– Ты на что на мекаешь? – нахмурилась я, выпуская оружие массового уничтожения еды из рук. Андриан быстро сцапал ложку и спрятал под стол. Интересно, сколько бы фурора произвел заголовок в газете о том, что приемного сына Верховной Ведьмы забили насмерть ложкой? – Моя мама не такая. Ей просто было тяжело оставаться в этой школе после пропажи подруг. Переживала она. Понятно?
– Конечно, – скривился парень, – смириться всегда проще. Твою маму перевели, а затем по-тихому быстро закрыли школу. Мачеха приехала сюда, вышла замуж за отца, подсидела Верховную. Ага. Какая она, право, деятельная женщина. Сколько лет прошло с момента пропажи девочек?
Я задумчиво посмотрела на стену, затем на потолок, а после уставилась в окно.
– Лет тридцать примерно, – мне пришлось со вздохом признать свою некомпетентность в подсчетах. – Точно не скажу.
– Ладно, это будет несложно выяснить. Хорошо, что в участке всегда есть дежурный. Сейчас сбегаю, пороюсь в документах. Мне теперь стало очень интересно узнать, зачем маменька решила отправить нас в эту школу. Если ты обратила внимание, то людей старше двадцати пяти лет в группе посланных нет. Совпадение? Я ж спать нормально не смогу.
– Мда, – разочаровано протянул Андриан, – маменька и тут нагадить умудрилась.
Я тоскливо оглядела переполненный вагон. В этой тесной компании нам предстоит провести два дня. А я еще не отошла от поездки из Пармунда в столицу. И пока приобщаться к свежим впечатлениям в ближайшее время не планировала.
– Строго говоря, билеты покупала не Верховная, – нерешительно заметила я.
– От осознания этого мне действительно полегчало, – закатил глаза парень. – Стой тут и никуда не ходи.
Почувствовав себя сторожевой собакой, мне захотелось гавкнуть. Просто так. Из вредности. Но я молча приложила сжатую руку в кулак ко лбу, как это делают военные.
Не знаю, чем поразил Андриан начальника поезда: положением мачехи, деньгами отца или собственной харизмой, но нам выделили целое купе.
– А почему мы едем по раздельности? – я с удобством разместилась на мягком сидении. – Компания вроде собирается не маленькая.
Парень легким движением руки закинул мой чемодан с вещами наверх, явно рисуясь. Я-то знаю, сколько он весит.
– А ты хочешь ехать в одном купе с молодоженами? – Андриан ехидно искривил губы в улыбке. – Это после вчерашнего-то?
Картина прошедшего вечера встала у меня перед глазами, и холодная испарина выступила на спине. Я только покрепче прижала сумку с зельями к груди и замотала головой.
Пока Андриан бегал в участок, я решила сделать доброе дело и прибраться в комнатах. Правда, на полках и пыли-то не было, но я исправно помахала тряпкой, изображая бурную деятельность. Мол, я не нахлебница, а очень полезный человек.
Дверной звонок мелодичной трелью поймал меня в весьма компрометирующей ситуации: я копалась в белье Андриана. Причем в буквальном смысле. Я, правда, боролась со своим любопытством целых пять минут, но затем сдалась и пошла рыскать в поисках компромата.
Как-то хозяин мне не выдал инструкции на этот счет гостей, а визитер продолжал настойчиво трезвонить.
– Добрый вечер… – я распахнула дверь с широкой улыбкой, но слова застряли в горле.
– Ты?! – противно взвизгнула мымра Дрюши.
– Я, – пришлось подтвердить очевидное.
– Ты и здесь?! – жена враля и изменщика без свадебного антуража выглядела еще мымрее. Возможно, я капельку предвзята, но не факт.
– Я и здесь, – разговор с самого начала явно не задался. – Если это все, что ты хотела узнать…
– Где Андриан?! – нервно взвизгнула мымра, привставая на цыпочки и пытаясь заглянуть мне за плечо. – Отвечай, гулящая девка!
