– Есть баба в западном районе. Волосы каштановые, вся такая – кровь с молоком, и как электровеник. Каждую декаду шляется по ночам – то к любовнику, то от него. Муж, видать, в разъездах, так что скоро не хватится.
– А что за любовник? – осведомился Стэм.
– Да легавый, какая-то начальственная задница в их районе. Проблемой вряд ли будет: он же не оперативник, а креслопросиживатель. Вырубим с одного удара, он нас и сосчитать не успеет.
Дело начиналось так хорошо… Фото бабы, одобрение заказчика, разработанный план… Всё землеройке под хвост.
Сам Стэм сработал, как надо. Оглушил легавого и ушел в тень. А потом все пошло не так. Сонная баба вдруг ожила, словно переключили режим у боевого робота. С воем упал Эдар, истошно завопил Киссерайе, корчась на асфальте. Стэм кинулся к зохеновой бабе, но не успел совсем чуть-чуть. Она выстрелила и попала, словно каждый день этим занималась. Попала в Оге Аанта, прямо в лоб.
Если вопли подчиненных не перебудили всю округу, то это, несомненно, сделал выстрел. Надо сваливать. Но валить без добычи, потеряв сотрудника? Ну нет, это не по Стэму.
Он врезал бабе по затылку дулом. Похоже, перестарался: раздался хруст. Зохен с ней, техзадание выполнено: не блондинка, красивая и здоровая, а насчет того, чтобы без травм, уговора не было.
– Соберитесь! – шикнул он на Киссерайе и Эдара. – Забирайте Аанта и быстро к машине!
Он взвалил бабу на плечо. Подчиненные что-то долго копошились.
– Босс, Киссерайе идти не может, – доложил Эдар, страдальчески морщась.
– Тащи его, – нехотя велел Стэм.
Тело Аанта придется оставить. Живой сотрудник все-таки важнее мертвого.
– Господин! – Голос доносился, словно из глубокого колодца. – Господин, с вами все в порядке?
Маэдо моргнул. Перед его глазами кружилось чье-то незнакомое заспанное лицо. Попытка сфокусировать взгляд вылилась в приступ жестокой тошноты. Маэдо едва успел повернуться набок.
Мужик протянул стакан. Маэдо утерся и с благодарностью отпил. Зохен! Это же водка.
– С вами все в порядке? – повторил мужик свою идиотскую фразу.
Разумеется, нет! Маэдо пощупал раскалывающуюся голову. На макушке – кровь.
– Вам вызвать медицинскую помощь?
Он с трудом сел и осмотрелся. Поодаль кто-то лежал. По всему – труп. С такой дырой во лбу не живут. А госпожи Ильтен нигде не было. Зохен!
– Со мной… – Вместо голоса вырвался невнятный сип, и Маэдо прокашлялся. – Со мной была женщина.
– Так ее тот хмырь увез, что вас приголубил. – Мужик дотронулся до своей головы. – Тут орали, стреляли… Полдома не спало, все видели. Оглушили бедняжку и увезли. Вон там у них машина стояла, за домом.
– Что за машина? – Голос казался карканьем. – Марка, номер?
– Так вы людей спросите, может, кто помнит. У меня-то окна с этой стороны, я только драку и видел.
Маэдо застонал. Надо вызывать группу. Он зашарил по поясу, ища телефон.
– Вот, – указал мужик.
Телефон лежал на асфальте совсем рядом. Выпал, наверное. Странно, что не забрали. Это значит, что они столкнулись не с обычными грабителями. А кое с чем похуже, зохен побери.
Он набрал номер отделения.
Стэм гнал машину, не включая фар и не разбирая дороги. Модуль безопасной езды пришлось отключить. Где-то снес столб, где-то чуть не соскользнул в канаву. Уже утро, скоро они станут заметны. Остановятся, не приведи судьба, на каком-нибудь светофоре, кто-то заглянет в салон и увидит бабу с разбитой башкой…
Бабу он свалил прямо на пол. Рядом с водителем скрючился Киссерайе, бледный, как смерть, и тихо стонал, пытаясь зажать окровавленный пах. Сзади полулежал зеленый Эдар, старательно не глядя в окно и упершись ногами в спину женщины. Аант остался. За Аанта Стэм сдерет с заказчика особо, такие сотрудники на дороге не валяются. То есть, теперь как раз в буквальном смысле валяются – так уж вышло…
– Эй, босс, – прохрипел Эдар. – Эта тварь шевелится!
