Турист

- Ч-что? – выдохнул я.
        - Я передам Спруту, что уволил тебя, - чуть громче заговорил хозяин клуба, - чтобы проявить солидарность. Дэвид говорил с ним – Спрут хочет тебя. Ты не побоялся встать у него на пути и первым бросил вызов. Ты заинтересовал его, и он собирается достать тебя так или иначе. После случившегося в клубе он не даст тебе уйти. Дэвид уже передал мой ответ. Я не стану выдавать ему того, кто работал на меня, но я вычеркну тебя из своей команды.
        Я молчал. Я не хотел слушать дальше, не хотел здесь находиться. Но у меня не было выбора.
        - Вы оба меня беспокоите. Спрут запустил щупальца туда, куда не следовало, и причинил много неприятностей. Ты, как бы ни старался казаться лояльным, всё же… нестабилен. Ты не поддаешься контролю, и такой человек мне не нужен. Слушай, что будет дальше, Олег.
        - Дальше вы умываете руки, - не до конца веря в то, что говорю, произнес я. – Вы ждёте, кто из нас победит. Если он убьёт меня – вы избавитесь от проблем в моем лице, и это приключение даст вам время лучше подготовиться к войне с ним. Если… если я…
        - Это лучший вариант, сынок, - Сандерсон широко улыбнулся. – С твоей победой я избавлюсь от опасного конкурента, связываться с которым до тебя не хотел никто. Видишь! Я в любом случае не в обиде, - хозяин клуба ещё улыбался, но глаза – глаза оставались холодными.
        Я молча смотрел на него, и в кабинете вновь воцарилась тишина. Проклятый старик всё просчитал. Если я откажусь, против меня будут и Спрут, и Сандерсон – последний из солидарности. Если я соглашусь… я немногим облегчал себе положение. Всё, что мне стоило сделать – просто выйти на улицу, и Спрут найдет меня сам. Какая ирония, подумалось мне, я перестал бояться темноты и призраков из-за того, кто стал причиной моих страхов. Теперь передо мной стояла более реальная угроза.
        - Что, если я выйду отсюда и поеду прямо в аэропорт?
        Сандерсон вздохнул.
        - Сынок, я не думал, что у нас с тобой всё так плохо. Мне казалось, мы прекрасно понимаем друг друга. Но если ты настаиваешь…
        Старик потянулся к внутреннему ящику своего стола. Джулес молча достал оружие и передёрнул затвор, направляя дуло в мою сторону.
        - Всего один звонок, - сказал Сандерсон, бросив на стол плотный целлофановый пакет. – И вся полиция Чикаго ищет подозреваемого в убийстве Джека Кондора. По предварительным данным убийство совершил русский турист Олег Грозный. Имеются свидетели вашей ссоры в клубе, видели, как вы покидаете заведение вдвоём. Как думаешь, кого здесь любят больше, Олег? Русских туристов? Или того, кто регулярно платит по счетам? Почему ты молчишь? Узнал вещицу, сынок?
        Я не отрывал взгляда от пистолета. По крайней мере, теперь я знал имя убитого мной человека.
        Я понял, что мой ответ не имеет никакого значения. Назовите это трусостью, малодушием – но я сдался. Никогда раньше я не имел проблем законом, но из того, о чём слышал – правосудие слепо. И я не хотел убеждаться в этом на своей шкуре.
        Да, я испугался.
        Я вдохнул глубже, отставил пакет со льдом в сторону, и спросил:
        - Если я сделаю то, что вы предлагаете, вы мне заплатите?
        В напряжённые моменты мне кажется, что не я, но кто-то другой говорит за меня, пока сам я пытаюсь привести себя в чувство. Надо признать, этот кто-то говорит лучше, и соображает быстрее, чем я.
        Сандерсон усмехнулся; краем глаза я увидел, как расслабился Джулес, и коротко улыбнулся Дэвид. Похоже, их это забавляло, но мне это было не важно. Мне не нужны деньги, но если бы я поставил вопрос по-другому, ответ, отпустит ли меня Сандерсон после всего, или продолжит охоту, стал бы очевидным. Хочешь малого, требуй большего.
