Он изо всех сил прижал друга к своему мощному животу, пытаясь без слов передать все его страдания за минувшие месяцы. Он украдкой лишь шепнул Акарнану на ухо:
— Мы справимся!
Теперь оставалось лишь верить в это. И Хильнард остатками надежды ещё жил в этом мире, ставшем ему чужим, в этом городе, почти полностью ставшем ему враждебным из-за одного предателя. Почти. У Хильнарда ещё остались верные звери в замке, с которыми он общался тайно, стараясь изо всех сил, чтобы об этом не узнал никто из стражей темниц, ни тем паче Валгил или Карлунд.
«Передай Джаин, чтобы от моего имени написала Акарнану письмо, чтобы прибыл сюда. У меня не осталось больше никого, кому я могу доверять, кроме неё и Акарнана. Передай Джаин, чтобы готовила войско. Пусть оно идёт сюда».
«Все, кто верен мне, будьте готовы на пути к темнице и ожидайте там, когда Валгил поведёт нас».
«Жителям у Северных ворот сообщите, чтобы открыли их, когда Джаин прибудет».
Акарнан со своей свитой из одного лишь молодого льва, которого он представил как Капрем, вошёл внутрь дворца и остолбенел, когда услышал приказ Карлунда: «В темницу обоих!» Но события стали развиваться совсем не так, как наверняка рассчитывал Карлунд.
— Откройте двери! — закричали снаружи.
Карлунд повернулся, когда стража открывала огромные дубовые двери замка. Внутрь вбежал покрытый пылью и весь мокрый от бешеного бега гепард-скоробег.
— Государь! — выпалил гепард, задыхаясь. — Государь, к северным стенам подходит войско с Севера!
— Что?! — взревел Карлунд. Он стремительно подошёл к гепарду и схватил его обоими копытами за горло. — Что ты сказал?
— В Северные ворота проходят бериародиты! — прохрипел скоробег. — Жители сами открыли им ворота!
Карлунд грязно выругался и приказал:
— Быстро вооружайте всех! Принести мои доспехи! Стража, вперёд! Все к Северным воротам! Валгил, Рагнук, Геттон, — этих, — Карлунд указал на Акарнана и Хильнарда, — отведите в темницу! Вперёд, к воротам!
Поднялась суматоха. Все, кто был на страже во дворце, унеслись исполнять поручение владыки, которому, как подметил про себя Хильнард, осталось быть таковым совсем немного. Он видел, как Карлунд помчался наверх с такой скоростью, какую позволяла его мощная туша. Он мчался по ступеням, тряся огромным брюхом, обтянутым плотной одеждой.
Когда закрылись двери, ведущие в темницы подземелья, звуки беготни, криков и прочей колготни словно отдалились на далёкое расстояние. Хильнард шёл спокойно, подталкиваемый, как и Акарнан, Валгилом и его братом Рагнуком. Он дожидался лишь условного знака. И вот он последовал.
Один из стражей, пожилой буйвол, заходился в судорожном кашле. Он знал его, как и бизон по имени Геттон.
— Сарром, что такое? — подошёл к нему Геттон.
— Я устал здесь находиться! — хрипло выдохнул Сарром. — Давно пора сменить стражу.
— Закроем этих, — отрезал Валгил, — и пойдёшь.
— Мне… надо на… воздух! — упрямо прохрипел Сарром.