– Врежь ей, – ответил Стэм. – Чтоб не шевелилась, пока не прибудем.
По-хорошему, Киссерайе надо везти в больницу. Да и от Эдара сейчас толку никакого, он даже нагнуться не может, чтобы как следует связать руки пленнице. Все на нем, на Стэме. Как так вышло? Заказ казался легким. Вырубить любовника, забрать бабу, пошалить с ней по пути – насчет этого джентльмен никаких ограничений не накладывал. Довезти до места, получить деньги – и всё. А теперь… Кое-чего деньги не окупят, сколько бы их ни было.
Маэдо придерживал на макушке лед, завернутый в тряпочку. Зрачки расширились от ударной дозы лекарств так, что больно глядеть на белый свет, но голова кружиться перестала. Отделение, поднятое на ноги, интенсивно работало. Из опроса свидетелей выяснили данные автомобиля. К сожалению, насчет того, как протекало столкновение, показания расходились, а местами были откровенно фантастическими.
– Представляете, этот утверждает, будто женщина избила двух нападавших и убила одного, – поделился глава следственной группы. – Это же как надо напиться!
Маэдо покивал, подумав про себя, что как раз этот свидетель, возможно, и не пил. Будь на месте госпожи Ильтен другая женщина, он охотно посмеялся бы вместе со следаком над чужими алкогольными глюками. Но на нее услышанное было похоже. Впрочем, спорить с подчиненным он не стал. Примем за рабочую версию, что преступники передрались между собой в споре за бабу, пристрелили наименее адекватного, победитель утащил женщину, а его живые подельники уковыляли, поддерживая друг друга. Добрались до своей машины и со свистом стартовали по дороге на Риаведи.
– Передайте по всем отделениям в направлении Риаведи, – распорядился Маэдо, морщась от головной боли. – Похищение женщины, серая М86-С83.
Не первый раз в жизни старший командир подвергся нападению, не впервые преследовал преступников. Но никогда прежде он не испытывал при этом натуральной паники, которую старался загнать внутрь и не давать ей воли. Госпожа Ильтен! Это он виноват, что ее украли. Он втравил ее в авантюру. Да, она сама та еще авантюристка, но он же мужчина, он должен был понимать, что это дело не для женщины. А он предпочел воспользоваться случаем, чтобы обеспечить себе карьеру. Болван, безопасность госпожи Ильтен, вот что ты должен был обеспечить! А ты потерял ее на ровном месте, среди жилого массива.
Он стер со лба холодный пот и стал прослушивать сообщения из соседних районов. Зохен, если она не найдется, господин Ильтен его убьет, и он даже сопротивляться не станет!
Седой джентльмен наблюдал в окно своей дачи, как автомобиль, сбивая разросшиеся за зиму ветви кустов, ломится к воротам. Весна, для дачного сезона еще холодно. Но потому он и выбрал это место для своих развлечений. Дачный поселок пуст, шоссе – за лесом. Никто не увидит крови и не услышит криков. И уж подавно никто не узнает, где искать труп.
Он прищурился. Что-то машина сильно помята с боков, и левая фара разбита… В ДТП они, что ли, попали? Очень неосторожно. С переднего сиденья вылез Келлин Стэм, открыл заднюю дверцу, какое-то время постоял, строя выразительные гримасы и поминая зохенов. Стал выволакивать оттуда женщину, нетвердо стоящую на ногах. Пьяная, что ли? Джентльмен поморщился. Он же просил: без вредных привычек…
Подталкивая женщину и одновременно поддерживая, не давая ей упасть, Стэм дотащил ее до крыльца. Вблизи баба была хороша. Здоровые волнистые волосы, упругое тело. Очень откровенный наряд, прямо-таки возбуждающий. И кольцо на пальце – замужняя! Изюминка на торте. Одно не нравилось джентльмену: странно косящие глаза и нарушенная координация движений. Может, наркоманка?
