- Мария…
И так он смотрел, что даже слов у женщины не осталось. Никогда на нее так не смотрели, ни в той жизни, ни в этой. Как на что-то очень драгоценное, чудом оказавшееся рядом. Даже не в руках – тут и притронуться боязно, чтобы не разбить, не сломать, не испачкать…
Просто рядом оказалось ЧУДО.
Или счастье.
Такое хрупкое, недосягаемое, словно огонек свечи на ладони, и даже смотреть иногда страшно… словами солгать можно. А вот таким взглядом – не получится. И змея внутри тоже понимала, он искренен. До последнего жеста, последнего слова, последней капли крови: умирать будет – ее позовет.
Мария медленно опустилась на колени.
- Рикардо…
Поцелуй получился сладко-соленым. Кажется, кто-то плакал?
Да нет, это просто кажется. Змеи – они же плакать не умеют, правда? Это просто ветер принес им морскую соль… это просто морской шаловливый ветер.
Опомнились они не сразу. Минут через пятнадцать…
- Прости, - отпрянул Рикардо.
Мария лукаво улыбнулась.
- За что? Мне понравилось.
Адмирал, в очередной раз поставленный в тупик женской логикой, только развел руками.
- Я… я знаю, я не должен был так поступать.
Мария тряхнула головой. И приняла жесткое, но необходимое решение.
- Ты не должен, я не должна, но это уже есть. И мы уже не откажемся от этого счастья. Поэтому… нам придется подождать до столицы. Там мне надо будет решить что-то с Иоанном, и я надеюсь, мы сможем быть вместе.
Рикардо поднял брови.
- Думаешь, король тебя отпустит?
Мария рассмеялась уже в голос. Весело и искренне.
- Пусть удерживает! Я готова делить с ним ложе каждую ночь! Но исключительно в змеином облике! Интересно, ему понравится?
Рикардо представил себе эту картину, потом, кажется, вообразил что-то донельзя пошлое, захохотал, поперхнулся, Мария едва успела помочь, по спине постучала.
- Живой?
- Да. Ох, что-то мне кажется, Иоанну не все понравится.
Мария смотрела с видом абсолютной невинности. Если так можно сказать о глазах, которые становились на ее лице то человеческими, то змеиными, меняли цвет, меняли зрачок…
- У вас, мужчин, такие интересные вкусы иногда бывают. А вдруг?
Рикардо в этом сомневался. Но спорить не стал, и руку своей королеве поцеловал.
- Ты великолепна.
Мария качнула головой.
- Я самая обычная женщина, Рикардо. Такая же, как все.
Вторую часть фразы: «обычная женщина двадцать первого века. Обычная русская женщина.» она предусмотрительно проглотила. У женщины ведь и секреты быть должны, правда же?
- Ты – чудо Многоликого. И мое личное чудо. И я тебя безумно люблю!!!
За что адмирал и был награжден еще одним поцелуем. Но – не больше.
Пока ничего не разрешится, лучше не усугублять свое положение. Как?
А хвост змеиный его знает, как именно. Было у Марии одно печальное подозрение… если двуипостасные появляются реже… то есть из пяти детей у двуипостасной парочки второй облик унаследуют двое-трое, а то и вовсе один ребенок, то…
Спорим, они обязаны быть плодовитыми? Чтобы передать рецессивный ген дальше. И в пользу этой гипотезы говорит ее беременность. Ведь один раз с Иоанном в постели оказались, и сразу – готово! А если с Рикардо?
А если она опять забеременеет? Да еще и плод будет не один, такое же тоже может быть. Змеи вообще многоплодные, кажется? По одному змеенышу они не рожают?
А тут с одной стороны гад, с другой гадина…
Лучше не рисковать.
Рикардо пока это знать не обязательно, ему и поцелуев хватит, а вот Мария сомневалась. А мужчин не надо лишать иллюзий.
- Ваше величество!
- Эрра Розабелла! – подскочила на кровати Диана.
Эрра поклонилась экс-королеве.
- Да, это я, ваше величество.
- Эрра! – Диана сейчас к кому угодно бы кинулась за утешением. А тут сообщница, как ни крути. – Эрра, что нам делать?! Что вообще произошло?!
Розабелла закатила глаза.