Хильнард уловил знакомый тошнотворный запах крови, но его явно не чувствовали братья Валгил и Рагнук. Геттон, подходя к задыхающемуся и кашляющему почти до рвоты Саррому, только сейчас сообразил принюхаться. Но догадаться, что это так пахло, не успел. Сарром резво выпрямился и всадил острый кинжал в подбородок Геттону, пробив голову так, что клинок вышел через левый глаз. Подземелье быстро наполнилось взявшимися буквально из всех углов зверями. Двери темниц распахивались одна за другой, оттуда выбегали вооружённые кто чем пленники. Акарнан выхватил из ножен свой длинный меч и оттолкнул Хильнарда в сторону, оказавшись морда к морде с одним из стражников. Валгил с рёвом помчался на Хильнарда, но тот был уже готов к бою — уклонившись от удара мечом, Хильнард ухватился за прочную решётку. Собрав все силы, он подпрыгнул, оторвав от пола свои мощные ноги, согнул их и заставил себя почти выпрямиться параллельно полу. Одно могучее движение — и Хильнард лягнул обеими ногами Валгила в грудь, так что тот отлетел назад, ударившись затылком о стену. Нейтрализовав особенно опасного врага, Хильнард вновь собрался с силами — на него уже мчался Рагнук. Но добежать не успел — кто-то могучий и огромный взмахнул мечом снизу и отрубил носорогу обе ноги. Страшный крик его потонул среди воплей сражающихся не на жизнь, а на смерть пленников, тёмные потоки крови разлились по полу. Хильнард только увидел свалившегося на бок Рагнука и безвольно покатившиеся по полу отрубленные до самых колен ноги. Меч, так страшно искалечивший Рагнука, взвился снова и пронзил его мощное брюхо, прибив тело носорога к полу. Убивший стражника выпрямился, и Акарнан увидел огромного слона. Тот коротко кивнул ему и, расталкивая остальных, помчался вперёд. Через совсем немного времени всё было кончено. Теперь Хильнард знал, куда бежать. Ещё один из многочисленных подземных ходов вёл к Северным воротам, а выход из него находится в доме одного из лучших воинов Зверополиса.
— Вперёд, за мной! — крикнул слон. — Ваше Величество!
— Я следом, — отозвался Хильнард.
Акарнан, забрызганный кровью, опустил меч, Хильнард, тяжело переводя дыхание, осматривался по сторонам. В измотанных пленом хищниках и травоядных проснулись огромные силы, чтобы справиться с мучителями и врагами. Три или четыре медведя одолели Валгила и заключили его в ту же камеру, где сидели сами. Оставшихся в живых, помимо Валгила, двух или трёх стражников, заключили в отдельные камеры и заперли накрепко. Геттон хрипел на полу, заливаясь кровью. Сарром, ругаясь сквозь зубы, вытаскивал из бедра кинжал, принадлежавший кому-то из врагов. Акарнан скинул с себя свой роскошный плащ.
— Запереть все двери, которые ведут сюда из дворца! — приказал Хильнард. Теперь приказы снова отдаёт он, законный великий Император. Освобождённые друзьями пленники поспешно заперли двери темницы. Кто-то из них принёс Хильнарду подходящие к его размерам щит, меч и доспехи.
Хильнард, облачившись в сталь, обратился к бывшим узникам:
— Мои верные жители, теперь вы вооружены. Теперь вы сильны! Так используйте свою силу и направьте её против настоящего врага!
Спёртый воздух темницы, пропитанный запахом пота и крови, сотрясся рёвом зверей:
— За Императора!
В течение всех этих недель Фродмар тайно собирал по городу сторонников Хильнарда и оружие, которое понадобится для участников переворота. Маленькое войско Хильнарда прошло под землёй по длинным коридорам и выбралось через подвал дома Арнезара Черногрива, одного из самых могучих воинов города. Хильнард видел, что слон по имени Эмхарл, не расставшийся со своим огромным мечом, мчался вперёд. Молодой лев по имени Капрем догнал Хильнарда и Акарнана, держась ближе к нему. Он достал не слишком прочный щит, уже знававший многие битвы, но меч в его лапах явно принадлежал богатому горожанину. Около ста шестидесяти зверей из этой части темницы шли с Хильнардом.
— Где кончается этот ход? — спросил Акарнан.
— Под домом верного зверя и воина, — коротко ответил Хильнард.
Верный зверь и воин Арнезар Черногрив наверняка уже распоряжается своими воинами, жившими в его районе и входившими в состав его ланарра*. Так сейчас всей душой надеялся Хильнард. Эмхарл, не останавливаясь, буквально вышиб двери, и толпа вооружённых зверей буквально наводнила подвал. Вскоре все вместе с Хильнардом заморгали от яркого света, потом в поле зрения оказался уже одетый в доспехи Арнезар. Пуская в действие свой мощный голос, крупный пожилой лев строил воинов. На ветру развевалась его буйная чёрная грива. Некоторые из пленников встретили своего командира приветственными восклицаниями. Арнезар повернулся и чуть не выронил меч, увидев Хильнарда.
