Если Тренвин отыскал нас один раз, может попробовать снова. Хотя его шансы уменьшаются по мере того, как мы удаляемся от Грендейла, лучше не расслабляться.
— Кажется, — сказала Элис и указала в сторону, — нас уже нашли. Смотрите вон туда!
Воздух в противоположном конце зала зарябил и принялся мерцать, в считанные секунды темнея и уплотняясь. Он наполнился раскидывающей вокруг черные щупальца тьмой, из которой возникали фигуры, похожие на человеческие. Закованные в черные латы, под два метра ростом, со шлемами, не открывающими лиц. Больше всего чужаки напоминали конструктов, напавших на нас в земной роще по приказу, как теперь выяснилось, Алдрена. Впрочем, очертания доспехов, носимых незваными гостями, оказались немного иными, равно как и исходивший от них энергетический отклик. Он напомнил эхо от чар, с которыми мы недавно столкнулись.
— Еще один привет от названных братьев, — сквозь зубы процедил Нэотеорн и взмахнул шпагой. — На такие фокусы, как только что проделанный, меня снова не хватит, так что придется разбираться с ними как-нибудь по-простому.
— Ну что ж, значит, пришло время снова подраться, — сказал я и вытащил из ножен палаш. Исходящие от люстр отсветы скользнули по его клинку.
Следуя моему примеру, Элис обнажила клинки, и языки огня пробежали по лезвию сабли и даги. Марина вскинула пистолет, вставив в него перед этим новую обойму, и в следующую секунду загрохотали выстрелы. Пули рвались из ствола одна за другой и бились вслед за тем по черной броне. Несколько фигур пошатнулись, но ни одна из них не упала и ни разу латный доспех не оказался пробит. Тогда девушка с коротким рычанием бросила пистолет обратно в кобуру и извлекла из ножен прямой меч и кинжал, которыми еще ни разу не пользовалась за время нашего путешествия.
— Попробую кое-чем подсобить, — вполголоса проговорил Нэотеорн и короткое колебание, подобное мерцанию воздуха, прошлось затем вдоль сжимаемого нами оружия. — Я усилил наши клинки. Теперь они должны пробивать вражеские доспехи, если только те не защищены магией.
— Надеюсь, и вправду поможет, — пробормотал я, принимая защитную стойку и на всякий случай осмотрев свой клинок. На вид он ни капли не изменился. Темные латники меж тем становились все ближе, и в узкой щели забрал проглядывал одна только непроницаемый мрак. — Должен отметить, что выглядят эти ребята достаточно угрожающе. Держимся осторожно, мы не знаем, владеют они магией или нет.
Я не успел еще как следует отдохнуть после предыдущего сражения в Цитадели и потому не спешил вступать в бой, тем более не было до конца понятно, что собой представляет неприятель и какими возможностями располагает. Элис и Марина тоже проявили осторожность, и потому пока мы лишь сдвинули плечи, наблюдая, как закованные в черные латы создания пересекают зал и движутся в нашем направлении. Они ступали неспешно, гулко позвякивали оружие и броня.
Когда между нами оставалось всего около пяти метров, Элис с коротким вскриком кинулась на противника. Сверкнули выставленные ею клинки. Девушка заблокировала обрушенный на нее темным латником меч, приняв удар на гарду кинжала, и немедленно выпрямила руку, направляя острие сабли врагу прямо в корпус. Пламя взвихрилось вокруг ее клинка. Оружие с глухим стуком ударило по стальному нагруднику, после чего по нему пробежали черные трещины. Находившийся рядом черный рыцарь попробовал атаковать Элис, но я уже оказался на его пути, парируя его удар собственным палашом.
Мышцы отозвались болью, от поспешного движения заломило все тело. Все-таки, я уже был очень сильно изможден и к тому лишен магической подпитки, и такие нагрузки представляли собой испытание для организма. Тем временем трещины, что остались после нанесенного Элис удара, продолжали расходиться по доспеху ее противника, и спустя считанные мгновения он стал разваливаться на части. Внутри обнажилась жадная тьма, что составляла основу этих существ, однако и она вскоре растворилась в воздухе, рассеявшись на тающие клочки.