- Что произошло? Ваше величество, вы где-то умудрились проколоться, и ваш муж узнал про Расмуса.
- Боги!!!
- Но тут нам повезло.
- А?!
Розабелла закатила глаза.
- Слушайте меня внимательно, ваше величество. Очень внимательно. Вы кому-то и что-то говорили?
- Нет! – взвизгнула Диана. – Кому? А… дяде… я намекнула…
Розабелла выдохнула.
- А, это ничего, это не страшно.
Эрсон молчать будет, это понятно. Вот кто бы другой…
- Что – не страшно?!
Диана, оказавшись рядом с другим человеком, да еще таким, на которого можно выплеснуть все и сразу, быстро впадала в истерику.
Розабелла схватила королеву за плечи, крепко встряхнула.
- Цыц, дура! Молчи и слушай!
Подействовало. Диана замолчала и уставилась круглыми глазами на эрру. Та ухмыльнулась.
- Ко мне ночью ввалились король, с сопровождающими, и король сразу направился в спальню, ждать вас. Вы ему ничего не говорили?
Диана вспомнила все, что происходило в спальне, и почувствовала, как внизу заныло.
- Нет.
- Вот и отлично. Я тоже. А эрр Вейнард умудрился сбежать.
- Слава богам!!!
- Понятно, что слава богам. Не поймают – не допросят – можно говорить, что вашей душе угодно, - разъяснила цепочку эрра Розабелла. Диана затрясла головой.
- О чем говорить?
- Ни о чем. Ничего ведь не было, правда?
- А… - Диана вспомнила про «кусок сала». Как оказалось, Розабелла это тоже помнила.
- Ваше величество, нам надо говорить одно и то же. Я сказала, что вы приходили ко мне за зельем для пышности.
- Че-го?
Розабелла показала жестом на себе. На своем бюсте, выразительно приподняв его.
- Вот чего! Чтобы вот это росло, надо сало есть, понятно?
Диана закивала.
- Д-да…
- Вот, а королеве не подобает, и я вам его доставала потихоньку. Вы за салом и пришли.
- В постель?
Полной дурой Диана не была.
- И что? Вы устали, хотели отдохнуть, полежать, и тут – такое! Вы растерялись, и кто бы не растерялся? А потом король и слова вам не дал сказать. Вы ж имен не называли?
Диана замотала головой.
- Вот. Остальное король сам придумал, сам и обиделся. А все совсем не так, понятно?
Диана кивнула.
Конечно, шито белыми нитками, но если король ее любит, он поверит. Он ведь любит ее? Правда же? Скажите пожалуйста, что это правда!!!
- Эрр!
Димас Бустон и ахнуть не успел, как попал в руки своих слуг.
И завертелось!
Канцлера обнимали, тормошили, тискали, орошали слезами… даже просто верещали от восторга.
- ЭРР!!!
Димаса домашние любили.
Так что минут двадцать – и вот уже все более-менее спокойно, и Димаса потащили в дом. Верный Митор уже успел организовать все, и первым делом Димас почти упал в горячую ванную.
- Хорошо!
- Эрр…
Мужчина поднес Димасу кубок вина с пряностями. Димас отпил и расслабился.
Впервые за столько времени…
- Митор, расскажи, что было?
- Как вас арестовали, эрр? Я слуг собрал, кого рассчитал, кого выгнал, самых верных оставил. Кое-как дом поддерживать хватало, деньги были. Потом ваш кузен приехал.
- Марк…
- Про молодого хозяина вы знаете, эрр, - Митор не спрашивал, утверждал.
- Марк его увез?
- Обещал отвезти в свое поместье, письмо написал, отправил молодого эрра в Картен.
Димас довольно улыбнулся.
- Жена? Дочери?
- Их предупредили письмом, так что все обошлось. Ваши поместья, конечно, приказано конфисковать, но…
- Думаю, мне их вернут. Король мне предложил опять должность канцлера.
Митор скривился так выразительно, что понятно стало без слов. Короля осуждать, оно, конечно, не его дело. Но и принимать такое предложение, тоже фу!
Димас не менее выразительно помолчал.
Он только что из тюрьмы, ему обратно неохота. А потому… пока можно и королевскую затею поддержать. И заговорил о другом.
