будто хозяин вечно натыкался в них на углы и мебель, а это происходит, если ты плохо видишь и ориентируешься в пространстве или же без конца таскаешь коробки с ящиками, что перекрывают тебе обзор. В этом районе проживают люди среднего и низкого достатка, а в штате бара такого рода нет грузчиков и товароведов, их работу выполняют бармены и владельцы. С учётом проходимости и цен, местный бармен зарабатывает недостаточно, он мог бы накопить необходимую сумму за три-четыре месяца, но тогда бы берёг покупку, как зеницу ока, остаётся только мелкий бизнесмен – владелец бара, который зарабатывает достаточно, но не миллионы, иначе приобрёл бы новую обувь.
Уэйн слушал меня ошеломлённо, а когда я закончила, ещё несколько секунд приходил в себя.
— Обалдеть, — высказался он. — Шикарную цепочку выстроила, но… откуда ты столько знаешь об этом бренде?
— Последние три года обувь только этого бренда и ношу.
— Ну, разумеется, — с закусанной щекой покивал Уэйн. Перевёл дух и взглянул в свой блокнот. — Раз уж ты собираешься отобрать у меня кубок лучшего детектива Эдинбурга, то, может, расскажешь, что здесь произошло? Не снимая перчаток!
Я усмехнулась. Сунув руки в карманы косухи, вернулась взглядом к Джейсону.
— Вынеся мусор, Фрейзер успел закинуть его в бак, прежде чем на него накинулась… собака или волк. Зверь вцепился в ногу Джейсона, рьяно раздирая её. Джейсон пытался пнуть, отпихнуть и стряхнуть животное, в какой-то момент ему это удалось или, может быть, зверь сам отступил, играясь с добычей. Испытывая сильную боль, страх и шок, Джейсон не мог сориентироваться – метнулся в сторону, может, споткнулся или попросту не смог опереться на раненную ногу, и налетел лицом на мусорный бак, поцарапав подбородок. Упал, может, ненадолго потерял сознание. Животное тем временем приняло человеческий облик, и начал драть Джейсона голыми руками, а также зубами. Когда уже всё было кончено, убийца оттащил Джейсона к стенке за бак и накрыл картоном, — потемнев, я немного поразмыслила. — Зачем только – непонятно.
— Зачем – что?
— Не каждый оборотень может контролировать обращение, сам знаешь. Если он в состоянии это делать, значит, не безумен. Так зачем ему понадобилось убивать владельца захудалого бара, да ещё и принимать человеческую форму и прятать труп? Он мог бы остаться в обличии животного, решили бы, что Фрейзера загрызла бешенная собака или волк. Да и… как он покинул проулок? Голым?
— Может, снова обратился, — пожал Уэйн плечами.
— Тогда вдвойне непонятно, зачем в принципе нужно было принимать человеческую форму. Свидетели есть?
— Пока нет. Я подрядил ребят, они ещё опрашивают местных.
— Джейсон наверняка орал, как резанный, должны быть свидетели.
— Да, но пока их не нашли.
— Экспресс-экспертиза?
— В базе данных убийцы нет. Может, тебе пора снять перчатки?
Я тяжело вздохнула, собралась с духом и, сняв перчатку с правой руки, вновь села на корточки перед мертвецом. Если Уэйн позволил мне снять перчатки, значит, эксперты здесь уже поработали, так что, прикрыв глаза, я прикоснулась к плечу Джейсона, прошлась по его руке до живота, также мне пришлось трогать раны и окровавленную одежду.
Почти все сверхъестественные способности можно научиться включать и выключать по желанию обладателя, но не способность видеть прошлое предметов. С тех пор, как я её обрела, меня преследуют воспоминания всего, к чему я прикасаюсь без перчаток, поэтому приходится носить их почти круглые сутки. Также мне очень помогает разработка Корпорации под названием «Невидимые перчатки» – это крем, покрывающий руки невидимой и неосязаемой плёнкой, смываемый мыльной водой – в быту для меня это просто незаменимая вещь. Предметы со мной не говорят, в смысле словами, они позволяют мне видеть их глазами – видеть абсолютно всё, чему они когда-либо были свидетелями, и часто видения прошлого обрушиваются на меня потоком, в котором ещё нужно разобраться, разложить по полочкам. Мне потребовались годы на то, чтобы отсеивать ненужные воспоминания, выдвигать на первый план последние воспоминания, и правильно трактовать всё увиденное за короткий срок. Поэтому сейчас мне пришлось касаться ранений Джейсона, чтобы выстроить верную последовательность видеоряда.
