Но вокруг было слишком много тех, кого он мог бы назвать друзьями рукопожатия: Эстаззийаиль, Сайисшин, двое Хранителей Равновесия, даже назойливый дракон – Пятый Страж, ведь его приняла в друзья андири.
Всего несколько мгновений потребовалось, чтобы вырваться из битвы. Не зря во все времена так опасались Высших демонов – от их истинной формы, не просто боевой, а той, что выпускает наружу тёмное создание, нет спасения.
В это время звезда осторожно перебирала созданные сферы с заготовленными ими стазис-ловушками. Эльф объяснял, как активировать такую сферу, осторожно держа её на ладони: пошлёшь сейчас импульс силы – и стой две минуты столбом, жди, пока чары развеются. Херрес уловил чужой запах, пожалуй, даже раньше Венусты.
- Катерина! За меня! – крикнул он, но не успел.
Рама вздрогнула и тоненько простонала, осыпаясь осколками в комнату. От испуга драконица не удержала вырвавшуюся наружу магию. Стазис-ловушки вспыхнули все разом, заточая звезду в оковах неподвижности. Вампир с дочерью, успевшие спрятаться за щиты, отскочили в сторону. Когда стеклянная пыль осела, Катерина увидела того, кто так долго не давал ей покоя – Борисвет, Охотник, последний из магов-атвалтозы. Тот, с чьей помощью Белозёрье стало Белозёрьем, созидатель и разрушитель в одном лице. Херрес судорожно сжал кулак, призывая артефакт, дарованный на время Высшим.
- Ну, вот и свиделись, - словно добренький дедушка улыбнулся Охотник холодными глазами, одновременно творя какое-то заклинание. Эхо его магии проникало, казалось, повсюду. – А друзья-то у тебя такие же неумёхи, как и сама. А ты, вампир, не пытайся, против меня твой камешек не поможет.
Девушка сумела разглядеть, как от Охотника отделилось чёрное кольцо и устремилось к её отцу. Толкнув Херреса в сторону, Катерина активировала пламя феникса, сжигая возможную угрозу. Старик лишь оскалился в улыбке.
- Занятный огонёк, - просипел он. – Давненько я такого не видел. Последний раз… лет так двести назад. Жаль, сгорел мальчонка и не сумел вернуться. Я тогда кое-что изучал на нём, хотя теперь уже неважно. Хоть и сам был чёрный, как головёшка, это его всё же не спасло. И тебя не спасёт!
Короткий замах возникшим из воздуха посохом и град ударов. Рина едва успела вызвать меч, чтобы отразить нападение. Показалось, что кто-то проговорил: «Сдавайся, вы обречены!», - но девушка уверенно тряхнула головой, отгоняя явно чужую мысль. На заднем плане рыкнула волчица – сейчас она могла помочь только защитить сознание. Мысленно поблагодарив Сайисшина за уроки, Катерина сражалась за свою жизнь. Но что значит год тренировок против столетий практики? Она даже не успела понять, в чём ошиблась, когда на одном конце посоха сверкнул клинок, подёрнувшийся зеленоватой дымкой, и прошил щиты, тонкую ткань рубашки и податливую плоть.
- Вот и всё, девочка, - глядя прямо в глаза изумлённой Катерине, прошептал атвалтозы. – Ещё одного вампира-полукровки не стало, а душа твоя мне ещё пригодится.
Он резко дёрнул посох на себя, извлекая остриё из пробитой груди, а девушка всё никак не могла понять, почему ей холодно и что это за алые цветы распускаются под ногами. Катерина ещё успела увидеть, как сверкнули три искры, точно звёзды в том давнем видении, в Астаренте. Атвалтозы было удивился, но времени на раздумья ему не дали. Чёрно-красный силуэт весь источал небывалую силу. Охотник недовольно выругался, увернулся от заклинания, брошенного разъярённым демоном, и активировал портал.
- За ним! – захрипел Херрес, так и не сумевший воспользоваться артефактом, но Ксандр бросился к девушке. Она оседала на пол, всё ещё не понимая, что это её кровь, её жизнь покидает тело.
- Тери! – было последнее, что услышала Катерина Волкова, а потом запоздало нахлынула боль, ломая тело в судороге, и весь мир погрузился в огонь.
