Она знала, что искать бессмысленно. Вальтер уехал. Его здесь не могло быть.
И всё же глаза упрямо возвращались к каждому силуэту, будто он мог появиться вопреки разуму и расстоянию.
— Хорошо. — капитан соизволил принять работу. — Когда придёт новый маг обороны, покажите ему, что вы сделали. И если он потребует всё переставить, то вы соответственно исправите. Ясно?
— Да, капитан, — Марианна ответила хором вместе с Сирином.
Капитан уже повернулся к выходу, но всё же остановился.
— Марианна, капрал Грин сказал, что заклинание, которым ты зачаровывала стрелы и меч, сыграло решающую роль. Без него летающего пса бы не остановили.
Она кивнула.
— Я написал магистру Алеанону, — продолжил капитан, — чтобы он обеспечил академическое копьё зачарованным оружием. И сказал, что с тобой всё в порядке. А тебе сейчас придется сменить работу – вместо нагрудников зачаровывать стрелы. Вот таким же заклинанием. Официального приказа еще не было, но я думаю, что тут все ясно.
— Благодарю, капитан. Я займусь стрелами.
Она не стала спрашивать о Вальтере. И так было ясно: если его имя звучит в донесениях, значит, он всё ещё с отрядом и всё ещё где-то между лагерем и границей. За пару дней из таких отрядов не «пропадают» — либо возвращаются всем скопом, либо не возвращаются вовсе.
Марианна отправилась домой. Там уже несколько дней держалась одна и та же пустота: ни в доме, ни в мастерской, никто не появился. Ничего не изменилось, и именно это почему-то особенно злило.
Она знала, что он уехал. Знала — не вчера и не сегодня. Знала, зачем и с кем.
И всё равно каждый раз ловила себя на мысли, что слушает шаги снаружи, прежде чем закрыть дверь.
Она понимала приказы. Понимала войну. Понимала, что молчание — такая же часть службы, как дежурства и рапорты.
Но понимание не делало это легче.
Степь на границе Альмирии и Саркарима
- Выродок Всевидящего!
Очевидно, что саркаримский шаман узнал его, иначе зачем бы он так злобно шипел? Жизнь не баловала пленника, мужчину держали связанным по рукам и ногам, и воняло от него как от выгребной ямы. Вальтер сделал над собой усилие, чтобы не морщиться.
- Если хочешь, я могу помолиться Всевидящему о твоей душе.
На это любезное предложение пленник выдал еще несколько оскорблений, и даже порывался плюнуть в солдат.
- Слушай, зачем обзываешься? – Саул присел на корточки перед пленником, чтобы их глаза были на одном уровне.
Если Саул тоже знает джарим, то может он и будет проводить допрос? Вальтеру совершенно не хотелось в этом всем участвовать, он уже понимал, что пленник не спешит поделиться секретами, а значит спрашивать будут трудным методом.
Пока же в палатке не было никого, кроме их отряда и магистра некромантии. И, кажется, никто из них не знал, как подступиться к пленному шаману. Что бы они не спрашивали у того, темнокожий мужчина только изрыгал проклятия.
Однако проблема была куда глубже, они только примерно могли знать, что именно они ищут. В лагере не было ни одного человека, кто знал бы обычаи Саркарима достаточно, чтобы рассказать им о капище.
Что бы это ни было, это должно быть достаточно далеко от жилых деревень, чтобы не было случайных жертв. И в то же время довольно близко, чтобы привозимые туда тела не испортились по дороге.
- Рассказывай давай, где лагерь шаманов? – Саул нова решил попробовать удачу.
Шаман же только выругался, от усердия оплевывая все вокруг. Хальдор тяжко вздохнул и посмотрел на своих товарищей, задержав взгляд на Борге.
- Не, я пойду. – Терек двинулся к выходу из палатки. – Я все равно тут без надобности, я и джарим не знаю, что мне тут….
Полог взметнулся вверх, на миг ослепляя глаза порцией щедрого южного солнца, и упал обратно. Борг моргнул пару раз, а потом спокойно вытащил из заплечной сумки небольшой сверток.
