Подготовлюсь и разведаю какой-нибудь нефтеперегонный терминал или даже завод. Потом сообщу, что армянская диверсионная группа, взорвавшая коллектор и минировавшая кабеля на вокзале, заложила заряды на нефтеперегонном терминале. Что будут делать азеры? Объявят эвакуацию работников, остановят работу терминала и станут искать заложенные заряды. Долго будут искать. Будут искать, пока не найдут. Вот только они их никогда не найдут. Не найдут просто потому, что их там не будет. Потом возобновят работу терминала. Вот только люди, работники этого производства, будут знать, что бомбы-то не нашли. Это Баку, никакие секреты тут невозможны! Обязательно будут знать. Так как им работать на минном поле? Вот тебе, Джан, настоящий политический резонанс, а уж дестабилизация обстановки в городе - круче не придумать. Экономический ущерб при этом - колоссальный! Сколько нужно сбросить на Баку бомб, чтобы не менее чем на неделю остановить работу нефтеперерабатывающего терминала? Оказывается, достаточно шести шашек тротила, двух телефонных звонков и одного творчески мыслящего диверсанта. Вот она, настоящая диверсионная работа, а не взрывы купе в поездах с мирно спящими людьми».
В итоге Егор решил действовать по ситуации. Теперь он один в поле воин, и его жизнь в его руках. Будет она печальной и короткой или счастливой и долгой - зависит от него и от её величества Фортуны!
Ошибки резидента.
Если что-то может пойти не так, то оно пойдет не так.
Закон Мерфи.
Фирма «Ляман».
Вернувшись в Баку, Егор поселился у Марины и решил больше времени уделить работе в фирме «Ляман» у Софы. Софа арендовала два кабинета на Бакинской киностудии. В Баку бизнесом повально занимались все кому не лень, но с одинаковым результатом, дальше пустых разговоров ничего не уходило. Софа Филькинштейн возложила на Егора Каминского обязанности эксперта-консультанта. Вскоре уже никто не мог пройти к ней в кабинет, не побеседовав предварительно с Каминским. Тот бизнесмен-бычара, который наезжал на Софу и которого они собирались взорвать, оставил её в покое. Он потерял свою крышу, так как Гейдар Алиев расставлял на ключевые позиции в стране своих людей, а те, в свою очередь, своих. Новая власть, новые лица. В фирме «Ляман» ещё работали двое. Бухгалтер Валера и секретарь Наташа. Валера, ровесник Егора, типичный русский бакинец, растерявший величие русского человека и набравшийся азербайджанских пороков. Наташа, тридцати пяти лет, тоже типичная русская бакинка. Замужем. Живущая за счёт любовников. У Валеры был свой кабинет, бухгалтерия, а вот Егор и Наташа расположились за столами в небольшой приемной у входа в кабинет Софы.
Наступило жаркое и сухое бакинское лето. В приёмной, где теперь восседал Егор, стоял холодильник. Увы, кабинеты не были оснащены кондиционерами. В те времена от жары использовали массово вентиляторы, а кондиционеры - большая редкость. Каминский же нашёл свой способ борьбы с жарой. Он, идя на работу, покупал в магазине две бутылки шампанского. Надо сказать, что азербайджанское шампанское давало фору даже французскому. Брал Егор самое лучшее, «Жемчужина Азербайджана», но по совершенно смешной цене. Фишка же этой жемчужины заключалась в том, что этот брют делался из отличного винограда, но он имел ещё и лёгкую приятную кислинку. Егор весь день, сидя в офисе, потягивал шампанское. Софа не возражала, у Каминского всегда была ясная голова, несмотря на выпитые им полтора литра шампанского за день.
В один из таких рабочих дней в приёмную ввалился толстый мент в звании капитана. Он направился прямиком к двери кабинета Софы. Путь ему преградил Егор. Мент сначала не понял и попытался обойти Каминского, но не тут-то было.
- А! Ты кто, да, такой? Дай пройти! - возмутился капитан.