Тринадцый взлетел, едва покинул опасную территорию, но крылья, казалось, едва шевелились. Ярость демона нарастала. Выругавшись, он ударил по окружающему пространству чистой магией, не пытаясь даже выстраивать её в заклинание. Воздух дрогнул и словно оплавился, разрушая чужие чары. Демон рванул туда, куда вело его чутьё.
Ксандр успел заметить, как вспыхнуло пламя феникса, сжигая проклятие, как заметались две фигуры, сражаясь за жизнь. Возник вопрос: почему остальные не помогают, не нападают вместе?! Выяснится, что предали, - всем головы поотрывает!
Он сумел уловить то движение, которое его Пара просто не успевала парировать, но был ещё так далеко, чтобы попытаться его предотвратить! Потянулся было к нитям, но те угрожающе зазвенели – второй ипостаси практически не давалась тонкая драконья магия, попытался воспользоваться связью с парой – и тут будто кто-то стену поставил. И когда меч проткнул грудь девушки, что-то оборвалось в бесстрастной душе, а холодное сердце на миг замерло…
Растерянный взгляд Катерины… Довольная ухмылка Охотника, активировавшего портал. В руке старика была зажата цепочка со сверкающим камнем. Ксандр скрипнул от злости зубами, понимая, что это – Хранитель Души, амулет демонов, и в нём её души – все три. Не сразу Тринадцатый заметил, что рядом светится ещё один такой же амулет. Сейчас гораздо важнее было остановить Охотника, оказаться рядом с Катериной, разораться в происходящем – и всё сразу.
Атвалтозы растаял в воздухе – перенёсся. Армия была ему не нужна, она просто отвлекла защитников от добычи. «И гоблин бы с ним», - мелькнула мысль, потому что странные оковы на магии вдруг ослабли, позволяя, наконец, переместиться к андири.
- Тер-р-ри!!!
Вместе с криком, казалось, вырвалась из тела несуществующая душа демона, разрывая все магические связи вокруг. Волна темной силы в мгновение ока разметала сражающихся, разрушила защитные плетения Сайисшина и самого замка Тринадцатого Стража, заставила задрожать непоколебимую каменную твердыню. Но ещё ярче была открытая боль, не сдерживаемая обезумевшим демоном.
- Нет! Нет! – всего мгновение потребовалось, чтобы оказаться рядом. – Тери! Не смей умирать!
Звезда, лишившаяся души, испуганно столпилась в самом дальнем углу. Объяснять, что просто попали в собственную ловушку, было бессмысленно – сейчас Тринадцатый никого и не услышал бы.
- Вета! – грозный рык демона пронизывал насквозь. – Помоги!
- Он-на в-вамп-пир, - дрожащий голосок было еле слышно, но зловещая тишина доносила до разъярённого демона даже шёпот листьев. – Д-долж-жна с-сам-ма…
Будто в ответ на слова наставницы, Катерина вспыхнула – тело её объял огонь, жестоко кусавший Кайссандиора.
- Не сама! – тот, казалось, совершенно не обращал внимания на боль. – Херрес! Где твой троллев артефакт?!
- Он не сработает, лорд Тринадцатый Страж, - горестно покачал головой вампир. – Этот проклятый атвалтозы использовал какую-то хитрую магию, заблокировав артефакт. В конце концов, он – один из его создателей. Простите, ведь и я теряю дочь.
Наследник тёмных вампиров ДкехрСейта встал рядом с демоном и склонил голову, наблюдая, как постепенно растворяется в пламени тело его дочери. Отчаянно, до хруста сжав кулаки, Ксандр вскинул голову вверх и зарычал. И так страшен был этот рык, что никто не посмел утешить демона, не сумевшего защитить свою пару, потерявшего её.
Тем неожиданней выглядело стремительное появление Симара ан-Ниора.
- Мой артефакт! Он на ней? – требовательно затряс он Ксандра.
- Артефакт? Метаморфоз? – демон не сразу осознал, что от него хотели, но, сообразив, схватил дроу за грудки. – Что ты знаешь?
- Пусти, демон! – возмутился тот. – Если я прав, то всё сработает. Вспомни моего брата.
