгоряча, за что и заработал звонкую пощечину.
-- Работы?! -- взъярилась Юльтиниэль в ответ, услышав реплику Кристиана о том, что он уже не надеется подружить ее с Ритом. -- Некоторых не дрессировать надо, а усыплять, чтобы не мучились! -- После чего весь оставшийся день ни с кем не общалась.
Крис, в общем-то, не очень этому огорчился. Он давно понял, что девушка относилась именно к тому типу людей, которые оттаивали так же быстро, как и загорались. И долго злиться Юля не умела принципиально. Если чувствовала потребность -- отмечала в памяти тех неприятелей, которым хотелось отомстить за обиду. Так что император был уверен, как только полуэльфийка перемоет косточки всей компании, помянет прошлые грехи и соскучится, обязательно сменит гнев на милость. А у него и без того, чтобы переживать за Юлю, дел оказалось достаточно: сперва нужно купить себе и подруге лошадей, а требовали селяне даже за разваливающихся кляч совершенно безбожные суммы, какие обычно давали за породистых скакунов. Видимо, так они пытались вернуть себе хоть часть выплаченного гонорара. Затем Кристиану предстояло раздобыть себе сменную одежду и подобрать нормальное оружие -- утащенный эльфийский клинок нравился ему куда больше, но светить им не хотелось. Да еще и Оррен, узнав, что новый знакомый собирается посвятить остаток дня покупкам, выдал ему длиннющий список.
-- Составить тебе компанию? -- Крис не успел отойти от постоялого двора и на сотню шагов, как его догнала Альга.
-- Если тебе больше нечем заняться...
Девушка забрала у него список, принявшись изучать мелкий, аккуратный почерк Оррена. Читала она с явным трудом. Это так удивило императора, что, не заметив ямы, он чуть не подвернул ногу, наблюдая, как Альга разбирает слова.
-- Надеюсь, в следующий раз ты подумаешь, прежде чем отправишься разгуливать в одном полотенце по старому замку...
Мне очень хотелось ответить, чтобы в следующий раз думала сама воровка, запираясь в ванной на два часа, но жалобный хрип вышел не очень убедительно.
-- Ладно-ладно... уже иду к лекарю, -- по своему истолковала это Альга, с неохотой слезая с кровати и натягивая кофту. -- Эольцам на смех: "Извините, господа убийцепоклонники, но грозный Оррен Рит слег с простудой, и, по понятным причинам, не в состоянии дальше вас запугивать!"... Они ж от хохота перемрут. Хотя нет, такой радости мы от них не дождемся. Оррен, а если с тебя дар снять? Метка не поможет?
Я даже не стал задуматься над этим вопросом, решив, что Хель в деле борьбы с простудой точно не спасет -- не для Убийцы это дело. Альга же, еще с минуту постояв надо мной воплощением немого укора, отправилась на поиски лекаря. Я же, попытавшись отвлечься от ломоты и жара, попробовал уплыть в тревожный, липкий от боли сон.
Зря.
В обрывочных видениях я то со стороны смотрел на самого себя, замершего на кровати и что-то шепчущего в бреду, то переносился в прошлое, пытаясь докричаться до друзей, то все вокруг начинало гаснуть, а из наплывающей темноты на меня с тоской смотрели Талли и Лареллин. Или это была не княжна, а моя дочь? Почему-то у меня никак не получалось соединить в своей памяти два эти образа...
Так и не дождавшись лекаря, я окончательно провалился в беспамятство.
-- Дедушка, ну пойдемте быстрее! Ему же совсем плохо... -- Альга печально взирала на еле-еле семенящего лекаря. Что и говорить, он был очень стар... настолько, что оставалось только удивляться, как вообще человек может так долго держаться на этом свете, сохраняя способность хоть как-то передвигаться на своих двоих и еще трезво размышлять.
-- От простуды, молодая леди, еще никто не умирал, -- нравоучительно отозвался лекарь, замирая на очередном повороте, чтобы отдышаться. -- Вчера ваш друг меня измотал, пока я в десятый раз не повторил, что с девочкой будет все хорошо, сегодня вы меня куда-то тащите...
-- Это Оррену кинжал в сердце не смертельно, а от простуды он и загнуться может! -- воскликнула Альга, размышляя, как ей реагировать на "молодую леди": с одной стороны, она, по сравнению с лекарем, только-только из люльки выбралась, а с другой, как-то было обидно, и в который раз вспомнилось, что молодость на самом деле давно прошла... Да и леди из нее никакая...