- Я эксперт-консультант у Софы и по совместительству секюрити, а вот Вы кто такой будите, доблестный муж в форме стража правопорядка? - от этих слов мент завис! Он никак не мог понять. Его сейчас похвалили или обругали? Он отступил на два шага назад и смотрел растерянно на Каминского. Наташа, закрыв лицо руками, вздрагивала и из последних сил сдерживалась, чтобы не расхохотаться в голос.
- Вы присядьте, уважаемый! Присядьте, в ногах правды нет, говорят, её и выше нет, - предложил Каминский менту. Наташа выскочила из приёмной, и уже в коридоре раздался её смех. Затем хлопнула дверь бухгалтерии, и смех стих. Капитан сел на стул, но он никак не мог понять, что же ему говорит этот русак. Вроде говорит по-русски, но непонятно что. Мент-то таких слов никогда не то чтобы не знал, он их и не слышал.
- Можно узнать, кто Вы есть такой, мой доблестный страж? - поинтересовался Каминский у мента. Только тот сидел на стуле и смотрел непонимающе на Егора.
- Документы твои покажи мне, да! - перейдя на бакинский говорок, повысил голос, Егор. Мент достал удостоверение, а Егор ловко выхватил его у него из рук. Открыв ментовскую ксиву, стал изучать. Внимательно изучив удостоверение, Каминский протянул руку с удостоверением к менту и стал сравнивать фото на нём с физиономией капитана и неожиданно заявил ему:
- Нос на фотографии не тот. Не тот нос. Ты что, с другим носом фотографировался, да? – Егор вспомнил любимый свой фильм «Берегите женщин» и вставил в разговор хохму из фильма. Мент окончательно впал в прострацию, он ошалело смотрел на Каминского. В дверях корчились от смеха теперь уже Наташа и Валера, а капитан застыл в ступоре. Егор знал, что бакинские полицейские практиковали поборы бизнесменов. Они запросто вламывались в офисы и требовали денег. Брали немного, не жадничали, но уж слишком часто. Егор решил положить этой порочной практике конец, по крайней мере, в офисе Софы.
- Ты здесь, капитан, по службе ли так, погулять вышел? - Мент молчал, продолжая смотреть
на Егора. Каминский снял телефонную трубку. Найдя в справочнике Отделение полиции Наримановского района Баку, откуда был капитан, судя по удостоверению, стал набирать номер начальника отделения, заявив капитану:
- Вот сейчас узнаем у твоего начальника, ты тут по служебным делам или пришёл деньги вымогать, пользуясь служебным положением, а это, мой друг, преступление. - Неизвестно, чем бы всё это закончилось, не распахнись дверь кабинета хозяйки фирмы и появившаяся в дверях Софа, окинув взглядом приёмную, обратилась к Егору.
- Егор! А что тут происходит? - Потом, улыбнувшись менту, спросила его:
- Мамед, а ты чего не заходишь ко мне? Чего сидишь в приёмной? – дар речи к менту ещё не вернулся, и он, сложив ладони как при намазе, только указал ими на Каминского.
Софа перевела взгляд на Егора, ожидая разъяснений. Каминский понял, что переборщил. Он, покашляв, вернул менту его служебное удостоверение. Положил трубку на рычаги, невинным взглядом посмотрел на Софу. Мент поднялся. Не поворачиваясь спиной к Егору, пятясь, вошёл в кабинет Софы. Она закрыла за ним дверь. Наташа и Валера сидели на корточках в углу приёмной и только всхлипывали, смеяться у них сил уже не было.
- Ну чего ржёте? Всё! Цирк уехал! Сказать не могли, что это Софы знакомый? – те только махали руками и икали. Каминский открыл холодильник и налил бокал «жемчужины». Выпив шампанское, сказал:
- Ну и на старуху бывает проруха. Откуда мне знать всех её друзей. Через полчаса открылась дверь кабинета Софы, из неё вышел капитан. Он, не спуская глаз с Егора, ничего не говоря и не прощаясь, двигаясь бочком выше в коридор. Появившаяся за ним Софа, улыбаясь, сказала Егору:
- Здорово ты его напугал! Сказал, что с таким шайтаном он ещё не сталкивался. Ты его просто ошарашил. Всё спрашивал, где я такого ловкого помощника нашла. - Егор победоносно посмотрел на Наташу, говоря ей своим видом: «Ну, видишь! Ржала тут как лошадь!».