- Вы все – боевые дроу – себя братьями зовёте.
- Я о кровном брате.
Тринадцатый прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Прочие непонимающе смотрели на этих двоих, связанных какой-то тайной, и надеялись, что Симар ан-Ниор не ошибается.
* * *
Огонь. Вокруг огонь. Кажется, что ты и есть этот огонь, а огонь этот – часть тебя. Слишком много пылающего рыже-красного цвета вокруг. Сполохи жёлтого перемежаются мгновенной белизной и вновь алеют, сгущаются до синевато-зелёного, а потом взметываются вверх багровыми искрами. И так красив этот пугающий танец, что забываешь обо всём на свете.
Здесь не было боли, не было страха, не выплёскивалась рваными толчками кровь из груди. Кажется, даже не надо было дышать, но кто знает, что это было на самом деле? Может, всё просто приснилось? Хотя спят ли искорки, одной из которых она себя сейчас ощущала?
Кто она? Что она? Где она? Всё это было настолько неважно, что сознание просто растворялось в безудержной пляске языков пламени. А рядом кружили звёзды, напевая, танцуя, и слышался тихий голос:
- Стать собой непросто. Ты получила все знания, которые сохранились. Мы не знаем, кто привёл в этот мир атвалтозы. Возможно, кто-то из наших тёмных братьев. Они уничтожали наши творения. Тогда мы даровали каждому миру своё огненное сердце, чтобы оберегать покой. Сорок фениксов, сорок сердец. И просыпаются они лишь тогда, когда мир в беде. Огонь очищает, обновляет, дарует силу, но толчок, искру этого пламени разжигают они – атвалтозы, ведь из-за них на свет появились такие, как ты.
Голос становился всё тише, звёзды уже не сверкали, кружась вокруг сгустками огня. Эпицентр этого пожара постепенно приобретал форму. Узкие плечи, вполне опознаваемые выпуклости в нужных местах, тонкие руки и длинные волосы, пылающим покрывалом стыдливо окутавшие тело. И каждый клочок пламени обращался в такое же пылающее существо. Не стихиали, нет, это был совсем другой огонь – тот, что даёт жизнь Сопредельным мирам.
Тридцать девять мужчин и женщин – демонов и людей, эльфов и дроу, гоблинов и гномов, троллей и драконов, орков и фей – тридцать девять фигур окружили одну.
- Здравствуй, сестра, - произнёс кто-то из них. – Добро пожаловать домой.
- Здравствуйте, – ответило пламя. – Почему вы называете меня сестрой?
- Ведь ты одна из нас, - ответил мужской голос. – Теперь ты – феникс.
- А кто тогда вы?
- И мы фениксы, - мягкий женский смех. – Не торопись, мы поможем тебе всё осознать и принять. Теперь тебе не придётся страдать.
- Страдать, – эхом повторила девушка. – Не страдать…
В памяти всплыло чьё-то лицо, искажённое болью.
- Тебе не придётся больше опасаться за свою жизнь, - добавил ещё кто-то.
В ушах зазвучало: «Ты – моя жизнь!» И вдруг память кольнуло воспоминанием: тёплые сильные руки, то самое лицо, только счастливое и тихое нежное – андири. А потом пришло осознание: она не пламя! Она – полукровка, наполовину оборотень, наполовину вампир. И её только что убили! Судорожный всхлип сбил дыхание. Огненная девушка заметалась в кольце окруживших её таких же пылающих созданий, оступилась и бессильно рухнула на колени.
- Тише, девочка, тише, - огненная женщина помогла подняться. – Не пугайся так, ты в безопасности. Тебя больше никто не тронет. Идём с нами, мы поможем тебе.
- Я должна вернуться!
- Всё потом, - успокаивал сочувствующий голос. – Не сопротивляйся сейчас, идём. Ты должна идти туда, вперёд.
И Катерина пошла в самое сердце пламени.
* * *
Удивительно, но за разноцветной стеной взору открылся город. Пылающие стены и крыши домов, жидкой лавой растекающиеся тротуары и мостовые, скамейки, фонари, даже один фонтан на перекрёстке встретился. Из него ввысь взлетали снопы искр, озаряя всё вокруг звёздным светом. Деревья и цветы, состоящие из разноцветных языков огня, украшали улицы, но всё же пугали своей необычностью.