— Ваше Величество! — поражённо выпалил он и поспешно опустился на одно колено. Воины тут же склонились перед Императором.
— Где все, Арнезар? — спросил Хильнард.
— Все, кто пришёл и кто остался жив, здесь, — ответил Арнезар, поднимаясь и глядя с плохо сдерживаемым восторгом в глаза Хильнарда. — Всего триста воинов. Но ничего, как только увидят, что всё кипит, бросятся на помощь нам.
Хильнард поднял копыто. Вдали над улицами Зверополиса поднималась пыль. Значит, это силы Карлунда, которые ещё не подоспели к нужному месту. Несколько сторонников Хильнарда и Фродмара расставили на их пути препятствия вроде неустойчивой стены одного из домов. Хильнард, улыбнувшись про себя, повернулся к стене. Северные ворота отделялись расстоянием в полмили, а по улицам уже шагали солдаты Бериародского Севера, не встречая никакого сопротивления со стороны зверополитов. К шагавшим строгим воинским шагом волкам, медведям, львам, леопардам, буйволам, антилопам и многим другим зверям присоединялись простые граждане, вооружившиеся чем попало. Впереди шла с обнажённым кривым мечом одетая в стальные доспехи волчица, которую Хильнард сразу узнал.
Однако Хильнард подозревал, что в столь огромном городе, как Зверополис, будет немалое количество сторонников и у Карлунда. Со своими отрядами он и Арнезар присоединились к армии Джаин Бериародской и, когда подошли к ручью Маланниру, увидели, что из многочисленных улиц выбегают вооружённые солдаты, члены Городской гвардии, личной гвардии Десницы и другие, состоящие на службе Императора. Ложного Императора, гневно подумал Хильнард. Он переглянулся с Акарнаном и заметил, что медведь крепче сжал свой меч. Бордовый плащ Акарнан сбросил с себя ещё в подземелье. Давние друзья молча переглянулись друг с другом и обменялись кивками. Слова им сейчас были не нужны. Врагами командовал Карлунд. Одетый в боевые блестящие доспехи, он вышел вперёд, но не успел бегемот разинуть большую пасть, как над другой стороной Маланниру Хильнард во всю мощь лёгких взревел:
— Именем справедливости и законного Императора — вперёд!
— В бой, воины Севера! — кричала Джаин.
— Смелее! — вторил хору командиров Арнезар.
Сотни воинов бросились на врагов. Воинов со стороны Карлунда было намного меньше, а через Северные ворота продолжала — словно мощный горный поток в долину — течь армия Джаин Бериародской. Поражение узурпатора было неизбежно, но он, как понимал Хильнард, отказывался это признавать. Ну и глупец. Если погибнет — дорога ему в мрачную обитель Подземного Демона.
Хильнард, мчась вперёд с мечом в копытах, запомнил сразу три видения. Несколько десятков воинов Карлунда бросили оружие и скрылись в лабиринте узких улочек; ярость исказила морду Карлунда, когда он увидел бегство соратников; один из его гвардейцев на бегу натянул свой лук, целясь в Хильнарда. Стрела сорвалась с тетивы уже после того, как Хильнард поднял щит. Он надёжно уберёг своего хозяина от смерти.
В самой воде ручья столкнулись между собой две армии. Казалось, что разразившаяся грозой битва доносила свой грохот почти до небес. Бизон-лучник по-прежнему пытался атаковать Хильнарда. Щит Хильнарда, направленный всей его могучей силой, врезался в горло бизону. Булькая кровью и хрипя, он безвольно повалился в пыль и уже не поднялся — удар раздробил ему кости шеи, а самого бизона затоптали бьющиеся. Взлетали мечи, обрушиваясь на противников, ударяясь о щиты, доспехи и разрубая плоть. Кровь лилась с обеих сторон в холодную воду ручья, поток, постепенно становящийся красным, нёс свои воды к Восточному Пути.