- Ты мне потом бумаги предоставь, я хочу все видеть, что у нас с делами, что с деньгами.
- Да, эрр.
- А потом и думать будем…
- Да, эрр.
Это было уже произнесено намного более довольным тоном. Митор понял, что хозяин не дурак, дважды одними и теми же граблями себе по лбу не зарядит, значит, можно покамест и успокоиться. Ненадолго.
А потом выполнять, что хозяин прикажет. А король…
Что – король?
Есть пределы любой благодарности и преданности, есть. Иоанн их перешел, а если он сам этого не понимает… это – его проблемы.
Димас же ничего забывать и прощать не собирался. Белые и пушистые канцлеры – это персонажи детских сказок. В жизни же, там и характер есть, и мстительность, и желание сожрать своего врага… да много чего! А Димас и наверх пролез, и сколько лет за свой пост держался.
Раньше все было в интересах Иоанна. А сейчас…
Будет исключительно в интересах самого Димаса. Не понравилось мужчине в тюрьме, вот совсем не понравилось.
Валент Эрсон опрокинул в глотку стакан с ромом.
Хор-рошо пошло!
Сразу и полегче стало, и мысли поганые пропали. Повезло ему, не арестовали, и повезло по понятной причине. Не нашли.
Не было Валента дома.
Мужчина же! Ему развлечения нужны, вот он и пошел в бордель, из таких, особенных. Где можно и то, и это, и не обязательно с девочками. Да, был за Валентом и такой грешок.
Только узнают – Виталис бы сам за такое в семье ему голову оторвал. Приходилось скрываться. А сейчас и просто – приходилось. Эрсоны арестованы, Диана в тюрьме… Валент справедливо полагал, что появись он дома, схватят и его. Только вот ничем он своим родственничкам не поможет. Разве что героически помрет вместе с ними, на одной плахе. А ему такое не надо!
Лучше он на свободе останется… вот и пьянствовал он в одной из портовых таверн. Правда, в меру. Не напиваясь до свинского состояния, только расслабляясь, чтобы легче было уснуть.
Мысли крутились невеселые.
Конечно, кое-какая заначка у него есть, а вот только… кому он нужен? Куда податься безземельному эрру, все достоинство которого – безукоризненное выполнение поручений старшего брата? Вот в каком государстве такое надобно?
Не знаете?
Ну, и Валент не в курсе.
Пока еще деньги у него есть… так что Валент принял самое простое решение.
Ждать.
Подождать месяц, и посмотреть, что дальше будет. Так-то он не пропадет, лучше ли, хуже, но устроится, но пока уезжать не хотелось. Может, Иоанн всех простит, может, еще что случится…
Надо ждать.
И Валент опрокинул еще стакан рома. Можно ведь ждать – и спать одновременно, так тоже неплохо!
Серая крыса бежала по подземелью.
Нельзя сказать, что она голодала или ее обижали другие крысюки. Размерами эрр Расмус удался, раза в два крупнее обычной помоечной крысы, то есть крысака. Конкурентов у него среди крыс не было, а людям на глаза он старался не попадаться. Крысе было, где жить и спать, было, что покушать. Но…
Именно – но!
Превратиться в человека эрр Расмус просто не мог. Никак не мог!
Он пытался и так, и этак, но… ничего не получалось. Крыса оставалась крысой… и может, так было даже и лучше? Крысу хотя бы не казнят! Дианка, зараза! Точно, эта дура где-то прокололась, а Иоанн не настолько идиот, уж у себя под носом-то он измену разглядеть может!
Он и начал… Расси уже слышал и про арест Эрсонов, и про арест королевы, и про возвращение из тюрьмы Бустона… нет, это не к добру. Точно не к хорошему.
И что было делать бедному эрру Расмусу?
А что он вообще может сделать? Да ничего, просто пока оставаться в таком виде. Так безопаснее. А вот потом, все разрешится, перестанут его искать, и он… придумает он, куда деться! Или вот так, крысой, на корабль проберется, да и отчалит в тот же Картен. К примеру!
Все не на плаху. А уж как ему устроиться… за это Расси никогда не переживал. Пока есть бабы, он устроится. Все они… дуры! На его памяти только одна королева не поддалась его чарам…. Вот это женщина. А остальные…
Найдет он, кому на шею сесть! Вот!