Софа и Егор решили расширить рынок, на котором могла бы ещё работать фирма «Ляман». Решено изучить рынок города Тулы. Где у Каминского остались контакты, Ольга, у которой Егор жил, когда был челноком. Софа подумывала открыть чайхану. В Баку в чайхане недостатка не было, на каждом углу стояли, но Софа хотела в своей чайхане поставить тульские электрические самовары. Каминский нашёл в записной книжке, только это на самом деле был ежедневник, телефон Ольги из Тулы. Ему удалось с офиса фирмы дозвониться до Тулы. Трубку сняла Ольга:
- Привет, Оля! Это Егор, узнала меня?
- Узнала. Удивлена твоему звонку. После той бурной ночи, которую ты провёл с моей сестрой, я была уверена, что ты не осмелишься мне ни звонить, ни встречаться со мной.
- Оля, что было, то было. Чего теперь вспоминать. Я тебе звоню по делу. Я сейчас работаю в Баку. Занимаюсь бизнесом. Тут серьёзные люди заинтересовались вашими электрическими самоварами. Ты можешь на этом деле хорошо заработать.
-Что нужно делать? – сразу перешла на деловой тон Ольга. Как говорится, блядство
и бизнес - разные понятия, и не стоит их путать.
-Узнай, где, почём и сколько можно взять самоваров, только электрических, и,
главное, какого объёма. Потом перезвоню. Так скажем, в середине августа. Обговорим все детали, цены и твою долю. Если пробная партия пройдёт успешно, то обсудим постоянные поставки. Будешь иметь от меня не только зарплату, но и процент от сделки.
- Сколько первая партия?
- Думаю, два десятка для начала хватит.
- Договорились! Всё узнаю, и к середине августа жду твоего звонка. – Егор положил трубку на рычаг аппарата и посмотрел на Софу.
- Что у тебя там за история с её сестрой? – поинтересовалась Софа, а Наташа навострила уши.
- Обычная история. Я спал с этой Ольгой и как-то переспал и с её сестрой. Вот она
в претензии.
- Понятно! – ответила Софа, а Наташа оценивающе посмотрела на Егора.
Также Егор и Софа решили проработать вопрос отправки в Калининградскую область цистерны вина. Егор заверил Софу, что в Славске у него есть человечек, который готов заниматься вином на месте. Одна была проблема с этой цистерной. Это как её в целости и сохранности довести до Калининграда и не получить в итоге вино, разбавленное на половину водой. Сами железнодорожники сливали из цистерн всё, что находилось на путях, а потом разбавляли до необходимого объёма. Вино, коньяк, спирт водой, бензин соляркой, солярку той же водой. Бизнесмены порой нанимали вооружённую охрану. Охрана следовала с цистернами по всему маршруту перевозки, расположившись на подножках вагонов или тех же цистерн. Росли накладные расходы, и они сильно повышали конечную стоимость товара.
Бакинский базар
В один из дней, когда Марина была на работе, а Егору нечего было делать в офисе, Софа работала с документами дома. Он решил сходить на бакинский базар. Именно базар, а не рынок, как принято говорить в Баку, но так говорили и в родном Егора Минске во времена его детства. Посещение бакинского базара запомнилось ему на всю жизнь. Егор в своё время сам торговал на рынке и товарами, и свининой, но восточный базар - это что-то особенное, и особенные там оказались продавцы.