Хильнард и Акарнан кричали направо и налево, подбадривая воинов. Их мечи были багровыми от крови врагов, лапы у обоих были окрашены красным по локоть. Огромный меч Императора взлетал над врагами, а глаза замечали многое. Слева Эмхарл просто разбрасывал врагов в разные стороны. Битва всегда была его стихией — одного взмаха его громадного меча, который с трудом мог бы поднять медведь, хватило, чтобы разрубить пополам врага. Эта страшная участь постигла уже по меньшей мере пятерых стражников Карлунда и трёх его сторонников. Справа Арнезаров меч, словно молния, поражал врагов одного за другим, и те падали в воду. Истекающие кровью, звери кричали и стонали, хрипели проклятия своим убийцам. Их трупы обмякали в воде, кровавые вьющиеся дорожки уже не различались в давно покрасневшей воде Маланниру. Среди бушующего грома битвы, вобравшего в себя звон стали о сталь, криков бьющихся, стонов раненых и хрипов умирающих, раздался рёв Карлунда, который подавал кому-то знак. Хильнард увидел быстрое движение в его быстро редеющем ополчении.
— Стрелы! — рявкнул Карлунд.
Около тридцати солдат, вооружённых луками, мгновенно выстроились в ряд. По команде Карлунда три десятка стрел сорвались с тетив. Акарнан, Хильнард, Джаин и ещё несколько десятков сражающихся подняли щиты, пригнувшись. Однако залп дал результат — несколько верных Хильнарду зверей повалились под ноги дерущимся, а Джаин потеряла из своей армии сразу восьмерых солдат. Карлунд дал сигнал снова атаковать врагов стрелами. Сбоку от Хильнарда началось быстрое движение ещё во время залпа. Хильнард не расслышал звуков туго натягиваемых луков, но резкий звон спускаемых тетив и свиста летящих стрел был в его сердце, как и всегда во время битв, музыкой надежды и триумфа. Несколько быстрых залпов со стороны бериародитов — и лучники Карлунда были сражены все до единого.
Прошло всего лишь несколько десятков ударов Хильнардова сердца — билось оно невероятно быстро, — и в нескольких шагах от Хильнарда Джаин что-то крикнула на родном бериародском языке. Смутно знакомое слово «uvir». Это был приказ, как верно понял Хильнард, когда воины начали передавать его на задние ряды армии. Волчица была забрызгана чужой кровью, на солнце сиял её шлем с двумя круто завитыми рогами. В голове Хильнарда промелькнула грустная мысль о кузене Фродмаре. Хильнард знал, что тирания Карлунда окончится битвой, и хотел, чтобы брат был рядом с ним во время сражения. И он словно слышал голос Фродмара: «Не сдавайся! Бей их, рази и не отступай!»
Карлундовых сторонников становилось с каждым мгновением всё меньше, сам бегемот сражался не менее яростно. Но это, как и у многих бьющихся на его стороне, была храбрость и ярость отчаяния. Бесполезный правитель, тиран и убийца даже своих зверей привёл на смерть. Из природного упрямства не умел уступать, это Хильнард знал хорошо. Но тут их взгляды пересеклись. Окровавленный Карлунд обнажил покрытые кровью зубы и с рёвом метнулся было к Хильнарду, но тот, заглянув ему за спину, взревел:
— Остановись, Карлунд!
— Обернись назад, безумец! — крикнул Акарнан.
Услышав слова, воины Бериарода и зверополиты осмотрелись по сторонам. Пришедшие с Джаин северяне быстро пробежали за время битвы по улицам Зверополиса, тогда Хильнард и вспомнил слово «uvir». Это означало «кольцо». Быстрым бегом бериародиты преодолели улицы и зашли войску Карлунда в тыл, окружив его. Некоторые его сторонники переминались с ног на ногу, дюжина самых отчаянных на глазах Хильнарда бросилась к стене воинов. Но тут свою похоронную мелодию пропели приготовленные бериародитами несколько луков, и все двенадцать воинов рухнули замертво со стрелами в груди, животах, шеях и даже в мордах.