Ничего особенного, успокоил себя Вальтер, у отца в замке был палач, который занимался тем же самым. Но только вот раньше ему не приходилось при этом присутствовать.
Во рту стало кисло, и глянув на своих новых товарищей он понял, что им такое тоже не по душе.
Шаман тоже быстро догадался к чему дело идет, и поток ругани только усилился. Переводить это не имело никакого смысла, и они с Саулом отошли на шаг назад, чтобы не забрызгало кровью.
- Давай говори, где шаманское капище находится? – повторил свой вопрос Саул, старательно отводя глаза от пленника.
- Сдохни, сын шакала! – завизжал пленник. – Чтоб тебе никто воды не подал!
- Это в сердце пустыни? – вдруг спросил Вальтер, сам удивляясь что на него нашло.
Сердце будто пропустило удар, когда он встретился взглядом с шаманом.
Тьма в его глазах манила и отталкивала одновременно — глубокая, вязкая, как болотная трясина. От неё хотелось отвернуться, спрятаться, но стоило сделать попытку — и взгляд уже держал, затягивал внутрь, словно проверяя, сколько ещё он выдержит, прежде чем утонет.
- Ты ничего не знаешь о сердце пустыни! – раздалось шипение в ответ. – Аааа!
Хитрый зазубренный ножик провернулся в ране, и Борг удовлетворенно засопел.
- Это на запад к болотам? – продолжил Вальтер, в уме вспоминая карту.
- Ты болотная жаба и сдохнешь в грязи! – завопил шаман.
- Это на запад и на север, к началу разлома? – Саул понял, что происходит, и решил помочь.
- Провалитесь вы сами в свой разлом! – истошные вопли снова наполнили палатку.
Ни в коем случае не разрывать взгляд. И почувствовал: в ярких глазах шамана промелькнуло нечто, что выдало правду.
Как же сказать об этом остальным? Достаточно ли такого общего направления, чтобы найти это самое капище? Вальтер перевел взгляд на магистра, и тот, словно услышал его немой вопрос, и кивнул.
Командир уловил их обмен взглядами и взмахом руки дал команду остановиться, на что Борг только вздохнул с облегчением.
- Давайте исходить из того, что к этому месту должна вести дорога, значит горы и болота нам не подходят.
Седельная сумка ломилась от артефактов — тяжелая, будто набита камнями, а не железом и костью. Каждая вещь в ней имела цену, и чаще всего — чужую жизнь. Арбалетные болты, заряженные заклинанием Прахотворения, источали лёгкий запах пепла, будто уже успели что-то сжечь. Компас некроманта неприятно холодил руку, стрелка то и дело вздрагивала, улавливая тонкие подрагивания некротической энергии.
А в отдельном отсеке, завернутые в серую ткань, лежали две самые опасные вещи. Зеркало Прошлого — мутное, как стоячая вода в старом колодце. Говорили, если всмотреться слишком долго, можно увидеть не только былое, но и тех, кто не ушёл из него окончательно.
И Сверкающий Тенет — цепочка из потемневшего серебра, оплетённая знаками защиты. Солдаты носили её под доспехом, ближе к коже: Шепчущие не подберутся.
Если эти самые Шепчущие такие же шаловливые лесовики, как были у Роттенхейме, то особой проблемы с ними быть не должно. Все что они могут, это полдня кружить человека по лесу, да и то за какие-то пакости. А если траву зря не топтать и ветки не ломать, то никаких проблем не будет.
Но спорить с опытным магом Вальтер не стал, здесь и земли другие, и нежить другая.
Он взвалил седельные сумки на лошадь, аккуратно укладывая всё по местам — артефакты отдельно, провизию отдельно, оружие под рукой. Конь фыркал и мотал головой, словно чуял, что на этот раз путь будет не из лёгких.
— Тише, тише… — Вальтер провёл ладонью по шее коня. — Нам обоим не нравится, куда едем.
Он подтянул ремни, проверил подпругу и шагнул назад, оценивая результат. Если бы не вся эта поклажа, он бы, пожалуй, чувствовал себя свободнее. А так — каждая мелочь намекала что возвращаться, возможно, будет некуда.
