Сделав знак спутникам хранить молчание и следовать за собой, я, стараясь производить как можно меньше шума, пересек обширное помещение и приблизился к двери. Украшавший ее рисунок изображал конных охотников посредине лесной чащи, вскинувших длинные луки. Убегавший от них олень поднял копыта в прыжке, его ветвистые рога царапали ветки. Я затаил дыхание и прислушался, но не смог удовить ни единого звука, что доносился бы из расположенной впереди комнаты. Однако мое магическое чутье по-прежнему говорило, что Алдрен поблизости, и не было никаких оснований ему не доверять. Подделать ментальный отпечаток работа непростая, и далеко не всегда она удается гладко даже у такого опытного чародея, как Брангорн.
Впрочем, терзаться и дальше сомнениями не было никакого смысла, следовало лишь войти и проверить. Собрав всю энергию, накопившуюся в резервах, и приготовившись выставить охранный барьер, я протянул руку и рывком распахнул дверь. Она плавно повернулась на хорошо смазанных петлях и нашим взглядам предстал просторный кабинет, выглядевший точно так же, как в недавнем видении. Пламя в камине еще горело и бросало длинные тени на карминовый ковер. Книжные полки громоздились до потолка, библиотека выглядела как типичное книгособрание какого-нибудь аристократа из исторических фильмов. Признаться, я и сам всегда мечтал о подобном.
Алдрен и в самом деле стоял лицом к окну, выходившему на просторный внутренний двор, и даже не шелохнулся, когда мы переступили порог. На секунду у меня даже мелькнула мысль, что перед нами стоит манекен, до того неподвижной казалась фигура волшебника, и все же завихрения энергии, закручивающейся спиралями вокрг темного мага, говорили о том, что он настоящий. Мой палаш плавно покинул ножны, Нэотеорн обнажил шпагу, Элис вытащила катану, а Марина вскинула пистолет. Лишь когда мы сделали несколько шагов, Брангорн заговорил:
— Я ожидал тебя, Рейдран. Хотя и думал, что ты несколько припозднишься. Дороги междмирья полны опасностями, а ты, кажется, решил собрать их все на своем пути.
— Некоторые, похоже, возникли на этом самом пути не без твоего участия. Того дракона послал ты?
— Конечно, — в голосе темного адепта послышалась усмешка. — У меня свои способы наблюдать за тем, что происходит на больших расстояниях, и хотя ты выбросил мое кольцо, мне стало известно, что ты встречался с Тренвином и остался после этого жив. При помощи магии мне удалось перехватить обрывки его разговора с Трайбором, а еще узнать, что ты, вероятно, теперь считаешь меня врагом. Я знал, что не сумею тебя остановить, но надеялся задержать, чтобы подготовиться к встрече. — Алдрен рывком развернулся, полы его черного плаща взметнулись, и я заметил, что его лицо остается бесстрастным. Завидев Принца Зеркал, адепт коротко поклонился: — Лорд Нэотеорн. Мое почтение. Могу лишь поздравить с возвращением на Тэллрин.
— И тебе привет, — Нэотеорн раздраженно поморщился. — Расскажешь, зачем этот цирк?
— Вы и без того, кажется, теперь знаете многое. Тренвин, насколько я знаю, рассказал вам о тех несчастных, которых я находил на просторах Иномирья и пытался наделить их памятью Рейдрана? Я надеялся, что смогу с их помощью преодолеть барьеры Вращающегося Замка. Каждый из них прошел свою часть пути к скале Авалона, но в конечном счете не преуспел. — Алдрен перевел свой взгляд на меня: — Могу представить, какие сомнения теперь терзают тебя, Рейдран. Хочу заверить, в отличие от всех тех людей, которых я использовал, ты настоящий.
— Сказать можно что угодно. С какой стати я должен тебе верить? Твои люди нашли меня в моем мире, и тогда же пробудилась эта память. Откуда мне знать, моя она или лишь вживлена мне при помощи магии?