— Мы справимся!
Теперь оставалось лишь верить в это. И Хильнард остатками надежды ещё жил в этом мире, ставшем ему чужим, в этом городе, почти полностью ставшем ему враждебным из-за одного предателя. Почти. У Хильнарда ещё остались верные звери в замке, с которыми он общался тайно, стараясь изо всех сил, чтобы об этом не узнал никто из стражей темниц, ни тем паче Валгил или Карлунд.
«Передай Джаин, чтобы от моего имени написала Акарнану письмо, чтобы прибыл сюда. У меня не осталось больше никого, кому я могу доверять, кроме неё и Акарнана. Передай Джаин, чтобы готовила войско. Пусть оно идёт сюда».
«Все, кто верен мне, будьте готовы на пути к темнице и ожидайте там, когда Валгил поведёт нас».
«Жителям у Северных ворот сообщите, чтобы открыли их, когда Джаин прибудет».
Акарнан со своей свитой из одного лишь молодого льва, которого он представил как Капрем, вошёл внутрь дворца и остолбенел, когда услышал приказ Карлунда: «В темницу обоих!» Но события стали развиваться совсем не так, как наверняка рассчитывал Карлунд.
— Откройте двери! — закричали снаружи.
Карлунд повернулся, когда стража открывала огромные дубовые двери замка. Внутрь вбежал покрытый пылью и весь мокрый от бешеного бега гепард-скоробег.
— Государь! — выпалил гепард, задыхаясь. — Государь, к северным стенам подходит войско с Севера!
— Что?! — взревел Карлунд. Он стремительно подошёл к гепарду и схватил его обоими копытами за горло. — Что ты сказал?
— В Северные ворота проходят бериародиты! — прохрипел скоробег. — Жители сами открыли им ворота!
Карлунд грязно выругался и приказал:
— Быстро вооружайте всех! Принести мои доспехи! Стража, вперёд! Все к Северным воротам! Валгил, Рагнук, Геттон, — этих, — Карлунд указал на Акарнана и Хильнарда, — отведите в темницу! Вперёд, к воротам!
Поднялась суматоха. Все, кто был на страже во дворце, унеслись исполнять поручение владыки, которому, как подметил про себя Хильнард, осталось быть таковым совсем немного. Он видел, как Карлунд помчался наверх с такой скоростью, какую позволяла его мощная туша. Он мчался по ступеням, тряся огромным брюхом, обтянутым плотной одеждой.
Когда закрылись двери, ведущие в темницы подземелья, звуки беготни, криков и прочей колготни словно отдалились на далёкое расстояние. Хильнард шёл спокойно, подталкиваемый, как и Акарнан, Валгилом и его братом Рагнуком. Он дожидался лишь условного знака. И вот он последовал.
Один из стражей, пожилой буйвол, заходился в судорожном кашле. Он знал его, как и бизон по имени Геттон.
— Сарром, что такое? — подошёл к нему Геттон.
— Я устал здесь находиться! — хрипло выдохнул Сарром. — Давно пора сменить стражу.
— Закроем этих, — отрезал Валгил, — и пойдёшь.
— Мне… надо на… воздух! — упрямо прохрипел Сарром.