Оскорбления на ночь глядя не входят в перечень моих любимых занятий. Да еще и денек выдался отвратным. Одна новость о ссылке радость не вызывала. В общем, звезды сегодня были определенно против мымры.
– Кто бы говорил! – в тон ей взвилась я. – Мне Андриан все про тебя рассказал. Поэтому прикрой ротик.
– А ты… а ты… – мымра аж покраснела от натуги. – Приживалка! К одному брату в постель залезть не удалось, так ты на другого нацелилась! Но я-то твою гнилую душонку насквозь вижу!
И голос у нее противный. У меня даже виски заломило от ее визга.
– Во-первых, не я лезла в постель к Дрюше, – приторным сладким тоном пропела я, – а он ко мне. Во-вторых…
Но умную речь с возможной оплеухой мокрой тряпкой в конце не дал закончить сам виновник нашего знакомства.
– Вот ты где, – прохрипел красный от подъема на третий этаж Дрюша. Еще и сложился пополам, уперев руки в колени, пытаясь отдышаться. Жалкое зрелище, хочу заметить.
– Жену потерял? – ехидно поинтересовалась я. И сама вздрогнула от того, как вышло похоже на манеру Андриана.
– Нет, тебя искал, – с апломбом заявил ненормальный. Мымра аж задохнулась от желания высказаться по этому поводу. – Решил к братцу заглянуть и поинтересоваться, а ты уже тут освоилась. Мало моего позора было? Так еще собралась и ради мести с Андрианом шашни крутить?
В какой момент моя жизнь стала напоминать фарс? Человек, который вчера женился на другой, смеет мне предъявлять непонятные претензии. Аж захотелось действительно взять и закрутить роман с Андрианом.
Естественно, именно этот момент выбрал хозяин апартаментов, чтобы вернуться с папкой под мышкой. И в отличие от сводного братца, он по ступеням вбежал легко, а Дрюша тем временем продолжал пыхтеть.
– У нас семейная встреча? – удивился Андриан. – Я в гости никого не звал.
– Это к тебе, – радостно объявила я. – Разбирайся с ними сам.
– Легко, – радостно заявил парень.
Протиснувшись мимо молодоженов и толкнув братца плечом, он просто захлопнул дверь.
– Разобрался, – отчитался Андриан.
Но запустить любопытный нос в папку парень мне не позволил. Закрылся в комнате и всю ночь шуршал бумажками. Я, словно лиса возле курятника, несколько раз прошлась мимо запертой двери и повздыхала, но Андриан оказался глух к моим намекам.
Я уже понадеялась на интересный разговор, ведь чем еще в поездке заниматься, но вредный парень решил и тут порушить мои планы. Он просто лег спать. И я очень надеюсь, что Андриан не собирается дрыхнуть все два дня пути.
А у меня из развлечений был только справочник по редким растениям и собственный конспект. Каждая школа для ведьм имеет свою специализацию. В Пармунде это редкие зелья. Поэтому выращивание и уход за растениями мы проходили вскользь. Нет, свои теплицы были и в нашей школе, но трудно выращиваемые ингредиенты руководство приобретало у других. В общем, передо мной стояла непростая задача не только определить те растения, которые выжили, но и не угробить их.
Я наивно полагала, что с получением диплома учеба заканчивается, но нет. Снова приходится зубрить, и добавлять в конспект все новые записи и зарисовки.
К обеду Андриан просыпаться не пожелал. Я ответственно попыталась его растрясти, но в ответ получила очень познавательную лекцию об анатомии, приправленную нецензурными словечками.
Одна радость, что вчерашние кулинарные запросы Андриана сегодня пришлись к месту. Пирожки отлично подходят для перекуса в дороге.
Мой сосед проснулся, только когда я начала клевать носом над книгой. Мерный стук колес и монотонное чуть заметное покачивание вагона действуют лучше любой сонной настойки.
– Поужинать не желаешь? – сладко потягиваясь, поинтересовался Андриан.
– Спасибо, я сыта, – в ответ широко зевнула, устраивая голову на сложенных на столе руках. – Пирожки еще остались.
