- Э…спасибо. Я всё-таки, наверное, пойду. Ужасно неловко вас задерживать.
- Ну что вы, что вы! – Я будто воочию увидела, как блондинка с пышным бюстом перегораживает Феру проход. – Вы нисколько меня не задерживаете. У меня как раз масса свободного времени, и буквально не на что его употребить. Да и вам не стоит уходить далеко. Быть может, вашей подруге удастся быстро спровадить мужа, и вы сможете благополучно к ней вернуться. А то дружеское чаепитие – это, знаете ли, не то занятие, которое следует обрывать на середине. Останется неприятный осадок.
- Но…я…
Фер всё ещё пытался как-то нечленораздельно возражать, но хозяйка квартиры явно была женщиной целеустремлённой. И уж если видела цель, то шла к ней всеми доступными методами.
- Вы присаживайтесь, присаживайтесь, - ворковала она. – Чувствуйте себя буквально как дома. Ох, как-то нынче жарко. Вас не сильно смутит, если я распахну халатик?
- Демоны! – простонал в нашей комнате Толл. – Почему, ну почему эхофон не передаёт изображение? Полжизни за то, чтобы увидеть эту картину!
Я изо всех сил старалась удержаться, дабы не захохотать в голос.
- И не стыдно вам товарищу не сочувствовать? – попытался пристыдить нас Алджи, который, впрочем, и сам усмехался. – У Фера, между прочим, занятие серьёзное, ему ещё несколько квартир обойти надо!
Последняя невинная фраза вызвала-таки у нас с Толлом приступ нездорового смеха.
- И если в каждой его будут так тепло привечать… - многозначительно проговорила я.
- И почему мне первому не пришла в голову мысль проверить квартиры подобным способом? – с досадой пробурчал Толл.
- Так, прекратите оба! – одёрнул нас Алджи. – Парня надо спасать.
Наверное, эти слова вызвали бы повторный взрыв хохота, но во второй квартире резко изменилась атмосфера.
Хлопнула входная дверь.
- Лесси, я дома!
Мужской голос звучал пока приглушённо. Хозяйка издала звук, напоминающий нечто среднее между визгом и всхлипом.
- Это муж! – громким шёпотом затараторила она. – Бегите скорее!
- Да, но куда? – растерялся от неожиданности Фер.
- Не знаю, куда! – Лесси явно запаниковала. – На балкон! Скорее! Если он вас увидит, то убьёт! Скорее же!
Трудно определяемый шум, шаги, скрип и шуршание.
- Алджернон! – Голос Фера зазвучал значительно более отчётливо: видимо, он вышел на балкон и теперь говорил непосредственно в трубку. – Ребята, вы там?
- Спокойствие, Джордж, мы здесь, - подтвердил Алджи.
- Что делать? – В вопросе Фера слышались панические нотки. – Я успел увидеть этого мужа мельком, когда он разувался в прихожей. Тот ещё шкаф! Боюсь, он меня расплющит одной левой.
- Так, Джордж, спокойствие, возьми себя в руки, - чётко произнёс Алджи. – Ты на балконе?
- Да.
- Ну вот и перебирайся оттуда так же, как делал до сих пор.
- Куда?! Я сверху спустился, подняться туда же по стене не смогу! А справа квартира, где я только что был. Я что, опять туда залезу, дескать, снова от мужа сбежал, но уже от другого? Так меня за маньяка примут!
- И правильно сделают, - пробормотал Алджи. – А слева что?
- Угол дома! – прошипел в трубку Фер. – Там не пролезть! Демоны!
Ситуация и правда складывалась в высшей степени неприятная. Отдалённым фоном послышались выкрики в духе «Где он?» и «Я знаю, что здесь кто-то есть!».
- Теперь действительно надо его спасать, - покачал головой Алджи.
Я уже бежала к двери. Он перехватил меня за локоть.
- Далия, я знаю, что ты хорошо умеешь отжиматься. Но ты уверена, что справишься со «шкафом», которого так опасается Джордж?
- Нет, конечно, - оптимистично заверила я.
И, выскользнув из его хватки, побежала вверх по лестнице.