Вальтер приподнял полог палатки и осторожно заглянул внутрь, сделав шаг в полумрак. Капитан сидел за низким столом, перебирая карты и документы, глаза устало блестели в свете лампы. Вальтер протянул ему письмо для Марианны, не вполне понимая надо ли это как-то объяснять.
Но капитан все и так понял. Лишь взглянул на конверт, но ничего не сказал, шлепнул печать из сургуча и положил письмо в сумку к другим документам. Коротко кивнув, он снова вернулся к бумагам, а Вальтер почувствовал, как напряжение спало.
Лошадь тревожно переступила копытами.
— Ладно, пойдём, — сказал он вполголоса и, подхватив повод, повёл животное к выходу из лагеря.
Последний взгляд на лагерь, окутанный серым светом раннего рассвета. Палатки и шатры в длинной, нестройной линии, а между ними пробивались редкие чахлые кустики, почти сливаясь с выжженной степью. Из дымящихся костров поднимались тонкие серые струйки, едва различимые в прохладном утреннем воздухе.
Лошади нервно переступают копытами, фыркая и всхрапывая, а ветер колышет растянутые верёвки, звоня металлическими кольцами. Всё это казалось Вальтеру одновременно дремлющим и настороженным — будто лагерь затаился, готовый в любой момент ожить и вступить в движение.
Отряд уже был готов, оказывается ждали только его. Саул вскочил на своего конька, только этого и ждал. Впрочем, Вальтер его хорошо понимал, когда уже все вещи собраны, и конь бьет копытом, то сидеть на месте кажется особенно мучительным.
Они выстроились в том же порядке, оставляя за спиной просыпающийся лагерь, и он обнаружил себя посредине отряда. Будто все вокруг было для его защиты. А на его месте сейчас мог быть Бриар, настоящий боевой маг, выпускник академии.
Непонятное чувство кольнуло изнутри. Он выжил там, где настоящий маг не смог. Не испугался, не спрятался, хотя ему было страшно. Но если уж совсем честно, то Бриар тоже не боялся. А может быть следовало…
- … так скажи нам, Вальтер, - продолжил свой вопрос командир. – Как ты понял, что шаман врет? Или говорит правду?
Половину вопроса он пропустил за своими мыслями, но и так было понятно, что в этом отряде люди привыкли доверять друг другу и знать все мелочи.
- Я не знаю. – честно ответил он. – Это просто интуиция, так говорит капитан. И я… ну я просто не верю ему. Я просто слышу его слова и не верю. А иногда слышу, и как будто внутри все дрожит от страха… его страха, не моего! Он боится, что я узнаю это. А он это хочет скрыть. Вот и все.
- Ты глянь, Хальдор, - вклинился в беседу копейщик Клаус – он будто Безымянный при войсках Его Величества. И все-то он видит, и все-то он знает.
- Хм… - веско обронил командир. -… и то верно. А ты случайно не просил у Всевидящего помощи? Может он тебя одарил своей величайшей Милостью?
- Не знаю… - внутри все похолодело. – Я … многого не помню… меня ранили, я был в забытьи. Может и просил.
Копыта лошадей мерно топали по степи, ломая хрупкие крошечные веточки давно высохших кустов. Здесь не было дорог, были только направления, и они все послушно следовали за Хальдором.
Альмирия, Магическая академия
Марианна отложила инструменты и попыталась рукой вытереть пот со лба, пальцы были покрыты каменной пылью и канифолью. Когда она мечтала стать артефактором, она не совсем об этом думала. Она хотела экспериментировать. Но теперь она целыми днями сидит, не разгибаясь и клепает зачарованные нагрудники и шлемы.
Да, конечно, сейчас не время, да и что такого нового она сможет сделать, глупая девчонка с одним годом обучения за плечами. Но против воли у нее всплывало какое-то глухое раздражение выбранной профессией. Словно она поторопилась.