И я увидела, как Джейсон выносил мусор из бара, зашёл за угол и направился к помойке. Услышав собачье рычание и бурчание за спиной, он оглянулся и увидел красивую овчарку – она казалась безобидной и голодной, заскулила при взгляде на Джейсона, облизала пасть и повернула голову набок. Джейсон пожалел собаку, причмокнул ей, пообещал накормить и, развернувшись, понёс коробку с пустыми бутылками и чёрный мусорный мешок к баку. А затем собака кинулась на него…
Я сглотнула кисло-сладкий ком в горле, убрав руку от Джейсона. Мне стало не по себе, закружилась голова и, запершило в горле.
— Как ты? — Уэйн коснулся моего плеча, заставив меня вздрогнуть.
Откашлявшись, я выпрямилась.
— Оборотень притворился собакой – безобидной, красивой и голодной. Ненавижу, когда они это делают!
Уэйн вдумчиво промычал, согласительно кивая. Переведя дух, я подошла к мусорному баку и, вновь закрыв глаза, прошлась по нему пальцами. Затем потрогала всё, что было обозначено в качестве улик и пронумеровано. Окончив «разговор» с предметами, я надела перчатку на руку и достала свой блокнот из внутреннего кармана куртки. Отыскав пустой лист, я взяла ручку и начала рисовать.
— Он действительно вышел из проулка голым, — проговорила я в процессе. — В крови и навеселе.
— Навеселе? — скривился Уэйн.
— Ага, он брёл прогулочным шагом и посвистывал.
Брови брата подскочили на лоб:
— Шикарно. Оборотень-социопат.
— М-да, интересно, как долго он шастал по улицам в таком виде. Наверняка были свидетели. А что по поводу уличных камер, кстати?
— Их в округе немного, я отправил констебля на поиски.
Я угукнула, заканчивая набросок портрета убийцы. Для придания глубины рисунку у меня ушло бы куда больше времени, но и по наброску можно было узнать человека. Симпатичный мужчина лет тридцати на вид с чёрными волосами средней длины и трёхдневной щетиной на лице. Поскольку при мне была только синяя ручка, я сделала записи на полях наброска: чёрные волосы, серые глаза, подтянутое не перекаченное тело и рост примерно шесть футов. Вырвав листок из блокнота, я передала его брату со словами:
— Наш убийца.
Уэйн взял листок в руки, и в течение нескольких секунд разглядывал его. Затем пожал плечами и, неспешно шагая на выход из проулка, пробормотал:
— Можно, конечно, попробовать прогнать по базе, но вряд ли будут результаты, ведь у нас есть его слюна и отпечатки пальцев, а совпадений – ноль.
— Попытка – не пытка. И когда будут фотки, я смогу опознать.
— Кто угодно опознает голого мужика в крови, — бросил Уэйн. — Ну, то есть… вероятность того, что на одной улице в одно и то же время было хотя бы два таких… крайне низкая, не находишь?
— А вдруг? — в шутку парировала я.
— «Вдруг», конечно, всякое бывает, — покачал Уэйн головой.
— Однажды ведь уже было нечто подобное: вся реднерианская полиция до сих пор помнит тот день, когда засадили в кутузку двух абсолютно голых и пьяных сержантов полиции, — подколола я брата.
— Эй! — возмущённо взбрыкнул он, остановившись и пригрозив мне пальцем. Я поджала губы, смеясь про себя. — Хватит уже! Я был молод, глуп и пьян, мне нужны были деньги, а мой друг был мудаком!
— Ремарочка: твой ЛУЧШИЙ друг. Знаешь поговорку: скажи мне, кто твой друг, а я скажу, кто ты?
