- Ведьма! – пробормотал второй преследователь, испуганно отшатываясь. Моему защитнику, видимо, стало любопытно, и он обернулся. Дальше все произошло словно в замедленной съемке. Он начал поворачиваться, а один из преследователей, тот, что главнее и не такой пугливый, решил воспользоваться шансом и сделал выпад в сторону противника. В долю секунды я метнулась вперед и всем телом толкнула парня, стремясь убрать его из-под клинка. Мы оба упали на землю, и … я оказалась лежащей на полу в зале временного прибытия…
- То есть ты держалась за того парня в момент перемещения? – уточнил Уотерс.
Я поморгала, повращала глазами, приходя в себя и медленно возвращаясь из мысленного прошлого.
- Угу. А он держался за меня. Мы начали падать, и он схватился за меня.
Уотерс замолчал. Никто и никогда не пытался привести в будущее человека из прошлого. Если уж неодушевленные предметы распадались…
- Вспышка была большая? – наконец, все же рискнул спросить он.
- Не было никакой вспышки.
- Не было?
- Нет. Я благополучно прошла проверку, подтвердила норму своих жизненных показателей и отправилась в лабораторию. Хотела проверить, как окраска на плаще пережила перемещение. А там на полу лежал… лежало тело.
- Этот парень?
- Нет.
- Нет? – снова удивился Уотерс. – Откуда ты знаешь, ты же сказала, что не видела лица того… тела.
- Я и своего защитника лица не разглядела, он все время ко мне спиной стоял. Но одежда… Он не был одет в линкольский зеленый.
- Итак, - после паузы произнес Уотерс, - что мы имеем? Ты совершила переход, прикасаясь к человеку из прошлого, но куда он делся, непонятно, в любом случае, он не попал в зал прибытия вместе с тобой ни в каком виде: ни в материальном воплощении, ни в виде энергии. Но в это время в твоей лаборатории обнаружилось тело другого человека из прошлого, и как он туда попал, остается загадкой. Он действительно был мертв?
- Мне так показалось, но утверждать не берусь. Хочется надеяться на обратное.
- А потом он вдруг пропал, и так же непонятно, куда и как. И… всё? Больше никаких странных фактов?
- Ну, если только это… - я вытащила из сумки край плаща и продемонстрировала Уотерсу.
- Это тот самый легендарный линкольнский зеленый? – поинтересовался он, разглядывая небольшое пятно на краю плаща, которое только в центре имело насыщенный теплый оливковый цвет, а по краям расползалось в синие и желтые оттенки. Я кивнула.
- Не могу понять, - покачал головой Уотерс. – Мы бьемся изо всех сил, тратим кучу энергии, пытаясь переместить в стабильном состоянии мизерные объекты в будущее, и у нас не получается ровным счетом ни хрена. А тут… - он запнулся, видимо, хотел сказать что-то не слишком приятное, но вовремя остановился… - девушка, совершенно не разбирающаяся в вопросе, не прилагая никаких усилий, делает это. В чем подвох?
- Я-то откуда зна…
- Да я сам с собой разговаривал, - отмахнулся Уотерс. – Дай мне свой плащ, я хочу провести над ним эксперимент. В чем-то причина должна быть!
- Не дам, - отрезала я. – Я с таким трудом этот цвет добыла, и еще раз у меня не получится.
- Да ты понимаешь, если мы выясним, каким образом тебе удалось протащить в будущее это пятно краски, это же… это все изменит! Это же прорыв в науке! Это же…
- Не дам! Я не собираюсь служить твоей науке, у меня у самой диссертация на носу.
- Твоей? – закипел Уотерс. – Моя наука служит человечеству в глобальном смысле! Ничего не случится, если ты вдруг не получишь свой идиотский цвет, а вот если будет возможность переносить в будущее предметы, людей… Можно будет кого-то спасти или…
- Я что, против? – фыркнула я. – Отправляйся в прошлое и таскай сюда все, что тебе в голову взбредет.
- Но получилось только у тебя!
- А ты пробовал?
- А чем, по-твоему, мы занимаемся?
- Я про полевые условия. Ты оправлялся в прошлое и пытался перенести в будущее хоть что-нибудь?