- Шагрен! – Рэн смотрел на серый остров в голубой дымке.
Бертран был далек от романтизма, а потому…
- Вулкан у вас всегда так дымится?
Рэн сощурился.
- Когда я уезжал, было меньше.
Друзья переглянулись. Кое-что ее величество им рассказала, что сама помнила из научпопа. И парни приняли это к сведению. Убедительно оно как-то звучало.
Нельзя сказать, что Мария была опытным вулканологом, но тут и «Земля Санникова», и Жюль Верн, и Хаггард, и последние дни Помпеи во всех видах… хочешь, не хочешь, а что-то в голове застрянет. И про спящие вулканы, и про пробуждение…
Признаки пока не радовали.
- Эрры, - капитан вел себя крайне вежливо. И то, с сопроводительными письмами от Марии, адмирала, да еще и Саймона, до кучи... кто их знает, этих таинственных незнакомцев? Лучше с ними себя вести, как с тухлым яйцом, авось, целее будешь! – Скоро мы бросим якорь. Какие будут приказания?
Рэн пожал плечами.
Они все уже обговорили с Бертраном, и чего тут приказывать?
- Я отправлюсь в город. Мой друг останется. Если что… он знает, что нужно делать.
Капитан кивнул.
- Его величество Саймон приказал оказать вам любое содействие. Еще раз повторюсь, вы можете обратиться ко мне с любой просьбой.
Рэн вежливо поблагодарил. Но…
О чем тут просить? Что говорить?
Судьба Шагрена, да и самого Рэна, висит на волоске. И многое зависит от императора, а объявлять войну Шагрену Саймон не будет. Или вдруг? Он намекал, что двуипостасные для него ценнее всего острова, вместе с его обитателями взятого, но Рэн такого принять не мог.
Это его дом. И его судьба.
Берт почувствовал настроение друга, и хлопнул его по плечу.
- Не переживай, Рэн, а то не переживешь! Мы же вместе, мы справимся!
И на душе у чернозубого стало чуточку легче. Ведь если есть друзья, значит, не все так безнадежно? Правда же?
Если понял чужой на Шагрене Бертран, то и брат тоже должен понять. И император. И это Рэну предстояло проверить в самое ближайшее время.
Увы – на своей шкуре.
- Брат!!!
Сказать, что Ишуро Тори был рад видеть своего брата? О, это почти ничего не значило! Император нервничал, император расспрашивал своего слугу про Рэна, а что мог сказать Ишуро? Только одно.
Подождите, ваше величество!
Рэн справится и вернется! Обязательно!
И вот – стоит!
Похудевший, повзрослевший, со шрамами, с первой сединой в волосах… мальчишка же. И на груди у него явственно виден под рубашкой камень.
- Ты вернулся!!!
Конечно, Ишуро больше радовался за брата! Не за свою же карьеру, правда? Но…
- Да, брат, - чуть расслабился Рэн.
И был тут же заключен в братские крепкие объятия.
- Живой!!!
Впрочем, период умиления продлился недолго, может, секунд десять. А потом…
- Рэн, расскажи мне, скорее, достиг ли ты цели?
Рэн медленно кивнул.
- Да, можно сказать и так. Я чудом нашел человека, благословенного Многоликим.
Ишуро едва не осел, где стоял.
- И!? Где он?! На корабле?! Надо скорее послать за ним, и к императору… сейчас ты переоденешься, и скорее, во дворец! Я отправлю слугу, нас будут ждать!
Рэн вздохнул.
- Не на корабле, брат. Я не смог привезти сюда этого человека.
- П-почему?! – сел голос у Ишуро.
- Я привез нечто более ценное. Но я могу это открыть только Императору.
Ишуро подумал пару минут.
- Рэн… ты уверен?
- Я дал слово. Прости, брат, но я не могу его нарушить!
Ишуро вздохнул.
- Ладно. Иди в свои покои, я пришлю к тебе слуг. А потом мы отправимся во дворец.