В дверь поскреблись, хотя это было излишне – академическая мастерская была открыта всем желающим. Этих самых желающих было не так много, и они все сидели тут рядом с ней и клепали обмундирование для солдат.
- Марианна, – тихо позвала Талисса – надо зайти в госпиталь.
- Зачем? – искренне удивилась.
За эти дни они только сильнее сдружились с Талиссой, у них оказалось много общего. В академии и так не сказать, чтобы было много девушек, но таких чтобы было приятно общаться так и вовсе никого. За этим общением легко забылось, что раньше они обе дружили с Лисанией.
Ну так с ней все дружили, или хотели дружить. Где она теперь?
- Сказали надо. – лекарка отвела глаза.
Ну и ладно. Вытерев руки тряпкой, она отодвинула от себя очередной нагрудник и выбралась из-за стола.
Теперь жизнь стала иной, они все выполняют приказы – сказали идти в госпиталь, вот она идет. Без вопросов и сопротивления. Оно и понятно, война же. Если все будут делать что и вздумается, то о победе можно забыть.
Ухоженные клумбы удивительно быстро забыли о человеческой заботе. Кусты тут и там топорщились неостриженными ветками, трава выбивалась прямо на дорожку. Марианна рассеянно отметила это, отмеряя шаги по привычному маршруту. Наверное, можно и срезать через газон — кому теперь есть дело до какой-то травы?
Наискось выходило быстрее. Она и не спешила особенно возвращаться за свой стол в мастерской, но обходить кругом было лень. Оказалось, силы приходится беречь, если хочешь закончить всю работу.
Талисса нерешительно потянулась следом и тоже ступила на газон.
- Там это… там такое… - пролопотала лекарка, будто хотела ее предупредить. – Может пойдем по дорожке?
- Думаешь нас будут ругать за вытоптанный газон? – ухмыльнулась, хотя решительности уже не было. Привычка вести себя послушно так быстро не проходит. – Там на центральной аллее с газоном куда хуже.
Вывороченные деревья и вспаханные лужайки на аллее были делом лап чудовища, и никак не оправдывали ее поведения. Но видимо в ней проснулся подростковый бунт, и отступать она была не намерена.
Вот сейчас сюда за кусты, а потом три шага между посадками, и можно будет вылезти прямо у самого заднего входа в госпиталь. И да, эта тайная дорожка все чаще пользовалась спросом, хотя болтать об этом не принято было.
-… вы оставляете мне пустой гарнизон! – незнакомый голос явно сдерживался, чтобы не кричать.
Подслушивать она не планировала, но сейчас сдавать назад было уже поздно. Ну почему же ее ничему жизнь не учит? Прошлый раз, когда она пробиралась тайными студенческими тропами, закончился для нее очень плохо.
Правда, все остальные разы, когда она срезала путь втихаря, ничего не происходило, и это обнадеживало.
- Я выполняю приказ! – а вот голос капитана стражи она сразу узнала. – Так же, как и вы. Даже если он мне и не нравится.
- Как я должен буду держать оборону этого … этой… академии, когда у меня всего шесть солдат? Это самоубийство!
- У вас еще три десятка студентов магов остается, займитесь их подготовкой, и вот вам уже полновесный отряд. – продолжал успокаивать капитан.
- Из этих будущих солдат половина девицы, которые сбегут замуж с минуты на минуту, странно что еще не все убежали. – незнакомец упорно не хотел отступать от своего. – А после этого приказа они точно все в окно выпрыгнут. Почему вы не можете хотя бы сказать, что это ваш приказ?
- Потому что это не мой приказ. – в этом ответе капитана ей почудилось какое-то облегчение. – Это вообще приказ Маршала-Куратора, и мы оба знаем, откуда он появился. Лейтенант, я уверен, что вы справитесь. Может пойдем готовиться к построению? Или вы хотите остаться у госпиталя, когда сюда придут все студентки?
- Ни в коем случае! – раздраженно фыркнул незнакомец, чем окончательно настроил Марианну против себя.
Она отмерла только когда шаги двух мужчин окончательно стихли где-то за углом здания. Выбравшись из кустов, оглянулась на Талиссу – та выглядела виноватой.