Он хмуро посмотрел на Стэма и открыл было рот, но тот перебил:
– Заказ был сложным. Я потерял сотрудника убитым. И еще двоих – временно нетрудоспособными.
– Вы привезли некондиционный товар, – заметил джентльмен. – Она еле способна стоять.
– Она просто получила по голове. День, два – это пройдет. А господин Аант мертв навсегда.
– У меня нет в запасе двух дней, господин Стэм. Мы договорились на сегодня, и насладиться я намерен сегодня. Завтра у меня важное совещание, а послезавтра заключение контракта. – В мягком вроде бы голосе джентльмена сквозила сталь.
– Я хочу компенсацию!
– А я хочу то, что заказывал, – не меняя тона, произнес джентльмен. – Здоровую женщину, без синдрома рассеянного сознания. У нее наверняка снижена чувствительность, это половина удовольствия прочь. Вы настаиваете на компенсации, господин Стэм? Тогда и вы компенсируйте мне ненадлежащее качество. В конце концов, вы здоровы и не блондин, у вас сильное сердце. Мне думается, вы продержитесь долго и орать будете сладко…
Стэм дрогнул и отвел глаза. Не прокатило.
– Забудем.
Джентльмен протянул ему конверт:
– Здесь то, о чем мы договаривались.
Он проводил глазами машину, разворачивающуюся и хрустящую ветками на пути к шоссе. А затем обратил взор к женщине.
– Как тебя зовут, милашка?
Его будто ледяным водопадом обдало:
– Зови меня смертью, старый козел.
А пожалуй, это будет интересно. Он проникновенно улыбнулся.
– Ты ошиблась, милашка. Это я – твоя смерть. Долгая и восхитительная. Вначале ты будешь бояться смерти, потом – молить о ней, но получишь ее лишь тогда, когда тебе станет все равно.
Вот теперь глупыха определенно должна испугаться.
– О боже, – вздохнула женщина. – Банальный маньяк.
– Серая М86 была замечена у поворота к дачному поселку, – сообщили по рации. – К сожалению, ваша ориентировка пришла поздно.
Маэдо и сам понимал, что преступники опережают службу охраны безопасности на несколько шагов. Он старался нагнать. Колонна машин, сверкая огнями, неслась по дороге на Риаведи. Хорошо уже то, что мерзавцы направились в глубинку, а не, скажем, к космопорту, где хватило бы дюжины минут, чтобы корабль улетел, и потом уж не развернешь его.
М86-С83, брошенную у ворот госпиталя, сильно не доезжая до Риаведи, Маэдо увидел сразу. Внутри – никого, аренда завершена. Значит, преступники уже вернулись из дачного поселка. Но почему машина именно здесь? Сюда привезли госпожу Ильтен? Или оставили в Риаведи?
Доктор в приемном покое ничего не скрывал от сотрудников службы охраны безопасности.
– На этой машине недавно приехали двое, я их направил в травматологию. Поговорить? У одного состояние критическое, а к второму, пожалуй, можно.
– Допросите. – Маэдо кивнул следаку. – Мы поедем в поселок, не будем терять времени.
Следователь позвонил, когда колонна была уже у поворота.
– Эти ублюдки отвезли женщину в поселок, старший командир. Передали какому-то седому хмырю. Номеров дач они не помнят, но могут нарисовать маршрут, сейчас сброшу. Арестовываем уродов?
– А то, – мстительно отозвался Маэдо. Похищение женщины, да еще в составе группы – мало этим скотам не покажется. – Забирайте их, пусть в тюрьме долечиваются.
Про Стэма никто пострадавших Эдара и Киссерайе не спросил, а сами они не сказали. Руководитель преступной группы скрылся. Через пять декад на жильца, переставшего платить за электричество, пришла в местное отделение службы охраны безопасности телега от энергетиков. Опросили соседей, вскрыли квартиру и объявили господина Келлина Стэма пропавшим без вести. В доме жалели о хорошем соседе и беспокоились, как бы в его квартире не поселился какой-нибудь недостойный человек со скрипкой или перфоратором.
Старый козел явно сердился. Вот и хорошо. Чем больше сердится, тем хуже себя контролирует.