Я действительно считала свой ответ оптимистичным и даже жизнеутверждающим, хотя, возможно, со стороны так не прозвучало. Ибо имела в виду, что вступать с громилой-мужем в единоборство ни в коем случае не собираюсь. План у меня был совершенно другой.
К счастью, дверь оказалась незапертой. То ли муж просто рассеян, то ли сразу заподозрил неладное. Я бегом промчалась к комнате с выходом на балкон, и вовремя: супруг Лесси уже обнаружил пикантно одетого Фера и в данный момент грозно нависал над ним, вцепившись в воротник расстёгнутой рубашки.
- Дорогой, наконец-то! – воскликнула я, подбегая к эксперту и хватая его за руку. – Спасибо, добрые люди! – обратилась к семейной паре я, делая вид, будто не замечаю всей напряжённости ситуации. – Пили с другом чай, а тут муж вернулся – так не вовремя! Хорошо, что друг к вам на балкон перебраться успел. – Я энергично погладила Фера по голове. Получилось не как любовника, а скорее как домашнее животное: уж слишком торопилась наглядно проявить привязанность. – Всё хорошо, муж уже ушёл, можем возвращаться. А вам ещё раз спасибо!
Сперва и Лесси, и её супруг таращились на меня ошарашенно. Первой опомнилась жена.
- Теперь ты понял? – накинулась на мужа она, уперев руки в бока. – Ты понял, что я тебе всю правду говорила? А ты хорош! Собственной жене не веришь! Люди, да вы только на него посмотрите!
За время этой прочувствованной речи Фер тоже успел оклематься и теперь для убедительности обнял меня за плечи. Хозяин дома трогательно покраснел и виновато взглянул на жену.
- Ну, извини, цыпочка! – протянул он и полез было к ней с поцелуем, но Лесси в показной обиде его оттолкнула. – Ну, ошибся, с кем не бывает.
Он повернулся к нам с Фером и вдруг одобрительно хохотнул.
- А вы молодцы! Ишь, как мужика провели!
И, проводив нас до двери, продолжил, посмеиваясь, что-то говорить Лесси про мужа-лопуха, в то время как мы с Фером вернулись в квартиру Крэя.
- Фух! – с облегчением выдохнул эксперт, когда за нами закрылась дверь, и мы благополучно воссоединились с Алджи и Толлом.
На этот раз Алджи никаких признаков ревности не проявил, да и Фер предусмотрительно убрал руку с моего плеча прежде, чем мы добрались до квартиры.
- Ну что, дальше полезешь? – осведомился он, отнюдь не уверенный в положительном ответе.
- Да куда я денусь? – пробурчал Фер. – Тем более, в роль уже вжился.
В квартире номер четыре было темно. Гостиную заблаговременно подготовили для проведения спиритического сеанса, каковые хозяева дома устраивали регулярно, в первую пятницу каждого месяца. Окна, равно как и наполовину стеклянная балконная дверь, были плотно занавешены. В комнате горели четыре одинаковые свечи, расставленные по углам прямоугольного стола. За столом расселись семь человек, участники сегодняшнего щекочущего нервы события. Среди них было пятеро мужчин и две женщины. Большинство представительниц женского пола участвовать в подобных мероприятиях боялись. Шутка ли – разговаривать с самым настоящим духом!
Обряд начался ровно в назначенное время. Сперва сидящие взяли друг друга за руки и, покачиваясь из стороны в сторону, не столько пропели, сколько промычали призывную мелодию. Потом один их мужчин, тот, что считался лучшим в данной области, заунывным голосом произнёс традиционные слова призыва:
- О дух, неприкаянный после смерти и блуждающий во мраке! Приди в наш гостеприимный дом! Ответь на наши вопросы!
Присутствующие застыли в ожидании. И тут, внезапно, раздался громкий и отчётливый стук в балконную дверь.
Все вздрогнули. Гостья прижала руку ко рту. В комнате повисло тяжёлое молчание. Все ждали. Может быть, просто разыгралось воображение? Но если кто-то и надеялся на подобное, его надеждам не суждено было оправдаться, ибо спустя всего несколько секунд стук повторился, на этот раз как будто более настойчивый.