И всё же глаза упрямо возвращались к каждому силуэту, будто он мог появиться вопреки разуму и расстоянию.
— Хорошо. — капитан соизволил принять работу. — Когда придёт новый маг обороны, покажите ему, что вы сделали. И если он потребует всё переставить, то вы соответственно исправите. Ясно?
— Да, капитан, — Марианна ответила хором вместе с Сирином.
Капитан уже повернулся к выходу, но всё же остановился.
— Марианна, капрал Грин сказал, что заклинание, которым ты зачаровывала стрелы и меч, сыграло решающую роль. Без него летающего пса бы не остановили.
Она кивнула.
— Я написал магистру Алеанону, — продолжил капитан, — чтобы он обеспечил академическое копьё зачарованным оружием. И сказал, что с тобой всё в порядке. А тебе сейчас придется сменить работу – вместо нагрудников зачаровывать стрелы. Вот таким же заклинанием. Официального приказа еще не было, но я думаю, что тут все ясно.
— Благодарю, капитан. Я займусь стрелами.
Она не стала спрашивать о Вальтере. И так было ясно: если его имя звучит в донесениях, значит, он всё ещё с отрядом и всё ещё где-то между лагерем и границей. За пару дней из таких отрядов не «пропадают» — либо возвращаются всем скопом, либо не возвращаются вовсе.
Марианна отправилась домой. Там уже несколько дней держалась одна и та же пустота: ни в доме, ни в мастерской, никто не появился. Ничего не изменилось, и именно это почему-то особенно злило.
Она знала, что он уехал. Знала — не вчера и не сегодня. Знала, зачем и с кем.
И всё равно каждый раз ловила себя на мысли, что слушает шаги снаружи, прежде чем закрыть дверь.
Она понимала приказы. Понимала войну. Понимала, что молчание — такая же часть службы, как дежурства и рапорты.
Но понимание не делало это легче.
***
Степь на границе Альмирии и Саркарима
- Выродок Всевидящего!
Очевидно, что саркаримский шаман узнал его, иначе зачем бы он так злобно шипел? Жизнь не баловала пленника, мужчину держали связанным по рукам и ногам, и воняло от него как от выгребной ямы. Вальтер сделал над собой усилие, чтобы не морщиться.
- Если хочешь, я могу помолиться Всевидящему о твоей душе.
На это любезное предложение пленник выдал еще несколько оскорблений, и даже порывался плюнуть в солдат.
- Слушай, зачем обзываешься? – Саул присел на корточки перед пленником, чтобы их глаза были на одном уровне.
Если Саул тоже знает джарим, то может он и будет проводить допрос? Вальтеру совершенно не хотелось в этом всем участвовать, он уже понимал, что пленник не спешит поделиться секретами, а значит спрашивать будут трудным методом.
Пока же в палатке не было никого, кроме их отряда и магистра некромантии. И, кажется, никто из них не знал, как подступиться к пленному шаману. Что бы они не спрашивали у того, темнокожий мужчина только изрыгал проклятия.
Однако проблема была куда глубже, они только примерно могли знать, что именно они ищут. В лагере не было ни одного человека, кто знал бы обычаи Саркарима достаточно, чтобы рассказать им о капище.
Что бы это ни было, это должно быть достаточно далеко от жилых деревень, чтобы не было случайных жертв. И в то же время довольно близко, чтобы привозимые туда тела не испортились по дороге.
- Рассказывай давай, где лагерь шаманов? – Саул нова решил попробовать удачу.
Шаман же только выругался, от усердия оплевывая все вокруг. Хальдор тяжко вздохнул и посмотрел на своих товарищей, задержав взгляд на Борге.
- Не, я пойду. – Терек двинулся к выходу из палатки. – Я все равно тут без надобности, я и джарим не знаю, что мне тут….
Полог взметнулся вверх, на миг ослепляя глаза порцией щедрого южного солнца, и упал обратно. Борг моргнул пару раз, а потом спокойно вытащил из заплечной сумки небольшой сверток.