— М-да уж, — угрюмо отозвался Уэйн, — отец то же самое говорил, забирая нас с Диланом из кутузки. Когда он подошёл к клетке, Андерсон вскочил со скамейки, держась обеими руками за свой член, и заплетающимся языком поприветствовал отца, тот взмолился «Только не отдавай мне честь!».
Я зажмурилась, тихо, почти про себя смеясь. Уэйн с Диланом Андерсоном познакомились в полицейской академии, сразу же сдружились и на протяжении многих лет плотно общались. Дилан также служит в реднерианской полиции, осев в тридцать седьмом участке, когда я служила в полиции, мы часто пересекались, даже пару дел вели втроём. Сейчас Уэйн с Диланом не так близки, а я и вовсе не видела Андерсона уже… года три, но уверена, что в случае необходимости Дилан придёт нам на помощь, а мы поможем ему, и неважно, сколько лет мы не виделись до заварушки.
Выйдя из проулка, Уэйн сопроводил меня в бар «Рога и копыта». По дороге вручил констеблю мой рисунок и попросил прогнать по базам данных. Внутри бара пахло потом и алкоголем, места было немного – это заведение могло вместить в себя максимум двадцать гостей.
— Может, у него были враги в сфере бизнеса? — предположила я, бродя по залу и оценивая обстановку.
— Мы прорабатываем эту версию, но зачастую с конкурентами по бизнесу расправляются иначе.
— М-да, скорее разгромили бы или сожгли бар. Ну а характеристика на Джейсона есть?
— Ага, мы связались с его барменшей, которую он сменил в десять вечера. По её словам он был очень трудолюбивым и отзывчивым, его все любили, с ним не ссорились даже местные алкаши, он всегда шёл на уступки – и с коллегами, и с клиентами. Никаких конфликтов с участием Джейсона она не припомнила, заверила, что у него не было проблем с законом и долгов.
— Такой положительный, что даже странно…
— Но Итан почему-то не вызывает у тебя подозрений, — никак не смог промолчать Уэйн и не приплести сюда моего мужа.
Я стиснула челюсть, смерив брата взглядом. Он усмехнулся, неожиданно всерьёз заинтересовавшись местным интерьером.
— Как Фрейзер создал бизнес? — поинтересовалась я.
— Сам, с нуля. Все деньги, что у него были, вложил в этот бар, первое время тут и жил, делал всю необходимую работу сам. Поначалу заработанных денег хватало лишь на оплату аренды, но со временем он смог позволить себе нанимать персонал и снимать жильё неподалёку. В целом бар стал окупаться и приносить нормальный доход только пару лет назад.
— Так, может, дело в том, что его бизнес пошёл в гору? Появились завистники и враги, о которых его барменша могла и не знать.
Брат сомнительно покачал головой:
— Я больше склоняюсь к тому, что Джейсону попросту не повезло – он оказался не в том месте и не в то время. Сегодня было полнолунье, а мы ведь с тобой знаем, что даже те оборотни, которые умеют себя контролировать и принимают препараты Корпорации, в полнолунье стараются не выходить на улицу вовсе. То, что наш оборотень сознательный, вовсе не означает то, что он искал конкретную жертву – он мог просто бродить по улицам в поисках жертвы, и натолкнулся на Джейсона…
Я выдохнула, покачав головой. Вновь сняла перчатку и прошлась пальцами по столам да барной стойке. Увидев нечто интересное, я прошагала в служебное помещение, увлекая брата за собой. Я прошлась по складу и комнате отдыха, прикасаясь к мебели, добралась до кабинета управляющего. Отыскала небольшой сейф, встроенный в нижний ящик стола, узнала у стены за спиной управляющего код и открыла сейф. Там были кое-какие документы, деньги и…
Надев перчатку, я достала небольшой пакетик с белым порошком, зажала его между пальцами и, выпрямившись, продемонстрировала брату.
— Кокаин? — уточнил Уэйн. Я угукнула. Свернув губы трубочкой, брат причмокнул и огляделся. — У наркоманов врагов немало… может, Фрейзер задолжал дилеру, а тот оказался реднером, отправившим оборотня по душу должника.