Все взгляды устремились на хозяина дома. Тот какое-то время пытался внимательно рассматривать ковёр, делая вид, что ничего не замечает. Но вскоре стало ясно, что этот номер не пройдёт. Всё-таки главным ответственным за происходящее считали именно его, даром что духа традиционно вызывал Коррен, один из гостей. Тяжело вздохнув, хозяин встал и дрожащей рукой отдёрнул занавеску.
Его жена вскрикнула, равно как и один из гостей-мужчин. Гостья упала в обморок. Коррен так крепко вцепился в край стола, что, казалось, ногти намертво срослись с деревянной поверхностью. За балконной дверью стоял мужчина. Вернее, дух, выглядевший, как человеческий мужчина, возникший на балконе из ниоткуда.
Нет, конечно, спиритические сеансы и раньше не проходили безрезультатно. Духи появлялись, но совсем не так. Всё больше воздействовали на разум кого-нибудь из присутствующих, внушая ему мысли, которые следовало передать остальным. Или же руки гостей начинали двигаться от букве к букве, и последние складывались в передаваемые вызванной сущностью слова. Но чтобы вот так, образ мужчины, практически материальный, – подобного не было никогда. Ощущения материальности добавлял и наряд духа: он отчего-то был одет исключительно в нижнее бельё, да расстёгнутую рубаху.
Увидев, что ему удалось привлечь всеобщее внимание, дух улыбнулся (как показалось присутствующим, зловеще), и знаком показал, что хочет войти в комнату.
- Может быть, не надо? - испуганно пропищала хозяйка, но Коррен сурово покачал головой.
Уж если неприкаянный дух откликнулся на призыв, негоже оставляться его за дверью. Он может расценить это как оскорбление, а уж тогда всем точно не поздоровится. И хозяин, скрепя сердце, распахнул балконную дверь.
- Добрый день! – вежливо сказал дух.
- Добрый, - неуверенно ответил нестройный хор голосов.
Не поздороваться с призраком казалось опасным.
- А я заглянул к вашей соседке слева, но её муж внезапно вернулся, вот и пришлось перебраться к вам.
Дух улыбнулся с обманчивой непринуждённостью.
- У нас слева давно нет никакой соседки, - таким безжизненным голосом, словно он сам являлся призраком, сообщил хозяин. – И мужа тоже нет. Там живёт одинокий старичок девяноста лет.
Дух перестал улыбаться: видимо, осознал, что его разоблачили. Обвёл взглядом комнату; уделил особое внимание подготовленному для спиритического сеанса столу. Отметил также занавешенные окна. После чего медленно произнёс:
- Это сейчас там живёт одинокий старик. А вот прежде, когда я был жив, там жила весьма красивая молодая женщина.
Гостья, только-только начавшая приходить в себя, снова потеряла сознание. Остальные вцепились пальцами кто в столешницу, кто в подлокотники.
- В те времена я часто наведывался к ней в гости, - вдохновенно продолжал вещать дух. – Но однажды домой неожиданно вернулся муж. Мне пришлось срочно бежать на балкон. А потом обо мне забыли. И вскоре я умер от голода и холода. – Дух опустил глаза, указывая на скудость своей одежды. – С тех пор я так и блуждаю по этому дому, неприкаянный. Перехожу от балкона к балкону и заглядываю в людские жилища.
Он тоскливо вздохнул.
- А…может быть, мы могли бы вам как-то помочь? – спросила сердобольная хозяйка.
- Могли бы, - обрадованно ухватился за это предложение дух. – Проклятие спадёт, и я вновь обрету свободу, если вы по доброй воле предоставите мне возможность пройти через вашу квартиру и покинуть её через парадную дверь.
- И всё? – с плохо скрываемым облегчением в голосе осведомился хозяин.
- И всё, - торжественно подтвердил дух. – Тогда мой грех будет прощён, и я смогу обрести покой.
- Так проходите же, конечно! – с готовностью предложила хозяйка.
Дух вопросительно посмотрел на её мужа. Тот не возражал.
Мужчина в расстёгнутой рубашке плавно пересёк комнату и растворился в темноте прихожей. Открылась и вновь захлопнулась входная дверь. Гости выдохнули с облегчением. А затем принялись хором, в ажиотаже, обсуждать из ряда вон выходящее событие.