Рэн качнул головой
- Ни к чему тянуть. Император ждет, а вулкан НЕ ждет. Каждая минута может быть опасна для Шагрена. Каждая…
Ишуро вспомнил, как раскачивало и трясло остров, вспомнил, как рушились дома, словно были сделаны из тонкой бумаги…
И так он смотрел, что даже слов у женщины не осталось. Никогда на нее так не смотрели, ни в той жизни, ни в этой. Как на что-то очень драгоценное, чудом оказавшееся рядом. Даже не в руках – тут и притронуться боязно, чтобы не разбить, не сломать, не испачкать…
Просто рядом оказалось ЧУДО.
Или счастье.
Такое хрупкое, недосягаемое, словно огонек свечи на ладони, и даже смотреть иногда страшно… словами солгать можно. А вот таким взглядом – не получится. И змея внутри тоже понимала, он искренен. До последнего жеста, последнего слова, последней капли крови: умирать будет – ее позовет.
Мария медленно опустилась на колени.
- Рикардо…
Поцелуй получился сладко-соленым. Кажется, кто-то плакал?
Да нет, это просто кажется. Змеи – они же плакать не умеют, правда? Это просто ветер принес им морскую соль… это просто морской шаловливый ветер.
***
Опомнились они не сразу. Минут через пятнадцать…
- Прости, - отпрянул Рикардо.
Мария лукаво улыбнулась.
- За что? Мне понравилось.
Адмирал, в очередной раз поставленный в тупик женской логикой, только развел руками.
- Я… я знаю, я не должен был так поступать.
Мария тряхнула головой. И приняла жесткое, но необходимое решение.
- Ты не должен, я не должна, но это уже есть. И мы уже не откажемся от этого счастья. Поэтому… нам придется подождать до столицы. Там мне надо будет решить что-то с Иоанном, и я надеюсь, мы сможем быть вместе.
Рикардо поднял брови.
- Думаешь, король тебя отпустит?
Мария рассмеялась уже в голос. Весело и искренне.
- Пусть удерживает! Я готова делить с ним ложе каждую ночь! Но исключительно в змеином облике! Интересно, ему понравится?
Рикардо представил себе эту картину, потом, кажется, вообразил что-то донельзя пошлое, захохотал, поперхнулся, Мария едва успела помочь, по спине постучала.
- Живой?
- Да. Ох, что-то мне кажется, Иоанну не все понравится.
Мария смотрела с видом абсолютной невинности. Если так можно сказать о глазах, которые становились на ее лице то человеческими, то змеиными, меняли цвет, меняли зрачок…
- У вас, мужчин, такие интересные вкусы иногда бывают. А вдруг?
Рикардо в этом сомневался. Но спорить не стал, и руку своей королеве поцеловал.
- Ты великолепна.
Мария качнула головой.
- Я самая обычная женщина, Рикардо. Такая же, как все.
Вторую часть фразы: «обычная женщина двадцать первого века. Обычная русская женщина.» она предусмотрительно проглотила. У женщины ведь и секреты быть должны, правда же?
- Ты – чудо Многоликого. И мое личное чудо. И я тебя безумно люблю!!!
За что адмирал и был награжден еще одним поцелуем. Но – не больше.
Пока ничего не разрешится, лучше не усугублять свое положение. Как?
А хвост змеиный его знает, как именно. Было у Марии одно печальное подозрение… если двуипостасные появляются реже… то есть из пяти детей у двуипостасной парочки второй облик унаследуют двое-трое, а то и вовсе один ребенок, то…
Спорим, они обязаны быть плодовитыми? Чтобы передать рецессивный ген дальше. И в пользу этой гипотезы говорит ее беременность. Ведь один раз с Иоанном в постели оказались, и сразу – готово! А если с Рикардо?
А если она опять забеременеет? Да еще и плод будет не один, такое же тоже может быть. Змеи вообще многоплодные, кажется? По одному змеенышу они не рожают?
А тут с одной стороны гад, с другой гадина…
Лучше не рисковать.
Рикардо пока это знать не обязательно, ему и поцелуев хватит, а вот Мария сомневалась. А мужчин не надо лишать иллюзий.
Глава 5
- Ваше величество!
- Эрра Розабелла! – подскочила на кровати Диана.
Эрра поклонилась экс-королеве.
- Да, это я, ваше величество.
- Эрра! – Диана сейчас к кому угодно бы кинулась за утешением. А тут сообщница, как ни крути. – Эрра, что нам делать?! Что вообще произошло?!
Розабелла закатила глаза.