— Дать окончательный ответ на эти вопросы можешь лишь ты сам, доверившись своему чутью. Ты сильно изменился и не похож на того Темного Властителя, которого я знал когда-то, однако некоторые вещи остались неизменными, например твои своеволие и недоверчивость. За прошедшие годы я действительно не раз готовил людей, которым передавал при помощи особенных ритуалов твои воспоминания, найденные в глубине Колодца Времен. Ни один из них не достиг успеха, а потом я встретил тебя, подлинное новое воплощение Рейдрана. Чтобы убедиться в этом, я не раз и не два подверг глубокому анализу ментальные эманации твоей личности, и каждый раз результат оказывался неизменен. Ты действительно Рейдран, или, во всяком случае, был им когда-то, и память пробудилась бы в тебе сама по себе, даже без всяких магических ухищрений. Уверен, что сны о Тэллрине приходили к тебе задолго до того, как ты впервые повстречал Гарольда.
Это было действительно так, и я мог допустить, что сейчас Алдрен говорит правду. Вопрос реинкарнации оставался запутанным и сложным для меня, и в любом случае я давно не был тем человеком, каким был Рейдран когда-то. Однако можно было допустить и такую возможность, что сейчас Брангорн не врет и что именно Тренвин во время нашей прошлой встречи попытался манипулировать мной и лишить прежней уверенности в себе. Тем не менее, червячок сомнения все равно оставался во мне, и именно он говорил, что даже если Алдрен честен в одних вещах, он вполне может врать в других. Вполне вероятно, и он, и Тренвин оба в равной степени плели интриги, перемешивая правду с ложью.
Взвесив все за и против, я наконец заговорил:
— Может статься, насчет моего прошлого воплощения ты не врешь. Но как насчет твоих будущих планов? Тренвин сказал, что даже если бы у меня получилось достигнуть победы, потом бы ты предал меня, и чем больше я думаю над этим всем, тем больше мне кажется, что это действительно так. Ты вел нечестную игру с самого начала. Ты наслал на нас врагов, чтобы пробудить мою магическую силу. Ты подвергал опасности моих товарищей и в конечном счете поспособствовал их гибели. И ты погубил всех этих людей, которым до этого плел сказки, что они якобы являются реинкарнацией Рейдрана. Я не вижу ни малейших оснований тебе доверять.
— Лорд Брангорн, — голос Элис зазвенел от напряжения, — неужели вы врали нам все это время?! Я верила им, и была вашей верной посланницей! Скажите, ради чего я сражалась?!
Алдрен посмотрел на нее и ответил неожиданно мягко:
— Ради Тэллрина. Во всяком случае, ради того блага для Тэллрина, которые я, с моими древней мудростью и знаниями, могу принести. — Затем он вновь повернулся ко мне и продолжил: — Можешь не верить мне, но ты подлинный Рейдран, и был им всегда. К сожалению, в этом заключается и твое преимущество, и твоя слабость. Ты опытный и сильный воин и могущественный чародей, и эти навыки легко пробудились в тебе, но вместе с тем ты вспыльчив и горд, и склонен к необдуманным поступкам. Ты уже бросал мне вызов в таверне “Серебряный единорог”, и способен бросить его снова. Овладев древней силой Повелителей, ты можешь стать причиной неисчислимых бедствий, как это уже было когда-то. Даже если ты думаешь, что изменился и стал лучше, тебе не хватает рассудительности и сдержанности.
— А у тебя их, значит, полно.
— О да. В одном наш противник Тренвин не обманул. Даже ступи ты на землю Авалона и отворив силу Источника, вскоре после этого я бы поспешил избавиться от тебя. Могущество Повелителей Силы должно находиться в надежных руках, и смею думать, мои именно такие. Долгие годы я наблюдал и набирался знаний, а теперь готов сокрушить всех наших противников и вернуть Тэллрин в Золотую эпоху. Думаю, сейчас я избавлюсь от тебя, раньше, чем ты окончательно станешь угрозой. Дальше воспользуюсь твоей памятью и погружусь в ее глубины сам — этим способом я прежде не пользовался, но он может оказаться полезен. Потом выступлю против Тренвина, каим бы сильным себя этот гордец не считал, и овладею Темным клинком. А там, кто знает, возможно и ворота Вращающегося Замка на острове Авалон откроются мне.