-- Его светлость вас защищает, а вы ворчите! -- попыталась усовестить лекаря.
-- А зачем меня защищать? -- удивился вредный старик.
-- Ну не вас, так вашу семью: детей, внуков, правнуков... -- Альга, попытавшись на глазок прикинуть приблизительное число лет, отмеренных лекарю, добавила: -- Праправнуков.
Лекарь головой в знак согласия покивал, но идти быстрее даже не подумал
-- Может быть, вы мне какой-нибудь настой дадите, и я вперед побегу? -- без особой надежды уточнила женщина, с профессиональным интересом косясь на большую сумку, набитую целебными мазями и микстурами...
-- Не осмотрев больного? Нет! -- категорично заявил старик.
На счастье лекаря, в этот момент разозленной Альге попался спешащий по своим делам Василий.
-- Ага! -- кровожадно воскликнула она, заметив в конце коридора высокого иномирца.
Тот неловко поскользнулся на плитах пола, сжимая в руках поднос, заставленный тарелками с едой, но равновесие удержал и, обернувшись, с укором посмотрел на воровку. Альга ответила ему натянутой улыбкой.
-- Утро доброе, куда это ты решил перенести все съестные запасы нашей крепости? -- поинтересовалась женщина, когда они с лекарем, наконец, доковыляли до конца коридора, нагнав Василия, который все это время спокойно стоял на месте, ничем не выражая недовольства по поводу такой задержки.
-- Это я Маришеньке завтрак приготовил, чтобы ей лишний раз не вставать. Девочке сейчас нужно хорошо питаться.
-- Людям вообще полезно питаться, -- поддакнула Альга.
-- И клыкастый этот... все время около ее комнаты ошивается... -- спокойно продолжил мужчина, потом заметил маленького сухонького лекаря. -- Что-то случилось?
-- Оррен заболел! -- пожаловалась женщина. -- Вчера решил устроить прогулки в полотенце, а сегодня с утра дотронуться до него страшно -- жар жуткий начался.
-- Э-э-э, вон оно как... -- огорчился Василий, -- к нам тут скоро эольцы подойдут. Вы уж, уважаемый Гивар, сделайте все, что в ваших силах... -- неожиданно он обратился к старику.
-- Не сомневайся, Васенька, я быстро на ноги защитника вашего поставлю. Пойдемте, леди, скорее, что вы мух ловите? -- лекарь возмущенно посмотрел на замершую женщину и бодренько припустил в сторону герцогский покоев.
-- Вот ведь пень старый! Это он, значит, издевался... -- с восхищением протянула воровка.
-- С пожилыми людьми уважительно нужно общаться, -- прогудел Василий. -- Пойду я кровососа этого гонять, чтобы Маришеньке аппетит не портил.
-- Только ты поосторожней, он ей все-таки родной отец, -- попросила Альга, зная тяжелую руку иномирца.
-- Черт он лысый, а не отец... -- недовольно откликнулся мужчина.
-- Ревнуешь, Васенька? -- захихикала Альга и поспешила скрыться за дверью герцогских покоев, чтобы еще сильнее не злить спокойного и доброго иномирца. Вот теперь она вампиру точно не завидовала.
Уважаемый Гивар уже суетился вокруг метавшегося по кровати Оррена. Выглядел мужчина, по мнению Альги, хуже некуда: спальная рубашка намокла от пота и прилипла к телу, дыхание было хриплым и прерывистым, бледное лицо по цвету слилось с накрахмаленными простынями, на которых и метался Рит, пытаясь вырваться из пут кошмаров.
Герцог бредил, но, к досаде Альги, звал он вовсе не ее, а ту, чьё имя женщине хотелось слышать меньше всего на свете.
-- Как его Убийца мучает... -- покачал головой лекарь, пытаясь влить в рот Оррена какой-то настой. -- Вы, леди, подержите своего защитника, а то я все расплескаю. Как же он так умудрился?
-- Замерз... -- уклончиво ответила Альга, думая -- чтобы удержать Рита, требуются усилия отнюдь не одной воровки и дряхлого врача. Вот Василия бы позвать или Рика... Хотя, пожалуй, это будет лишним. Кто знает, о чем Оррен в бреду может проговориться?
Пусть остальные господа лучше эольцев развлекают.
Но, к счастью, настой Гивара помог быстро. Герцог перестал метаться, жар немного спал, и, кажется, бред перешел в сон.