- Что произошло? Ваше величество, вы где-то умудрились проколоться, и ваш муж узнал про Расмуса.
- Боги!!!
- Но тут нам повезло.
- А?!
Розабелла закатила глаза.
- Слушайте меня внимательно, ваше величество. Очень внимательно. Вы кому-то и что-то говорили?
- Нет! – взвизгнула Диана. – Кому? А… дяде… я намекнула…
Розабелла выдохнула.
- А, это ничего, это не страшно.
Эрсон молчать будет, это понятно. Вот кто бы другой…
- Что – не страшно?!
Диана, оказавшись рядом с другим человеком, да еще таким, на которого можно выплеснуть все и сразу, быстро впадала в истерику.
Розабелла схватила королеву за плечи, крепко встряхнула.
- Цыц, дура! Молчи и слушай!
Подействовало. Диана замолчала и уставилась круглыми глазами на эрру. Та ухмыльнулась.
- Ко мне ночью ввалились король, с сопровождающими, и король сразу направился в спальню, ждать вас. Вы ему ничего не говорили?
Диана вспомнила все, что происходило в спальне, и почувствовала, как внизу заныло.
- Нет.
- Вот и отлично. Я тоже. А эрр Вейнард умудрился сбежать.
- Слава богам!!!
- Понятно, что слава богам. Не поймают – не допросят – можно говорить, что вашей душе угодно, - разъяснила цепочку эрра Розабелла. Диана затрясла головой.
- О чем говорить?
- Ни о чем. Ничего ведь не было, правда?
- А… - Диана вспомнила про «кусок сала». Как оказалось, Розабелла это тоже помнила.
- Ваше величество, нам надо говорить одно и то же. Я сказала, что вы приходили ко мне за зельем для пышности.
- Че-го?
Розабелла показала жестом на себе. На своем бюсте, выразительно приподняв его.
- Вот чего! Чтобы вот это росло, надо сало есть, понятно?
Диана закивала.
- Д-да…
- Вот, а королеве не подобает, и я вам его доставала потихоньку. Вы за салом и пришли.
- В постель?
Полной дурой Диана не была.
- И что? Вы устали, хотели отдохнуть, полежать, и тут – такое! Вы растерялись, и кто бы не растерялся? А потом король и слова вам не дал сказать. Вы ж имен не называли?
Диана замотала головой.
- Вот. Остальное король сам придумал, сам и обиделся. А все совсем не так, понятно?
Диана кивнула.
Конечно, шито белыми нитками, но если король ее любит, он поверит. Он ведь любит ее? Правда же? Скажите пожалуйста, что это правда!!!
***
- Эрр!
Димас Бустон и ахнуть не успел, как попал в руки своих слуг.
И завертелось!
Канцлера обнимали, тормошили, тискали, орошали слезами… даже просто верещали от восторга.
- ЭРР!!!
Димаса домашние любили.
Так что минут двадцать – и вот уже все более-менее спокойно, и Димаса потащили в дом. Верный Митор уже успел организовать все, и первым делом Димас почти упал в горячую ванную.
- Хорошо!
- Эрр…
Мужчина поднес Димасу кубок вина с пряностями. Димас отпил и расслабился.
Впервые за столько времени…
- Митор, расскажи, что было?
- Как вас арестовали, эрр? Я слуг собрал, кого рассчитал, кого выгнал, самых верных оставил. Кое-как дом поддерживать хватало, деньги были. Потом ваш кузен приехал.
- Марк…
- Про молодого хозяина вы знаете, эрр, - Митор не спрашивал, утверждал.
- Марк его увез?
- Обещал отвезти в свое поместье, письмо написал, отправил молодого эрра в Картен.
Димас довольно улыбнулся.
- Жена? Дочери?
- Их предупредили письмом, так что все обошлось. Ваши поместья, конечно, приказано конфисковать, но…
- Думаю, мне их вернут. Король мне предложил опять должность канцлера.
Митор скривился так выразительно, что понятно стало без слов. Короля осуждать, оно, конечно, не его дело. Но и принимать такое предложение, тоже фу!
Димас не менее выразительно помолчал.
Он только что из тюрьмы, ему обратно неохота. А потому… пока можно и королевскую затею поддержать. И заговорил о другом.
- Ты мне потом бумаги предоставь, я хочу все видеть, что у нас с делами, что с деньгами.