— Отличный план, — произнес Нэотеорн с иронией, — только вряд ли сработает.
— Значит, — из моей груди вырвался вздох, — мы все же враги.
Осознание этого факта наполнило меня печалью, потому что в моей памяти вновь встал образ верного ученика, каким был Алдрен для Рейдрана долгие годы. Когда-то они вместе прошли через многие испытания, и потом именно Брангорн предостерегал своего учителя от многих необдуманных поступков. Если считать, что я на самом деле являлся новым воплощением Рейдрана, значит этот надменный чародей, стоявший сейчас напротив нас, был когда-то моим другом, пусть потом нас и разделила вражда, начавшаяся во многом по причине моих собственных ошибок. Прошли годы, и теперь сам Алдрен стал угрозой, хотя по-прежнему считал, что несет миру добро. Он и Повелители, все они обезумели и теперь терзали несчастные Гибнущие королевства в бесконечной войне.
— Да, мы враги, — подтвердил Алдрен. — И теперь я сокрушу вас.
В следующие секунды произошло очень многое. Брангорн выхватил из ножен тяжелую шпагу, которой уже пользовался раньше на моих глазах, и паутина электрических искр оплела ее лезвие. Марина несколько раз выстрелила из пистолета. Две пули разбили окно за спиной Алдрена, третья ранила чародея в плечо, остальные сгорели в воздухе. На короткое мгновение на лице темного адепта возникло удивление, ведь он явно не ожидал, что при помощи огнестрельного оружия у кого-то получится даже просто оцарапать его. Элис тем временем уже зажигала языки огня на лезвиях своих катаны и кинжала, а Нэотеорн сплетал сложный каскад защитных заклятий, чтобы прикрыть нас от возможного магического удара.
Однако Алдрен предпочел пойти другим путем, который оказался неожиданным для нас. Последовало быстрое движение приводимых в действие чар, а затем устланный красным ковром пол под нашими ногами потек волнами, заструился рябью и сделался податливым, стремительно утрачивая материальность. Прямо под сапогами разлилась серая пустота, пронизанная бешеным ветром и озаренная частыми вспышками, и всякая твердая опора исчезла.
Мы начали падать, вокруг разлился хаос лихорадочно меняющихся форм и оттенков, уши наполнились ревом и неистовым грохотом, а рабочий кабинет чародея, в котором мы до того находились, исчез. Запоздало я понял, что Брангорн, будучи специалистом во многих разновидностях колдовства, в том числе и в магии перемещений в пространстве, открыл сейчас червоточину, такую же, как та, через которую мы некогда попали в окрестности Грендейла, и теперь мы рухнули прямо в нее.
К счастью, перемещение через портал оказалось недолгим. Мои руки нащупали локоть Элис, а потом я крепко прижал девушку к себе, чтобы не потерять друг друга в воцарившемся безумии. В то же мгновение Нэотеорн сделал тоже самое с Мариной. Затем портал схлопнулся, краски и очертания привычного мира вернулись на место, и я понял, что мы вывалились из червоточины прямо под потолком огромного зала, больше всего похожего на гладиаторскую арену из компьютерных игр. Вокруг широким амфитеатром простирались сиденья, а прямо внизу виднелся слегка присыпанный песком дощатый пол.