При гибели призванного врагом при помощи магии создания не выделилось никакой жизненной энергии, и потому я не смог пополнить свои истощившиеся резервы. Вокруг нас меж тем принялась закипать схватка. Нэотеорн сделал быстрый шаг вперед и выставил в глубоко проникающем уколе свою шпагу. Ее лезвие сверкнуло и пробило противнику забрало, отчего то принялось рассыпаться на части. Однако остальные темные латники уже подступились к нам, окружая с флангов, и нам пришлось отступить.
Всего их насчитывалось около двух десятков, и они приближались, обходя нас с флангов и явно намереваясь зажать в кольцо. Потянув за собой Элис, я попятился к дальней стене. Было очевидно, что сейчас, когда мы вымотаны предыдущим боем и практически лишены возможности использовать магию, противник одержит верх просто за счет свой численности. Победить так легко, как это получалось раньше, не получится, потому что никаких дополнительных преимуществ с нами больше нет. Впрочем, прежние победы на самом деле тоже нельзя было назвать легкими, учитывая скольких спутников мы потеряли.
Еще один магический конструкт занес меч и ударил Марину по ее иномирной броне. Девушка вскрикнула и попятилась, на прежде гладком стальном нагруднике осталась глубокая вмятина. Марина спрятала кинжал и вновь извлекла пистолет, но выпущенные ею пули, как и в предыдущий раз, ударили по черным доспехам без всякой пользы. Нэотеорн с бешеной скоростью закрутил клинком, но не сумел пробить доспехи следующего противника. Его шпага с коротким скрежетом скользнула по броне и тотчас отлетела прочь.
Один из черных рыцарей замахнулся тяжелым клинком, и на левом рукаве Принца Зеркал осталась короткая рана. Нэотеорн выругался и тоже отступил назад, прежде, чем его успели бы снова зацепить. Маг иллюзий тяжело дышал, но по-прежнему держал шпагу высоко поднятой. На белых кружевах носимого им черного камзола растекалось кровавое пятно.
— Неприятно, — пробормотал Нэотеорн, — но, думаю, как-нибудь справимся, — он уже принялся творить исцеляющее заклятье, призванное остановить кровопотерю.
Марина нанесла несколько быстрых ударов мечом, но хотя ей и удалось разрубить броню одного из противников, черный металл вскоре принялся вновь срастаться. Я ощутил короткое движение магии, и понял, что наш враг подпитывает энергией призванных им существ и укрепляет носимые ими доспехи, восстанавливая любое наносимое повреждение. Применяемая им сила делала полностью бесполезным заклинание, которое Нэотеорн наложил на наше собственное оружие.
— Мы так долго не продержимся, — бросил я, — нужно скорее убираться отсюда.
— Звучит как хорошая мысль, — с иронией отозвался Нэотеорн, — но ты уверен, что у нас получится? С учетом того, что эти парни перегородили выход. Впрочем, если вы поможете мне магической энергией, может быть что-то получится.
— Моя истощена, — ответил я, отбивая очередной удар. Парировал устремленный мне в голову выпад и вновь отступил. — Сомневаюсь, что смогу передать хоть что-то.
— Я могу поделиться своей, — сообщила Элис, попутно атаковав противника. Ее горящие пламенем сабля и дага ударили по доспехах вставшего на ее пути вражеского бойца и сумели оставить на них глубокую вмятину, после чего сабля, которой сражалась дочь герцога Кордейла, сломалась. Обломок клинка со звоном упал на паркет. Девушка с коротким проклятием опустила переломанный у самого основания клинок, и языки огня, что прежде струились вдоль лезвия, принялись меркнуть и вскоре бессильно погасли.