Первое, что бросилось Егору в глаза, на базаре торговали только мужчины. Среди покупателей были женщины, и самое забавное, что русские женщины покупали продукты сами, а вот азербайджанки сопровождали своих мужей. Именно сопровождали. Торговались и покупали мужчины, а женщины таскали за мужьями сумки с покупками. «Как в Мозамбике!» - подумал Егор. В этот день, ещё не знакомый с правилами восточного базара, Егор совершил роковую ошибку! Он решил рассмотреть получше кусок баранины и взял его в руки. Этого на базаре делать было нельзя. Теперь Каминский влип, и влип основательно. Азербайджанцы, эти виртуозные, талантливые торгаши, не упустили своего шанса развести этого русака! Не успел Каминский положить мясо на место, как возле него уже стояли три азера.
- А! Друг! Мясо не нравится, да? Ты прав, не очень хороший это кусок. Не буду тебя обманывать. Вот, да, смотри, какой хороший кусок, да! Смотри, он сам на шашлык просится, да! Я тебе, как гостю Баку, уступлю. Бери, не пожалеешь, да! Ну, совсем даром не отдам, но, конечно, не за просто так. Такого хорошего мяса и по такой цене ты на рынке не найдёшь. Егор посмотрел на предлагаемый ему кусок баранины, а свинины на базаре не было по понятным причинам. Свинина и её мясо по мусульманским законам - нечистое животное, и правоверному мусульманину к свинине даже прикасаться нельзя. Кусок баранины казался приличного размера, свежий, и цена, которую просил азер, действительно была невысокой. Егор попросил ему взвесить этот кусок. Продавец бросил мясо на весы и, не взвешивая, назвал цену в 100 манат. Егор согласился. Тогда этот азер, махнув рукой, бросил на весы ещё один кусок, на половину меньше того, что брал Каминский, и со словами:
- Это мой тебе подарок, друг. Бери почти даром, да! – почти даром оказалось ещё 50 манат. Каминский согласно кивнул головой. Завернув, мясо в бумагу и помогая положить его в авоську, которую Егор захватил из квартиры Марины, продавец прошептал ему на ухо:
- Слушай, да, дорогой. Слушай, только для тебя, пошли к моему брату, он рядом стоит, тоже торгует. Он тебе такого мяса даст на плов, пальчики скушаешь, да, не то, что оближешь. Твоя ханум-красавица приготовит тебе плов. У такого аскера, как ты, женщина обязательно красивая, да! – надо ли говорить, что Егор, конечно же, купил мясо у брата этого внимательного и заботливого продавца. Потом они вместе пошли покупать овощи и фрукты. Фасоль для лобия, сладкий перец, баклажаны, их называли в Баку «демьянки», знакомый уже Егору по Минску гранатовый соус «Наршараб». Потратив почти 250 манат, Каминский, закруженный, как ишак, покупками, вынужден был взять такси, в руках ему всего этого до Ахмедлов не дотащить.
Сидя на кухне у Марины, Егор смотрел на покупки и думал: «Блин! Зачем я столько всего накупил! Хорошо, что у Марины большой холодильник. Права была Татьяна, когда в Севане на рынке рассказывала мне о торговцах-азерах. Да, это не тупые армяне, самодовольные деревяшки-буратины из страны дураков». Марина в этот момент вернулась домой. Всплеснув руками, она, смотря на гору продуктов, спросила Егора:
- Егор! Что, предполагается наступление голода, что ты столько всего накупил?
- Нет, не предполагается. Это я, Марина, сходил на базар и сам не понимаю, на кой я всё это набрал. Они мне, эти торгаши, по ушам проехали и совсем голову заморочили. Казалось, всё так дёшево, а оставил на базаре 250 манат. Сходил, называется, за хлебушком. – Марина долго смеялась над Егором. Вскоре пришла и бабушка с внучкой. Марина сказала матери:
- Мама, посмотри, сколько продуктов Егор накупил! Теперь две недели ничего не покупай, покуда это не съедим.
Ночи Егор проводил в своей кровати в одиночестве. В другой комнате спали Марина с дочкой и её мать. Заниматься сексом Марина и Егор могли только урывками, когда дома не было ни бабушки, ни дочки.