Вообще-то, положа руку на сердце, ничего хорошего в ситуации не было. Голова кружится, ноги отнимаются, места вокруг незнакомые – несусветная глушь. А тут еще маньяк! А она – со связанными руками. Впору выть и молиться. Но Тереза твердо знала: ни от того, ни от другого толку не будет. И она старалась держаться. И ждать подходящего момента, который использовать на всю катушку.
Старик схватил ее за плечо и потащил в дом. Не такой уж он и старик, строго говоря: морда лоснящаяся, пузо плотное, весь из себя ухоженный. На чиновника смахивает, но не из тех, что с бумажками возятся, а из тех, кто им приказы отдает. Просто совсем седой, словно выбеленный. Чинуша сволок спотыкающуюся Терезу по лестнице, отпер дверь в подвал, толкнул жертву к стене.
– Сейчас мы узнаем, как ты кричишь, милашка.
Подвал был небольшим, он даже мог бы показаться уютным, если бы был обставлен как-нибудь по-другому. Но на данный момент антураж внушал оторопь. Голый пол с решеткой для стока леденил босые пятки – туфли Тереза где-то потеряла. Небрежно брошенный шланг – смывать кровь, поняла она. Что-то вроде хирургического стола с зажимами для рук и ног. Обилия инструментов не наблюдалось, на передвижном столике рядом поблескивали лишь разнообразные ножи. Видимо, любимые игрушки козла.
Он взял один из ножей, прижал шатающуюся Терезу к шершавому бетону и начал методично срезать с нее одежду. На какое-то мгновение стало жаль красивый наряд, но Тереза почти сразу пришла в себя. Черт с ним, с нарядом! Пусть порежет хоть на мелкие кусочки: чем дольше он этим занимается, тем больше вероятность, что она придумает, как выкрутиться. Пока нож художественно кромсал кружева и шифон, порой задевая кожу, Тереза собиралась с силами. Старик так зафиксировал ее, что она чувствовала надежную опору. Голова перестала кружиться: мелочь, а приятно. Тем временем блузка без плеч превратилась в ничто, остатки юбки упали к ногам.
– О-о-о, а это что у нас? – Козел провел ножом по животу, обводя старые шрамы.
– А это был один, вроде тебя, – отозвалась Тереза, – который думал, что можно безнаказанно тыкать в меня острыми предметами.
– Судя по всему, ему это удалось, – противно улыбнулся маньяк и покрутил нож в руке.
– Счастье его было недолгим, – холодно улыбнулась в ответ Тереза и, оттолкнувшись от стены, изо всех сил пнула извращенца коленом.
Выроненный нож загремел по бетону. Оплошал чинуша: ноги надо было вязать. Впрочем, и это не помогло бы: следующий удар Тереза нанесла лбом в подбородок, потом – плечом в подреберье. И снова ногой – в лицо упавшему. Удачно попала: босым пальцем в глаз; из него полилась кровавая жижа, и козел сомлел.
Тереза оглянулась. Вот они, ножи, стройными рядами. С третьей попытки удалось пристроиться стянутыми за спиной руками к одному из них. Затекшие конечности слушались плохо, она сильно порезалась, пока распилила веревку.
Маньяк стал подавать признаки жизни. Нет уж, ни к чему таким, как ты, жить на свете. Тереза взяла первый попавшийся нож, особо не выбирая, и всадила в вытекший глаз поглубже. Козел дернулся и затих. Она пощупала пульс на шее, кивнула сама себе. Вот так, больше ты никого не замучаешь.
Всё. Адреналин покинул ее, и она в изнеможении прислонилась к стене. Спина взмокла от холодного пота, лоб покрылся испариной. Еще немного, и ледяной холод подвала выстудит пот. После всего свалиться с воспалением легких? Ну, нет. Тереза с усилием заставила себя отлепиться от стены и, чуть не плача, подняться в дом. Каждый шаг был, как последний.
Дверь в подвал она не закрыла, только отползла подальше, свернулась калачиком и обхватила себя руками. В окне замигали огни. Служба охраны безопасности, машинально отметила Тереза. Как обычно бывает, менты слегка опоздали. Но действительно слегка. Маньяк не успел бы ее убить, разве что изуродовать.