Я вновь ударил палашом, отбивая следующий направленный против Элис удар, и затем мы оказались возле самой стены. Пробиться в направлении дверей не было никакой возможности, темные латники полностью перегородили дорогу. Однако в следующее мгновение магическая сила забилась горячей волной и потекла от дочери герцога Кордейла в направлении Нэотеорна. Тот немедленно собрался и принялся сплетать новое заклятие, прежде, чем враги успели бы вновь подступиться к нам и смять.
Не будучи чародейкой в полном смысле этого слова, Элис тем не менее обладала развитыми магическими способностями. Она почти не тратила их в обычном бою, потому что заклинание пылающих клинков, которым она пользовалась, лишь незначительно расходовало ее резервы. Однако теперь, когда мы оказались в затруднительном положении, именно накопленная дочерью герцога Кордейла сила могла нам помочь.
Стоило черным рыцарям еще немного приблизиться, паркет неожиданно заскрипел и пришел в движение. Лакированные доски затрещали и принялись разрываться на части, обнажив под собой глубокую пропасть. Дна в ней не просматривалось, лишь клубящаяся чернота, уходящая глубоко вниз, насколько хватало глаз. Несколько темных латников опрокинулись вниз, когда опора под их ногами исчезла, закованные в латы фигуры без единого крика утонули во мраке. Прямо позади нас стремительно расширялась пропасть, ставшая надежной преградой на пути неприятельского отряда. В стене впереди с грохотом отворился пролом, и мы бросились прямо в него.
По другую сторону обнаружился коридор, точно такой же, как и тот, которым мы следовали раньше. Посмотрев за спину, я заметил, что через провал, проложенный Нэотеорном, уже вырастает тонкий каменный мостик. Его формировали кирпичи, сами собой поднимавшиеся из темноты и плотно встающие один к одному. Черные рыцари уже вступили на этот мостик, готовые продолжить преследование. Вражеский чародей, а это явно был Тренвин или кто-то из его окружения, действовал умело и искусно, каждый раз находя, чем ответить на очередную сделанную нами хитрость. Прошло меньше минуты, и вот враги уже преодолели пропасть.
Нэотеорн сделал новый быстрый взмах шпагой, вложив дополнительную энергию в свой клинок, и затем атаковал темного рыцаря, первым оказавшимся на его пути. Противник успел закрыться тяжелым полутораручным мечом, клинки со скрежетом встретились. В то же самое мгновение я поднырнул вперед и, выставив палаш в колющем выпаде, нашел щель в казалось бы глухой и почти непроницаемой броне. Сгустки черноты рванулись прочь из пробоины и тонкими лентами закрутились вокруг лезвия моего меча.
Я хорошо чувствовал структуру заклятий, позволявших существовать стоявшему передо мной магическому конструкту, и оставалось только слегка вмешаться в нее, чтобы разрушить. На этого моих ослабленных способностей еще хватило. В следующую секунду фигура в доспехах осела и осыпалась на пол бесформенной грудой больше ничем не скрепленных стальных обломков. Вытекшая из покореженной брони тьма завихрилась, побледнела и сгинула, растаяв за считанные секунды.
Вслед за тем Принц Зеркал вновь обратился к магии, используя остатки полученной от Элис силы, и принялся заделывать пролом в стене, за которым, приближаясь по узкому мосту, маячили остальные черные рыцари. Они держали оружие наготове, на антрацитово темной броне переливались тусклые блики. Ближайшему из призванных врагом зачарованных воинов оставалось уже совсем немного, чтобы ворваться в коридор.
Пролом начал уменьшаться прямо у нас на глазах, и вскоре превратился в быстро зарастающую трещину. В нее успел протиснуться лишь длинный полуторный клинок, однако вскоре и он сломался у самого своего основания, и тогда проем окончательно закрылся. Кирпичи сошлись воедино, вслед за тем соединились скрывающие их деревянные панели и тогда стена снова сделалась ровной и гладкой, как если бы была такой всегда.
Элис, закончившая делиться магической силой с Нэотеорном, тяжело пошатнулась и оперлась о мое плечо.