— Дилерам нужны деньги или товар, убийство – крайняя мера, если с должника совсем нечего получить, но у нас здесь явно не тот случай. Также могут убить случайно – во время пыток, но опять же – случай не наш. Да и… — я наклонилась, вытянула из сейфа пакет травы и бросила на стол, — не был Фрейзер наркоманом.
Вслед за пакетом с травой я вытащила ещё два пакета с разноцветными таблетками, несколько металлических баночек без этикеток и с десяток маленьких пакетиков с расфасованным кокаином, разложив всё это на столе. Уэйн наморщил лоб, глядя на всё это.
— Он и был дилером, — резюмировал невесело брат.
— Да. Мелкий барыга, торговал прямо за баром, из-под полы.
— Где находил клиентов?
— Судя по тому, что я видела, у него были прикормленные и парочка «рекламщиков» – я их не видела, но Джейсон о них упоминал.
— Ясненько. Не закрывай сейф, — наказал Уэйн, пошагав в зал. Я двинула за ним.
— Инспектор? — обратился к Уэйну констебль в форме.
— Я за него, — отозвался брат.
— У Джонсона есть свидетель – парень из дома через дорогу, — указал констебль себе за спину, — видел выходившего из проулка голого мужика в крови.
— Какая квартира? — спросили мы с братом в унисон.
— Тридцать два Б.
Вскоре мы добрались до квартиры свидетеля, возле которой караулил констебль и с разрешения хозяина прошли вовнутрь. Воздух здесь был спёртым, квартирка маленькая и тёмная, на серых стенах ободранные обои, на полу затёртый старый ковролин, повсюду валялись грязные шмотки, пустые банки из-под энергетиков и контейнеры из-под еды. Хозяин квартиры, парень лет двадцати пяти на вид заурядной внешности был одет в заношенную футболку непонятного цвета и спортивные штаны, а судя по состоянию его волос и запашку, он не мылся несколько дней. Похоже, что он увлекался компьютерными играми – в углу стояла мощная компьютерная система с тремя мониторами, и это было единственной действительно стоящей вещью здесь. Но моё внимание привлёк журнальный столик, стоявший напротив дивана, на котором восседал хозяин, поскольку он не был ничем завален, даже, кажется, протёрт – в бардаке чистые островки сильно в глаза бросаются…
— Доброе утро, — поприветствовал Уэйн хозяина квартиры, пройдя первым и продемонстрировав свои документы. — Старший инспектор отдела убийств полиции, Уэйн МакАлистер. А это, — кивнул брат на меня, — наш консультант, Джоан МакАлистер.
— Родственники? — с изогнутыми бровями уточнил свидетель.
Мы с братом хмуро переглянулись.
— Как он догадался? — спросил меня Уэйн.
Я пожала плечами:
— По-моему, мы палимся на общей фамилии.
— Точно! — Уэйн сделал вид, будто раньше ему это даже в голову не приходило, заставив меня улыбнуться, а свидетеля – офигеть сильнее прежнего. — Короче, — отмахнулся брат, — Джоан – моя сестра, но это далеко не единственная её ипостась. А Вас зовут…?
— Дункан… Гамильтон, — отозвался свидетель, потирая ноги ладонями. Он нервничал, казался взвинченным, и у него… были расширены зрачки. — Я знал Джейсона, он часто угощал меня бесплатно.
— Почему? — заинтересовалась я, бродя по комнате с руками в карманах косухи и оценивая обстановочку.
— Ну, мы, можно сказать, дружили.
Хм, дружили, но первое, о чём он вспомнили, так это о бесплатной выпивке, а вовсе не о дружбе. Да и что значит это «Можно сказать»?
— Как вы с Джейсоном познакомились? — спросила я.
— Я заходил в его бар пару лет назад, разговорились…
— О чём говорили?
— О всяком.
— Вы помогали ему в баре?
— Эм… нет, с чего?