Хильнард уловил знакомый тошнотворный запах крови, но его явно не чувствовали братья Валгил и Рагнук. Геттон, подходя к задыхающемуся и кашляющему почти до рвоты Саррому, только сейчас сообразил принюхаться. Но догадаться, что это так пахло, не успел. Сарром резво выпрямился и всадил острый кинжал в подбородок Геттону, пробив голову так, что клинок вышел через левый глаз. Подземелье быстро наполнилось взявшимися буквально из всех углов зверями. Двери темниц распахивались одна за другой, оттуда выбегали вооружённые кто чем пленники. Акарнан выхватил из ножен свой длинный меч и оттолкнул Хильнарда в сторону, оказавшись морда к морде с одним из стражников. Валгил с рёвом помчался на Хильнарда, но тот был уже готов к бою — уклонившись от удара мечом, Хильнард ухватился за прочную решётку. Собрав все силы, он подпрыгнул, оторвав от пола свои мощные ноги, согнул их и заставил себя почти выпрямиться параллельно полу. Одно могучее движение — и Хильнард лягнул обеими ногами Валгила в грудь, так что тот отлетел назад, ударившись затылком о стену. Нейтрализовав особенно опасного врага, Хильнард вновь собрался с силами — на него уже мчался Рагнук. Но добежать не успел — кто-то могучий и огромный взмахнул мечом снизу и отрубил носорогу обе ноги. Страшный крик его потонул среди воплей сражающихся не на жизнь, а на смерть пленников, тёмные потоки крови разлились по полу. Хильнард только увидел свалившегося на бок Рагнука и безвольно покатившиеся по полу отрубленные до самых колен ноги. Меч, так страшно искалечивший Рагнука, взвился снова и пронзил его мощное брюхо, прибив тело носорога к полу. Убивший стражника выпрямился, и Акарнан увидел огромного слона. Тот коротко кивнул ему и, расталкивая остальных, помчался вперёд. Через совсем немного времени всё было кончено. Теперь Хильнард знал, куда бежать. Ещё один из многочисленных подземных ходов вёл к Северным воротам, а выход из него находится в доме одного из лучших воинов Зверополиса.
— Вперёд, за мной! — крикнул слон. — Ваше Величество!
— Я следом, — отозвался Хильнард.
Акарнан, забрызганный кровью, опустил меч, Хильнард, тяжело переводя дыхание, осматривался по сторонам. В измотанных пленом хищниках и травоядных проснулись огромные силы, чтобы справиться с мучителями и врагами. Три или четыре медведя одолели Валгила и заключили его в ту же камеру, где сидели сами. Оставшихся в живых, помимо Валгила, двух или трёх стражников, заключили в отдельные камеры и заперли накрепко. Геттон хрипел на полу, заливаясь кровью. Сарром, ругаясь сквозь зубы, вытаскивал из бедра кинжал, принадлежавший кому-то из врагов. Акарнан скинул с себя свой роскошный плащ.
— Запереть все двери, которые ведут сюда из дворца! — приказал Хильнард. Теперь приказы снова отдаёт он, законный великий Император. Освобождённые друзьями пленники поспешно заперли двери темницы. Кто-то из них принёс Хильнарду подходящие к его размерам щит, меч и доспехи.
Хильнард, облачившись в сталь, обратился к бывшим узникам:
— Мои верные жители, теперь вы вооружены. Теперь вы сильны! Так используйте свою силу и направьте её против настоящего врага!
Спёртый воздух темницы, пропитанный запахом пота и крови, сотрясся рёвом зверей:
— За Императора!
В течение всех этих недель Фродмар тайно собирал по городу сторонников Хильнарда и оружие, которое понадобится для участников переворота. Маленькое войско Хильнарда прошло под землёй по длинным коридорам и выбралось через подвал дома Арнезара Черногрива, одного из самых могучих воинов города. Хильнард видел, что слон по имени Эмхарл, не расставшийся со своим огромным мечом, мчался вперёд. Молодой лев по имени Капрем догнал Хильнарда и Акарнана, держась ближе к нему. Он достал не слишком прочный щит, уже знававший многие битвы, но меч в его лапах явно принадлежал богатому горожанину. Около ста шестидесяти зверей из этой части темницы шли с Хильнардом.
— Где кончается этот ход? — спросил Акарнан.
— Под домом верного зверя и воина, — коротко ответил Хильнард.
Верный зверь и воин Арнезар Черногрив наверняка уже распоряжается своими воинами, жившими в его районе и входившими в состав его ланарра*. Так сейчас всей душой надеялся Хильнард. Эмхарл, не останавливаясь, буквально вышиб двери, и толпа вооружённых зверей буквально наводнила подвал. Вскоре все вместе с Хильнардом заморгали от яркого света, потом в поле зрения оказался уже одетый в доспехи Арнезар. Пуская в действие свой мощный голос, крупный пожилой лев строил воинов. На ветру развевалась его буйная чёрная грива. Некоторые из пленников встретили своего командира приветственными восклицаниями. Арнезар повернулся и чуть не выронил меч, увидев Хильнарда.