— Чувствую себя так, будто с утра до вечера таскала какие-то тяжести, — пробормотала она.
— Привыкай, — я коротко усмехнулся, — так оно и ощущается, когда полностью потратил свою магию. Как думаешь, — поглядел я на Нэотеорна, который все еще держал шпагу наготове и напряженно смотрел в закрывшуюся стену, — они еще могут прорваться? Снова проломить стены или что-нибудь вроде этого? Или следующим Тренвин устроит нам какой-нибудь другой сюрприз?
— Тот уровень владения магией, который показал враг, был доступен нам разве что в прежние годы, — задумчиво ответил чародей. — Тогда, когда мы еще были настоящими Повелителями Силы. Завладев Мечом Мрака, Тренвин сделался очень силен. В обычных обстоятельствах я бы сказал, что он от нас точно отстанет, но теперь ничего нельзя утверждать наверняка. Лучше поторапливаться, пока он не выкинул новый фокус.
— Согласен, — я кивнул, не пряча в ножны палаш. — Однако и у его возможностей есть предел. Я точно это знаю, потому что помню, каково это, владеть Темным клинком. Он значительно увеличивает энергетические резервы и дает власть над магией хаоса, но даже когда я… даже когда Рейдран владел им, Кенрайт и остальные Повелители смогли одолеть его на Пике Ветров. Кстати, — не удержался я от вопроса, — ты ведь участвовал в этом?
— Да, — Нэотеорн медленно кивнул, не отводя взгляд. — Мне не доставило радости нарушение условий поединка. Однако мы считали, что чем скорее одержим победу, тем быстрее остановим разрушения от войны с Повелителем Тьмы. К тому времени Тэллрин, который мы знали, уже превратился в дымящиеся развалины, и мне хотели спасти хоть что-то.
— Принимается как довод, — я кивнул. — Мне прекрасно известно, что Рейдран, каким он стал к концу войны, превратился в обезумевшее чудовище. Даже некоторые собственные адепты отвернулись тогда от него. Может быть, вы поступили правильно, сражаясь с ним… или со мной, если я на самом деле являюсь его реинкарнацией… любыми доступными методами. В любом случае, сейчас нам нужно идти.
Нэотеорн снова кивнул и вытащил из кармана платок, чтобы перевязать полученную за время схватки рану. Затем чародей направился прочь, а мы последовали за ним. Некоторое время коридор петлял и разветвлялся, и Повелитель Отражений вновь неким безошибочным чутьем выбирал свой путь. Ему снова удалось нащупать энергетическую нить, вдоль которой следовало идти, и названный брат Рейдрана уверенно шел вперед и ни разу не замедлил шага.
Мы по-прежнему ожидали, что враг скоро нанесет свой новый удар, однако магическое пространство вокруг оставалось спокойным и даже не пыталось погрузиться в хотя бы подобие прежнего хаоса. Не рушился под ногами пол, не начинали двигаться стены. Мы шли быстро и все больше отдалялись от той части зазеркалья, что была сопряжена с Цитаделью.
Скорее всего, на таком расстоянии Тренвин уже не мог нам помешать. Можно было предположить, что он решил поберечь силы. Тем более в прямом столкновении в Цитадели Повелитель Пламени уже одержал над нами победу и вполне мог теперь не считать наш отряд достаточно серьезной угрозой, чтобы преследовать его и дальше. Насколько мне говорили имевшиеся при мне воспоминания, Тренвин и прежде отличался высокомерием, что порой выходило ему боком.
— Жаль моей сабли, — проговорила Элис, которая двигалась рядом со мной. Светлые пряди качнулись вокруг ее лица. — Уже сколько раз выручала в бою, а теперь сломалась…
— Ничего, мы обязательно найдем тебе новую, — постарался я подбодрить девушку. — В оружейной замка Дертейл их наверняка наберётся целая куча, а ведь мы направляемся прямо туда.
— А ты умеешь поддержать, — с иронией пробормотала Марина, — особенно учитывая, что на пути в эту самую оружейную нас ожидает толпа вооруженных до зубов врагов, через которых ещё нужно суметь прорваться.