– А в вагон-ресторацию ты что, не ходила? – парень небрежным жестом потер лицо.
Я озадаченно приоткрыла один глаз. На то, чтобы открыть два, моих сил не хватило:
– Там такие цены, что проще поголодать.
– Эх, темень, – насмешливо усмехнулся Андриан. – Питание включено в стоимость билета.
От досады я прикусила губу. Никогда до этого ездить в купе мне не приходилось. Откуда же могла знать о таком? Билеты в общий вагон и то зачастую бывают дорогими. А привилегированные и подавно.
Стоическая попытка дождаться соседа окончилась тем, что я отрубилась, пуская слюни на учебник. Прямо на раздел о ядовитых цветах. А именно на олеандре. Очень символично получилось. Последнее, что я прочитала на последнем волевом рывке, было о сонном параличе.
Ночью я несколько раз в полусне открывала глаза, чтобы полюбоваться на Андриана, читающего какие-то сводки при тусклом освящении настенного фонарика. А утром я уже с раздражением разглядывала затылок парня, который спокойно себе сопел в стенку. Кажется, кто-то специально не хочет со мной говорить.
Но я была терпелива, словно охотник в засаде. И когда к обеду сосед заворочался на лежанке, план, как раскрутить его на разговор, был готов. Для этого я держала чашку с горячим чаем. Либо выдать в благодарность, либо окатить из нее, если начнется сопротивление.
– Ты чего? – осторожно поинтересовался Андриан, натягивая тонкое одеяло до подбородка.
– Тебя жду, – растянула я губы в доброй улыбке. Но что-то пошло не так, потому что парня перекосило.
– Мне кажется, или я слышу крики? – нахмурился Андриан.
– Так! – я сердито поставила оружие на стол. – Не увиливай…
Но сосед взмахом руки оборвал мою тираду, напряженно вслушиваясь в стук колес. По крайне мере, я другого не слышала.
– Точно кричат, – он рывком сел, скидывая одеяло. К моему облегчению, парень спал одетым. – Рожаю.
– Что? – я в нерешительно прошлась взглядом по фигуре Андриана, пока он судорожно натягивал ботинки. – Ты не можешь рожать.
– Чему я безмерно рад, – пробухтел он. – Не я рожаю, дурында. Кто-то в начале вагона.
– И куда ты? – еще больше озадачилась я. – Младший следователь в родах не помощник. Только суету наведешь.
Но вместо ответа мне раздраженно бросили:
– Чего сидишь? Собирайся. Я, может, и не доктор, но ты ведьма.
– Странная логика, – я послушно встала со своего места и взяла сумку с зельями. – Нас тоже роды принимать не учили. Только общий курс медицины.
В последнем купе действительно рожали. Причем, судя по глазам отца, схватки были у него, а не у супруги.
– Вы доктор? – бросился к Андриану бледный проводник.
– Нет, – разрушил надежды бедняги парень, – я следователь.
Проводник нервно сглотнул, но затем сфокусировал взгляд на мне:
– А вы? – с вновь вспыхнувшим энтузиазмом вцепился в меня проводник.
– Ведьма я, – пришлось признаться со вздохом. – Причем не профильная. Понятия не имею, зачем он меня сюда притащил, – без зазрения совести сдала Андриана.
– Дай ей успокоительное, – командным тоном приказал парень.
И гневно ткнул пальцем в направлении купе. Оттуда как раз выглядывал будущий отец, еще не познавший своего родительского счастья. И чуть не лишился глаза из-за экспрессии Андриана.
– С ума сошел, – я аж попятилась, прижимая сумку к груди. Мало ли какая еще гениальная идея придет ему в голову. – Беременным вообще любые зелья противопоказаны. Неизвестно, на что может быть аллергия у плода. Тем более, успокоительное схватки не прекратит. Это естественный процесс. Ты бы еще ребенка предложил затолкать обратно!
– А так можно? – озадачился проводник. – До ближайшего населенного пункта минимум три часа езды, а во всем поезде ни одного доктора.
Решив, что паникующих мужчин у нас уже достаточно, я разбавлять эту чудную компанию женской истерикой не стала. Хотя и хотелось.