Огненная женщина привела Катерину в дом, где ей пообещали покой и отдых. Девушка долго не могла заставить себя шагнуть в жидкое пламя, которое было дверью. Всё казалось, что она и сама вот-вот растворится в этом огненном безумии. Никто не торопил её, давая время осознать – здесь ей ничего не угрожает. В мире фениксов нет места подлости или лжи.
Внутри всё оказалось, как в обычной комнате – ковры на полу, кресла и стол, только опять огненное. Изнутри стены казались переливчатым шёлком, колышущимся на ветру, и это выглядело невероятно красиво. С опаской устроившись на самом краешке невиданного сиденья, девушка посмотрела на гостеприимных хозяев.
- А как же мои друзья? – попыталась она спросить.
- Не думай сейчас об этом, - мягко осадили её, - ещё не время. Ты попала к нам, значит, так должно было случиться. Не спорь с провидением и волей Создателей.
И пришлось покориться, потому что дороги назад полукровка не знала. Да и полукровка ли? Ни Кати, ни Рина не отзывались, что казалось странным – за год волшебница уже привыкла к тому, что в голове у неё постоянно то ехидно фыркали, то насмешливо рычали. Но до сих пор сохранялось ощущение того, что она не одинока. Решив пока не думать и об этом тоже, Катерина с неожиданным аппетитом съела странное – да-да, огненное! – угощение, довольно растянулась на мягкой перине в выделенной ей комнате и довольно быстро уснула.
Снились ей языки пламени, которые играли, ласкали, куда-то звали девушку. Впрочем, и во сне, и наяву пламя было повсюду, и это уже не казалось странным или пугающим. Сколько она так проспала, ей было неведомо, но никто не удивился, когда Катерина вышла в гостиную и смущённо поинтересовалась обедом (или уместнее говорить просто – пищей?). В столовой собралось приличное количество огненных людей, и всё они с любопытством разглядывали девушку. Создавалось впечатление, что гостей у них не было очень давно.
- Спрашивай, - предложил кто-то из хозяев, когда гостья насытилась.
- Где я? – тут же прозвучал вопрос.
- Ты на границе времени, - ответил один из мужчин. – Мы существуем здесь, набираемся сил перед новым перерождением, насыщаемся огнём.
- Кто вы?
- Те же, кто и ты, - улыбнулась совсем юная девушка. – Мы – фениксы. Души тех, кто когда-то был фениксом и решил просто не возвращаться.
- Но ведь вас должно быть всего сорок и…
- Ох, ты веришь этим глупым книгам? – раздались смешки. – Мы же создаём семьи, любим, рожаем детей. Конечно, не все наши дети получают огненную суть, но всё же нас достаточно много.
- А почему вы… прячетесь здесь?
- Почему, - фениксы огорчённо притихли, словно не желая отвечать на этот вопрос. – Понимаешь, младшая сестра, сила наша необычна. Мы не просто используем огонь для своей магии. Наш огонь способен согреть и уничтожить, утешить и доставить невыносимые муки. Мы единственные, пожалуй, кроме драконов, способны не просто открывать порталы между Сопредельными мирами, а прокладывать дороги, которыми могут воспользоваться любые маги. Да и много ещё чего мы умеем.
- И однажды прочие расы это поняли, - подхватила женщина в возрасте. – На нас стали охотиться, запирать в клетки. Многие из нас вынуждены были становиться жёнами или мужьями своих тюремщиков, чтобы даровать их потомству огненную суть. Золото, шелка, драгоценности – и всё это в обмен на свободу. Чем не клетка? Ни единого острого предмета, на окнах – решётки и магические заслоны. И магия, магия, магия… В любой момент, когда прикажет твой рабовладелец, а по факту – супруг.
Фениксы скорбно замолчали, и Катерина получила возможность вспомнить, что о подобном говорил и Ксандр, описывая историю магических созданий. Но ведь он не способен так поступить, правда же?! Всеобщая боль накатывала волнами и растворялась в душе, даря удивительное чувство причастности к тому, что происходило и сотни, и тысячи лет тому назад.