— Кажется, — сказала Элис и указала в сторону, — нас уже нашли. Смотрите вон туда!
Воздух в противоположном конце зала зарябил и принялся мерцать, в считанные секунды темнея и уплотняясь. Он наполнился раскидывающей вокруг черные щупальца тьмой, из которой возникали фигуры, похожие на человеческие. Закованные в черные латы, под два метра ростом, со шлемами, не открывающими лиц. Больше всего чужаки напоминали конструктов, напавших на нас в земной роще по приказу, как теперь выяснилось, Алдрена. Впрочем, очертания доспехов, носимых незваными гостями, оказались немного иными, равно как и исходивший от них энергетический отклик. Он напомнил эхо от чар, с которыми мы недавно столкнулись.
— Еще один привет от названных братьев, — сквозь зубы процедил Нэотеорн и взмахнул шпагой. — На такие фокусы, как только что проделанный, меня снова не хватит, так что придется разбираться с ними как-нибудь по-простому.
— Ну что ж, значит, пришло время снова подраться, — сказал я и вытащил из ножен палаш. Исходящие от люстр отсветы скользнули по его клинку.
Следуя моему примеру, Элис обнажила клинки, и языки огня пробежали по лезвию сабли и даги. Марина вскинула пистолет, вставив в него перед этим новую обойму, и в следующую секунду загрохотали выстрелы. Пули рвались из ствола одна за другой и бились вслед за тем по черной броне. Несколько фигур пошатнулись, но ни одна из них не упала и ни разу латный доспех не оказался пробит. Тогда девушка с коротким рычанием бросила пистолет обратно в кобуру и извлекла из ножен прямой меч и кинжал, которыми еще ни разу не пользовалась за время нашего путешествия.
— Попробую кое-чем подсобить, — вполголоса проговорил Нэотеорн и короткое колебание, подобное мерцанию воздуха, прошлось затем вдоль сжимаемого нами оружия. — Я усилил наши клинки. Теперь они должны пробивать вражеские доспехи, если только те не защищены магией.
— Надеюсь, и вправду поможет, — пробормотал я, принимая защитную стойку и на всякий случай осмотрев свой клинок. На вид он ни капли не изменился. Темные латники меж тем становились все ближе, и в узкой щели забрал проглядывал одна только непроницаемый мрак. — Должен отметить, что выглядят эти ребята достаточно угрожающе. Держимся осторожно, мы не знаем, владеют они магией или нет.
Я не успел еще как следует отдохнуть после предыдущего сражения в Цитадели и потому не спешил вступать в бой, тем более не было до конца понятно, что собой представляет неприятель и какими возможностями располагает. Элис и Марина тоже проявили осторожность, и потому пока мы лишь сдвинули плечи, наблюдая, как закованные в черные латы создания пересекают зал и движутся в нашем направлении. Они ступали неспешно, гулко позвякивали оружие и броня.
Когда между нами оставалось всего около пяти метров, Элис с коротким вскриком кинулась на противника. Сверкнули выставленные ею клинки. Девушка заблокировала обрушенный на нее темным латником меч, приняв удар на гарду кинжала, и немедленно выпрямила руку, направляя острие сабли врагу прямо в корпус. Пламя взвихрилось вокруг ее клинка. Оружие с глухим стуком ударило по стальному нагруднику, после чего по нему пробежали черные трещины. Находившийся рядом черный рыцарь попробовал атаковать Элис, но я уже оказался на его пути, парируя его удар собственным палашом.
Мышцы отозвались болью, от поспешного движения заломило все тело. Все-таки, я уже был очень сильно изможден и к тому лишен магической подпитки, и такие нагрузки представляли собой испытание для организма. Тем временем трещины, что остались после нанесенного Элис удара, продолжали расходиться по доспеху ее противника, и спустя считанные мгновения он стал разваливаться на части. Внутри обнажилась жадная тьма, что составляла основу этих существ, однако и она вскоре растворилась в воздухе, рассеявшись на тающие клочки.