-- К полудню должна прибыть остальная часть войск, с ними обязан быть специализированный маг. Он вашего герцога за пару минут вылечит. Вы только поменяйте постельное белье -- выжимать можно, его светлость переоденьте, иначе ему только хуже станет, и второе одеяло достаньте. Я вам, леди, еще один флакон оставлю, на случай, если бред начнется снова, но не думаю, что такое возможно.
Лекарь наклонил голову, с явной насмешкой изучая гамму эмоций на лице Альги, которая представила, как она будет переодевать совсем не маленького Оррена.
-- Доброго дня, леди, -- пожелал лекарь и вышел за дверь.
-- Хель! -- с чувством ответила женщина и скептически оглядела герцога, думая, с какого бока к нему лучше подступиться. -- Да, я, конечно, помню: "В горе и в радости, в болезни и в здравии..." -- но как-то "в болезни" наступило чересчур рано! Да и не клялись мы еще...
К счастью, в этот момент в комнату кто-то деликатно постучался. Именно потому, что постучался, да еще и так осторожно, Альга сделала вывод, что это иномирец.
-- Василий, если это ты -- заходи скорее, помощь нужна! -- радостно воскликнула она, потом опомнилась и мысленно дала себе затрещину -- Оррен при звуке ее громкого голоса жалобно застонал сквозь плотно сжатые губы.
Иномирец замер на пороге, обозревая поле деятельности, потом опомнился, мягко затворил за собой дверь и, в отличие от Альги быстро сориентировавшись, спросил шепотом:
-- Ну как тут у вас?
-- Велели поменять постель и переодеть, но мне одной это не под силу...
-- Сейчас все сделаем, -- успокоил женщину иномирец. -- Впервой, что ли?
Собственно, все Василий сам и сделал, Альга только больше мешала, не вовремя влезая под руку или понимая указания иномирца с точностью наоборот. Впрочем, такую рассеянность решено было списать на волнение за Оррена.
-- А не проще ли было слуг позвать? Все время про них забываю, но иногда сваливать работу на их плечи бывает полезно.
-- Не проще, -- мрачно отозвалась Альга, расправляя новую простыню. -- Если у него снова начнется бред, посторонние могут услышать много всего интересного, для их ушей не предназначающегося.
Наконец, переодетый герцог был устроен на чистой свежей постели и укрыт двумя одеялами. Бледность сменилась не совсем здоровым румянцем. Но, в общем и целом, выглядел Оррен вполне пристойно, -- желания созывать народ на поминки, по крайней мере, больше не появлялось.
-- Я тогда с ним посижу. Ты меня только кликни, когда Леран приведет остальных бойцов, лекарь сказал, с ними должен будет маг-целитель прибыть.
-- Позову, конечно же, -- успокоил ее Василий, -- даже лучше сам его поймаю и сюда приведу, чтобы тебе лишний раз по крепости не бегать. Я сейчас схожу, узнаю, как дела обстоят. Завтрак принести на обратном пути?
Альга благодарно улыбнулась.
-- Спасибо большое, что бы мы без тебя делали!
-- Да уж как-нибудь сами справились, -- иномирец уже потянул на себя дверную ручку, выполненную в виде головы дракона, как в комнату, без стука, ворвался наместник Хель, чуть не уронив Василия на пол.
-- Оррен, Убийца тебя за ног-г... -- так и не закончил свою фразу Рит, круглыми глазами смотря на открывшуюся ему картину. -- Что с ним?
-- Покушение злобных сквозняков на жизнь защитника Пресветлой матери почти удалось... -- ухмыльнулась Альга.
-- Покушение?! -- вскричал Рик и тут же пугливо втянул голову в плечи, когда на него грозно зашикали с двух сторон. Кажется, из всей фразы он понял только одно слово.
-- Да-да-да, -- поспешила успокоить его воровка, -- глупость Оррена покусилась на него, когда он отправился в одном полотенце бродить по замку. Правда, я тоже виновата, что заняла ванную комнату, но давайте потом будем с этим разбираться? Что-то случилось?
Рик вздохнул и, понизив голос, сообщил:
-- Кто-то, точнее -- эольцы, требуют Оррена. И что делать? -- наместник покосился на герцога, вздохнул. -- Ладно. Понял. Альга, Василий, тогда вам придётся пойти вместе со мной -- будете отдуваться за нашего больного. Иначе штурм начнется уже через несколько часов.
-- Но с ним должен кто-то сидеть! -- возмутилась воровка, не зная, что пугает ее больше -- толпа убийцепоклонников или то, что Оррен сболтнет новой сиделке что-нибудь лишнее.
-- Я могу присмотреть за его светлостью... -- в открытую дверь заглянула любопытная Маришка.