Стоит ли уточнять, что воздействующих на Крэя магов мы в тот день так и не обнаружили.
Когда мы вернулись к Алджи, Иртални в квартире действительно не было. Что-то заставило меня испытать в связи с этим чувство облегчения.
Иллюзия рассеялась почти сразу по возвращении. Собственно, именно это и заставило нас поторопиться с уходом из дома Крэя. Время наложенной Вайсом магии убегало сквозь пальцы, и моё инкогнито было под угрозой. В любом случае, стало очевидно, что вычислить преступника на месте не удастся. Вместо этого за Крэем установили круглосуточную слежку.
Алджи ещё на некоторое время удалился в участок, затем вернулся, всё так же воспользовавшись порталом. К тому моменту был уже поздний вечер. Мы вместе поужинали, а потом вместе легли в его постель, и это как-то само собой разумелось.
Увы, после возвращения в квартиру Алджи мои мысли всё меньше занимало расследуемое дело и всё больше – история, которую рассказал Иртални. Была ли она правдивой? Действительно ли жизнь Алджи каждую минуту находится под угрозой? От решений королей зависит слишком многое, даже если эти решения – сиюминутны и не обоснованы…
Понятное дело, на некоторое время Алджернону удалось отвлечь меня от тяжёлых мыслей. Но, когда мы просто лежали рядом на смятой постели, они вновь завладели моим разумом и, что ещё хуже, эмоциями. Наконец не выдержав, я повернулась к Алджи. Возможно, мне не следует вмешиваться не в своё дело, но долее пребывать в неизвестности я не могу. И, в конце концов, если я лежу сейчас в этой постели, то, возможно, теперь это в какой-то степени и моё дело тоже. Разве не так?
- Алджи, скажи…
Я замолчала, подыскивая наиболее подходящие слова.
- Что? – спросил он, не дождавшись продолжения.
- Твоей жизни что-нибудь угрожает? – задала я то, что казалось наиболее нейтральным вопросом, испытывающе глядя ему в глаза.
Алджи нахмурился.
- Не понял, - признался он. – В данный конкретный момент?
- В данный конкретный период.
Он покачал головой, отказываясь принимать такой ход разговора.
- Тиана, что ты имеешь в виду? Что навело тебя на такой вопрос?
Я вздохнула.
- Твой приятель Иртални.
- Он сказал, что мне что-то угрожает? – изогнул бровь Алджи.
- Да. Вы ведь с ним в хороших отношениях, верно?
- Верно, - подтвердил Алджи. - Но… Видишь ли, Тиана, Иртални – человек непростой, и к тому, что он говорит, следует относиться с некоторой долей осторожности. Иногда – делить на десять. Иногда – читать между строк. Всё зависит от его целей. Поэтому давай-ка просто перескажи мне его слова.
– Ну хорошо. - Я помолчала, собираясь с мыслями. – Алджи, я понимаю, что лезу не в своё дело. Ты никогда не говорил, зачем перебрался в Тель-Рей. И я не собиралась тебя расспрашивать, но… Словом, Иртални сказал, что было какое-то дело о важных документах, за которые ты отвечал. А их похитили. - Я говорила быстро, спеша перейти к главному, давая таким образом понять, что вовсе не собираюсь вытягивать из него подробности. – И он сказал, что король на тебя разгневался и выслал из столицы. И что главное наказание всё ещё впереди, и возможна смертная казнь. Это правда или нет? Это единственное, что я хочу узнать.
На лице Алджи, всё это время внимательно слушавшего, отразилось искреннее удивление.
- Иртални сказал, что мне угрожает смертная казнь? – переспросил он.
Я утвердительно кивнула.
- Странно, - пробормотал он, не столько даже отвечая мне, сколько разговаривая с самим собой. – Зачем ему это понадобилось?
Я пожала плечами. Мне было неважно, зачем Иртални понадобилось мне об этом говорить. Меня волновало одно: правду он сказал или нет.
Алджи оторвался от собственных мыслей, посмотрел на меня и сообразил, насколько мне важно как можно скорее получить ответ на заданный вопрос.