При гибели призванного врагом при помощи магии создания не выделилось никакой жизненной энергии, и потому я не смог пополнить свои истощившиеся резервы. Вокруг нас меж тем принялась закипать схватка. Нэотеорн сделал быстрый шаг вперед и выставил в глубоко проникающем уколе свою шпагу. Ее лезвие сверкнуло и пробило противнику забрало, отчего то принялось рассыпаться на части. Однако остальные темные латники уже подступились к нам, окружая с флангов, и нам пришлось отступить.
Всего их насчитывалось около двух десятков, и они приближались, обходя нас с флангов и явно намереваясь зажать в кольцо. Потянув за собой Элис, я попятился к дальней стене. Было очевидно, что сейчас, когда мы вымотаны предыдущим боем и практически лишены возможности использовать магию, противник одержит верх просто за счет свой численности. Победить так легко, как это получалось раньше, не получится, потому что никаких дополнительных преимуществ с нами больше нет. Впрочем, прежние победы на самом деле тоже нельзя было назвать легкими, учитывая скольких спутников мы потеряли.
Еще один магический конструкт занес меч и ударил Марину по ее иномирной броне. Девушка вскрикнула и попятилась, на прежде гладком стальном нагруднике осталась глубокая вмятина. Марина спрятала кинжал и вновь извлекла пистолет, но выпущенные ею пули, как и в предыдущий раз, ударили по черным доспехам без всякой пользы. Нэотеорн с бешеной скоростью закрутил клинком, но не сумел пробить доспехи следующего противника. Его шпага с коротким скрежетом скользнула по броне и тотчас отлетела прочь.
Один из черных рыцарей замахнулся тяжелым клинком, и на левом рукаве Принца Зеркал осталась короткая рана. Нэотеорн выругался и тоже отступил назад, прежде, чем его успели бы снова зацепить. Маг иллюзий тяжело дышал, но по-прежнему держал шпагу высоко поднятой. На белых кружевах носимого им черного камзола растекалось кровавое пятно.
— Неприятно, — пробормотал Нэотеорн, — но, думаю, как-нибудь справимся, — он уже принялся творить исцеляющее заклятье, призванное остановить кровопотерю.
Марина нанесла несколько быстрых ударов мечом, но хотя ей и удалось разрубить броню одного из противников, черный металл вскоре принялся вновь срастаться. Я ощутил короткое движение магии, и понял, что наш враг подпитывает энергией призванных им существ и укрепляет носимые ими доспехи, восстанавливая любое наносимое повреждение. Применяемая им сила делала полностью бесполезным заклинание, которое Нэотеорн наложил на наше собственное оружие.
— Мы так долго не продержимся, — бросил я, — нужно скорее убираться отсюда.
— Звучит как хорошая мысль, — с иронией отозвался Нэотеорн, — но ты уверен, что у нас получится? С учетом того, что эти парни перегородили выход. Впрочем, если вы поможете мне магической энергией, может быть что-то получится.
— Моя истощена, — ответил я, отбивая очередной удар. Парировал устремленный мне в голову выпад и вновь отступил. — Сомневаюсь, что смогу передать хоть что-то.
— Я могу поделиться своей, — сообщила Элис, попутно атаковав противника. Ее горящие пламенем сабля и дага ударили по доспехах вставшего на ее пути вражеского бойца и сумели оставить на них глубокую вмятину, после чего сабля, которой сражалась дочь герцога Кордейла, сломалась. Обломок клинка со звоном упал на паркет. Девушка с коротким проклятием опустила переломанный у самого основания клинок, и языки огня, что прежде струились вдоль лезвия, принялись меркнуть и вскоре бессильно погасли.
Я вновь ударил палашом, отбивая следующий направленный против Элис удар, и затем мы оказались возле самой стены. Пробиться в направлении дверей не было никакой возможности, темные латники полностью перегородили дорогу. Однако в следующее мгновение магическая сила забилась горячей волной и потекла от дочери герцога Кордейла в направлении Нэотеорна. Тот немедленно собрался и принялся сплетать новое заклятие, прежде, чем враги успели бы вновь подступиться к нам и смять.