На то, чтобы выставить воздушную линзу и замедлить падение, ушло несколько секунд, и приземлились мы вполне аккуратно, лишь выбив немного пыли из-под подошвы сапог. Элис немедленно высвободилась из моих объятий и с бешеным видом огляделась по сторонам, взмахнув клинками. Я, чудом не выронивший палаш во время падения, тоже спешил оглядеться и понять, где же мы собственно теперь находимся. Переход через портал выдался быстрым, и чутье подсказывало, что мы где-то совсем недалеко от места, в котором пребывали прежде.
Просторный зал освещали установленные под потолком мощные магические светильники, а в дальнем конце арены находились дубовые ворота, сейчас прочно запертые. Опыт бесчисленных фэнтезийных фильмов и книг подсказывал, что сейчас они распахнутся и из них покажется какое-нибудь чудовище наподобие огромного скорпиона. Однако прежде, чем это успело бы произойти, на одном из рядов амфитеатра открылся портал, и из него с невозмутимым видом выбрался Алдрен, по-прежнему держа в руках обнаженную шпагу. Послышался голос чародея, усиленный магией и потому хорошо различимый, хотя тот стоял в нескольких десятках метров от нас:
— Прошу извинить за эту маленькую суматоху. Чутье подсказывает мне, что сражение между нами, которое скоро начнется, неизбежно обернется неразберихой и разгромом, а мне не хотелось бы портить свой кабинет. Поэтому я переместил нас в место, лучше подходящее для выяснения отношений. Сейчас мы в подземельях моей крепости, тут, как видите, еще прежними владельцами заготовлена особая зала для поединков на потеху публике. Я подумал, она подойдет.
— Отлично придумано, — крикнул я, — тогда может спустишься и наконец покончим с этим?
— Насчет этого можешь даже не рассчитывать, — Брангорн расхохотался. — Моя жизнь мне дорога, а ты все-таки отличный боец, и лорд Нэотеорн тоже. Однако я вызвал солдат, и они скоро разберутся с вами.
Стоило ему произнести эти слова, массивные двери на дальней стороне арены распахнулись, и в их проеме показались фигуры солдат в тускло блистающей броне, такой же, как надетая на Марине. В руках приспешники Алдрена держали изготовленные к бою винтовки, судя по их виду привезенные из иных миров. Солдаты открыли огонь сразу, едва только увидели нас. Из чернеющих дул вырвалось пламя, грохот выстрелов и свист пуль наполнили воздух, но Нэотеорн уже прибег к заготовленным заранее заклятиям и выставил щит, который вовремя прикрыл нас.
Золотистый свет разлился пульсирующей пленкой, останавливая и отклоняя в сторону выстрелы. Однако мощность любого подобного щита ограничена и рано или поздно иссякнет, столкнувшись с достаточно сильной нагрузкой. Нимало не смущенные появлением магического барьера, солдаты Алдрена продолжили обстрел, и довольно скоро по поверхности щита волнами побежала сильная рябь. Стрелки рассредоточились по всей арене, на ходу перезаряжая винтовки. После следующей серии выстрелов защитный барьер несколько раз оказался пробит, и хотя возникшие в его ткани отверстия почти мгновенно заросли, закрытые вновь плотно сомкнувшейся энергетической пленкой, было очевидно, что долго заклинание не продержится.
На обращенном ко мне лице Марины отразилась мольба о помощи, Элис же в свою очередь выглядела сосредоточенной и готовой сражаться, но и в ее взгляде на короткий миг промелькнуло беспокойство. Так или иначе стало понятно, что долго укрываться под куполом не получится. Необходимо действовать, чтобы преломить исход боя в свою пользу. Зачерпывая магические потоки и устанавливая над ними контроль, я обратил их порывами ураганного ветра, который сбил с ног нескольких нападающих и вырвал у других из рук оружие.
Для того, чтобы вырваться за пределы щита, пришлось приложить небольшое усилие, но затем магический экран сделался податливым и без труда пропустил меня, разошедшись в стороны, словно завеса воды, и немедленно сомкнувшись за спиной. Алдрен ждал этого момента, и в ту же самую секунду ответил атакующим заклинанием. Он хорошо понимал мою тактику, потому что помнил бесчисленные тренировки, в которых Рейдран обучал его, и мог предугадать каждый мой шаг.