— Ну, вы ведь были типа друзьями, — пожала я плечами. Дункан недовольно стиснул челюсть, глядя на меня. — На чём основывалась ваша с Джейсоном дружба? На бесплатной выпивке для Вас? — язвительно уточнила я. Дункан кинул на меня волчий взгляд, ему явно не понравился мой вопрос. Но он ещё не знает, что лишь раззадоривал меня. — Почему он бесплатно поил Вас? За какие-то услуги?
Уэйн слушал меня ошеломлённо, а когда я закончила, ещё несколько секунд приходил в себя.
— Обалдеть, — высказался он. — Шикарную цепочку выстроила, но… откуда ты столько знаешь об этом бренде?
— Последние три года обувь только этого бренда и ношу.
— Ну, разумеется, — с закусанной щекой покивал Уэйн. Перевёл дух и взглянул в свой блокнот. — Раз уж ты собираешься отобрать у меня кубок лучшего детектива Эдинбурга, то, может, расскажешь, что здесь произошло? Не снимая перчаток!
Я усмехнулась. Сунув руки в карманы косухи, вернулась взглядом к Джейсону.
— Вынеся мусор, Фрейзер успел закинуть его в бак, прежде чем на него накинулась… собака или волк. Зверь вцепился в ногу Джейсона, рьяно раздирая её. Джейсон пытался пнуть, отпихнуть и стряхнуть животное, в какой-то момент ему это удалось или, может быть, зверь сам отступил, играясь с добычей. Испытывая сильную боль, страх и шок, Джейсон не мог сориентироваться – метнулся в сторону, может, споткнулся или попросту не смог опереться на раненную ногу, и налетел лицом на мусорный бак, поцарапав подбородок. Упал, может, ненадолго потерял сознание. Животное тем временем приняло человеческий облик, и начал драть Джейсона голыми руками, а также зубами. Когда уже всё было кончено, убийца оттащил Джейсона к стенке за бак и накрыл картоном, — потемнев, я немного поразмыслила. — Зачем только – непонятно.
— Зачем – что?
— Не каждый оборотень может контролировать обращение, сам знаешь. Если он в состоянии это делать, значит, не безумен. Так зачем ему понадобилось убивать владельца захудалого бара, да ещё и принимать человеческую форму и прятать труп? Он мог бы остаться в обличии животного, решили бы, что Фрейзера загрызла бешенная собака или волк. Да и… как он покинул проулок? Голым?
— Может, снова обратился, — пожал Уэйн плечами.
— Тогда вдвойне непонятно, зачем в принципе нужно было принимать человеческую форму. Свидетели есть?
— Пока нет. Я подрядил ребят, они ещё опрашивают местных.
— Джейсон наверняка орал, как резанный, должны быть свидетели.
— Да, но пока их не нашли.
— Экспресс-экспертиза?
— В базе данных убийцы нет. Может, тебе пора снять перчатки?
Я тяжело вздохнула, собралась с духом и, сняв перчатку с правой руки, вновь села на корточки перед мертвецом. Если Уэйн позволил мне снять перчатки, значит, эксперты здесь уже поработали, так что, прикрыв глаза, я прикоснулась к плечу Джейсона, прошлась по его руке до живота, также мне пришлось трогать раны и окровавленную одежду.
Почти все сверхъестественные способности можно научиться включать и выключать по желанию обладателя, но не способность видеть прошлое предметов. С тех пор, как я её обрела, меня преследуют воспоминания всего, к чему я прикасаюсь без перчаток, поэтому приходится носить их почти круглые сутки. Также мне очень помогает разработка Корпорации под названием «Невидимые перчатки» – это крем, покрывающий руки невидимой и неосязаемой плёнкой, смываемый мыльной водой – в быту для меня это просто незаменимая вещь. Предметы со мной не говорят, в смысле словами, они позволяют мне видеть их глазами – видеть абсолютно всё, чему они когда-либо были свидетелями, и часто видения прошлого обрушиваются на меня потоком, в котором ещё нужно разобраться, разложить по полочкам. Мне потребовались годы на то, чтобы отсеивать ненужные воспоминания, выдвигать на первый план последние воспоминания, и правильно трактовать всё увиденное за короткий срок. Поэтому сейчас мне пришлось касаться ранений Джейсона, чтобы выстроить верную последовательность видеоряда.