Не будучи чародейкой в полном смысле этого слова, Элис тем не менее обладала развитыми магическими способностями. Она почти не тратила их в обычном бою, потому что заклинание пылающих клинков, которым она пользовалась, лишь незначительно расходовало ее резервы. Однако теперь, когда мы оказались в затруднительном положении, именно накопленная дочерью герцога Кордейла сила могла нам помочь.
Стоило черным рыцарям еще немного приблизиться, паркет неожиданно заскрипел и пришел в движение. Лакированные доски затрещали и принялись разрываться на части, обнажив под собой глубокую пропасть. Дна в ней не просматривалось, лишь клубящаяся чернота, уходящая глубоко вниз, насколько хватало глаз. Несколько темных латников опрокинулись вниз, когда опора под их ногами исчезла, закованные в латы фигуры без единого крика утонули во мраке. Прямо позади нас стремительно расширялась пропасть, ставшая надежной преградой на пути неприятельского отряда. В стене впереди с грохотом отворился пролом, и мы бросились прямо в него.
По другую сторону обнаружился коридор, точно такой же, как и тот, которым мы следовали раньше. Посмотрев за спину, я заметил, что через провал, проложенный Нэотеорном, уже вырастает тонкий каменный мостик. Его формировали кирпичи, сами собой поднимавшиеся из темноты и плотно встающие один к одному. Черные рыцари уже вступили на этот мостик, готовые продолжить преследование. Вражеский чародей, а это явно был Тренвин или кто-то из его окружения, действовал умело и искусно, каждый раз находя, чем ответить на очередную сделанную нами хитрость. Прошло меньше минуты, и вот враги уже преодолели пропасть.
Нэотеорн сделал новый быстрый взмах шпагой, вложив дополнительную энергию в свой клинок, и затем атаковал темного рыцаря, первым оказавшимся на его пути. Противник успел закрыться тяжелым полутораручным мечом, клинки со скрежетом встретились. В то же самое мгновение я поднырнул вперед и, выставив палаш в колющем выпаде, нашел щель в казалось бы глухой и почти непроницаемой броне. Сгустки черноты рванулись прочь из пробоины и тонкими лентами закрутились вокруг лезвия моего меча.
Я хорошо чувствовал структуру заклятий, позволявших существовать стоявшему передо мной магическому конструкту, и оставалось только слегка вмешаться в нее, чтобы разрушить. На этого моих ослабленных способностей еще хватило. В следующую секунду фигура в доспехах осела и осыпалась на пол бесформенной грудой больше ничем не скрепленных стальных обломков. Вытекшая из покореженной брони тьма завихрилась, побледнела и сгинула, растаяв за считанные секунды.
Вслед за тем Принц Зеркал вновь обратился к магии, используя остатки полученной от Элис силы, и принялся заделывать пролом в стене, за которым, приближаясь по узкому мосту, маячили остальные черные рыцари. Они держали оружие наготове, на антрацитово темной броне переливались тусклые блики. Ближайшему из призванных врагом зачарованных воинов оставалось уже совсем немного, чтобы ворваться в коридор.
Пролом начал уменьшаться прямо у нас на глазах, и вскоре превратился в быстро зарастающую трещину. В нее успел протиснуться лишь длинный полуторный клинок, однако вскоре и он сломался у самого своего основания, и тогда проем окончательно закрылся. Кирпичи сошлись воедино, вслед за тем соединились скрывающие их деревянные панели и тогда стена снова сделалась ровной и гладкой, как если бы была такой всегда.
Элис, закончившая делиться магической силой с Нэотеорном, тяжело пошатнулась и оперлась о мое плечо.
— Чувствую себя так, будто с утра до вечера таскала какие-то тяжести, — пробормотала она.