Лайла.
Егор наведался в корреспондентский клуб и снова встретил там Лайлу. Надо сказать, что по своей красоте Лайла могла сравниться только с Джессикой с Мадагаскара, но у Лайлы была другая красота. Если Джессика - это просто секс-бомба, сводившая с ума любого мужчину, который видел её. Лайла, турчаночка двадцати лет, изящная, грандиозная, гордая осанка. Стройная, как лань, с черными, как у горной серны, под веерами-ресницами глазами и тонкими бровями, крыльями чайки на красивом личике.
В итоге Егор решил действовать по ситуации. Теперь он один в поле воин, и его жизнь в его руках. Будет она печальной и короткой или счастливой и долгой - зависит от него и от её величества Фортуны!
Глава пятая.
Ошибки резидента.
Если что-то может пойти не так, то оно пойдет не так.
Закон Мерфи.
Фирма «Ляман».
Вернувшись в Баку, Егор поселился у Марины и решил больше времени уделить работе в фирме «Ляман» у Софы. Софа арендовала два кабинета на Бакинской киностудии. В Баку бизнесом повально занимались все кому не лень, но с одинаковым результатом, дальше пустых разговоров ничего не уходило. Софа Филькинштейн возложила на Егора Каминского обязанности эксперта-консультанта. Вскоре уже никто не мог пройти к ней в кабинет, не побеседовав предварительно с Каминским. Тот бизнесмен-бычара, который наезжал на Софу и которого они собирались взорвать, оставил её в покое. Он потерял свою крышу, так как Гейдар Алиев расставлял на ключевые позиции в стране своих людей, а те, в свою очередь, своих. Новая власть, новые лица. В фирме «Ляман» ещё работали двое. Бухгалтер Валера и секретарь Наташа. Валера, ровесник Егора, типичный русский бакинец, растерявший величие русского человека и набравшийся азербайджанских пороков. Наташа, тридцати пяти лет, тоже типичная русская бакинка. Замужем. Живущая за счёт любовников. У Валеры был свой кабинет, бухгалтерия, а вот Егор и Наташа расположились за столами в небольшой приемной у входа в кабинет Софы.
Наступило жаркое и сухое бакинское лето. В приёмной, где теперь восседал Егор, стоял холодильник. Увы, кабинеты не были оснащены кондиционерами. В те времена от жары использовали массово вентиляторы, а кондиционеры - большая редкость. Каминский же нашёл свой способ борьбы с жарой. Он, идя на работу, покупал в магазине две бутылки шампанского. Надо сказать, что азербайджанское шампанское давало фору даже французскому. Брал Егор самое лучшее, «Жемчужина Азербайджана», но по совершенно смешной цене. Фишка же этой жемчужины заключалась в том, что этот брют делался из отличного винограда, но он имел ещё и лёгкую приятную кислинку. Егор весь день, сидя в офисе, потягивал шампанское. Софа не возражала, у Каминского всегда была ясная голова, несмотря на выпитые им полтора литра шампанского за день.
В один из таких рабочих дней в приёмную ввалился толстый мент в звании капитана. Он направился прямиком к двери кабинета Софы. Путь ему преградил Егор. Мент сначала не понял и попытался обойти Каминского, но не тут-то было.
- А! Ты кто, да, такой? Дай пройти! - возмутился капитан.
- Я эксперт-консультант у Софы и по совместительству секюрити, а вот Вы кто такой будите, доблестный муж в форме стража правопорядка? - от этих слов мент завис! Он никак не мог понять. Его сейчас похвалили или обругали? Он отступил на два шага назад и смотрел растерянно на Каминского. Наташа, закрыв лицо руками, вздрагивала и из последних сил сдерживалась, чтобы не расхохотаться в голос.