– Роды первые? – деловито спросила я. Или по крайней мере, попыталась изобразить собранность и спокойствие. – Давно схватки начались?
Следующие три часа прошли очень нервно. Теория, которую нам преподавали в школе, на практике оказалась совершенно бесполезна. Тем более, у меня с собой не было ни конспекта, ни учебника, поскольку я наивно рассчитывала лишь на работу с растениями.
Когда проводник объявил о приближении к станции, то чуть не расплакался от радости. Андриан же облегченно выдохнул в сторону. А я чуть позорно не осенила себя знамением благодати. Схватки у женщины участились, и был реальный шанс, что мне придется применять на практике знания, которых нет. Хорошо, что у меня светлые волосы, в них седые пряди будет не так заметно. Сама роженица, мне кажется, уже ничего толком не соображала, и требовала от меня вынуть ребенка поскорее, проклинала мужчин, ругалась, как пьяный портовый работник, плакала и кричала во все горло. В общем, старательно отбивала у меня желание иметь детей. Один муж прибывал в счастливых грезах, выхлебав тройную дозу успокоительного.
– Слушай, – задумчиво бросил Андриан, провожая взглядом повозку с кричащей женщиной, – а нам точно сюда?
Я мрачно осмотрела грубо сколоченный перрон. В конце имелась будка, поскольку зданием это было назвать сложно. На одной из лавочек дремал потрепанного вида мужчина, надвинув шляпу на нос. А вокруг радовала глаз густая растительность. Для полноты картины не хватало одинокого карканья вороны вдалеке.
– Конечно нет, – криво усмехнулась я. – Нам еще дальше. Сначала нужно добраться до Дольпи. А оттуда уже нас перевезут в долину. И есть подозрение, будто мы только что отпустили единственный доступный здесь экипаж, – польстила я скрипучей телеге и хромой лошади.
– А сколько там до города добираться? – потер лоб парень.
– В путеводителе указано около получаса, – я с гордостью за свою смекалку потрясла небольшой книжкой. – И Дольпи это не город, а деревня.
– Дай-ка мне, – Андриан ловко забрал мою находку. Я ради нее всю библиотеку в доме парня перебрала. Вот зачем покупать книги, если ты даже не знаешь, о чем они. – Тридцать километров? Пешком мы часов за пять дойдем.
Я только представила прогулку с чемоданами, и пятки прострелило мифической болью. Но это определенно лучше, чем еще полчаса слушать женские крики.
У нас было три чемодана на двоих. Несложная арифметика намекнула, что ждать обходительности от Андриана не стоит. Нести чемодан в зубах не очень-то и удобно. Но не зря говорится, что лень делает людей изобретательнее. В будке дремал смотритель станции. Когда этот милый человек перестал удивляться прибывшим и в сотый раз уточнил, не ошиблись ли мы остановкой, потом долго поражался, каким ветром нас сюда занесло, а уж после этого рассказал, что единственный способ добраться от станции до деревни и не стереть при этом подошвы – некий Ульх, у которого тут недалеко пасека. Но проблема в том, что он уже увез рожающую. Я на это тактично поинтересовалась, что если я начну рожать, нас тоже подвезут? А что? Опыт с сумкой у меня был. Как выглядят схватки, я видела. Изобразить проблем не составит. Мужчина оказался с юморком и сообщил, что для родов нужно немножко подождать. Месяцев так девять. Андриан же мрачным тоном поведал, что смотритель просто плохо меня знает, и огромным животом я могу обзавестись в любой момент.
– Если не хотите пешком топать, подождите. Жена Ульха опять ему скандал закатит, и он вернется на пасеку, – сдал информацию смотритель станции. – Где-то через часок примерно. Он специально место себе под разведение пчел выбирал подальше от дома. Говорит, что эти хотя бы жужжат приятно. А пока ждете, не хотите ли чайку?