Зазвенели стекла, и в окно полезли бойцы группы захвата, они растеклись по коридору, по комнатам, кто-то спустился в подвал и теперь отчаянно ругался – было отчего.
– А что за любовник? – осведомился Стэм.
– Да легавый, какая-то начальственная задница в их районе. Проблемой вряд ли будет: он же не оперативник, а креслопросиживатель. Вырубим с одного удара, он нас и сосчитать не успеет.
Дело начиналось так хорошо… Фото бабы, одобрение заказчика, разработанный план… Всё землеройке под хвост.
Сам Стэм сработал, как надо. Оглушил легавого и ушел в тень. А потом все пошло не так. Сонная баба вдруг ожила, словно переключили режим у боевого робота. С воем упал Эдар, истошно завопил Киссерайе, корчась на асфальте. Стэм кинулся к зохеновой бабе, но не успел совсем чуть-чуть. Она выстрелила и попала, словно каждый день этим занималась. Попала в Оге Аанта, прямо в лоб.
Если вопли подчиненных не перебудили всю округу, то это, несомненно, сделал выстрел. Надо сваливать. Но валить без добычи, потеряв сотрудника? Ну нет, это не по Стэму.
Он врезал бабе по затылку дулом. Похоже, перестарался: раздался хруст. Зохен с ней, техзадание выполнено: не блондинка, красивая и здоровая, а насчет того, чтобы без травм, уговора не было.
– Соберитесь! – шикнул он на Киссерайе и Эдара. – Забирайте Аанта и быстро к машине!
Он взвалил бабу на плечо. Подчиненные что-то долго копошились.
– Босс, Киссерайе идти не может, – доложил Эдар, страдальчески морщась.
– Тащи его, – нехотя велел Стэм.
Тело Аанта придется оставить. Живой сотрудник все-таки важнее мертвого.
– Господин! – Голос доносился, словно из глубокого колодца. – Господин, с вами все в порядке?
Маэдо моргнул. Перед его глазами кружилось чье-то незнакомое заспанное лицо. Попытка сфокусировать взгляд вылилась в приступ жестокой тошноты. Маэдо едва успел повернуться набок.
Мужик протянул стакан. Маэдо утерся и с благодарностью отпил. Зохен! Это же водка.
– С вами все в порядке? – повторил мужик свою идиотскую фразу.
Разумеется, нет! Маэдо пощупал раскалывающуюся голову. На макушке – кровь.
– Вам вызвать медицинскую помощь?
Он с трудом сел и осмотрелся. Поодаль кто-то лежал. По всему – труп. С такой дырой во лбу не живут. А госпожи Ильтен нигде не было. Зохен!
– Со мной… – Вместо голоса вырвался невнятный сип, и Маэдо прокашлялся. – Со мной была женщина.
– Так ее тот хмырь увез, что вас приголубил. – Мужик дотронулся до своей головы. – Тут орали, стреляли… Полдома не спало, все видели. Оглушили бедняжку и увезли. Вон там у них машина стояла, за домом.
– Что за машина? – Голос казался карканьем. – Марка, номер?
– Так вы людей спросите, может, кто помнит. У меня-то окна с этой стороны, я только драку и видел.
Маэдо застонал. Надо вызывать группу. Он зашарил по поясу, ища телефон.
– Вот, – указал мужик.
Телефон лежал на асфальте совсем рядом. Выпал, наверное. Странно, что не забрали. Это значит, что они столкнулись не с обычными грабителями. А кое с чем похуже, зохен побери.
Он набрал номер отделения.
Стэм гнал машину, не включая фар и не разбирая дороги. Модуль безопасной езды пришлось отключить. Где-то снес столб, где-то чуть не соскользнул в канаву. Уже утро, скоро они станут заметны. Остановятся, не приведи судьба, на каком-нибудь светофоре, кто-то заглянет в салон и увидит бабу с разбитой башкой…
Бабу он свалил прямо на пол. Рядом с водителем скрючился Киссерайе, бледный, как смерть, и тихо стонал, пытаясь зажать окровавленный пах. Сзади полулежал зеленый Эдар, старательно не глядя в окно и упершись ногами в спину женщины. Аант остался. За Аанта Стэм сдерет с заказчика особо, такие сотрудники на дороге не валяются. То есть, теперь как раз в буквальном смысле валяются – так уж вышло…
– Эй, босс, – прохрипел Эдар. – Эта тварь шевелится!