- Вы присядьте, уважаемый! Присядьте, в ногах правды нет, говорят, её и выше нет, - предложил Каминский менту. Наташа выскочила из приёмной, и уже в коридоре раздался её смех. Затем хлопнула дверь бухгалтерии, и смех стих. Капитан сел на стул, но он никак не мог понять, что же ему говорит этот русак. Вроде говорит по-русски, но непонятно что. Мент-то таких слов никогда не то чтобы не знал, он их и не слышал.
- Можно узнать, кто Вы есть такой, мой доблестный страж? - поинтересовался Каминский у мента. Только тот сидел на стуле и смотрел непонимающе на Егора.
- Документы твои покажи мне, да! - перейдя на бакинский говорок, повысил голос, Егор. Мент достал удостоверение, а Егор ловко выхватил его у него из рук. Открыв ментовскую ксиву, стал изучать. Внимательно изучив удостоверение, Каминский протянул руку с удостоверением к менту и стал сравнивать фото на нём с физиономией капитана и неожиданно заявил ему:
- Нос на фотографии не тот. Не тот нос. Ты что, с другим носом фотографировался, да? – Егор вспомнил любимый свой фильм «Берегите женщин» и вставил в разговор хохму из фильма. Мент окончательно впал в прострацию, он ошалело смотрел на Каминского. В дверях корчились от смеха теперь уже Наташа и Валера, а капитан застыл в ступоре. Егор знал, что бакинские полицейские практиковали поборы бизнесменов. Они запросто вламывались в офисы и требовали денег. Брали немного, не жадничали, но уж слишком часто. Егор решил положить этой порочной практике конец, по крайней мере, в офисе Софы.
- Ты здесь, капитан, по службе ли так, погулять вышел? - Мент молчал, продолжая смотреть
на Егора. Каминский снял телефонную трубку. Найдя в справочнике Отделение полиции Наримановского района Баку, откуда был капитан, судя по удостоверению, стал набирать номер начальника отделения, заявив капитану:
- Вот сейчас узнаем у твоего начальника, ты тут по служебным делам или пришёл деньги вымогать, пользуясь служебным положением, а это, мой друг, преступление. - Неизвестно, чем бы всё это закончилось, не распахнись дверь кабинета хозяйки фирмы и появившаяся в дверях Софа, окинув взглядом приёмную, обратилась к Егору.
- Егор! А что тут происходит? - Потом, улыбнувшись менту, спросила его:
- Мамед, а ты чего не заходишь ко мне? Чего сидишь в приёмной? – дар речи к менту ещё не вернулся, и он, сложив ладони как при намазе, только указал ими на Каминского.
Софа перевела взгляд на Егора, ожидая разъяснений. Каминский понял, что переборщил. Он, покашляв, вернул менту его служебное удостоверение. Положил трубку на рычаги, невинным взглядом посмотрел на Софу. Мент поднялся. Не поворачиваясь спиной к Егору, пятясь, вошёл в кабинет Софы. Она закрыла за ним дверь. Наташа и Валера сидели на корточках в углу приёмной и только всхлипывали, смеяться у них сил уже не было.
- Ну чего ржёте? Всё! Цирк уехал! Сказать не могли, что это Софы знакомый? – те только махали руками и икали. Каминский открыл холодильник и налил бокал «жемчужины». Выпив шампанское, сказал:
- Ну и на старуху бывает проруха. Откуда мне знать всех её друзей. Через полчаса открылась дверь кабинета Софы, из неё вышел капитан. Он, не спуская глаз с Егора, ничего не говоря и не прощаясь, двигаясь бочком выше в коридор. Появившаяся за ним Софа, улыбаясь, сказала Егору:
- Здорово ты его напугал! Сказал, что с таким шайтаном он ещё не сталкивался. Ты его просто ошарашил. Всё спрашивал, где я такого ловкого помощника нашла. - Егор победоносно посмотрел на Наташу, говоря ей своим видом: «Ну, видишь! Ржала тут как лошадь!».