И я увидела, как Джейсон выносил мусор из бара, зашёл за угол и направился к помойке. Услышав собачье рычание и бурчание за спиной, он оглянулся и увидел красивую овчарку – она казалась безобидной и голодной, заскулила при взгляде на Джейсона, облизала пасть и повернула голову набок. Джейсон пожалел собаку, причмокнул ей, пообещал накормить и, развернувшись, понёс коробку с пустыми бутылками и чёрный мусорный мешок к баку. А затем собака кинулась на него…
Я сглотнула кисло-сладкий ком в горле, убрав руку от Джейсона. Мне стало не по себе, закружилась голова и, запершило в горле.
— Как ты? — Уэйн коснулся моего плеча, заставив меня вздрогнуть.
Откашлявшись, я выпрямилась.
— Оборотень притворился собакой – безобидной, красивой и голодной. Ненавижу, когда они это делают!
Уэйн вдумчиво промычал, согласительно кивая. Переведя дух, я подошла к мусорному баку и, вновь закрыв глаза, прошлась по нему пальцами. Затем потрогала всё, что было обозначено в качестве улик и пронумеровано. Окончив «разговор» с предметами, я надела перчатку на руку и достала свой блокнот из внутреннего кармана куртки. Отыскав пустой лист, я взяла ручку и начала рисовать.
— Он действительно вышел из проулка голым, — проговорила я в процессе. — В крови и навеселе.
— Навеселе? — скривился Уэйн.
— Ага, он брёл прогулочным шагом и посвистывал.
Брови брата подскочили на лоб:
— Шикарно. Оборотень-социопат.
— М-да, интересно, как долго он шастал по улицам в таком виде. Наверняка были свидетели. А что по поводу уличных камер, кстати?
— Их в округе немного, я отправил констебля на поиски.
Я угукнула, заканчивая набросок портрета убийцы. Для придания глубины рисунку у меня ушло бы куда больше времени, но и по наброску можно было узнать человека. Симпатичный мужчина лет тридцати на вид с чёрными волосами средней длины и трёхдневной щетиной на лице. Поскольку при мне была только синяя ручка, я сделала записи на полях наброска: чёрные волосы, серые глаза, подтянутое не перекаченное тело и рост примерно шесть футов. Вырвав листок из блокнота, я передала его брату со словами:
— Наш убийца.
Уэйн взял листок в руки, и в течение нескольких секунд разглядывал его. Затем пожал плечами и, неспешно шагая на выход из проулка, пробормотал:
— Можно, конечно, попробовать прогнать по базе, но вряд ли будут результаты, ведь у нас есть его слюна и отпечатки пальцев, а совпадений – ноль.
— Попытка – не пытка. И когда будут фотки, я смогу опознать.
— Кто угодно опознает голого мужика в крови, — бросил Уэйн. — Ну, то есть… вероятность того, что на одной улице в одно и то же время было хотя бы два таких… крайне низкая, не находишь?
— А вдруг? — в шутку парировала я.
— «Вдруг», конечно, всякое бывает, — покачал Уэйн головой.
— Однажды ведь уже было нечто подобное: вся реднерианская полиция до сих пор помнит тот день, когда засадили в кутузку двух абсолютно голых и пьяных сержантов полиции, — подколола я брата.
— Эй! — возмущённо взбрыкнул он, остановившись и пригрозив мне пальцем. Я поджала губы, смеясь про себя. — Хватит уже! Я был молод, глуп и пьян, мне нужны были деньги, а мой друг был мудаком!
— Ремарочка: твой ЛУЧШИЙ друг. Знаешь поговорку: скажи мне, кто твой друг, а я скажу, кто ты?
— М-да уж, — угрюмо отозвался Уэйн, — отец то же самое говорил, забирая нас с Диланом из кутузки. Когда он подошёл к клетке, Андерсон вскочил со скамейки, держась обеими руками за свой член, и заплетающимся языком поприветствовал отца, тот взмолился «Только не отдавай мне честь!».