И, естественно, хитрый жук Андриан согласился, хотя со страху они с проводником целый чайник выпили, лишь бы найти повод выйти из купе. У меня закралось подозрение, что даже если я его привяжу к дереву, пытать будет бесполезно. Андриан всеми силами избегает беседы со мной. Зато смотритель, откровенно скучающий, был рад почесать языком.
– Конечно, – скривился парень, – смириться всегда проще. Твою маму перевели, а затем по-тихому быстро закрыли школу. Мачеха приехала сюда, вышла замуж за отца, подсидела Верховную. Ага. Какая она, право, деятельная женщина. Сколько лет прошло с момента пропажи девочек?
Я задумчиво посмотрела на стену, затем на потолок, а после уставилась в окно.
– Лет тридцать примерно, – мне пришлось со вздохом признать свою некомпетентность в подсчетах. – Точно не скажу.
– Ладно, это будет несложно выяснить. Хорошо, что в участке всегда есть дежурный. Сейчас сбегаю, пороюсь в документах. Мне теперь стало очень интересно узнать, зачем маменька решила отправить нас в эту школу. Если ты обратила внимание, то людей старше двадцати пяти лет в группе посланных нет. Совпадение? Я ж спать нормально не смогу.
ГЛАВА 3
– Мда, – разочаровано протянул Андриан, – маменька и тут нагадить умудрилась.
Я тоскливо оглядела переполненный вагон. В этой тесной компании нам предстоит провести два дня. А я еще не отошла от поездки из Пармунда в столицу. И пока приобщаться к свежим впечатлениям в ближайшее время не планировала.
– Строго говоря, билеты покупала не Верховная, – нерешительно заметила я.
– От осознания этого мне действительно полегчало, – закатил глаза парень. – Стой тут и никуда не ходи.
Почувствовав себя сторожевой собакой, мне захотелось гавкнуть. Просто так. Из вредности. Но я молча приложила сжатую руку в кулак ко лбу, как это делают военные.
Не знаю, чем поразил Андриан начальника поезда: положением мачехи, деньгами отца или собственной харизмой, но нам выделили целое купе.
– А почему мы едем по раздельности? – я с удобством разместилась на мягком сидении. – Компания вроде собирается не маленькая.
Парень легким движением руки закинул мой чемодан с вещами наверх, явно рисуясь. Я-то знаю, сколько он весит.
– А ты хочешь ехать в одном купе с молодоженами? – Андриан ехидно искривил губы в улыбке. – Это после вчерашнего-то?
Картина прошедшего вечера встала у меня перед глазами, и холодная испарина выступила на спине. Я только покрепче прижала сумку с зельями к груди и замотала головой.
Пока Андриан бегал в участок, я решила сделать доброе дело и прибраться в комнатах. Правда, на полках и пыли-то не было, но я исправно помахала тряпкой, изображая бурную деятельность. Мол, я не нахлебница, а очень полезный человек.
Дверной звонок мелодичной трелью поймал меня в весьма компрометирующей ситуации: я копалась в белье Андриана. Причем в буквальном смысле. Я, правда, боролась со своим любопытством целых пять минут, но затем сдалась и пошла рыскать в поисках компромата.
Как-то хозяин мне не выдал инструкции на этот счет гостей, а визитер продолжал настойчиво трезвонить.
– Добрый вечер… – я распахнула дверь с широкой улыбкой, но слова застряли в горле.
– Ты?! – противно взвизгнула мымра Дрюши.
– Я, – пришлось подтвердить очевидное.
– Ты и здесь?! – жена враля и изменщика без свадебного антуража выглядела еще мымрее. Возможно, я капельку предвзята, но не факт.
– Я и здесь, – разговор с самого начала явно не задался. – Если это все, что ты хотела узнать…
– Где Андриан?! – нервно взвизгнула мымра, привставая на цыпочки и пытаясь заглянуть мне за плечо. – Отвечай, гулящая девка!
Оскорбления на ночь глядя не входят в перечень моих любимых занятий. Да еще и денек выдался отвратным. Одна новость о ссылке радость не вызывала. В общем, звезды сегодня были определенно против мымры.
– Кто бы говорил! – в тон ей взвилась я. – Мне Андриан все про тебя рассказал. Поэтому прикрой ротик.