Софа и Егор решили расширить рынок, на котором могла бы ещё работать фирма «Ляман». Решено изучить рынок города Тулы. Где у Каминского остались контакты, Ольга, у которой Егор жил, когда был челноком. Софа подумывала открыть чайхану. В Баку в чайхане недостатка не было, на каждом углу стояли, но Софа хотела в своей чайхане поставить тульские электрические самовары. Каминский нашёл в записной книжке, только это на самом деле был ежедневник, телефон Ольги из Тулы. Ему удалось с офиса фирмы дозвониться до Тулы. Трубку сняла Ольга:
- Привет, Оля! Это Егор, узнала меня?
- Узнала. Удивлена твоему звонку. После той бурной ночи, которую ты провёл с моей сестрой, я была уверена, что ты не осмелишься мне ни звонить, ни встречаться со мной.
- Оля, что было, то было. Чего теперь вспоминать. Я тебе звоню по делу. Я сейчас работаю в Баку. Занимаюсь бизнесом. Тут серьёзные люди заинтересовались вашими электрическими самоварами. Ты можешь на этом деле хорошо заработать.
-Что нужно делать? – сразу перешла на деловой тон Ольга. Как говорится, блядство
и бизнес - разные понятия, и не стоит их путать.
-Узнай, где, почём и сколько можно взять самоваров, только электрических, и,
главное, какого объёма. Потом перезвоню. Так скажем, в середине августа. Обговорим все детали, цены и твою долю. Если пробная партия пройдёт успешно, то обсудим постоянные поставки. Будешь иметь от меня не только зарплату, но и процент от сделки.
- Сколько первая партия?
- Думаю, два десятка для начала хватит.
- Договорились! Всё узнаю, и к середине августа жду твоего звонка. – Егор положил трубку на рычаг аппарата и посмотрел на Софу.
- Что у тебя там за история с её сестрой? – поинтересовалась Софа, а Наташа навострила уши.
- Обычная история. Я спал с этой Ольгой и как-то переспал и с её сестрой. Вот она
в претензии.
- Понятно! – ответила Софа, а Наташа оценивающе посмотрела на Егора.
Также Егор и Софа решили проработать вопрос отправки в Калининградскую область цистерны вина. Егор заверил Софу, что в Славске у него есть человечек, который готов заниматься вином на месте. Одна была проблема с этой цистерной. Это как её в целости и сохранности довести до Калининграда и не получить в итоге вино, разбавленное на половину водой. Сами железнодорожники сливали из цистерн всё, что находилось на путях, а потом разбавляли до необходимого объёма. Вино, коньяк, спирт водой, бензин соляркой, солярку той же водой. Бизнесмены порой нанимали вооружённую охрану. Охрана следовала с цистернами по всему маршруту перевозки, расположившись на подножках вагонов или тех же цистерн. Росли накладные расходы, и они сильно повышали конечную стоимость товара.
Бакинский базар
В один из дней, когда Марина была на работе, а Егору нечего было делать в офисе, Софа работала с документами дома. Он решил сходить на бакинский базар. Именно базар, а не рынок, как принято говорить в Баку, но так говорили и в родном Егора Минске во времена его детства. Посещение бакинского базара запомнилось ему на всю жизнь. Егор в своё время сам торговал на рынке и товарами, и свининой, но восточный базар - это что-то особенное, и особенные там оказались продавцы.
Первое, что бросилось Егору в глаза, на базаре торговали только мужчины. Среди покупателей были женщины, и самое забавное, что русские женщины покупали продукты сами, а вот азербайджанки сопровождали своих мужей. Именно сопровождали. Торговались и покупали мужчины, а женщины таскали за мужьями сумки с покупками. «Как в Мозамбике!» - подумал Егор. В этот день, ещё не знакомый с правилами восточного базара, Егор совершил роковую ошибку! Он решил рассмотреть получше кусок баранины и взял его в руки. Этого на базаре делать было нельзя. Теперь Каминский влип, и влип основательно. Азербайджанцы, эти виртуозные, талантливые торгаши, не упустили своего шанса развести этого русака! Не успел Каминский положить мясо на место, как возле него уже стояли три азера.