Ничего особенного, успокоил себя Вальтер, у отца в замке был палач, который занимался тем же самым. Но только вот раньше ему не приходилось при этом присутствовать.
Во рту стало кисло, и глянув на своих новых товарищей он понял, что им такое тоже не по душе.
Шаман тоже быстро догадался к чему дело идет, и поток ругани только усилился. Переводить это не имело никакого смысла, и они с Саулом отошли на шаг назад, чтобы не забрызгало кровью.
- Давай говори, где шаманское капище находится? – повторил свой вопрос Саул, старательно отводя глаза от пленника.
- Сдохни, сын шакала! – завизжал пленник. – Чтоб тебе никто воды не подал!
- Это в сердце пустыни? – вдруг спросил Вальтер, сам удивляясь что на него нашло.
Сердце будто пропустило удар, когда он встретился взглядом с шаманом.
Тьма в его глазах манила и отталкивала одновременно — глубокая, вязкая, как болотная трясина. От неё хотелось отвернуться, спрятаться, но стоило сделать попытку — и взгляд уже держал, затягивал внутрь, словно проверяя, сколько ещё он выдержит, прежде чем утонет.
- Ты ничего не знаешь о сердце пустыни! – раздалось шипение в ответ. – Аааа!
Хитрый зазубренный ножик провернулся в ране, и Борг удовлетворенно засопел.
- Это на запад к болотам? – продолжил Вальтер, в уме вспоминая карту.
- Ты болотная жаба и сдохнешь в грязи! – завопил шаман.
- Это на запад и на север, к началу разлома? – Саул понял, что происходит, и решил помочь.
- Провалитесь вы сами в свой разлом! – истошные вопли снова наполнили палатку.
Ни в коем случае не разрывать взгляд. И почувствовал: в ярких глазах шамана промелькнуло нечто, что выдало правду.
Как же сказать об этом остальным? Достаточно ли такого общего направления, чтобы найти это самое капище? Вальтер перевел взгляд на магистра, и тот, словно услышал его немой вопрос, и кивнул.
Командир уловил их обмен взглядами и взмахом руки дал команду остановиться, на что Борг только вздохнул с облегчением.
- Давайте исходить из того, что к этому месту должна вести дорога, значит горы и болота нам не подходят.
***
Седельная сумка ломилась от артефактов — тяжелая, будто набита камнями, а не железом и костью. Каждая вещь в ней имела цену, и чаще всего — чужую жизнь. Арбалетные болты, заряженные заклинанием Прахотворения, источали лёгкий запах пепла, будто уже успели что-то сжечь. Компас некроманта неприятно холодил руку, стрелка то и дело вздрагивала, улавливая тонкие подрагивания некротической энергии.
А в отдельном отсеке, завернутые в серую ткань, лежали две самые опасные вещи. Зеркало Прошлого — мутное, как стоячая вода в старом колодце. Говорили, если всмотреться слишком долго, можно увидеть не только былое, но и тех, кто не ушёл из него окончательно.
И Сверкающий Тенет — цепочка из потемневшего серебра, оплетённая знаками защиты. Солдаты носили её под доспехом, ближе к коже: Шепчущие не подберутся.
Если эти самые Шепчущие такие же шаловливые лесовики, как были у Роттенхейме, то особой проблемы с ними быть не должно. Все что они могут, это полдня кружить человека по лесу, да и то за какие-то пакости. А если траву зря не топтать и ветки не ломать, то никаких проблем не будет.
Но спорить с опытным магом Вальтер не стал, здесь и земли другие, и нежить другая.
Он взвалил седельные сумки на лошадь, аккуратно укладывая всё по местам — артефакты отдельно, провизию отдельно, оружие под рукой. Конь фыркал и мотал головой, словно чуял, что на этот раз путь будет не из лёгких.
— Тише, тише… — Вальтер провёл ладонью по шее коня. — Нам обоим не нравится, куда едем.
Он подтянул ремни, проверил подпругу и шагнул назад, оценивая результат. Если бы не вся эта поклажа, он бы, пожалуй, чувствовал себя свободнее. А так — каждая мелочь намекала что возвращаться, возможно, будет некуда.