- Ну что вы, что вы! – Я будто воочию увидела, как блондинка с пышным бюстом перегораживает Феру проход. – Вы нисколько меня не задерживаете. У меня как раз масса свободного времени, и буквально не на что его употребить. Да и вам не стоит уходить далеко. Быть может, вашей подруге удастся быстро спровадить мужа, и вы сможете благополучно к ней вернуться. А то дружеское чаепитие – это, знаете ли, не то занятие, которое следует обрывать на середине. Останется неприятный осадок.
- Но…я…
Фер всё ещё пытался как-то нечленораздельно возражать, но хозяйка квартиры явно была женщиной целеустремлённой. И уж если видела цель, то шла к ней всеми доступными методами.
- Вы присаживайтесь, присаживайтесь, - ворковала она. – Чувствуйте себя буквально как дома. Ох, как-то нынче жарко. Вас не сильно смутит, если я распахну халатик?
- Демоны! – простонал в нашей комнате Толл. – Почему, ну почему эхофон не передаёт изображение? Полжизни за то, чтобы увидеть эту картину!
Я изо всех сил старалась удержаться, дабы не захохотать в голос.
- И не стыдно вам товарищу не сочувствовать? – попытался пристыдить нас Алджи, который, впрочем, и сам усмехался. – У Фера, между прочим, занятие серьёзное, ему ещё несколько квартир обойти надо!
Последняя невинная фраза вызвала-таки у нас с Толлом приступ нездорового смеха.
- И если в каждой его будут так тепло привечать… - многозначительно проговорила я.
- И почему мне первому не пришла в голову мысль проверить квартиры подобным способом? – с досадой пробурчал Толл.
- Так, прекратите оба! – одёрнул нас Алджи. – Парня надо спасать.
Наверное, эти слова вызвали бы повторный взрыв хохота, но во второй квартире резко изменилась атмосфера.
Хлопнула входная дверь.
- Лесси, я дома!
Мужской голос звучал пока приглушённо. Хозяйка издала звук, напоминающий нечто среднее между визгом и всхлипом.
- Это муж! – громким шёпотом затараторила она. – Бегите скорее!
- Да, но куда? – растерялся от неожиданности Фер.
- Не знаю, куда! – Лесси явно запаниковала. – На балкон! Скорее! Если он вас увидит, то убьёт! Скорее же!
Трудно определяемый шум, шаги, скрип и шуршание.
- Алджернон! – Голос Фера зазвучал значительно более отчётливо: видимо, он вышел на балкон и теперь говорил непосредственно в трубку. – Ребята, вы там?
- Спокойствие, Джордж, мы здесь, - подтвердил Алджи.
- Что делать? – В вопросе Фера слышались панические нотки. – Я успел увидеть этого мужа мельком, когда он разувался в прихожей. Тот ещё шкаф! Боюсь, он меня расплющит одной левой.
- Так, Джордж, спокойствие, возьми себя в руки, - чётко произнёс Алджи. – Ты на балконе?
- Да.
- Ну вот и перебирайся оттуда так же, как делал до сих пор.
- Куда?! Я сверху спустился, подняться туда же по стене не смогу! А справа квартира, где я только что был. Я что, опять туда залезу, дескать, снова от мужа сбежал, но уже от другого? Так меня за маньяка примут!
- И правильно сделают, - пробормотал Алджи. – А слева что?
- Угол дома! – прошипел в трубку Фер. – Там не пролезть! Демоны!
Ситуация и правда складывалась в высшей степени неприятная. Отдалённым фоном послышались выкрики в духе «Где он?» и «Я знаю, что здесь кто-то есть!».
- Теперь действительно надо его спасать, - покачал головой Алджи.
Я уже бежала к двери. Он перехватил меня за локоть.
- Далия, я знаю, что ты хорошо умеешь отжиматься. Но ты уверена, что справишься со «шкафом», которого так опасается Джордж?
- Нет, конечно, - оптимистично заверила я.
И, выскользнув из его хватки, побежала вверх по лестнице.