– А ты… а ты… – мымра аж покраснела от натуги. – Приживалка! К одному брату в постель залезть не удалось, так ты на другого нацелилась! Но я-то твою гнилую душонку насквозь вижу!
И голос у нее противный. У меня даже виски заломило от ее визга.
– Во-первых, не я лезла в постель к Дрюше, – приторным сладким тоном пропела я, – а он ко мне. Во-вторых…
Но умную речь с возможной оплеухой мокрой тряпкой в конце не дал закончить сам виновник нашего знакомства.
– Вот ты где, – прохрипел красный от подъема на третий этаж Дрюша. Еще и сложился пополам, уперев руки в колени, пытаясь отдышаться. Жалкое зрелище, хочу заметить.
– Жену потерял? – ехидно поинтересовалась я. И сама вздрогнула от того, как вышло похоже на манеру Андриана.
– Нет, тебя искал, – с апломбом заявил ненормальный. Мымра аж задохнулась от желания высказаться по этому поводу. – Решил к братцу заглянуть и поинтересоваться, а ты уже тут освоилась. Мало моего позора было? Так еще собралась и ради мести с Андрианом шашни крутить?
В какой момент моя жизнь стала напоминать фарс? Человек, который вчера женился на другой, смеет мне предъявлять непонятные претензии. Аж захотелось действительно взять и закрутить роман с Андрианом.
Естественно, именно этот момент выбрал хозяин апартаментов, чтобы вернуться с папкой под мышкой. И в отличие от сводного братца, он по ступеням вбежал легко, а Дрюша тем временем продолжал пыхтеть.
– У нас семейная встреча? – удивился Андриан. – Я в гости никого не звал.
– Это к тебе, – радостно объявила я. – Разбирайся с ними сам.
– Легко, – радостно заявил парень.
Протиснувшись мимо молодоженов и толкнув братца плечом, он просто захлопнул дверь.
– Разобрался, – отчитался Андриан.
Но запустить любопытный нос в папку парень мне не позволил. Закрылся в комнате и всю ночь шуршал бумажками. Я, словно лиса возле курятника, несколько раз прошлась мимо запертой двери и повздыхала, но Андриан оказался глух к моим намекам.
Я уже понадеялась на интересный разговор, ведь чем еще в поездке заниматься, но вредный парень решил и тут порушить мои планы. Он просто лег спать. И я очень надеюсь, что Андриан не собирается дрыхнуть все два дня пути.
А у меня из развлечений был только справочник по редким растениям и собственный конспект. Каждая школа для ведьм имеет свою специализацию. В Пармунде это редкие зелья. Поэтому выращивание и уход за растениями мы проходили вскользь. Нет, свои теплицы были и в нашей школе, но трудно выращиваемые ингредиенты руководство приобретало у других. В общем, передо мной стояла непростая задача не только определить те растения, которые выжили, но и не угробить их.
Я наивно полагала, что с получением диплома учеба заканчивается, но нет. Снова приходится зубрить, и добавлять в конспект все новые записи и зарисовки.
К обеду Андриан просыпаться не пожелал. Я ответственно попыталась его растрясти, но в ответ получила очень познавательную лекцию об анатомии, приправленную нецензурными словечками.
Одна радость, что вчерашние кулинарные запросы Андриана сегодня пришлись к месту. Пирожки отлично подходят для перекуса в дороге.
Мой сосед проснулся, только когда я начала клевать носом над книгой. Мерный стук колес и монотонное чуть заметное покачивание вагона действуют лучше любой сонной настойки.
– Поужинать не желаешь? – сладко потягиваясь, поинтересовался Андриан.
– Спасибо, я сыта, – в ответ широко зевнула, устраивая голову на сложенных на столе руках. – Пирожки еще остались.
– А в вагон-ресторацию ты что, не ходила? – парень небрежным жестом потер лицо.
Я озадаченно приоткрыла один глаз. На то, чтобы открыть два, моих сил не хватило:
– Там такие цены, что проще поголодать.