- А! Друг! Мясо не нравится, да? Ты прав, не очень хороший это кусок. Не буду тебя обманывать. Вот, да, смотри, какой хороший кусок, да! Смотри, он сам на шашлык просится, да! Я тебе, как гостю Баку, уступлю. Бери, не пожалеешь, да! Ну, совсем даром не отдам, но, конечно, не за просто так. Такого хорошего мяса и по такой цене ты на рынке не найдёшь. Егор посмотрел на предлагаемый ему кусок баранины, а свинины на базаре не было по понятным причинам. Свинина и её мясо по мусульманским законам - нечистое животное, и правоверному мусульманину к свинине даже прикасаться нельзя. Кусок баранины казался приличного размера, свежий, и цена, которую просил азер, действительно была невысокой. Егор попросил ему взвесить этот кусок. Продавец бросил мясо на весы и, не взвешивая, назвал цену в 100 манат. Егор согласился. Тогда этот азер, махнув рукой, бросил на весы ещё один кусок, на половину меньше того, что брал Каминский, и со словами:
- Это мой тебе подарок, друг. Бери почти даром, да! – почти даром оказалось ещё 50 манат. Каминский согласно кивнул головой. Завернув, мясо в бумагу и помогая положить его в авоську, которую Егор захватил из квартиры Марины, продавец прошептал ему на ухо:
- Слушай, да, дорогой. Слушай, только для тебя, пошли к моему брату, он рядом стоит, тоже торгует. Он тебе такого мяса даст на плов, пальчики скушаешь, да, не то, что оближешь. Твоя ханум-красавица приготовит тебе плов. У такого аскера, как ты, женщина обязательно красивая, да! – надо ли говорить, что Егор, конечно же, купил мясо у брата этого внимательного и заботливого продавца. Потом они вместе пошли покупать овощи и фрукты. Фасоль для лобия, сладкий перец, баклажаны, их называли в Баку «демьянки», знакомый уже Егору по Минску гранатовый соус «Наршараб». Потратив почти 250 манат, Каминский, закруженный, как ишак, покупками, вынужден был взять такси, в руках ему всего этого до Ахмедлов не дотащить.
Сидя на кухне у Марины, Егор смотрел на покупки и думал: «Блин! Зачем я столько всего накупил! Хорошо, что у Марины большой холодильник. Права была Татьяна, когда в Севане на рынке рассказывала мне о торговцах-азерах. Да, это не тупые армяне, самодовольные деревяшки-буратины из страны дураков». Марина в этот момент вернулась домой. Всплеснув руками, она, смотря на гору продуктов, спросила Егора:
- Егор! Что, предполагается наступление голода, что ты столько всего накупил?
- Нет, не предполагается. Это я, Марина, сходил на базар и сам не понимаю, на кой я всё это набрал. Они мне, эти торгаши, по ушам проехали и совсем голову заморочили. Казалось, всё так дёшево, а оставил на базаре 250 манат. Сходил, называется, за хлебушком. – Марина долго смеялась над Егором. Вскоре пришла и бабушка с внучкой. Марина сказала матери:
- Мама, посмотри, сколько продуктов Егор накупил! Теперь две недели ничего не покупай, покуда это не съедим.
Ночи Егор проводил в своей кровати в одиночестве. В другой комнате спали Марина с дочкой и её мать. Заниматься сексом Марина и Егор могли только урывками, когда дома не было ни бабушки, ни дочки.
Лайла.
Егор наведался в корреспондентский клуб и снова встретил там Лайлу. Надо сказать, что по своей красоте Лайла могла сравниться только с Джессикой с Мадагаскара, но у Лайлы была другая красота. Если Джессика - это просто секс-бомба, сводившая с ума любого мужчину, который видел её. Лайла, турчаночка двадцати лет, изящная, грандиозная, гордая осанка. Стройная, как лань, с черными, как у горной серны, под веерами-ресницами глазами и тонкими бровями, крыльями чайки на красивом личике.