        - Я дам тебе всё, что захочешь, сынок, - усмехнувшись, Сандерсон поднялся из-за стола и подошёл к бару, доставая новую бутылку виски. – Если сделаешь работу. Ведь это нужно не только мне, верно? У нас с тобой, Олег, один враг. Так получилось, и ни я, ни ты не можем ничего изменить. Я вижу, что тебя это не радует, но на какой-то момент наши цели пересеклись, и я хочу, чтобы мы оба остались довольны результатом. Я дам тебе денег и забуду тебя, как только дело будет сделано. Ведь тебе этого хочется, сынок? Мы договорились?
        Он протянул мне стакан с виски, я принял. Дэвид налил себе и Джулесу, пока хозяин клуба усаживался напротив.
        - Договорились, - повторил он и приподнял свой стакан.
        - За Амели, - негромко сказал я, и наши взгляды пересеклись. Никто не проронил ни слова, когда я молча выпил свой виски и поставил стакан на стол.
        - Убей его, сынок, - вдруг произнес Сандерсон.
        - Я не убийца, мистер Сандерсон, - ответил я. – Но я попробую.
        Я поднялся, и вместе со мной поднялись Дэвид и Джулес.
        - Торопишься? – хозяин клуба посмотрел на меня снизу вверх, играя стаканом с виски в руке. – Не хочешь подождать какое-то время, пока его подельнички не уберутся?
        - Нет.
        Я подумал, что если Спрут будет искать меня, то чем дольше я остаюсь тут, тем легче ему будет меня найти.
        - Возьми, - Сандерсон достал из кармана какой-то предмет и бросил его мне. Я поймал его и тотчас выпустил из рук. Это оказался пистолет. – Возьми, - повторил хозяин клуба. – Думаю, тебе это пригодится уже сегодня.
        Несколько секунд молчания нарушились голосом начальника охраны.
        - Я за всем прослежу, босс, - сказал Дэвид, поднимая с пола пистолет. – Пойдём, Олег.
        Сандерсон кивнул.
        - Удачи, сынок. В следующий раз мы увидимся уже после того, как дело будет сделано – или в аду.
        - Я не собираюсь в ад, - отозвался я. – Но если так получится, я сделаю вид, что не узнал вас там, мистер Сандерсон.
        Он рассмеялся, а я вышел из кабинета. Старик хорошо всё спланировал, но мне не хотелось думать об этом: хватало насущных проблем.
        - Послушай, Олег, - Дэвид положил руку мне на плечо, разворачивая к себе. Джулес стоял за спиной начальника охраны, хмуро рассматривая меня исподлобья. Мы стояли у чёрного выхода из клуба, спиной я касался двери. – Ты не справишься со Спрутом, я имею в виду, - поправился Дэвид, - с пустыми руками. Тебе нужно оружие и защита. Вот телефон, - Дэвид протянул мне визитку. Фиолетовыми буквами на темном фоне было написано: «Агентство ритуальных услуг», и номера. – Спросишь Вито. Это может стоить тебе денег, но скажи, что ты от Сандерсона. Это – только затем, чтобы благополучно дойти домой, - Дэвид очень ловко засунул в карман моей куртки пистолет. – Возьми. Будет лучше, если ты выживешь.
        - Я не собираюсь этим пользоваться, Дэвид, - зло ответил я, пытаясь достать оружие из кармана. Пистолет зацепился за порванную подкладку, которая рвалась всё больше от моих нервных рывков, и не покидал кармана. – Я не…
        - Я не заставляю тебя этим пользоваться, - очень терпеливо пояснил Дэвид. – Но когда у тебя в кармане оружие, ты чувствуешь себя спокойнее. Возьми. По крайней мере, у тебя будет больше шансов выжить.
        Внезапно все силы оставили меня. Я почувствовал себя бесконечно усталым и неожиданно старым – в свои двадцать два года. У меня пропало желание сопротивляться. Всё, чего мне хотелось – оказаться дома, снова почувствовать себя в безопасности. Неужели Сандерсон действительно думал, что я могу хотя бы теоретически справиться со Спрутом? Я чувствовал себя слабым, неуверенным и очень маленьким. Нет, я не верил, что у меня что-то получится. Я мог победить его в драке, но убить бы не смог.