– Эх, темень, – насмешливо усмехнулся Андриан. – Питание включено в стоимость билета.
От досады я прикусила губу. Никогда до этого ездить в купе мне не приходилось. Откуда же могла знать о таком? Билеты в общий вагон и то зачастую бывают дорогими. А привилегированные и подавно.
Стоическая попытка дождаться соседа окончилась тем, что я отрубилась, пуская слюни на учебник. Прямо на раздел о ядовитых цветах. А именно на олеандре. Очень символично получилось. Последнее, что я прочитала на последнем волевом рывке, было о сонном параличе.
Ночью я несколько раз в полусне открывала глаза, чтобы полюбоваться на Андриана, читающего какие-то сводки при тусклом освящении настенного фонарика. А утром я уже с раздражением разглядывала затылок парня, который спокойно себе сопел в стенку. Кажется, кто-то специально не хочет со мной говорить.
Но я была терпелива, словно охотник в засаде. И когда к обеду сосед заворочался на лежанке, план, как раскрутить его на разговор, был готов. Для этого я держала чашку с горячим чаем. Либо выдать в благодарность, либо окатить из нее, если начнется сопротивление.
– Ты чего? – осторожно поинтересовался Андриан, натягивая тонкое одеяло до подбородка.
– Тебя жду, – растянула я губы в доброй улыбке. Но что-то пошло не так, потому что парня перекосило.
– Мне кажется, или я слышу крики? – нахмурился Андриан.
– Так! – я сердито поставила оружие на стол. – Не увиливай…
Но сосед взмахом руки оборвал мою тираду, напряженно вслушиваясь в стук колес. По крайне мере, я другого не слышала.
– Точно кричат, – он рывком сел, скидывая одеяло. К моему облегчению, парень спал одетым. – Рожаю.
– Что? – я в нерешительно прошлась взглядом по фигуре Андриана, пока он судорожно натягивал ботинки. – Ты не можешь рожать.
– Чему я безмерно рад, – пробухтел он. – Не я рожаю, дурында. Кто-то в начале вагона.
– И куда ты? – еще больше озадачилась я. – Младший следователь в родах не помощник. Только суету наведешь.
Но вместо ответа мне раздраженно бросили:
– Чего сидишь? Собирайся. Я, может, и не доктор, но ты ведьма.
– Странная логика, – я послушно встала со своего места и взяла сумку с зельями. – Нас тоже роды принимать не учили. Только общий курс медицины.
В последнем купе действительно рожали. Причем, судя по глазам отца, схватки были у него, а не у супруги.
– Вы доктор? – бросился к Андриану бледный проводник.
– Нет, – разрушил надежды бедняги парень, – я следователь.
Проводник нервно сглотнул, но затем сфокусировал взгляд на мне:
– А вы? – с вновь вспыхнувшим энтузиазмом вцепился в меня проводник.
– Ведьма я, – пришлось признаться со вздохом. – Причем не профильная. Понятия не имею, зачем он меня сюда притащил, – без зазрения совести сдала Андриана.
– Дай ей успокоительное, – командным тоном приказал парень.
И гневно ткнул пальцем в направлении купе. Оттуда как раз выглядывал будущий отец, еще не познавший своего родительского счастья. И чуть не лишился глаза из-за экспрессии Андриана.
– С ума сошел, – я аж попятилась, прижимая сумку к груди. Мало ли какая еще гениальная идея придет ему в голову. – Беременным вообще любые зелья противопоказаны. Неизвестно, на что может быть аллергия у плода. Тем более, успокоительное схватки не прекратит. Это естественный процесс. Ты бы еще ребенка предложил затолкать обратно!
– А так можно? – озадачился проводник. – До ближайшего населенного пункта минимум три часа езды, а во всем поезде ни одного доктора.
Решив, что паникующих мужчин у нас уже достаточно, я разбавлять эту чудную компанию женской истерикой не стала. Хотя и хотелось.
– Роды первые? – деловито спросила я. Или по крайней мере, попыталась изобразить собранность и спокойствие. – Давно схватки начались?