- Нет, но ведь такие случаи описаны неоднократно. Зачем делать то, что заведомо не получится?
- А я вот рискнула и, как видишь, получилось.
- Ты хочешь сказать, - медленно начал Уотерс, - что могли быть и другие случаи, когда люди смогли пронести что-то в будущее, но скрыли этот факт, как скрыла ты?
- Ничего такого я не хочу сказать. Но думаю, что ученый должен все подвергать сомнению, даже те факты, которые… кажутся истиной.
В голубых глазах, уставившихся на меня, мелькнуло нечто, похожее на уважение. Да ну, не может быть! Показалось.
- Послушай, мне очень нужно проверить твой плащ, - вдруг почти умоляюще начал Уотерс. - Может, дело в структуре краски, или ее составе, что позволяет ей сохраняться при переносе, может быть, дело в… Я обещаю, что ничего с твоим пятном не случится. Если хочешь, можешь пойти со мной и проследить за этим. – Видя мои колебания, он решил меня добить: - А я помогу тебе выяснить, что случилось с тем парнем, твоим защитником. Ты ведь из-за этого волнуешься?
Вот уж не думала, что физиков учат психологии. Или это личная способность?
- Хорошо, - пробурчала я.
- Отлично, идем, - Уотерс энергично вскочил на ноги.
- Куда?
- В лабораторию физврема.
- Сейчас? Уже почти ночь.
- И что? Самое время для работы, – он подмигнул мне.
- Я устала, - обреченно вздохнула я, понимая, что уже практически согласилась.
- Я вызову такси.
Глава 3
Такси мягко приземлилось на крышу здания и, как только мы выбрались из него, бесшумно взлетело и растаяло в сумеречном небе.
- Держись всегда сзади меня, - предупредил Уотерс, когда мы уже входили в лифт, вызванный им на крышу. – И ничего не говори, если кого-то встретим, я сам буду говорить. Лучше бы, конечно, мы никого не встретили, - последнюю фразу он произнес уже себе под нос.
Мы вышли на одном из верхних этажей. Свет не горел, лишь тускло светились значки выходов, но Уотерс двигался легко, словно был ясный полдень. Мне было не по себе, впрочем… ну что нам сделают, если поймают? Хотя, конечно, уровень секретности на физвреме гораздо выше, чем на нашем факультете.
Остановившись у одной из дверей, Уотерс приложил палец, и она распахнулась, затем сделал мне знак оставаться на месте, а сам нырнул внутрь.
Без него стало как-то совсем неуютно, и я почувствовала, как мурашки побежали по коже. Мне чудилось, что в каждом углу движутся тени, и хоть я понимала, что это всего лишь мое воображение, подогретое чувством вины и ожиданием опасности, легче от этого не становилось. Я оглядывалась по сторонам, и вдруг в самом дальнем торце коридора открылась дверь, и две тени, словно два чернильных пятна, быстро и бесшумно выскользнули и тут же скрылись за поворотом. Кажется, они меня не заметили, но, судя по всему, они здесь тоже находились не официально.
Дверь открылась, в коридор вышел Уотерс, облаченный в белый комбинезон, и протянул мне что-то. Я взяла, не глядя, а сама прошептала:
- Эван, там…
- Потом, - перебил он меня шепотом. – Надевай.
Это оказался защитный костюм, который был обязателен для посещения лаборатории.
- Да послушай ты…
- Не сейчас.
- Эван! – зашипела я и дернула его за руку. Он наконец-то соизволил обратить внимание и вопросительно уставился на меня. – Из той дальней аудитории кто-то только что вышел.
- Кто?
- Не знаю, я их не разглядела. Два человека. Один высокий, другой среднего роста. Кажется…
- Что за черт… - пробормотал Эван и крадучись двинулся вдоль по коридору. Я на ходу натягивала защитный костюм. Мы остановились возле двери, на которой было написано: «Экспериментальная лаборатория. Вход строго по пропускам». – Отсюда вышли?
Я кивнула.
- Оч-чень интересно, - произнес Эван и прижал карточку к двери, потом ввел код, а после всего еще и палец приложил. – Кто бы это мог быть?