Темный адепт не стал на этот раз прибегать к заклинаниям огня, льда или ветра, хорошо освоенным всеми прочими чародеями, поскольку знал, что у меня практически наверняка получится от них защититься.
Впрочем, терзаться и дальше сомнениями не было никакого смысла, следовало лишь войти и проверить. Собрав всю энергию, накопившуюся в резервах, и приготовившись выставить охранный барьер, я протянул руку и рывком распахнул дверь. Она плавно повернулась на хорошо смазанных петлях и нашим взглядам предстал просторный кабинет, выглядевший точно так же, как в недавнем видении. Пламя в камине еще горело и бросало длинные тени на карминовый ковер. Книжные полки громоздились до потолка, библиотека выглядела как типичное книгособрание какого-нибудь аристократа из исторических фильмов. Признаться, я и сам всегда мечтал о подобном.
Алдрен и в самом деле стоял лицом к окну, выходившему на просторный внутренний двор, и даже не шелохнулся, когда мы переступили порог. На секунду у меня даже мелькнула мысль, что перед нами стоит манекен, до того неподвижной казалась фигура волшебника, и все же завихрения энергии, закручивающейся спиралями вокрг темного мага, говорили о том, что он настоящий. Мой палаш плавно покинул ножны, Нэотеорн обнажил шпагу, Элис вытащила катану, а Марина вскинула пистолет. Лишь когда мы сделали несколько шагов, Брангорн заговорил:
— Я ожидал тебя, Рейдран. Хотя и думал, что ты несколько припозднишься. Дороги междмирья полны опасностями, а ты, кажется, решил собрать их все на своем пути.
— Некоторые, похоже, возникли на этом самом пути не без твоего участия. Того дракона послал ты?
— Конечно, — в голосе темного адепта послышалась усмешка. — У меня свои способы наблюдать за тем, что происходит на больших расстояниях, и хотя ты выбросил мое кольцо, мне стало известно, что ты встречался с Тренвином и остался после этого жив. При помощи магии мне удалось перехватить обрывки его разговора с Трайбором, а еще узнать, что ты, вероятно, теперь считаешь меня врагом. Я знал, что не сумею тебя остановить, но надеялся задержать, чтобы подготовиться к встрече. — Алдрен рывком развернулся, полы его черного плаща взметнулись, и я заметил, что его лицо остается бесстрастным. Завидев Принца Зеркал, адепт коротко поклонился: — Лорд Нэотеорн. Мое почтение. Могу лишь поздравить с возвращением на Тэллрин.
— И тебе привет, — Нэотеорн раздраженно поморщился. — Расскажешь, зачем этот цирк?
— Вы и без того, кажется, теперь знаете многое. Тренвин, насколько я знаю, рассказал вам о тех несчастных, которых я находил на просторах Иномирья и пытался наделить их памятью Рейдрана? Я надеялся, что смогу с их помощью преодолеть барьеры Вращающегося Замка. Каждый из них прошел свою часть пути к скале Авалона, но в конечном счете не преуспел. — Алдрен перевел свой взгляд на меня: — Могу представить, какие сомнения теперь терзают тебя, Рейдран. Хочу заверить, в отличие от всех тех людей, которых я использовал, ты настоящий.
— Сказать можно что угодно. С какой стати я должен тебе верить? Твои люди нашли меня в моем мире, и тогда же пробудилась эта память. Откуда мне знать, моя она или лишь вживлена мне при помощи магии?