– Врежь ей, – ответил Стэм. – Чтоб не шевелилась, пока не прибудем.
По-хорошему, Киссерайе надо везти в больницу. Да и от Эдара сейчас толку никакого, он даже нагнуться не может, чтобы как следует связать руки пленнице. Все на нем, на Стэме. Как так вышло? Заказ казался легким. Вырубить любовника, забрать бабу, пошалить с ней по пути – насчет этого джентльмен никаких ограничений не накладывал. Довезти до места, получить деньги – и всё. А теперь… Кое-чего деньги не окупят, сколько бы их ни было.
Маэдо придерживал на макушке лед, завернутый в тряпочку. Зрачки расширились от ударной дозы лекарств так, что больно глядеть на белый свет, но голова кружиться перестала. Отделение, поднятое на ноги, интенсивно работало. Из опроса свидетелей выяснили данные автомобиля. К сожалению, насчет того, как протекало столкновение, показания расходились, а местами были откровенно фантастическими.
– Представляете, этот утверждает, будто женщина избила двух нападавших и убила одного, – поделился глава следственной группы. – Это же как надо напиться!
Маэдо покивал, подумав про себя, что как раз этот свидетель, возможно, и не пил. Будь на месте госпожи Ильтен другая женщина, он охотно посмеялся бы вместе со следаком над чужими алкогольными глюками. Но на нее услышанное было похоже. Впрочем, спорить с подчиненным он не стал. Примем за рабочую версию, что преступники передрались между собой в споре за бабу, пристрелили наименее адекватного, победитель утащил женщину, а его живые подельники уковыляли, поддерживая друг друга. Добрались до своей машины и со свистом стартовали по дороге на Риаведи.
– Передайте по всем отделениям в направлении Риаведи, – распорядился Маэдо, морщась от головной боли. – Похищение женщины, серая М86-С83.
Не первый раз в жизни старший командир подвергся нападению, не впервые преследовал преступников. Но никогда прежде он не испытывал при этом натуральной паники, которую старался загнать внутрь и не давать ей воли. Госпожа Ильтен! Это он виноват, что ее украли. Он втравил ее в авантюру. Да, она сама та еще авантюристка, но он же мужчина, он должен был понимать, что это дело не для женщины. А он предпочел воспользоваться случаем, чтобы обеспечить себе карьеру. Болван, безопасность госпожи Ильтен, вот что ты должен был обеспечить! А ты потерял ее на ровном месте, среди жилого массива.
Он стер со лба холодный пот и стал прослушивать сообщения из соседних районов. Зохен, если она не найдется, господин Ильтен его убьет, и он даже сопротивляться не станет!
Седой джентльмен наблюдал в окно своей дачи, как автомобиль, сбивая разросшиеся за зиму ветви кустов, ломится к воротам. Весна, для дачного сезона еще холодно. Но потому он и выбрал это место для своих развлечений. Дачный поселок пуст, шоссе – за лесом. Никто не увидит крови и не услышит криков. И уж подавно никто не узнает, где искать труп.
Он прищурился. Что-то машина сильно помята с боков, и левая фара разбита… В ДТП они, что ли, попали? Очень неосторожно. С переднего сиденья вылез Келлин Стэм, открыл заднюю дверцу, какое-то время постоял, строя выразительные гримасы и поминая зохенов. Стал выволакивать оттуда женщину, нетвердо стоящую на ногах. Пьяная, что ли? Джентльмен поморщился. Он же просил: без вредных привычек…
Подталкивая женщину и одновременно поддерживая, не давая ей упасть, Стэм дотащил ее до крыльца. Вблизи баба была хороша. Здоровые волнистые волосы, упругое тело. Очень откровенный наряд, прямо-таки возбуждающий. И кольцо на пальце – замужняя! Изюминка на торте. Одно не нравилось джентльмену: странно косящие глаза и нарушенная координация движений. Может, наркоманка?
Он хмуро посмотрел на Стэма и открыл было рот, но тот перебил:
– Заказ был сложным. Я потерял сотрудника убитым. И еще двоих – временно нетрудоспособными.