Он отворил дверь, и я вошла следом. Он начал колдовать с информационным блоком двери, бормоча себе под нос что-то наподобие: «Сейчас посмотрим…», потом ахнул, покачал головой и зачем-то посмотрел на меня.
- Что? – удивилась я.
- Да нет, ничего, - задумчиво произнес он. – Доставай плащ.
- Ты выяснил, кто тут был? – спросила я, протягивая ему накидку.
- Нет, кто-то подчистил данные. Кстати, нам тоже нужно будет так сделать, - ответил он, открывая какую-то прозрачную сферу и укладывая внутрь плащ. - Садись вот здесь, смотри, если хочешь, только не говори ничего под руку, а то меня это отвлекает.
Сначала я пристально наблюдала за действиями Эвана, строго следя, чтобы он никоим образом не повредил пятно краски, но в итоге мне это надоело. Было скучно, нудно, непонятно, а он, казалось, вообще забыл обо мне. Я стала рассматривать лабораторию. Это было огромное помещение с высокими потолками, и везде стояло какое-то оборудование, которое, конечно, я опознать не смогла. Но, судя по всему, на лаборатории факультета физики пространственно-временного континуума средств не жалели. Долгое ожидание, усталость, которую принес день, перенасыщенный событиями, нервное напряжение сморили меня, и очнулась я, почувствовав, как кто-то осторожно трясет меня за плечо:
- Ясна, - тихо шептал Эван. – Эй, Ясна.
Я открыла глаза.
- Нам пора, скоро уже рассветет. Надо убираться отсюда.
- Ну и как, нашел что-нибудь? – поинтересовалась я, потягиваясь.
- Нет, - хмуро бросил он и протянул мне накидку. – Проверяй свое пятно.
- Да ладно, - смутилась я, но все же развернула плащ и бросила взгляд на краску – вроде все в порядке. – Совсем ничего?
- Совсем. Обычная краска. Обычная ткань. Я не разбираюсь в различиях химических составов, но нет никаких физических повреждений, характерных для переноса во времени, даже минимальных. Ничего с ткани не испарялось. И краска по составу абсолютно свежая, будто сделана только что, а не в тринадцатом веке.
- Так и есть, - кивнула я. – Всего несколько часов прошло с ее получения.
- Я не понимаю, как ты ее перенесла в наше время, - признал Эван. – Если, конечно, это правда.
- Я тебя не просила мне верить, - оскорбилась я. – Ты сам захотел обследовать ткань.
- Я думаю, что ты веришь в то, что говоришь, и не обманываешь меня, по крайней мере, сознательно. Но…
Незаконченное предложение повисло в воздухе.
- Я хочу домой, - холодно проговорила я.
- Уходим, - согласился Уотерс.
Все остальное происходило в полнейшем молчании. Он закрыл лабораторию, мы сняли костюмы, которые выкинули в утилизационную камеру, потом выбрались на крышу, куда Уотерс вызвал такси. Когда машина приземлилась на крышу моего общежития, парень почему-то вылез вместе со мной.
- Я не приглашала тебя, - буркнула я, но ситуация почему-то взволновала меня. Лунная ночь, звездное небо, таинственная тишина, и только мы вдвоем: я и красивый парень. Ну и что, что он мне не нравится – глаза-то у меня есть, и сказать, что он некрасив – не получается.
- Я и не напрашиваюсь, - хмыкнул он. – По-моему, Северова, ты себе льстишь.
Уязвленная, я развернулась, чтобы уйти, но он ухватил меня за руку:
- Ладно, ладно, не обижайся. Послушай, я тут подумал… Может быть, нам действительно проверить все в полевых условиях? Ты попробуешь что-нибудь перенести в будущее, а я буду рядом, чтобы зафиксировать момент переноса.
- И как ты себе это представляешь? – скептически поинтересовалась я. – Что мы будем писать в заявках на переход? Это будет странно, если мы вернемся одновременно. Что-нибудь заподозрят, проверят…
- Нет-нет, ты что? Конечно, нам нельзя перемещаться по потоку вместе, да и вообще лучше не связываться с официальными переходами.