Я зажмурилась, тихо, почти про себя смеясь. Уэйн с Диланом Андерсоном познакомились в полицейской академии, сразу же сдружились и на протяжении многих лет плотно общались. Дилан также служит в реднерианской полиции, осев в тридцать седьмом участке, когда я служила в полиции, мы часто пересекались, даже пару дел вели втроём. Сейчас Уэйн с Диланом не так близки, а я и вовсе не видела Андерсона уже… года три, но уверена, что в случае необходимости Дилан придёт нам на помощь, а мы поможем ему, и неважно, сколько лет мы не виделись до заварушки.
Выйдя из проулка, Уэйн сопроводил меня в бар «Рога и копыта». По дороге вручил констеблю мой рисунок и попросил прогнать по базам данных. Внутри бара пахло потом и алкоголем, места было немного – это заведение могло вместить в себя максимум двадцать гостей.
— Может, у него были враги в сфере бизнеса? — предположила я, бродя по залу и оценивая обстановку.
— Мы прорабатываем эту версию, но зачастую с конкурентами по бизнесу расправляются иначе.
— М-да, скорее разгромили бы или сожгли бар. Ну а характеристика на Джейсона есть?
— Ага, мы связались с его барменшей, которую он сменил в десять вечера. По её словам он был очень трудолюбивым и отзывчивым, его все любили, с ним не ссорились даже местные алкаши, он всегда шёл на уступки – и с коллегами, и с клиентами. Никаких конфликтов с участием Джейсона она не припомнила, заверила, что у него не было проблем с законом и долгов.
— Такой положительный, что даже странно…
— Но Итан почему-то не вызывает у тебя подозрений, — никак не смог промолчать Уэйн и не приплести сюда моего мужа.
Я стиснула челюсть, смерив брата взглядом. Он усмехнулся, неожиданно всерьёз заинтересовавшись местным интерьером.
— Как Фрейзер создал бизнес? — поинтересовалась я.
— Сам, с нуля. Все деньги, что у него были, вложил в этот бар, первое время тут и жил, делал всю необходимую работу сам. Поначалу заработанных денег хватало лишь на оплату аренды, но со временем он смог позволить себе нанимать персонал и снимать жильё неподалёку. В целом бар стал окупаться и приносить нормальный доход только пару лет назад.
— Так, может, дело в том, что его бизнес пошёл в гору? Появились завистники и враги, о которых его барменша могла и не знать.
Брат сомнительно покачал головой:
— Я больше склоняюсь к тому, что Джейсону попросту не повезло – он оказался не в том месте и не в то время. Сегодня было полнолунье, а мы ведь с тобой знаем, что даже те оборотни, которые умеют себя контролировать и принимают препараты Корпорации, в полнолунье стараются не выходить на улицу вовсе. То, что наш оборотень сознательный, вовсе не означает то, что он искал конкретную жертву – он мог просто бродить по улицам в поисках жертвы, и натолкнулся на Джейсона…
Я выдохнула, покачав головой. Вновь сняла перчатку и прошлась пальцами по столам да барной стойке. Увидев нечто интересное, я прошагала в служебное помещение, увлекая брата за собой. Я прошлась по складу и комнате отдыха, прикасаясь к мебели, добралась до кабинета управляющего. Отыскала небольшой сейф, встроенный в нижний ящик стола, узнала у стены за спиной управляющего код и открыла сейф. Там были кое-какие документы, деньги и…
Надев перчатку, я достала небольшой пакетик с белым порошком, зажала его между пальцами и, выпрямившись, продемонстрировала брату.
— Кокаин? — уточнил Уэйн. Я угукнула. Свернув губы трубочкой, брат причмокнул и огляделся. — У наркоманов врагов немало… может, Фрейзер задолжал дилеру, а тот оказался реднером, отправившим оборотня по душу должника.
— Дилерам нужны деньги или товар, убийство – крайняя мера, если с должника совсем нечего получить, но у нас здесь явно не тот случай. Также могут убить случайно – во время пыток, но опять же – случай не наш. Да и… — я наклонилась, вытянула из сейфа пакет травы и бросила на стол, — не был Фрейзер наркоманом.