Всего несколько мгновений потребовалось, чтобы вырваться из битвы. Не зря во все времена так опасались Высших демонов – от их истинной формы, не просто боевой, а той, что выпускает наружу тёмное создание, нет спасения.
В это время звезда осторожно перебирала созданные сферы с заготовленными ими стазис-ловушками. Эльф объяснял, как активировать такую сферу, осторожно держа её на ладони: пошлёшь сейчас импульс силы – и стой две минуты столбом, жди, пока чары развеются. Херрес уловил чужой запах, пожалуй, даже раньше Венусты.
- Катерина! За меня! – крикнул он, но не успел.
Рама вздрогнула и тоненько простонала, осыпаясь осколками в комнату. От испуга драконица не удержала вырвавшуюся наружу магию. Стазис-ловушки вспыхнули все разом, заточая звезду в оковах неподвижности. Вампир с дочерью, успевшие спрятаться за щиты, отскочили в сторону. Когда стеклянная пыль осела, Катерина увидела того, кто так долго не давал ей покоя – Борисвет, Охотник, последний из магов-атвалтозы. Тот, с чьей помощью Белозёрье стало Белозёрьем, созидатель и разрушитель в одном лице. Херрес судорожно сжал кулак, призывая артефакт, дарованный на время Высшим.
- Ну, вот и свиделись, - словно добренький дедушка улыбнулся Охотник холодными глазами, одновременно творя какое-то заклинание. Эхо его магии проникало, казалось, повсюду. – А друзья-то у тебя такие же неумёхи, как и сама. А ты, вампир, не пытайся, против меня твой камешек не поможет.
Девушка сумела разглядеть, как от Охотника отделилось чёрное кольцо и устремилось к её отцу. Толкнув Херреса в сторону, Катерина активировала пламя феникса, сжигая возможную угрозу. Старик лишь оскалился в улыбке.
- Занятный огонёк, - просипел он. – Давненько я такого не видел. Последний раз… лет так двести назад. Жаль, сгорел мальчонка и не сумел вернуться. Я тогда кое-что изучал на нём, хотя теперь уже неважно. Хоть и сам был чёрный, как головёшка, это его всё же не спасло. И тебя не спасёт!
Короткий замах возникшим из воздуха посохом и град ударов. Рина едва успела вызвать меч, чтобы отразить нападение. Показалось, что кто-то проговорил: «Сдавайся, вы обречены!», - но девушка уверенно тряхнула головой, отгоняя явно чужую мысль. На заднем плане рыкнула волчица – сейчас она могла помочь только защитить сознание. Мысленно поблагодарив Сайисшина за уроки, Катерина сражалась за свою жизнь. Но что значит год тренировок против столетий практики? Она даже не успела понять, в чём ошиблась, когда на одном конце посоха сверкнул клинок, подёрнувшийся зеленоватой дымкой, и прошил щиты, тонкую ткань рубашки и податливую плоть.
- Вот и всё, девочка, - глядя прямо в глаза изумлённой Катерине, прошептал атвалтозы. – Ещё одного вампира-полукровки не стало, а душа твоя мне ещё пригодится.
Он резко дёрнул посох на себя, извлекая остриё из пробитой груди, а девушка всё никак не могла понять, почему ей холодно и что это за алые цветы распускаются под ногами. Катерина ещё успела увидеть, как сверкнули три искры, точно звёзды в том давнем видении, в Астаренте. Атвалтозы было удивился, но времени на раздумья ему не дали. Чёрно-красный силуэт весь источал небывалую силу. Охотник недовольно выругался, увернулся от заклинания, брошенного разъярённым демоном, и активировал портал.
- За ним! – захрипел Херрес, так и не сумевший воспользоваться артефактом, но Ксандр бросился к девушке. Она оседала на пол, всё ещё не понимая, что это её кровь, её жизнь покидает тело.
- Тери! – было последнее, что услышала Катерина Волкова, а потом запоздало нахлынула боль, ломая тело в судороге, и весь мир погрузился в огонь.