- Ты предлагаешь?.. – не поверила я своим ушам.
- Да. Я знаю человека, который может мне одолжить свою машину времени.
- Свою?
- Да, это запрещено! - раздраженно бросил Уотерс. – Но Эндрю Морган с помощью своей портативки разрушил теорию, которую нам вдалбливали в головы на протяжении нескольких десятков лет, и открыл совершенно новые законы времени. Ты считаешь, что это не оправдывает нарушения?
- Я ничего не говорила про нарушения, - примиряюще ответила я, хотя внутри все сжалось от страха. – Просто удивилась. Я думала, машину времени Эндрю Моргана уничтожили.
- Уничтожили, - успокаиваясь, согласился Эван и сказал куда-то в сторону: – Но, если он мог создать, могут ведь и другие.
Почему-то я вдруг подумала, что этим «другим» является сам Уотерс. У него высочайший коэффициент интеллекта, и он из уважаемой семьи, что, несомненно, будет не лишним при создании сложнейшего, к тому же запрещенного аппарата.
- Ну, так что? – он снова повернулся ко мне. – Ты согласна? Я подумал, что мы можем рассчитать время и попасть в прошлое за несколько секунд до твоего предыдущего выхода. Посмотрим, что случилось с твоим защитником в момент переноса.
За вот это «мы можем рассчитать» мне захотелось расцеловать Уотерса. Это звучало как явное предложение дружбы, потому что и ежу было понятно, что лично я точку перехода рассчитать не смогу даже под страхом смертной казни.
- Согласна.
- О, правильная девочка решила пойти на нарушение закона! – хмыкнул Уотерс, но вместо того, чтобы привычно обидеться, я усмехнулась и ответила:
- Правильная девочка притащила в будущее неразрешенный предмет, - и показала язык.
- Туше, - засмеялся Уотерс, поднимая руки. – И обещаю, тебе это зачтется.
Прозвучало ехидно, но я улыбнулась и, помахав ему на прощание, направилась к лифту. Мне в спину несся его тихий смех – он старался никого не разбудить.
Глава 4
- Ты меня не слушаешь! – рассердился Уотерс.
- Слушаю, - возразила я и повторила за ним, – не уходить далеко, быть все время на расстоянии вытянутой руки, в идеале держаться за тебя.
- Я не шучу, - строго напутствовал он. - Машина настроена на меня. Если ты потеряешься, я тебя потом не найду…
Он был прав: я действительно слушала его краем уха. В голове, как сорвавшийся с основания паттерн памяти, как отрывок из надоедливой песни крутилась фраза: «Моя жизнь слетела с катушек, вот это не повезло!» Мне казалось, в моей жизни все пошло кувырком: я вообще не понимала, что происходит. Какие-то неопознанные бесследно исчезающие тела в лаборатории, ночные эксперименты, побеги от вооруженных всадников… Куда делась моя размеренная тихая правильная жизнь? Вот что значит – хотя бы один раз допустить нарушение. Малюсенькое такое нарушение, а каковы последствия! Даже одно то, что я теперь общалась с Эваном Уотерсом, должно было как минимум ввести в недоумение девяносто девять процентов населения университета: от студентов до преподавателей.
Разумеется, в таком состоянии слушать разъяснения Эвана у меня просто не получалось. Кажется, он и сам уже это понял, поэтому оставил в покое и только что-то недовольно бормотал себе под нос, производя надо мной какие-то эксперименты. Наверное, снимал мои жизненные показатели или что-то в это роде, чтобы рассчитать необходимый запас энергии для нашего переноса в нужную точку пространства-времени. Хотя не утверждаю, что я правильно понимала цель его действий.
Мысленно я возвращалась в тот момент, когда отбыла из прошлого. Вспоминала, как, не раздумывая, бросилась на парня, пытавшегося меня защитить – бросилась, пытаясь оттолкнуть его в сторону и не дать моему преследователю пронзить его насквозь. Это длилось всего несколько мгновений, но я снова и снова возвращалась к этому эпизоду. Я толкнула парня в бок, даже не толкнула, а просто налетела и впечаталась в него всем телом.