- Да, эрр.
- А потом и думать будем…
- Да, эрр.
Это было уже произнесено намного более довольным тоном. Митор понял, что хозяин не дурак, дважды одними и теми же граблями себе по лбу не зарядит, значит, можно покамест и успокоиться. Ненадолго.
А потом выполнять, что хозяин прикажет. А король…
Что – король?
Есть пределы любой благодарности и преданности, есть. Иоанн их перешел, а если он сам этого не понимает… это – его проблемы.
Димас же ничего забывать и прощать не собирался. Белые и пушистые канцлеры – это персонажи детских сказок. В жизни же, там и характер есть, и мстительность, и желание сожрать своего врага… да много чего! А Димас и наверх пролез, и сколько лет за свой пост держался.
Раньше все было в интересах Иоанна. А сейчас…
Будет исключительно в интересах самого Димаса. Не понравилось мужчине в тюрьме, вот совсем не понравилось.
***
Валент Эрсон опрокинул в глотку стакан с ромом.
Хор-рошо пошло!
Сразу и полегче стало, и мысли поганые пропали. Повезло ему, не арестовали, и повезло по понятной причине. Не нашли.
Не было Валента дома.
Мужчина же! Ему развлечения нужны, вот он и пошел в бордель, из таких, особенных. Где можно и то, и это, и не обязательно с девочками. Да, был за Валентом и такой грешок.
Только узнают – Виталис бы сам за такое в семье ему голову оторвал. Приходилось скрываться. А сейчас и просто – приходилось. Эрсоны арестованы, Диана в тюрьме… Валент справедливо полагал, что появись он дома, схватят и его. Только вот ничем он своим родственничкам не поможет. Разве что героически помрет вместе с ними, на одной плахе. А ему такое не надо!
Лучше он на свободе останется… вот и пьянствовал он в одной из портовых таверн. Правда, в меру. Не напиваясь до свинского состояния, только расслабляясь, чтобы легче было уснуть.
Мысли крутились невеселые.
Конечно, кое-какая заначка у него есть, а вот только… кому он нужен? Куда податься безземельному эрру, все достоинство которого – безукоризненное выполнение поручений старшего брата? Вот в каком государстве такое надобно?
Не знаете?
Ну, и Валент не в курсе.
Пока еще деньги у него есть… так что Валент принял самое простое решение.
Ждать.
Подождать месяц, и посмотреть, что дальше будет. Так-то он не пропадет, лучше ли, хуже, но устроится, но пока уезжать не хотелось. Может, Иоанн всех простит, может, еще что случится…
Надо ждать.
И Валент опрокинул еще стакан рома. Можно ведь ждать – и спать одновременно, так тоже неплохо!
***
Серая крыса бежала по подземелью.
Нельзя сказать, что она голодала или ее обижали другие крысюки. Размерами эрр Расмус удался, раза в два крупнее обычной помоечной крысы, то есть крысака. Конкурентов у него среди крыс не было, а людям на глаза он старался не попадаться. Крысе было, где жить и спать, было, что покушать. Но…
Именно – но!
Превратиться в человека эрр Расмус просто не мог. Никак не мог!
Он пытался и так, и этак, но… ничего не получалось. Крыса оставалась крысой… и может, так было даже и лучше? Крысу хотя бы не казнят! Дианка, зараза! Точно, эта дура где-то прокололась, а Иоанн не настолько идиот, уж у себя под носом-то он измену разглядеть может!
Он и начал… Расси уже слышал и про арест Эрсонов, и про арест королевы, и про возвращение из тюрьмы Бустона… нет, это не к добру. Точно не к хорошему.
И что было делать бедному эрру Расмусу?
А что он вообще может сделать? Да ничего, просто пока оставаться в таком виде. Так безопаснее. А вот потом, все разрешится, перестанут его искать, и он… придумает он, куда деться! Или вот так, крысой, на корабль проберется, да и отчалит в тот же Картен. К примеру!
Все не на плаху. А уж как ему устроиться… за это Расси никогда не переживал. Пока есть бабы, он устроится. Все они… дуры! На его памяти только одна королева не поддалась его чарам…. Вот это женщина. А остальные…
Найдет он, кому на шею сесть! Вот!