Вальтер приподнял полог палатки и осторожно заглянул внутрь, сделав шаг в полумрак. Капитан сидел за низким столом, перебирая карты и документы, глаза устало блестели в свете лампы. Вальтер протянул ему письмо для Марианны, не вполне понимая надо ли это как-то объяснять.
Но капитан все и так понял. Лишь взглянул на конверт, но ничего не сказал, шлепнул печать из сургуча и положил письмо в сумку к другим документам. Коротко кивнув, он снова вернулся к бумагам, а Вальтер почувствовал, как напряжение спало.
Лошадь тревожно переступила копытами.
— Ладно, пойдём, — сказал он вполголоса и, подхватив повод, повёл животное к выходу из лагеря.
Последний взгляд на лагерь, окутанный серым светом раннего рассвета. Палатки и шатры в длинной, нестройной линии, а между ними пробивались редкие чахлые кустики, почти сливаясь с выжженной степью. Из дымящихся костров поднимались тонкие серые струйки, едва различимые в прохладном утреннем воздухе.
Лошади нервно переступают копытами, фыркая и всхрапывая, а ветер колышет растянутые верёвки, звоня металлическими кольцами. Всё это казалось Вальтеру одновременно дремлющим и настороженным — будто лагерь затаился, готовый в любой момент ожить и вступить в движение.
Отряд уже был готов, оказывается ждали только его. Саул вскочил на своего конька, только этого и ждал. Впрочем, Вальтер его хорошо понимал, когда уже все вещи собраны, и конь бьет копытом, то сидеть на месте кажется особенно мучительным.
Они выстроились в том же порядке, оставляя за спиной просыпающийся лагерь, и он обнаружил себя посредине отряда. Будто все вокруг было для его защиты. А на его месте сейчас мог быть Бриар, настоящий боевой маг, выпускник академии.
Непонятное чувство кольнуло изнутри. Он выжил там, где настоящий маг не смог. Не испугался, не спрятался, хотя ему было страшно. Но если уж совсем честно, то Бриар тоже не боялся. А может быть следовало…
- … так скажи нам, Вальтер, - продолжил свой вопрос командир. – Как ты понял, что шаман врет? Или говорит правду?
Половину вопроса он пропустил за своими мыслями, но и так было понятно, что в этом отряде люди привыкли доверять друг другу и знать все мелочи.
- Я не знаю. – честно ответил он. – Это просто интуиция, так говорит капитан. И я… ну я просто не верю ему. Я просто слышу его слова и не верю. А иногда слышу, и как будто внутри все дрожит от страха… его страха, не моего! Он боится, что я узнаю это. А он это хочет скрыть. Вот и все.
- Ты глянь, Хальдор, - вклинился в беседу копейщик Клаус – он будто Безымянный при войсках Его Величества. И все-то он видит, и все-то он знает.
- Хм… - веско обронил командир. -… и то верно. А ты случайно не просил у Всевидящего помощи? Может он тебя одарил своей величайшей Милостью?
- Не знаю… - внутри все похолодело. – Я … многого не помню… меня ранили, я был в забытьи. Может и просил.
Копыта лошадей мерно топали по степи, ломая хрупкие крошечные веточки давно высохших кустов. Здесь не было дорог, были только направления, и они все послушно следовали за Хальдором.
Глава 26. В тылу
Альмирия, Магическая академия
Марианна отложила инструменты и попыталась рукой вытереть пот со лба, пальцы были покрыты каменной пылью и канифолью. Когда она мечтала стать артефактором, она не совсем об этом думала. Она хотела экспериментировать. Но теперь она целыми днями сидит, не разгибаясь и клепает зачарованные нагрудники и шлемы.
Да, конечно, сейчас не время, да и что такого нового она сможет сделать, глупая девчонка с одним годом обучения за плечами. Но против воли у нее всплывало какое-то глухое раздражение выбранной профессией. Словно она поторопилась.
В дверь поскреблись, хотя это было излишне – академическая мастерская была открыта всем желающим. Этих самых желающих было не так много, и они все сидели тут рядом с ней и клепали обмундирование для солдат.