        - Постарайся залечь на дно на несколько дней, - продолжал говорить Дэвид. – Вот мобильный, - начальник охраны продемонстрировал старенький «Самсунг», который тотчас засунул в мой нагрудный карман. Я даже не попытался остановить его. – Тебе сообщат, когда пора выходить на охоту. Всё ясно?
        - Мне пора идти, Дэвид.
        Начальник охраны посмотрел на меня и кивнул.
        - Иди. Когда окажешься в переулке, выходи через улицу. У главного входа тебя ждут, поэтому осторожней. Олег, - окликнул меня Дэвид, когда я взялся за ручку двери. – Удачи.
        - Удачи, русский, - вдруг повторил вслед за ним Джулес, не поднимая на меня глаза.
        Меня точно в последний путь провожали.
        - Вам тоже, парни, - ответил я, и вышел на улицу.
        Я сделал так, как посоветовал начальник охраны. Прошёл тёмный переулок, обходя здание клуба, и вышел на главную улицу. Мне никогда не нравился этот район, но тогда я почти влюбился в него – за то, что здесь ходили настоящие, живые люди. Не призраки с простреленными лицами, и не бритоголовые ублюдки с татуировками на черепе. Я почти бегом добрался до метро, сливаясь с человеческим потоком, и постарался затеряться в толпе. Я так торопился поскорее оказаться подальше от «Потерянного рая», что, стремясь попасть в вагон, наталкивался на людей, выслушивая сдержанное бормотание и довольно отчётливые ругательства. Я не обращал на них внимания, и впервые в жизни плевал на отношение окружающих. Я вдруг поймал себя на том, что постоянно оглядываюсь. Я просканировал взглядом каждого человека в вагоне метро, хотя знал, что это считается неприличным, и меня могли счесть за какого-нибудь маньяка. Я всё пытался успокоить себя, убеждаясь, что за мной нет слежки.
        А потом я увидел сидевшего недалеко от меня полицейского, и тотчас уткнулся взглядом в пол. Пистолет в моем кармане внезапно стал очень тяжёлым и выпирающим. Я отвернулся лицом к окну, распластавшись по стенке у двери вагона, и постарался стать как можно незаметнее. Я больше не менял положения, мешая тем, кто пытался пройти мимо, и лишь когда поезд остановился на моей остановке, выскочил из вагона вместе с толпой, желая как можно скорее выбраться из полупустых подземных туннелей на поверхность.
        До автобусной остановки добрался бегом и, забравшись внутрь, уселся на свободное место прямо за водителем. Вслед за мной в автобус зашла только миловидная старушка-азиатка, и я успокоился, расслабляясь на сиденье.
        Кубинский район находился чуть дальше от главной улицы, чем мексиканский, и я вышел на остановку раньше, просто чтобы не проходить мимо своего прежнего дома. До рассвета оставался час, и улицы были совсем пустыми. Впереди я заметил спавшего на скамейке бомжа, и вдруг узнал в нём того самого негра, с которым у меня случилось первое, как я считал, «приключение» в Чикаго. Я пригляделся и отбросил последние сомнения. Это и в самом деле был тот парень, который предлагал свою «помощь» в доставке моих сумок до места назначения.
        Бомж беспокойно поворочался на скамейке, и вдруг резко сел, матерясь и дыша на задубевшие руки. Я поравнялся с ним, и он подскочил, готовый бежать. Негр боялся копов. Как и я со своим пистолетом в кармане.
        - Твою мать, чувак, - облегчённо выдохнул бомж, снова садясь на скамейку. – Ты напугал меня до смерти! Какого хрена ты, белый, делаешь в этом районе ночью?
        - Я здесь уже два месяца живу, - усмехнулся я, обрадовавшись возможности поговорить хоть с кем-то из нормального мира.
        Раньше чернокожий бездельник вызывал во мне только раздражение; в последнее время я научился ценить любое общество, в котором мне не грозила смерть в недалеком будущем или драка через пять минут после разговора. Парень, похоже, был не из злопамятных; я тоже.
        - И как, нравится? – с неожиданным интересом спросил заспанный негр, доставая из кармана смятую сигарету.
        Я неопределённо повел плечами. Негр хмыкнул.