– Вы привезли некондиционный товар, – заметил джентльмен. – Она еле способна стоять.
– Она просто получила по голове. День, два – это пройдет. А господин Аант мертв навсегда.
– У меня нет в запасе двух дней, господин Стэм. Мы договорились на сегодня, и насладиться я намерен сегодня. Завтра у меня важное совещание, а послезавтра заключение контракта. – В мягком вроде бы голосе джентльмена сквозила сталь.
– Я хочу компенсацию!
– А я хочу то, что заказывал, – не меняя тона, произнес джентльмен. – Здоровую женщину, без синдрома рассеянного сознания. У нее наверняка снижена чувствительность, это половина удовольствия прочь. Вы настаиваете на компенсации, господин Стэм? Тогда и вы компенсируйте мне ненадлежащее качество. В конце концов, вы здоровы и не блондин, у вас сильное сердце. Мне думается, вы продержитесь долго и орать будете сладко…
Стэм дрогнул и отвел глаза. Не прокатило.
– Забудем.
Джентльмен протянул ему конверт:
– Здесь то, о чем мы договаривались.
Он проводил глазами машину, разворачивающуюся и хрустящую ветками на пути к шоссе. А затем обратил взор к женщине.
– Как тебя зовут, милашка?
Его будто ледяным водопадом обдало:
– Зови меня смертью, старый козел.
А пожалуй, это будет интересно. Он проникновенно улыбнулся.
– Ты ошиблась, милашка. Это я – твоя смерть. Долгая и восхитительная. Вначале ты будешь бояться смерти, потом – молить о ней, но получишь ее лишь тогда, когда тебе станет все равно.
Вот теперь глупыха определенно должна испугаться.
– О боже, – вздохнула женщина. – Банальный маньяк.
– Серая М86 была замечена у поворота к дачному поселку, – сообщили по рации. – К сожалению, ваша ориентировка пришла поздно.
Маэдо и сам понимал, что преступники опережают службу охраны безопасности на несколько шагов. Он старался нагнать. Колонна машин, сверкая огнями, неслась по дороге на Риаведи. Хорошо уже то, что мерзавцы направились в глубинку, а не, скажем, к космопорту, где хватило бы дюжины минут, чтобы корабль улетел, и потом уж не развернешь его.
М86-С83, брошенную у ворот госпиталя, сильно не доезжая до Риаведи, Маэдо увидел сразу. Внутри – никого, аренда завершена. Значит, преступники уже вернулись из дачного поселка. Но почему машина именно здесь? Сюда привезли госпожу Ильтен? Или оставили в Риаведи?
Доктор в приемном покое ничего не скрывал от сотрудников службы охраны безопасности.
– На этой машине недавно приехали двое, я их направил в травматологию. Поговорить? У одного состояние критическое, а к второму, пожалуй, можно.
– Допросите. – Маэдо кивнул следаку. – Мы поедем в поселок, не будем терять времени.
Следователь позвонил, когда колонна была уже у поворота.
– Эти ублюдки отвезли женщину в поселок, старший командир. Передали какому-то седому хмырю. Номеров дач они не помнят, но могут нарисовать маршрут, сейчас сброшу. Арестовываем уродов?
– А то, – мстительно отозвался Маэдо. Похищение женщины, да еще в составе группы – мало этим скотам не покажется. – Забирайте их, пусть в тюрьме долечиваются.
Про Стэма никто пострадавших Эдара и Киссерайе не спросил, а сами они не сказали. Руководитель преступной группы скрылся. Через пять декад на жильца, переставшего платить за электричество, пришла в местное отделение службы охраны безопасности телега от энергетиков. Опросили соседей, вскрыли квартиру и объявили господина Келлина Стэма пропавшим без вести. В доме жалели о хорошем соседе и беспокоились, как бы в его квартире не поселился какой-нибудь недостойный человек со скрипкой или перфоратором.
Старый козел явно сердился. Вот и хорошо. Чем больше сердится, тем хуже себя контролирует.
Вообще-то, положа руку на сердце, ничего хорошего в ситуации не было. Голова кружится, ноги отнимаются, места вокруг незнакомые – несусветная глушь. А тут еще маньяк! А она – со связанными руками. Впору выть и молиться. Но Тереза твердо знала: ни от того, ни от другого толку не будет. И она старалась держаться. И ждать подходящего момента, который использовать на всю катушку.