— Ваше Величество! — поражённо выпалил он и поспешно опустился на одно колено. Воины тут же склонились перед Императором.
— Где все, Арнезар? — спросил Хильнард.
— Все, кто пришёл и кто остался жив, здесь, — ответил Арнезар, поднимаясь и глядя с плохо сдерживаемым восторгом в глаза Хильнарда. — Всего триста воинов. Но ничего, как только увидят, что всё кипит, бросятся на помощь нам.
Хильнард поднял копыто. Вдали над улицами Зверополиса поднималась пыль. Значит, это силы Карлунда, которые ещё не подоспели к нужному месту. Несколько сторонников Хильнарда и Фродмара расставили на их пути препятствия вроде неустойчивой стены одного из домов. Хильнард, улыбнувшись про себя, повернулся к стене. Северные ворота отделялись расстоянием в полмили, а по улицам уже шагали солдаты Бериародского Севера, не встречая никакого сопротивления со стороны зверополитов. К шагавшим строгим воинским шагом волкам, медведям, львам, леопардам, буйволам, антилопам и многим другим зверям присоединялись простые граждане, вооружившиеся чем попало. Впереди шла с обнажённым кривым мечом одетая в стальные доспехи волчица, которую Хильнард сразу узнал.
Однако Хильнард подозревал, что в столь огромном городе, как Зверополис, будет немалое количество сторонников и у Карлунда. Со своими отрядами он и Арнезар присоединились к армии Джаин Бериародской и, когда подошли к ручью Маланниру, увидели, что из многочисленных улиц выбегают вооружённые солдаты, члены Городской гвардии, личной гвардии Десницы и другие, состоящие на службе Императора. Ложного Императора, гневно подумал Хильнард. Он переглянулся с Акарнаном и заметил, что медведь крепче сжал свой меч. Бордовый плащ Акарнан сбросил с себя ещё в подземелье. Давние друзья молча переглянулись друг с другом и обменялись кивками. Слова им сейчас были не нужны. Врагами командовал Карлунд. Одетый в боевые блестящие доспехи, он вышел вперёд, но не успел бегемот разинуть большую пасть, как над другой стороной Маланниру Хильнард во всю мощь лёгких взревел:
— Именем справедливости и законного Императора — вперёд!
— В бой, воины Севера! — кричала Джаин.
— Смелее! — вторил хору командиров Арнезар.
Сотни воинов бросились на врагов. Воинов со стороны Карлунда было намного меньше, а через Северные ворота продолжала — словно мощный горный поток в долину — течь армия Джаин Бериародской. Поражение узурпатора было неизбежно, но он, как понимал Хильнард, отказывался это признавать. Ну и глупец. Если погибнет — дорога ему в мрачную обитель Подземного Демона.
Хильнард, мчась вперёд с мечом в копытах, запомнил сразу три видения. Несколько десятков воинов Карлунда бросили оружие и скрылись в лабиринте узких улочек; ярость исказила морду Карлунда, когда он увидел бегство соратников; один из его гвардейцев на бегу натянул свой лук, целясь в Хильнарда. Стрела сорвалась с тетивы уже после того, как Хильнард поднял щит. Он надёжно уберёг своего хозяина от смерти.
В самой воде ручья столкнулись между собой две армии. Казалось, что разразившаяся грозой битва доносила свой грохот почти до небес. Бизон-лучник по-прежнему пытался атаковать Хильнарда. Щит Хильнарда, направленный всей его могучей силой, врезался в горло бизону. Булькая кровью и хрипя, он безвольно повалился в пыль и уже не поднялся — удар раздробил ему кости шеи, а самого бизона затоптали бьющиеся. Взлетали мечи, обрушиваясь на противников, ударяясь о щиты, доспехи и разрубая плоть. Кровь лилась с обеих сторон в холодную воду ручья, поток, постепенно становящийся красным, нёс свои воды к Восточному Пути.