ГЛАВА 7. ТРЕТЬЯ ИНИЦИАЦИЯ
Тринадцый взлетел, едва покинул опасную территорию, но крылья, казалось, едва шевелились. Ярость демона нарастала. Выругавшись, он ударил по окружающему пространству чистой магией, не пытаясь даже выстраивать её в заклинание. Воздух дрогнул и словно оплавился, разрушая чужие чары. Демон рванул туда, куда вело его чутьё.
Ксандр успел заметить, как вспыхнуло пламя феникса, сжигая проклятие, как заметались две фигуры, сражаясь за жизнь. Возник вопрос: почему остальные не помогают, не нападают вместе?! Выяснится, что предали, - всем головы поотрывает!
Он сумел уловить то движение, которое его Пара просто не успевала парировать, но был ещё так далеко, чтобы попытаться его предотвратить! Потянулся было к нитям, но те угрожающе зазвенели – второй ипостаси практически не давалась тонкая драконья магия, попытался воспользоваться связью с парой – и тут будто кто-то стену поставил. И когда меч проткнул грудь девушки, что-то оборвалось в бесстрастной душе, а холодное сердце на миг замерло…
Растерянный взгляд Катерины… Довольная ухмылка Охотника, активировавшего портал. В руке старика была зажата цепочка со сверкающим камнем. Ксандр скрипнул от злости зубами, понимая, что это – Хранитель Души, амулет демонов, и в нём её души – все три. Не сразу Тринадцатый заметил, что рядом светится ещё один такой же амулет. Сейчас гораздо важнее было остановить Охотника, оказаться рядом с Катериной, разораться в происходящем – и всё сразу.
Атвалтозы растаял в воздухе – перенёсся. Армия была ему не нужна, она просто отвлекла защитников от добычи. «И гоблин бы с ним», - мелькнула мысль, потому что странные оковы на магии вдруг ослабли, позволяя, наконец, переместиться к андири.
- Тер-р-ри!!!
Вместе с криком, казалось, вырвалась из тела несуществующая душа демона, разрывая все магические связи вокруг. Волна темной силы в мгновение ока разметала сражающихся, разрушила защитные плетения Сайисшина и самого замка Тринадцатого Стража, заставила задрожать непоколебимую каменную твердыню. Но ещё ярче была открытая боль, не сдерживаемая обезумевшим демоном.
- Нет! Нет! – всего мгновение потребовалось, чтобы оказаться рядом. – Тери! Не смей умирать!
Звезда, лишившаяся души, испуганно столпилась в самом дальнем углу. Объяснять, что просто попали в собственную ловушку, было бессмысленно – сейчас Тринадцатый никого и не услышал бы.
- Вета! – грозный рык демона пронизывал насквозь. – Помоги!
- Он-на в-вамп-пир, - дрожащий голосок было еле слышно, но зловещая тишина доносила до разъярённого демона даже шёпот листьев. – Д-долж-жна с-сам-ма…
Будто в ответ на слова наставницы, Катерина вспыхнула – тело её объял огонь, жестоко кусавший Кайссандиора.
- Не сама! – тот, казалось, совершенно не обращал внимания на боль. – Херрес! Где твой троллев артефакт?!
- Он не сработает, лорд Тринадцатый Страж, - горестно покачал головой вампир. – Этот проклятый атвалтозы использовал какую-то хитрую магию, заблокировав артефакт. В конце концов, он – один из его создателей. Простите, ведь и я теряю дочь.
Наследник тёмных вампиров ДкехрСейта встал рядом с демоном и склонил голову, наблюдая, как постепенно растворяется в пламени тело его дочери. Отчаянно, до хруста сжав кулаки, Ксандр вскинул голову вверх и зарычал. И так страшен был этот рык, что никто не посмел утешить демона, не сумевшего защитить свою пару, потерявшего её.
Тем неожиданней выглядело стремительное появление Симара ан-Ниора.
- Мой артефакт! Он на ней? – требовательно затряс он Ксандра.
- Артефакт? Метаморфоз? – демон не сразу осознал, что от него хотели, но, сообразив, схватил дроу за грудки. – Что ты знаешь?
- Пусти, демон! – возмутился тот. – Если я прав, то всё сработает. Вспомни моего брата.