Я действительно считала свой ответ оптимистичным и даже жизнеутверждающим, хотя, возможно, со стороны так не прозвучало. Ибо имела в виду, что вступать с громилой-мужем в единоборство ни в коем случае не собираюсь. План у меня был совершенно другой.
К счастью, дверь оказалась незапертой. То ли муж просто рассеян, то ли сразу заподозрил неладное. Я бегом промчалась к комнате с выходом на балкон, и вовремя: супруг Лесси уже обнаружил пикантно одетого Фера и в данный момент грозно нависал над ним, вцепившись в воротник расстёгнутой рубашки.
- Дорогой, наконец-то! – воскликнула я, подбегая к эксперту и хватая его за руку. – Спасибо, добрые люди! – обратилась к семейной паре я, делая вид, будто не замечаю всей напряжённости ситуации. – Пили с другом чай, а тут муж вернулся – так не вовремя! Хорошо, что друг к вам на балкон перебраться успел. – Я энергично погладила Фера по голове. Получилось не как любовника, а скорее как домашнее животное: уж слишком торопилась наглядно проявить привязанность. – Всё хорошо, муж уже ушёл, можем возвращаться. А вам ещё раз спасибо!
Сперва и Лесси, и её супруг таращились на меня ошарашенно. Первой опомнилась жена.
- Теперь ты понял? – накинулась на мужа она, уперев руки в бока. – Ты понял, что я тебе всю правду говорила? А ты хорош! Собственной жене не веришь! Люди, да вы только на него посмотрите!
За время этой прочувствованной речи Фер тоже успел оклематься и теперь для убедительности обнял меня за плечи. Хозяин дома трогательно покраснел и виновато взглянул на жену.
- Ну, извини, цыпочка! – протянул он и полез было к ней с поцелуем, но Лесси в показной обиде его оттолкнула. – Ну, ошибся, с кем не бывает.
Он повернулся к нам с Фером и вдруг одобрительно хохотнул.
- А вы молодцы! Ишь, как мужика провели!
И, проводив нас до двери, продолжил, посмеиваясь, что-то говорить Лесси про мужа-лопуха, в то время как мы с Фером вернулись в квартиру Крэя.
- Фух! – с облегчением выдохнул эксперт, когда за нами закрылась дверь, и мы благополучно воссоединились с Алджи и Толлом.
На этот раз Алджи никаких признаков ревности не проявил, да и Фер предусмотрительно убрал руку с моего плеча прежде, чем мы добрались до квартиры.
- Ну что, дальше полезешь? – осведомился он, отнюдь не уверенный в положительном ответе.
- Да куда я денусь? – пробурчал Фер. – Тем более, в роль уже вжился.
В квартире номер четыре было темно. Гостиную заблаговременно подготовили для проведения спиритического сеанса, каковые хозяева дома устраивали регулярно, в первую пятницу каждого месяца. Окна, равно как и наполовину стеклянная балконная дверь, были плотно занавешены. В комнате горели четыре одинаковые свечи, расставленные по углам прямоугольного стола. За столом расселись семь человек, участники сегодняшнего щекочущего нервы события. Среди них было пятеро мужчин и две женщины. Большинство представительниц женского пола участвовать в подобных мероприятиях боялись. Шутка ли – разговаривать с самым настоящим духом!
Обряд начался ровно в назначенное время. Сперва сидящие взяли друг друга за руки и, покачиваясь из стороны в сторону, не столько пропели, сколько промычали призывную мелодию. Потом один их мужчин, тот, что считался лучшим в данной области, заунывным голосом произнёс традиционные слова призыва:
- О дух, неприкаянный после смерти и блуждающий во мраке! Приди в наш гостеприимный дом! Ответь на наши вопросы!
Присутствующие застыли в ожидании. И тут, внезапно, раздался громкий и отчётливый стук в балконную дверь.
Все вздрогнули. Гостья прижала руку ко рту. В комнате повисло тяжёлое молчание. Все ждали. Может быть, просто разыгралось воображение? Но если кто-то и надеялся на подобное, его надеждам не суждено было оправдаться, ибо спустя всего несколько секунд стук повторился, на этот раз как будто более настойчивый.