Хильнард и Акарнан кричали направо и налево, подбадривая воинов. Их мечи были багровыми от крови врагов, лапы у обоих были окрашены красным по локоть. Огромный меч Императора взлетал над врагами, а глаза замечали многое. Слева Эмхарл просто разбрасывал врагов в разные стороны. Битва всегда была его стихией — одного взмаха его громадного меча, который с трудом мог бы поднять медведь, хватило, чтобы разрубить пополам врага. Эта страшная участь постигла уже по меньшей мере пятерых стражников Карлунда и трёх его сторонников. Справа Арнезаров меч, словно молния, поражал врагов одного за другим, и те падали в воду. Истекающие кровью, звери кричали и стонали, хрипели проклятия своим убийцам. Их трупы обмякали в воде, кровавые вьющиеся дорожки уже не различались в давно покрасневшей воде Маланниру. Среди бушующего грома битвы, вобравшего в себя звон стали о сталь, криков бьющихся, стонов раненых и хрипов умирающих, раздался рёв Карлунда, который подавал кому-то знак. Хильнард увидел быстрое движение в его быстро редеющем ополчении.
— Стрелы! — рявкнул Карлунд.
Около тридцати солдат, вооружённых луками, мгновенно выстроились в ряд. По команде Карлунда три десятка стрел сорвались с тетив. Акарнан, Хильнард, Джаин и ещё несколько десятков сражающихся подняли щиты, пригнувшись. Однако залп дал результат — несколько верных Хильнарду зверей повалились под ноги дерущимся, а Джаин потеряла из своей армии сразу восьмерых солдат. Карлунд дал сигнал снова атаковать врагов стрелами. Сбоку от Хильнарда началось быстрое движение ещё во время залпа. Хильнард не расслышал звуков туго натягиваемых луков, но резкий звон спускаемых тетив и свиста летящих стрел был в его сердце, как и всегда во время битв, музыкой надежды и триумфа. Несколько быстрых залпов со стороны бериародитов — и лучники Карлунда были сражены все до единого.
Прошло всего лишь несколько десятков ударов Хильнардова сердца — билось оно невероятно быстро, — и в нескольких шагах от Хильнарда Джаин что-то крикнула на родном бериародском языке. Смутно знакомое слово «uvir». Это был приказ, как верно понял Хильнард, когда воины начали передавать его на задние ряды армии. Волчица была забрызгана чужой кровью, на солнце сиял её шлем с двумя круто завитыми рогами. В голове Хильнарда промелькнула грустная мысль о кузене Фродмаре. Хильнард знал, что тирания Карлунда окончится битвой, и хотел, чтобы брат был рядом с ним во время сражения. И он словно слышал голос Фродмара: «Не сдавайся! Бей их, рази и не отступай!»
Карлундовых сторонников становилось с каждым мгновением всё меньше, сам бегемот сражался не менее яростно. Но это, как и у многих бьющихся на его стороне, была храбрость и ярость отчаяния. Бесполезный правитель, тиран и убийца даже своих зверей привёл на смерть. Из природного упрямства не умел уступать, это Хильнард знал хорошо. Но тут их взгляды пересеклись. Окровавленный Карлунд обнажил покрытые кровью зубы и с рёвом метнулся было к Хильнарду, но тот, заглянув ему за спину, взревел:
— Остановись, Карлунд!
— Обернись назад, безумец! — крикнул Акарнан.
Услышав слова, воины Бериарода и зверополиты осмотрелись по сторонам. Пришедшие с Джаин северяне быстро пробежали за время битвы по улицам Зверополиса, тогда Хильнард и вспомнил слово «uvir». Это означало «кольцо». Быстрым бегом бериародиты преодолели улицы и зашли войску Карлунда в тыл, окружив его. Некоторые его сторонники переминались с ног на ногу, дюжина самых отчаянных на глазах Хильнарда бросилась к стене воинов. Но тут свою похоронную мелодию пропели приготовленные бериародитами несколько луков, и все двенадцать воинов рухнули замертво со стрелами в груди, животах, шеях и даже в мордах.