Вслед за пакетом с травой я вытащила ещё два пакета с разноцветными таблетками, несколько металлических баночек без этикеток и с десяток маленьких пакетиков с расфасованным кокаином, разложив всё это на столе. Уэйн наморщил лоб, глядя на всё это.
— Он и был дилером, — резюмировал невесело брат.
— Да. Мелкий барыга, торговал прямо за баром, из-под полы.
— Где находил клиентов?
— Судя по тому, что я видела, у него были прикормленные и парочка «рекламщиков» – я их не видела, но Джейсон о них упоминал.
— Ясненько. Не закрывай сейф, — наказал Уэйн, пошагав в зал. Я двинула за ним.
— Инспектор? — обратился к Уэйну констебль в форме.
— Я за него, — отозвался брат.
— У Джонсона есть свидетель – парень из дома через дорогу, — указал констебль себе за спину, — видел выходившего из проулка голого мужика в крови.
— Какая квартира? — спросили мы с братом в унисон.
— Тридцать два Б.
Вскоре мы добрались до квартиры свидетеля, возле которой караулил констебль и с разрешения хозяина прошли вовнутрь. Воздух здесь был спёртым, квартирка маленькая и тёмная, на серых стенах ободранные обои, на полу затёртый старый ковролин, повсюду валялись грязные шмотки, пустые банки из-под энергетиков и контейнеры из-под еды. Хозяин квартиры, парень лет двадцати пяти на вид заурядной внешности был одет в заношенную футболку непонятного цвета и спортивные штаны, а судя по состоянию его волос и запашку, он не мылся несколько дней. Похоже, что он увлекался компьютерными играми – в углу стояла мощная компьютерная система с тремя мониторами, и это было единственной действительно стоящей вещью здесь. Но моё внимание привлёк журнальный столик, стоявший напротив дивана, на котором восседал хозяин, поскольку он не был ничем завален, даже, кажется, протёрт – в бардаке чистые островки сильно в глаза бросаются…
— Доброе утро, — поприветствовал Уэйн хозяина квартиры, пройдя первым и продемонстрировав свои документы. — Старший инспектор отдела убийств полиции, Уэйн МакАлистер. А это, — кивнул брат на меня, — наш консультант, Джоан МакАлистер.
— Родственники? — с изогнутыми бровями уточнил свидетель.
Мы с братом хмуро переглянулись.
— Как он догадался? — спросил меня Уэйн.
Я пожала плечами:
— По-моему, мы палимся на общей фамилии.
— Точно! — Уэйн сделал вид, будто раньше ему это даже в голову не приходило, заставив меня улыбнуться, а свидетеля – офигеть сильнее прежнего. — Короче, — отмахнулся брат, — Джоан – моя сестра, но это далеко не единственная её ипостась. А Вас зовут…?
— Дункан… Гамильтон, — отозвался свидетель, потирая ноги ладонями. Он нервничал, казался взвинченным, и у него… были расширены зрачки. — Я знал Джейсона, он часто угощал меня бесплатно.
— Почему? — заинтересовалась я, бродя по комнате с руками в карманах косухи и оценивая обстановочку.
— Ну, мы, можно сказать, дружили.
Хм, дружили, но первое, о чём он вспомнили, так это о бесплатной выпивке, а вовсе не о дружбе. Да и что значит это «Можно сказать»?
— Как вы с Джейсоном познакомились? — спросила я.
— Я заходил в его бар пару лет назад, разговорились…
— О чём говорили?
— О всяком.
— Вы помогали ему в баре?
— Эм… нет, с чего?
— Ну, вы ведь были типа друзьями, — пожала я плечами. Дункан недовольно стиснул челюсть, глядя на меня. — На чём основывалась ваша с Джейсоном дружба? На бесплатной выпивке для Вас? — язвительно уточнила я. Дункан кинул на меня волчий взгляд, ему явно не понравился мой вопрос. Но он ещё не знает, что лишь раззадоривал меня. — Почему он бесплатно поил Вас? За какие-то услуги?