***
- Шагрен! – Рэн смотрел на серый остров в голубой дымке.
Бертран был далек от романтизма, а потому…
- Вулкан у вас всегда так дымится?
Рэн сощурился.
- Когда я уезжал, было меньше.
Друзья переглянулись. Кое-что ее величество им рассказала, что сама помнила из научпопа. И парни приняли это к сведению. Убедительно оно как-то звучало.
Нельзя сказать, что Мария была опытным вулканологом, но тут и «Земля Санникова», и Жюль Верн, и Хаггард, и последние дни Помпеи во всех видах… хочешь, не хочешь, а что-то в голове застрянет. И про спящие вулканы, и про пробуждение…
Признаки пока не радовали.
- Эрры, - капитан вел себя крайне вежливо. И то, с сопроводительными письмами от Марии, адмирала, да еще и Саймона, до кучи... кто их знает, этих таинственных незнакомцев? Лучше с ними себя вести, как с тухлым яйцом, авось, целее будешь! – Скоро мы бросим якорь. Какие будут приказания?
Рэн пожал плечами.
Они все уже обговорили с Бертраном, и чего тут приказывать?
- Я отправлюсь в город. Мой друг останется. Если что… он знает, что нужно делать.
Капитан кивнул.
- Его величество Саймон приказал оказать вам любое содействие. Еще раз повторюсь, вы можете обратиться ко мне с любой просьбой.
Рэн вежливо поблагодарил. Но…
О чем тут просить? Что говорить?
Судьба Шагрена, да и самого Рэна, висит на волоске. И многое зависит от императора, а объявлять войну Шагрену Саймон не будет. Или вдруг? Он намекал, что двуипостасные для него ценнее всего острова, вместе с его обитателями взятого, но Рэн такого принять не мог.
Это его дом. И его судьба.
Берт почувствовал настроение друга, и хлопнул его по плечу.
- Не переживай, Рэн, а то не переживешь! Мы же вместе, мы справимся!
И на душе у чернозубого стало чуточку легче. Ведь если есть друзья, значит, не все так безнадежно? Правда же?
Если понял чужой на Шагрене Бертран, то и брат тоже должен понять. И император. И это Рэну предстояло проверить в самое ближайшее время.
Увы – на своей шкуре.
***
- Брат!!!
Сказать, что Ишуро Тори был рад видеть своего брата? О, это почти ничего не значило! Император нервничал, император расспрашивал своего слугу про Рэна, а что мог сказать Ишуро? Только одно.
Подождите, ваше величество!
Рэн справится и вернется! Обязательно!
И вот – стоит!
Похудевший, повзрослевший, со шрамами, с первой сединой в волосах… мальчишка же. И на груди у него явственно виден под рубашкой камень.
- Ты вернулся!!!
Конечно, Ишуро больше радовался за брата! Не за свою же карьеру, правда? Но…
- Да, брат, - чуть расслабился Рэн.
И был тут же заключен в братские крепкие объятия.
- Живой!!!
Впрочем, период умиления продлился недолго, может, секунд десять. А потом…
- Рэн, расскажи мне, скорее, достиг ли ты цели?
Рэн медленно кивнул.
- Да, можно сказать и так. Я чудом нашел человека, благословенного Многоликим.
Ишуро едва не осел, где стоял.
- И!? Где он?! На корабле?! Надо скорее послать за ним, и к императору… сейчас ты переоденешься, и скорее, во дворец! Я отправлю слугу, нас будут ждать!
Рэн вздохнул.
- Не на корабле, брат. Я не смог привезти сюда этого человека.
- П-почему?! – сел голос у Ишуро.
- Я привез нечто более ценное. Но я могу это открыть только Императору.
Ишуро подумал пару минут.
- Рэн… ты уверен?
- Я дал слово. Прости, брат, но я не могу его нарушить!
Ишуро вздохнул.
- Ладно. Иди в свои покои, я пришлю к тебе слуг. А потом мы отправимся во дворец.
Рэн качнул головой
- Ни к чему тянуть. Император ждет, а вулкан НЕ ждет. Каждая минута может быть опасна для Шагрена. Каждая…
Ишуро вспомнил, как раскачивало и трясло остров, вспомнил, как рушились дома, словно были сделаны из тонкой бумаги…