— Привыкай, — я коротко усмехнулся, — так оно и ощущается, когда полностью потратил свою магию. Как думаешь, — поглядел я на Нэотеорна, который все еще держал шпагу наготове и напряженно смотрел в закрывшуюся стену, — они еще могут прорваться? Снова проломить стены или что-нибудь вроде этого? Или следующим Тренвин устроит нам какой-нибудь другой сюрприз?
— Тот уровень владения магией, который показал враг, был доступен нам разве что в прежние годы, — задумчиво ответил чародей. — Тогда, когда мы еще были настоящими Повелителями Силы. Завладев Мечом Мрака, Тренвин сделался очень силен. В обычных обстоятельствах я бы сказал, что он от нас точно отстанет, но теперь ничего нельзя утверждать наверняка. Лучше поторапливаться, пока он не выкинул новый фокус.
— Согласен, — я кивнул, не пряча в ножны палаш. — Однако и у его возможностей есть предел. Я точно это знаю, потому что помню, каково это, владеть Темным клинком. Он значительно увеличивает энергетические резервы и дает власть над магией хаоса, но даже когда я… даже когда Рейдран владел им, Кенрайт и остальные Повелители смогли одолеть его на Пике Ветров. Кстати, — не удержался я от вопроса, — ты ведь участвовал в этом?
— Да, — Нэотеорн медленно кивнул, не отводя взгляд. — Мне не доставило радости нарушение условий поединка. Однако мы считали, что чем скорее одержим победу, тем быстрее остановим разрушения от войны с Повелителем Тьмы. К тому времени Тэллрин, который мы знали, уже превратился в дымящиеся развалины, и мне хотели спасти хоть что-то.
— Принимается как довод, — я кивнул. — Мне прекрасно известно, что Рейдран, каким он стал к концу войны, превратился в обезумевшее чудовище. Даже некоторые собственные адепты отвернулись тогда от него. Может быть, вы поступили правильно, сражаясь с ним… или со мной, если я на самом деле являюсь его реинкарнацией… любыми доступными методами. В любом случае, сейчас нам нужно идти.
Нэотеорн снова кивнул и вытащил из кармана платок, чтобы перевязать полученную за время схватки рану. Затем чародей направился прочь, а мы последовали за ним. Некоторое время коридор петлял и разветвлялся, и Повелитель Отражений вновь неким безошибочным чутьем выбирал свой путь. Ему снова удалось нащупать энергетическую нить, вдоль которой следовало идти, и названный брат Рейдрана уверенно шел вперед и ни разу не замедлил шага.
Мы по-прежнему ожидали, что враг скоро нанесет свой новый удар, однако магическое пространство вокруг оставалось спокойным и даже не пыталось погрузиться в хотя бы подобие прежнего хаоса. Не рушился под ногами пол, не начинали двигаться стены. Мы шли быстро и все больше отдалялись от той части зазеркалья, что была сопряжена с Цитаделью.
Скорее всего, на таком расстоянии Тренвин уже не мог нам помешать. Можно было предположить, что он решил поберечь силы. Тем более в прямом столкновении в Цитадели Повелитель Пламени уже одержал над нами победу и вполне мог теперь не считать наш отряд достаточно серьезной угрозой, чтобы преследовать его и дальше. Насколько мне говорили имевшиеся при мне воспоминания, Тренвин и прежде отличался высокомерием, что порой выходило ему боком.
— Жаль моей сабли, — проговорила Элис, которая двигалась рядом со мной. Светлые пряди качнулись вокруг ее лица. — Уже сколько раз выручала в бою, а теперь сломалась…
— Ничего, мы обязательно найдем тебе новую, — постарался я подбодрить девушку. — В оружейной замка Дертейл их наверняка наберётся целая куча, а ведь мы направляемся прямо туда.
— А ты умеешь поддержать, — с иронией пробормотала Марина, — особенно учитывая, что на пути в эту самую оружейную нас ожидает толпа вооруженных до зубов врагов, через которых ещё нужно суметь прорваться.