Старик схватил ее за плечо и потащил в дом. Не такой уж он и старик, строго говоря: морда лоснящаяся, пузо плотное, весь из себя ухоженный. На чиновника смахивает, но не из тех, что с бумажками возятся, а из тех, кто им приказы отдает. Просто совсем седой, словно выбеленный. Чинуша сволок спотыкающуюся Терезу по лестнице, отпер дверь в подвал, толкнул жертву к стене.
– Сейчас мы узнаем, как ты кричишь, милашка.
Подвал был небольшим, он даже мог бы показаться уютным, если бы был обставлен как-нибудь по-другому. Но на данный момент антураж внушал оторопь. Голый пол с решеткой для стока леденил босые пятки – туфли Тереза где-то потеряла. Небрежно брошенный шланг – смывать кровь, поняла она. Что-то вроде хирургического стола с зажимами для рук и ног. Обилия инструментов не наблюдалось, на передвижном столике рядом поблескивали лишь разнообразные ножи. Видимо, любимые игрушки козла.
Он взял один из ножей, прижал шатающуюся Терезу к шершавому бетону и начал методично срезать с нее одежду. На какое-то мгновение стало жаль красивый наряд, но Тереза почти сразу пришла в себя. Черт с ним, с нарядом! Пусть порежет хоть на мелкие кусочки: чем дольше он этим занимается, тем больше вероятность, что она придумает, как выкрутиться. Пока нож художественно кромсал кружева и шифон, порой задевая кожу, Тереза собиралась с силами. Старик так зафиксировал ее, что она чувствовала надежную опору. Голова перестала кружиться: мелочь, а приятно. Тем временем блузка без плеч превратилась в ничто, остатки юбки упали к ногам.
– О-о-о, а это что у нас? – Козел провел ножом по животу, обводя старые шрамы.
– А это был один, вроде тебя, – отозвалась Тереза, – который думал, что можно безнаказанно тыкать в меня острыми предметами.
– Судя по всему, ему это удалось, – противно улыбнулся маньяк и покрутил нож в руке.
– Счастье его было недолгим, – холодно улыбнулась в ответ Тереза и, оттолкнувшись от стены, изо всех сил пнула извращенца коленом.
Выроненный нож загремел по бетону. Оплошал чинуша: ноги надо было вязать. Впрочем, и это не помогло бы: следующий удар Тереза нанесла лбом в подбородок, потом – плечом в подреберье. И снова ногой – в лицо упавшему. Удачно попала: босым пальцем в глаз; из него полилась кровавая жижа, и козел сомлел.
Тереза оглянулась. Вот они, ножи, стройными рядами. С третьей попытки удалось пристроиться стянутыми за спиной руками к одному из них. Затекшие конечности слушались плохо, она сильно порезалась, пока распилила веревку.
Маньяк стал подавать признаки жизни. Нет уж, ни к чему таким, как ты, жить на свете. Тереза взяла первый попавшийся нож, особо не выбирая, и всадила в вытекший глаз поглубже. Козел дернулся и затих. Она пощупала пульс на шее, кивнула сама себе. Вот так, больше ты никого не замучаешь.
Всё. Адреналин покинул ее, и она в изнеможении прислонилась к стене. Спина взмокла от холодного пота, лоб покрылся испариной. Еще немного, и ледяной холод подвала выстудит пот. После всего свалиться с воспалением легких? Ну, нет. Тереза с усилием заставила себя отлепиться от стены и, чуть не плача, подняться в дом. Каждый шаг был, как последний.
Дверь в подвал она не закрыла, только отползла подальше, свернулась калачиком и обхватила себя руками. В окне замигали огни. Служба охраны безопасности, машинально отметила Тереза. Как обычно бывает, менты слегка опоздали. Но действительно слегка. Маньяк не успел бы ее убить, разве что изуродовать.
Зазвенели стекла, и в окно полезли бойцы группы захвата, они растеклись по коридору, по комнатам, кто-то спустился в подвал и теперь отчаянно ругался – было отчего.