        - Видел тебя как-то с Джулесом, - сообщил мне бомж, делая первую затяжку. – Вначале подумал, что ошибся. Ты! И с мулатом. Но я оказался прав, ты попался к нему на крючок, - негр прищурился, оглядывая меня, и внезапно протянул вторую сигарету на раскрытой ладони. Наверняка последнюю, и про себя я поразился, как щедро умеют делиться люди, у которых ничего нет, и какая жадность охватывает тех, у кого есть всё. Я покачал головой.
        - Не курю.
        - Садись, чувак, - бомж подвинулся на скамейке, и я молча сел рядом. – Что, паршиво на душе? – внезапно очень проницательно спросил он, и я едва удержался, чтобы не отвести взгляд. – По глазам вижу. Признаться, после нашей первой встречи я подумал, что ты очередной белый ублюдок, приехавший покорять наш город. Да и эти твои разговоры о том, что я не хочу найти работу… Ни хрена ты не понимаешь, белый! Может, у себя на Родине ты долбаный гуру, а здесь ты… - негр запнулся, подыскивая подходящее слово, - сел рядом с таким, как я!
        Я невольно улыбнулся.
        - Да ты и сам был обо мне не лучшего мнения, - продолжая улыбаться, заметил я.
        - Слухи, приятель, - сверкнул зубами негр. – Слухи. Мы все ошибаемся, чувак, это случается. Это случается. Никто здесь не Бог, приятель, нам положено ошибаться. Нужно уметь признавать свои ошибки и не делать их больше. – Негр помолчал, делая несколько затяжек. - Я признаю – я ошибался в тебе. Такого, как Керни, каждый может обидеть, а потом вернуться и ещё раз обидеть. А ты помог ему. Слухи, чувак, слухи. Не такой ты ублюдок, белый, каким показался мне вначале.
        - Спасибо, - ответил я. – Ты тоже нормальный, когда не рассуждаешь о расизме.
        Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Негр докурил сигарету и вдруг посмотрел куда-то поверх моего плеча.
        - Беги, белый брат, - вдруг тихо и быстро сказал он, и я мгновенно подскочил, оглядываясь.
        Если бы не чернокожий, я бы так и не заметил неслышно и неспешно подходивших к скамейке трёх парней в кожаных куртках. Очевидно, они следили за мной из припаркованного у обочины желтого такси, из салона вылезал четвёртый.
        Они начали ускорять шаг, и я первым рванул с места, сворачивая в ближайший переулок. За спиной я услышал топот и оклики, но даже не вслушивался в них. Я не имел ни малейшего понятия, куда бежать. Я не хотел приводить их к дому Маркуса, но другого направления в этих трущобах просто не знал. В конце концов, я просто бежал вглубь латинского района, мимо знакомых переулков, вперёд, вперёд…
        Когда что-то свистнуло у моего уха, я не сразу понял, что происходит. Чиркнуло по бетонной стене здания, передо мной взвился столбик пыли, звонко хлопнул мусорный бак. Даже когда левое плечо обожгла странная, непривычная боль, как если бы на него плеснули кипятком, я не догадался. Мне пришлось обернуться к своим преследователям, зажимая левое плечо ладонью, и только тогда я увидел пистолеты в их руках. Эти ублюдки стреляли по мне!
        - Шкуру не попорть! – хрипло раздалось сзади. – Босс приказал доставить живым!
        Не заметив выбоины в асфальте, я споткнулся, и этих двух секунд задержки преследователям хватило, чтобы догнать меня. Меня схватили за отворот куртки, разворачивая к себе, я не сопротивлялся, поддавшись инерционному движению, и с разворота врезал самому быстрому охотнику в челюсть. Тот рухнул на асфальт, отпустив мою куртку, но меня уже догнали его напарники. Я увернулся от первого, отступая на несколько шагов назад, и остановился, прижимаясь спиной к стене здания. Мы находились в узком переулке между двумя домами, окна квартир выходили друг на друга. Я не помнил этой части района, но это казалось уже неважным. Ловушка захлопнулась.
        - Не лезь к нему, Рокко, - хрипло выдохнул один из них, державший меня на мушке. – Спрут предупреждал. Ублюдок хорош...