- Марианна, – тихо позвала Талисса – надо зайти в госпиталь.
- Зачем? – искренне удивилась.
За эти дни они только сильнее сдружились с Талиссой, у них оказалось много общего. В академии и так не сказать, чтобы было много девушек, но таких чтобы было приятно общаться так и вовсе никого. За этим общением легко забылось, что раньше они обе дружили с Лисанией.
Ну так с ней все дружили, или хотели дружить. Где она теперь?
- Сказали надо. – лекарка отвела глаза.
Ну и ладно. Вытерев руки тряпкой, она отодвинула от себя очередной нагрудник и выбралась из-за стола.
Теперь жизнь стала иной, они все выполняют приказы – сказали идти в госпиталь, вот она идет. Без вопросов и сопротивления. Оно и понятно, война же. Если все будут делать что и вздумается, то о победе можно забыть.
Ухоженные клумбы удивительно быстро забыли о человеческой заботе. Кусты тут и там топорщились неостриженными ветками, трава выбивалась прямо на дорожку. Марианна рассеянно отметила это, отмеряя шаги по привычному маршруту. Наверное, можно и срезать через газон — кому теперь есть дело до какой-то травы?
Наискось выходило быстрее. Она и не спешила особенно возвращаться за свой стол в мастерской, но обходить кругом было лень. Оказалось, силы приходится беречь, если хочешь закончить всю работу.
Талисса нерешительно потянулась следом и тоже ступила на газон.
- Там это… там такое… - пролопотала лекарка, будто хотела ее предупредить. – Может пойдем по дорожке?
- Думаешь нас будут ругать за вытоптанный газон? – ухмыльнулась, хотя решительности уже не было. Привычка вести себя послушно так быстро не проходит. – Там на центральной аллее с газоном куда хуже.
Вывороченные деревья и вспаханные лужайки на аллее были делом лап чудовища, и никак не оправдывали ее поведения. Но видимо в ней проснулся подростковый бунт, и отступать она была не намерена.
Вот сейчас сюда за кусты, а потом три шага между посадками, и можно будет вылезти прямо у самого заднего входа в госпиталь. И да, эта тайная дорожка все чаще пользовалась спросом, хотя болтать об этом не принято было.
-… вы оставляете мне пустой гарнизон! – незнакомый голос явно сдерживался, чтобы не кричать.
Подслушивать она не планировала, но сейчас сдавать назад было уже поздно. Ну почему же ее ничему жизнь не учит? Прошлый раз, когда она пробиралась тайными студенческими тропами, закончился для нее очень плохо.
Правда, все остальные разы, когда она срезала путь втихаря, ничего не происходило, и это обнадеживало.
- Я выполняю приказ! – а вот голос капитана стражи она сразу узнала. – Так же, как и вы. Даже если он мне и не нравится.
- Как я должен буду держать оборону этого … этой… академии, когда у меня всего шесть солдат? Это самоубийство!
- У вас еще три десятка студентов магов остается, займитесь их подготовкой, и вот вам уже полновесный отряд. – продолжал успокаивать капитан.
- Из этих будущих солдат половина девицы, которые сбегут замуж с минуты на минуту, странно что еще не все убежали. – незнакомец упорно не хотел отступать от своего. – А после этого приказа они точно все в окно выпрыгнут. Почему вы не можете хотя бы сказать, что это ваш приказ?
- Потому что это не мой приказ. – в этом ответе капитана ей почудилось какое-то облегчение. – Это вообще приказ Маршала-Куратора, и мы оба знаем, откуда он появился. Лейтенант, я уверен, что вы справитесь. Может пойдем готовиться к построению? Или вы хотите остаться у госпиталя, когда сюда придут все студентки?
- Ни в коем случае! – раздраженно фыркнул незнакомец, чем окончательно настроил Марианну против себя.
Она отмерла только когда шаги двух мужчин окончательно стихли где-то за углом здания. Выбравшись из кустов, оглянулась на Талиссу – та выглядела виноватой.