- Вы все – боевые дроу – себя братьями зовёте.
- Я о кровном брате.
Тринадцатый прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Прочие непонимающе смотрели на этих двоих, связанных какой-то тайной, и надеялись, что Симар ан-Ниор не ошибается.
* * *
Огонь. Вокруг огонь. Кажется, что ты и есть этот огонь, а огонь этот – часть тебя. Слишком много пылающего рыже-красного цвета вокруг. Сполохи жёлтого перемежаются мгновенной белизной и вновь алеют, сгущаются до синевато-зелёного, а потом взметываются вверх багровыми искрами. И так красив этот пугающий танец, что забываешь обо всём на свете.
Здесь не было боли, не было страха, не выплёскивалась рваными толчками кровь из груди. Кажется, даже не надо было дышать, но кто знает, что это было на самом деле? Может, всё просто приснилось? Хотя спят ли искорки, одной из которых она себя сейчас ощущала?
Кто она? Что она? Где она? Всё это было настолько неважно, что сознание просто растворялось в безудержной пляске языков пламени. А рядом кружили звёзды, напевая, танцуя, и слышался тихий голос:
- Стать собой непросто. Ты получила все знания, которые сохранились. Мы не знаем, кто привёл в этот мир атвалтозы. Возможно, кто-то из наших тёмных братьев. Они уничтожали наши творения. Тогда мы даровали каждому миру своё огненное сердце, чтобы оберегать покой. Сорок фениксов, сорок сердец. И просыпаются они лишь тогда, когда мир в беде. Огонь очищает, обновляет, дарует силу, но толчок, искру этого пламени разжигают они – атвалтозы, ведь из-за них на свет появились такие, как ты.
Голос становился всё тише, звёзды уже не сверкали, кружась вокруг сгустками огня. Эпицентр этого пожара постепенно приобретал форму. Узкие плечи, вполне опознаваемые выпуклости в нужных местах, тонкие руки и длинные волосы, пылающим покрывалом стыдливо окутавшие тело. И каждый клочок пламени обращался в такое же пылающее существо. Не стихиали, нет, это был совсем другой огонь – тот, что даёт жизнь Сопредельным мирам.
Тридцать девять мужчин и женщин – демонов и людей, эльфов и дроу, гоблинов и гномов, троллей и драконов, орков и фей – тридцать девять фигур окружили одну.
- Здравствуй, сестра, - произнёс кто-то из них. – Добро пожаловать домой.
- Здравствуйте, – ответило пламя. – Почему вы называете меня сестрой?
- Ведь ты одна из нас, - ответил мужской голос. – Теперь ты – феникс.
- А кто тогда вы?
- И мы фениксы, - мягкий женский смех. – Не торопись, мы поможем тебе всё осознать и принять. Теперь тебе не придётся страдать.
- Страдать, – эхом повторила девушка. – Не страдать…
В памяти всплыло чьё-то лицо, искажённое болью.
- Тебе не придётся больше опасаться за свою жизнь, - добавил ещё кто-то.
В ушах зазвучало: «Ты – моя жизнь!» И вдруг память кольнуло воспоминанием: тёплые сильные руки, то самое лицо, только счастливое и тихое нежное – андири. А потом пришло осознание: она не пламя! Она – полукровка, наполовину оборотень, наполовину вампир. И её только что убили! Судорожный всхлип сбил дыхание. Огненная девушка заметалась в кольце окруживших её таких же пылающих созданий, оступилась и бессильно рухнула на колени.
- Тише, девочка, тише, - огненная женщина помогла подняться. – Не пугайся так, ты в безопасности. Тебя больше никто не тронет. Идём с нами, мы поможем тебе.
- Я должна вернуться!
- Всё потом, - успокаивал сочувствующий голос. – Не сопротивляйся сейчас, идём. Ты должна идти туда, вперёд.
И Катерина пошла в самое сердце пламени.
* * *
Удивительно, но за разноцветной стеной взору открылся город. Пылающие стены и крыши домов, жидкой лавой растекающиеся тротуары и мостовые, скамейки, фонари, даже один фонтан на перекрёстке встретился. Из него ввысь взлетали снопы искр, озаряя всё вокруг звёздным светом. Деревья и цветы, состоящие из разноцветных языков огня, украшали улицы, но всё же пугали своей необычностью.