— Дать окончательный ответ на эти вопросы можешь лишь ты сам, доверившись своему чутью. Ты сильно изменился и не похож на того Темного Властителя, которого я знал когда-то, однако некоторые вещи остались неизменными, например твои своеволие и недоверчивость. За прошедшие годы я действительно не раз готовил людей, которым передавал при помощи особенных ритуалов твои воспоминания, найденные в глубине Колодца Времен. Ни один из них не достиг успеха, а потом я встретил тебя, подлинное новое воплощение Рейдрана. Чтобы убедиться в этом, я не раз и не два подверг глубокому анализу ментальные эманации твоей личности, и каждый раз результат оказывался неизменен. Ты действительно Рейдран, или, во всяком случае, был им когда-то, и память пробудилась бы в тебе сама по себе, даже без всяких магических ухищрений. Уверен, что сны о Тэллрине приходили к тебе задолго до того, как ты впервые повстречал Гарольда.
Это было действительно так, и я мог допустить, что сейчас Алдрен говорит правду. Вопрос реинкарнации оставался запутанным и сложным для меня, и в любом случае я давно не был тем человеком, каким был Рейдран когда-то. Однако можно было допустить и такую возможность, что сейчас Брангорн не врет и что именно Тренвин во время нашей прошлой встречи попытался манипулировать мной и лишить прежней уверенности в себе. Тем не менее, червячок сомнения все равно оставался во мне, и именно он говорил, что даже если Алдрен честен в одних вещах, он вполне может врать в других. Вполне вероятно, и он, и Тренвин оба в равной степени плели интриги, перемешивая правду с ложью.
Взвесив все за и против, я наконец заговорил:
— Может статься, насчет моего прошлого воплощения ты не врешь. Но как насчет твоих будущих планов? Тренвин сказал, что даже если бы у меня получилось достигнуть победы, потом бы ты предал меня, и чем больше я думаю над этим всем, тем больше мне кажется, что это действительно так. Ты вел нечестную игру с самого начала. Ты наслал на нас врагов, чтобы пробудить мою магическую силу. Ты подвергал опасности моих товарищей и в конечном счете поспособствовал их гибели. И ты погубил всех этих людей, которым до этого плел сказки, что они якобы являются реинкарнацией Рейдрана. Я не вижу ни малейших оснований тебе доверять.
— Лорд Брангорн, — голос Элис зазвенел от напряжения, — неужели вы врали нам все это время?! Я верила им, и была вашей верной посланницей! Скажите, ради чего я сражалась?!
Алдрен посмотрел на нее и ответил неожиданно мягко:
— Ради Тэллрина. Во всяком случае, ради того блага для Тэллрина, которые я, с моими древней мудростью и знаниями, могу принести. — Затем он вновь повернулся ко мне и продолжил: — Можешь не верить мне, но ты подлинный Рейдран, и был им всегда. К сожалению, в этом заключается и твое преимущество, и твоя слабость. Ты опытный и сильный воин и могущественный чародей, и эти навыки легко пробудились в тебе, но вместе с тем ты вспыльчив и горд, и склонен к необдуманным поступкам. Ты уже бросал мне вызов в таверне “Серебряный единорог”, и способен бросить его снова. Овладев древней силой Повелителей, ты можешь стать причиной неисчислимых бедствий, как это уже было когда-то. Даже если ты думаешь, что изменился и стал лучше, тебе не хватает рассудительности и сдержанности.
— А у тебя их, значит, полно.
— О да. В одном наш противник Тренвин не обманул. Даже ступи ты на землю Авалона и отворив силу Источника, вскоре после этого я бы поспешил избавиться от тебя. Могущество Повелителей Силы должно находиться в надежных руках, и смею думать, мои именно такие. Долгие годы я наблюдал и набирался знаний, а теперь готов сокрушить всех наших противников и вернуть Тэллрин в Золотую эпоху. Думаю, сейчас я избавлюсь от тебя, раньше, чем ты окончательно станешь угрозой. Дальше воспользуюсь твоей памятью и погружусь в ее глубины сам — этим способом я прежде не пользовался, но он может оказаться полезен. Потом выступлю против Тренвина, каим бы сильным себя этот гордец не считал, и овладею Темным клинком. А там, кто знает, возможно и ворота Вращающегося Замка на острове Авалон откроются мне.
