были закрыты, и деятельность куртизанок запрещена? Как получила пропуск, по которому свободно добиралась в любой район города? Почему согласилась обучать жизни в Венеции их с Павлом? Каков её интерес в этой игре?
В какой-то момент синьора Серафина обмолвилась, что отправила прочь из чумной Венеции, на терраферма, где у неё была большая вилла, всех работавших у неё девиц. А сама осталась в городе. И снова вопрос: почему?
Этот вопрос Магдалена решилась задать, и получила безмятежный ответ:
- Мне не понравилось то, что случилось с домом Вероники Франко . Я переболела в самом начале эпидемии, и Мадонна даровала мне выздоровление, - тут Серафина перекрестилась. – Всем известно, что выздоровевшие после чумы больше не заразятся. Вы ведь видели чёрные лодки, которые днём и ночью собирают заболевших? Ну вот, на них работают или каторжники, или pizzicamorti, те, кто пережил болезнь.
«Угу, - Магдалена не стала возражать вслух. - Вот только чума – не вирус, а бактерия, Yersinia pestis, будь она проклята. А бактериальная инфекция не даёт иммунитета. Разве что короткий, на несколько месяцев. Но тебе ж этого не скажешь, ты же всё равно не поверишь!»
Были вопросы более важные, но их и Магдалена, и Павел задавали очень осторожно, чтобы не дать понять Серафине, что особо они интересуются действиями властей по предотвращению дальнейшего распространения болезни. Совсем скоро они должны будут выйти из своего «учебного лагеря» и начать жить. Вряд ли Орацио мог потребовать, чтобы его невероятные гости отказались лечить того, кому они смогут помочь, а значит, нужно приспособиться. Магдалена, конечно, надеялась хоть чуть-чуть подсказать этим самым властям, намекнуть на противоэпидемические меры, но захотят ли её услышать?
В какой-то момент синьора Серафина обмолвилась, что отправила прочь из чумной Венеции, на терраферма, где у неё была большая вилла, всех работавших у неё девиц. А сама осталась в городе. И снова вопрос: почему?
Этот вопрос Магдалена решилась задать, и получила безмятежный ответ:
- Мне не понравилось то, что случилось с домом Вероники Франко . Я переболела в самом начале эпидемии, и Мадонна даровала мне выздоровление, - тут Серафина перекрестилась. – Всем известно, что выздоровевшие после чумы больше не заразятся. Вы ведь видели чёрные лодки, которые днём и ночью собирают заболевших? Ну вот, на них работают или каторжники, или pizzicamorti, те, кто пережил болезнь.
«Угу, - Магдалена не стала возражать вслух. - Вот только чума – не вирус, а бактерия, Yersinia pestis, будь она проклята. А бактериальная инфекция не даёт иммунитета. Разве что короткий, на несколько месяцев. Но тебе ж этого не скажешь, ты же всё равно не поверишь!»
Были вопросы более важные, но их и Магдалена, и Павел задавали очень осторожно, чтобы не дать понять Серафине, что особо они интересуются действиями властей по предотвращению дальнейшего распространения болезни. Совсем скоро они должны будут выйти из своего «учебного лагеря» и начать жить. Вряд ли Орацио мог потребовать, чтобы его невероятные гости отказались лечить того, кому они смогут помочь, а значит, нужно приспособиться. Магдалена, конечно, надеялась хоть чуть-чуть подсказать этим самым властям, намекнуть на противоэпидемические меры, но захотят ли её услышать?