Следующие три часа прошли очень нервно. Теория, которую нам преподавали в школе, на практике оказалась совершенно бесполезна. Тем более, у меня с собой не было ни конспекта, ни учебника, поскольку я наивно рассчитывала лишь на работу с растениями.
Когда проводник объявил о приближении к станции, то чуть не расплакался от радости. Андриан же облегченно выдохнул в сторону. А я чуть позорно не осенила себя знамением благодати. Схватки у женщины участились, и был реальный шанс, что мне придется применять на практике знания, которых нет. Хорошо, что у меня светлые волосы, в них седые пряди будет не так заметно. Сама роженица, мне кажется, уже ничего толком не соображала, и требовала от меня вынуть ребенка поскорее, проклинала мужчин, ругалась, как пьяный портовый работник, плакала и кричала во все горло. В общем, старательно отбивала у меня желание иметь детей. Один муж прибывал в счастливых грезах, выхлебав тройную дозу успокоительного.
– Слушай, – задумчиво бросил Андриан, провожая взглядом повозку с кричащей женщиной, – а нам точно сюда?
Я мрачно осмотрела грубо сколоченный перрон. В конце имелась будка, поскольку зданием это было назвать сложно. На одной из лавочек дремал потрепанного вида мужчина, надвинув шляпу на нос. А вокруг радовала глаз густая растительность. Для полноты картины не хватало одинокого карканья вороны вдалеке.
– Конечно нет, – криво усмехнулась я. – Нам еще дальше. Сначала нужно добраться до Дольпи. А оттуда уже нас перевезут в долину. И есть подозрение, будто мы только что отпустили единственный доступный здесь экипаж, – польстила я скрипучей телеге и хромой лошади.
– А сколько там до города добираться? – потер лоб парень.
– В путеводителе указано около получаса, – я с гордостью за свою смекалку потрясла небольшой книжкой. – И Дольпи это не город, а деревня.
– Дай-ка мне, – Андриан ловко забрал мою находку. Я ради нее всю библиотеку в доме парня перебрала. Вот зачем покупать книги, если ты даже не знаешь, о чем они. – Тридцать километров? Пешком мы часов за пять дойдем.
Я только представила прогулку с чемоданами, и пятки прострелило мифической болью. Но это определенно лучше, чем еще полчаса слушать женские крики.
У нас было три чемодана на двоих. Несложная арифметика намекнула, что ждать обходительности от Андриана не стоит. Нести чемодан в зубах не очень-то и удобно. Но не зря говорится, что лень делает людей изобретательнее. В будке дремал смотритель станции. Когда этот милый человек перестал удивляться прибывшим и в сотый раз уточнил, не ошиблись ли мы остановкой, потом долго поражался, каким ветром нас сюда занесло, а уж после этого рассказал, что единственный способ добраться от станции до деревни и не стереть при этом подошвы – некий Ульх, у которого тут недалеко пасека. Но проблема в том, что он уже увез рожающую. Я на это тактично поинтересовалась, что если я начну рожать, нас тоже подвезут? А что? Опыт с сумкой у меня был. Как выглядят схватки, я видела. Изобразить проблем не составит. Мужчина оказался с юморком и сообщил, что для родов нужно немножко подождать. Месяцев так девять. Андриан же мрачным тоном поведал, что смотритель просто плохо меня знает, и огромным животом я могу обзавестись в любой момент.
– Если не хотите пешком топать, подождите. Жена Ульха опять ему скандал закатит, и он вернется на пасеку, – сдал информацию смотритель станции. – Где-то через часок примерно. Он специально место себе под разведение пчел выбирал подальше от дома. Говорит, что эти хотя бы жужжат приятно. А пока ждете, не хотите ли чайку?
И, естественно, хитрый жук Андриан согласился, хотя со страху они с проводником целый чайник выпили, лишь бы найти повод выйти из купе. У меня закралось подозрение, что даже если я его привяжу к дереву, пытать будет бесполезно. Андриан всеми силами избегает беседы со мной. Зато смотритель, откровенно скучающий, был рад почесать языком.