— Отличный план, — произнес Нэотеорн с иронией, — только вряд ли сработает.
— Значит, — из моей груди вырвался вздох, — мы все же враги.
Осознание этого факта наполнило меня печалью, потому что в моей памяти вновь встал образ верного ученика, каким был Алдрен для Рейдрана долгие годы. Когда-то они вместе прошли через многие испытания, и потом именно Брангорн предостерегал своего учителя от многих необдуманных поступков. Если считать, что я на самом деле являлся новым воплощением Рейдрана, значит этот надменный чародей, стоявший сейчас напротив нас, был когда-то моим другом, пусть потом нас и разделила вражда, начавшаяся во многом по причине моих собственных ошибок. Прошли годы, и теперь сам Алдрен стал угрозой, хотя по-прежнему считал, что несет миру добро. Он и Повелители, все они обезумели и теперь терзали несчастные Гибнущие королевства в бесконечной войне.
— Да, мы враги, — подтвердил Алдрен. — И теперь я сокрушу вас.
В следующие секунды произошло очень многое. Брангорн выхватил из ножен тяжелую шпагу, которой уже пользовался раньше на моих глазах, и паутина электрических искр оплела ее лезвие. Марина несколько раз выстрелила из пистолета. Две пули разбили окно за спиной Алдрена, третья ранила чародея в плечо, остальные сгорели в воздухе. На короткое мгновение на лице темного адепта возникло удивление, ведь он явно не ожидал, что при помощи огнестрельного оружия у кого-то получится даже просто оцарапать его. Элис тем временем уже зажигала языки огня на лезвиях своих катаны и кинжала, а Нэотеорн сплетал сложный каскад защитных заклятий, чтобы прикрыть нас от возможного магического удара.
Однако Алдрен предпочел пойти другим путем, который оказался неожиданным для нас. Последовало быстрое движение приводимых в действие чар, а затем устланный красным ковром пол под нашими ногами потек волнами, заструился рябью и сделался податливым, стремительно утрачивая материальность. Прямо под сапогами разлилась серая пустота, пронизанная бешеным ветром и озаренная частыми вспышками, и всякая твердая опора исчезла.
Мы начали падать, вокруг разлился хаос лихорадочно меняющихся форм и оттенков, уши наполнились ревом и неистовым грохотом, а рабочий кабинет чародея, в котором мы до того находились, исчез. Запоздало я понял, что Брангорн, будучи специалистом во многих разновидностях колдовства, в том числе и в магии перемещений в пространстве, открыл сейчас червоточину, такую же, как та, через которую мы некогда попали в окрестности Грендейла, и теперь мы рухнули прямо в нее.
Глава 6
К счастью, перемещение через портал оказалось недолгим. Мои руки нащупали локоть Элис, а потом я крепко прижал девушку к себе, чтобы не потерять друг друга в воцарившемся безумии. В то же мгновение Нэотеорн сделал тоже самое с Мариной. Затем портал схлопнулся, краски и очертания привычного мира вернулись на место, и я понял, что мы вывалились из червоточины прямо под потолком огромного зала, больше всего похожего на гладиаторскую арену из компьютерных игр. Вокруг широким амфитеатром простирались сиденья, а прямо внизу виднелся слегка присыпанный песком дощатый пол.
На то, чтобы выставить воздушную линзу и замедлить падение, ушло несколько секунд, и приземлились мы вполне аккуратно, лишь выбив немного пыли из-под подошвы сапог. Элис немедленно высвободилась из моих объятий и с бешеным видом огляделась по сторонам, взмахнув клинками. Я, чудом не выронивший палаш во время падения, тоже спешил оглядеться и понять, где же мы собственно теперь находимся. Переход через портал выдался быстрым, и чутье подсказывало, что мы где-то совсем недалеко от места, в котором пребывали прежде.