Огненная женщина привела Катерину в дом, где ей пообещали покой и отдых. Девушка долго не могла заставить себя шагнуть в жидкое пламя, которое было дверью. Всё казалось, что она и сама вот-вот растворится в этом огненном безумии. Никто не торопил её, давая время осознать – здесь ей ничего не угрожает. В мире фениксов нет места подлости или лжи.
Внутри всё оказалось, как в обычной комнате – ковры на полу, кресла и стол, только опять огненное. Изнутри стены казались переливчатым шёлком, колышущимся на ветру, и это выглядело невероятно красиво. С опаской устроившись на самом краешке невиданного сиденья, девушка посмотрела на гостеприимных хозяев.
- А как же мои друзья? – попыталась она спросить.
- Не думай сейчас об этом, - мягко осадили её, - ещё не время. Ты попала к нам, значит, так должно было случиться. Не спорь с провидением и волей Создателей.
И пришлось покориться, потому что дороги назад полукровка не знала. Да и полукровка ли? Ни Кати, ни Рина не отзывались, что казалось странным – за год волшебница уже привыкла к тому, что в голове у неё постоянно то ехидно фыркали, то насмешливо рычали. Но до сих пор сохранялось ощущение того, что она не одинока. Решив пока не думать и об этом тоже, Катерина с неожиданным аппетитом съела странное – да-да, огненное! – угощение, довольно растянулась на мягкой перине в выделенной ей комнате и довольно быстро уснула.
Снились ей языки пламени, которые играли, ласкали, куда-то звали девушку. Впрочем, и во сне, и наяву пламя было повсюду, и это уже не казалось странным или пугающим. Сколько она так проспала, ей было неведомо, но никто не удивился, когда Катерина вышла в гостиную и смущённо поинтересовалась обедом (или уместнее говорить просто – пищей?). В столовой собралось приличное количество огненных людей, и всё они с любопытством разглядывали девушку. Создавалось впечатление, что гостей у них не было очень давно.
- Спрашивай, - предложил кто-то из хозяев, когда гостья насытилась.
- Где я? – тут же прозвучал вопрос.
- Ты на границе времени, - ответил один из мужчин. – Мы существуем здесь, набираемся сил перед новым перерождением, насыщаемся огнём.
- Кто вы?
- Те же, кто и ты, - улыбнулась совсем юная девушка. – Мы – фениксы. Души тех, кто когда-то был фениксом и решил просто не возвращаться.
- Но ведь вас должно быть всего сорок и…
- Ох, ты веришь этим глупым книгам? – раздались смешки. – Мы же создаём семьи, любим, рожаем детей. Конечно, не все наши дети получают огненную суть, но всё же нас достаточно много.
- А почему вы… прячетесь здесь?
- Почему, - фениксы огорчённо притихли, словно не желая отвечать на этот вопрос. – Понимаешь, младшая сестра, сила наша необычна. Мы не просто используем огонь для своей магии. Наш огонь способен согреть и уничтожить, утешить и доставить невыносимые муки. Мы единственные, пожалуй, кроме драконов, способны не просто открывать порталы между Сопредельными мирами, а прокладывать дороги, которыми могут воспользоваться любые маги. Да и много ещё чего мы умеем.
- И однажды прочие расы это поняли, - подхватила женщина в возрасте. – На нас стали охотиться, запирать в клетки. Многие из нас вынуждены были становиться жёнами или мужьями своих тюремщиков, чтобы даровать их потомству огненную суть. Золото, шелка, драгоценности – и всё это в обмен на свободу. Чем не клетка? Ни единого острого предмета, на окнах – решётки и магические заслоны. И магия, магия, магия… В любой момент, когда прикажет твой рабовладелец, а по факту – супруг.
Фениксы скорбно замолчали, и Катерина получила возможность вспомнить, что о подобном говорил и Ксандр, описывая историю магических созданий. Но ведь он не способен так поступить, правда же?! Всеобщая боль накатывала волнами и растворялась в душе, даря удивительное чувство причастности к тому, что происходило и сотни, и тысячи лет тому назад.