-- У тебя же постельный режим! -- Василий с неодобрением оглядел свою подопечную.
-- А если я в кресле посижу, укрывшись пледом?
Иномирец уже хотел отправить девушку обратно в ее покои, как Альга опередила его.
-- Лучше уж ты, чем кто-то другой, -- вздохнула она и, дождавшись, когда мужчины выйдут из комнаты, протянула Маришке пузырек с лекарством: -- Если он начнет бредить -- сразу напои его этим. И не медли ни секунды, а то не удержишь! Поняла?
Девушка серьезно кивнула, бережно принимая пузырек из рук Альги.
-- И да... -- женщина замерла на пороге, некрасиво поджав губы, -- не слушай того, что он будет говорить. Пожалуйста.
***
В деревне им пришлось пробыть еще четыре дня. Именно столько времени потребовалось Таллиэлю, чтобы более-менее прийти в себя и убедить друзей, что он в состоянии передвигаться и самостоятельно держаться в седле.
-- Я же не прошу вас, отъехав на лигу, сразу же браться за новое задание? -- разумно возразил он на довод Рита, что эльф сейчас не способен и от комара отмахнуться. -- И где ты только такого найдешь? -- усмехнулся он, и остальным пришлось согласиться, что даже за с виду надежной оградой селения они все равно могут оказаться в опасности, как это вышло с плакуньей.
Эти дни они занимались ничегонеделанием. Точнее, Кристиан пытался усиленно сдружиться с компанией охотников и заодно впихнуть в получившийся коллектив Юлю. Ведь, несмотря на то что ни Альга, ни Талли не выступали против княжны, как это с большим удовольствием делал Рит, все равно эльфийку всерьез не воспринимали. Юльтиниэль была готова метать громы и молнии и нещадно истреблять всю окрестную нечисть на зависть будущему отцу, но приходилось ограничиваться высокомерными взглядами и обиженно-надутыми губками. Она даже как-то уговорила воровку устроить небольшой тренировочный поединок, с трудом удержалась от того, чтобы не выиграть, нарочно оступившись в самый последний момент. Но даже неплохое (по мнению остальных за вычетом Криса -- император-то знал, что оно было прекрасным) владение оружием, не умалило Оррена и не особо подействовало на эльфа, хотя Альга все-таки долей уважения к Лареллин прониклась.
-- Да... работы предстоит много, -- как-то обреченно вздохнул Крис после очередной перепалки Юльтиниэль и Оррена, в которой Рит пытался убедить всех окружающих людей, что лучезарные эльфийки -- вещь совершенно бесполезная: "Они могут служить украшением спальни своего супруга, но никак не охотиться на слуг Хель", -- брякнул мужчина сгоряча, за что и заработал звонкую пощечину.
-- Работы?! -- взъярилась Юльтиниэль в ответ, услышав реплику Кристиана о том, что он уже не надеется подружить ее с Ритом. -- Некоторых не дрессировать надо, а усыплять, чтобы не мучились! -- После чего весь оставшийся день ни с кем не общалась.
Крис, в общем-то, не очень этому огорчился. Он давно понял, что девушка относилась именно к тому типу людей, которые оттаивали так же быстро, как и загорались. И долго злиться Юля не умела принципиально. Если чувствовала потребность -- отмечала в памяти тех неприятелей, которым хотелось отомстить за обиду. Так что император был уверен, как только полуэльфийка перемоет косточки всей компании, помянет прошлые грехи и соскучится, обязательно сменит гнев на милость. А у него и без того, чтобы переживать за Юлю, дел оказалось достаточно: сперва нужно купить себе и подруге лошадей, а требовали селяне даже за разваливающихся кляч совершенно безбожные суммы, какие обычно давали за породистых скакунов. Видимо, так они пытались вернуть себе хоть часть выплаченного гонорара. Затем Кристиану предстояло раздобыть себе сменную одежду и подобрать нормальное оружие -- утащенный эльфийский клинок нравился ему куда больше, но светить им не хотелось. Да еще и Оррен, узнав, что новый знакомый собирается посвятить остаток дня покупкам, выдал ему длиннющий список.
-- Составить тебе компанию? -- Крис не успел отойти от постоялого двора и на сотню шагов, как его догнала Альга.
-- Если тебе больше нечем заняться...
Девушка забрала у него список, принявшись изучать мелкий, аккуратный почерк Оррена. Читала она с явным трудом. Это так удивило императора, что, не заметив ямы, он чуть не подвернул ногу, наблюдая, как Альга разбирает слова.