Просторный зал освещали установленные под потолком мощные магические светильники, а в дальнем конце арены находились дубовые ворота, сейчас прочно запертые. Опыт бесчисленных фэнтезийных фильмов и книг подсказывал, что сейчас они распахнутся и из них покажется какое-нибудь чудовище наподобие огромного скорпиона. Однако прежде, чем это успело бы произойти, на одном из рядов амфитеатра открылся портал, и из него с невозмутимым видом выбрался Алдрен, по-прежнему держа в руках обнаженную шпагу. Послышался голос чародея, усиленный магией и потому хорошо различимый, хотя тот стоял в нескольких десятках метров от нас:
— Прошу извинить за эту маленькую суматоху. Чутье подсказывает мне, что сражение между нами, которое скоро начнется, неизбежно обернется неразберихой и разгромом, а мне не хотелось бы портить свой кабинет. Поэтому я переместил нас в место, лучше подходящее для выяснения отношений. Сейчас мы в подземельях моей крепости, тут, как видите, еще прежними владельцами заготовлена особая зала для поединков на потеху публике. Я подумал, она подойдет.
— Отлично придумано, — крикнул я, — тогда может спустишься и наконец покончим с этим?
— Насчет этого можешь даже не рассчитывать, — Брангорн расхохотался. — Моя жизнь мне дорога, а ты все-таки отличный боец, и лорд Нэотеорн тоже. Однако я вызвал солдат, и они скоро разберутся с вами.
Стоило ему произнести эти слова, массивные двери на дальней стороне арены распахнулись, и в их проеме показались фигуры солдат в тускло блистающей броне, такой же, как надетая на Марине. В руках приспешники Алдрена держали изготовленные к бою винтовки, судя по их виду привезенные из иных миров. Солдаты открыли огонь сразу, едва только увидели нас. Из чернеющих дул вырвалось пламя, грохот выстрелов и свист пуль наполнили воздух, но Нэотеорн уже прибег к заготовленным заранее заклятиям и выставил щит, который вовремя прикрыл нас.
Золотистый свет разлился пульсирующей пленкой, останавливая и отклоняя в сторону выстрелы. Однако мощность любого подобного щита ограничена и рано или поздно иссякнет, столкнувшись с достаточно сильной нагрузкой. Нимало не смущенные появлением магического барьера, солдаты Алдрена продолжили обстрел, и довольно скоро по поверхности щита волнами побежала сильная рябь. Стрелки рассредоточились по всей арене, на ходу перезаряжая винтовки. После следующей серии выстрелов защитный барьер несколько раз оказался пробит, и хотя возникшие в его ткани отверстия почти мгновенно заросли, закрытые вновь плотно сомкнувшейся энергетической пленкой, было очевидно, что долго заклинание не продержится.
На обращенном ко мне лице Марины отразилась мольба о помощи, Элис же в свою очередь выглядела сосредоточенной и готовой сражаться, но и в ее взгляде на короткий миг промелькнуло беспокойство. Так или иначе стало понятно, что долго укрываться под куполом не получится. Необходимо действовать, чтобы преломить исход боя в свою пользу. Зачерпывая магические потоки и устанавливая над ними контроль, я обратил их порывами ураганного ветра, который сбил с ног нескольких нападающих и вырвал у других из рук оружие.
Для того, чтобы вырваться за пределы щита, пришлось приложить небольшое усилие, но затем магический экран сделался податливым и без труда пропустил меня, разошедшись в стороны, словно завеса воды, и немедленно сомкнувшись за спиной. Алдрен ждал этого момента, и в ту же самую секунду ответил атакующим заклинанием. Он хорошо понимал мою тактику, потому что помнил бесчисленные тренировки, в которых Рейдран обучал его, и мог предугадать каждый мой шаг.
Темный адепт не стал на этот раз прибегать к заклинаниям огня, льда или ветра, хорошо освоенным всеми прочими чародеями, поскольку знал, что у меня практически наверняка получится от них защититься.