Все взгляды устремились на хозяина дома. Тот какое-то время пытался внимательно рассматривать ковёр, делая вид, что ничего не замечает. Но вскоре стало ясно, что этот номер не пройдёт. Всё-таки главным ответственным за происходящее считали именно его, даром что духа традиционно вызывал Коррен, один из гостей. Тяжело вздохнув, хозяин встал и дрожащей рукой отдёрнул занавеску.
Его жена вскрикнула, равно как и один из гостей-мужчин. Гостья упала в обморок. Коррен так крепко вцепился в край стола, что, казалось, ногти намертво срослись с деревянной поверхностью. За балконной дверью стоял мужчина. Вернее, дух, выглядевший, как человеческий мужчина, возникший на балконе из ниоткуда.
Нет, конечно, спиритические сеансы и раньше не проходили безрезультатно. Духи появлялись, но совсем не так. Всё больше воздействовали на разум кого-нибудь из присутствующих, внушая ему мысли, которые следовало передать остальным. Или же руки гостей начинали двигаться от букве к букве, и последние складывались в передаваемые вызванной сущностью слова. Но чтобы вот так, образ мужчины, практически материальный, – подобного не было никогда. Ощущения материальности добавлял и наряд духа: он отчего-то был одет исключительно в нижнее бельё, да расстёгнутую рубаху.
Увидев, что ему удалось привлечь всеобщее внимание, дух улыбнулся (как показалось присутствующим, зловеще), и знаком показал, что хочет войти в комнату.
- Может быть, не надо? - испуганно пропищала хозяйка, но Коррен сурово покачал головой.
Уж если неприкаянный дух откликнулся на призыв, негоже оставляться его за дверью. Он может расценить это как оскорбление, а уж тогда всем точно не поздоровится. И хозяин, скрепя сердце, распахнул балконную дверь.
- Добрый день! – вежливо сказал дух.
- Добрый, - неуверенно ответил нестройный хор голосов.
Не поздороваться с призраком казалось опасным.
- А я заглянул к вашей соседке слева, но её муж внезапно вернулся, вот и пришлось перебраться к вам.
Дух улыбнулся с обманчивой непринуждённостью.
- У нас слева давно нет никакой соседки, - таким безжизненным голосом, словно он сам являлся призраком, сообщил хозяин. – И мужа тоже нет. Там живёт одинокий старичок девяноста лет.
Дух перестал улыбаться: видимо, осознал, что его разоблачили. Обвёл взглядом комнату; уделил особое внимание подготовленному для спиритического сеанса столу. Отметил также занавешенные окна. После чего медленно произнёс:
- Это сейчас там живёт одинокий старик. А вот прежде, когда я был жив, там жила весьма красивая молодая женщина.
Гостья, только-только начавшая приходить в себя, снова потеряла сознание. Остальные вцепились пальцами кто в столешницу, кто в подлокотники.
- В те времена я часто наведывался к ней в гости, - вдохновенно продолжал вещать дух. – Но однажды домой неожиданно вернулся муж. Мне пришлось срочно бежать на балкон. А потом обо мне забыли. И вскоре я умер от голода и холода. – Дух опустил глаза, указывая на скудость своей одежды. – С тех пор я так и блуждаю по этому дому, неприкаянный. Перехожу от балкона к балкону и заглядываю в людские жилища.
Он тоскливо вздохнул.
- А…может быть, мы могли бы вам как-то помочь? – спросила сердобольная хозяйка.
- Могли бы, - обрадованно ухватился за это предложение дух. – Проклятие спадёт, и я вновь обрету свободу, если вы по доброй воле предоставите мне возможность пройти через вашу квартиру и покинуть её через парадную дверь.
- И всё? – с плохо скрываемым облегчением в голосе осведомился хозяин.
- И всё, - торжественно подтвердил дух. – Тогда мой грех будет прощён, и я смогу обрести покой.
- Так проходите же, конечно! – с готовностью предложила хозяйка.
Дух вопросительно посмотрел на её мужа. Тот не возражал.
Мужчина в расстёгнутой рубашке плавно пересёк комнату и растворился в темноте прихожей. Открылась и вновь захлопнулась входная дверь. Гости выдохнули с облегчением. А затем принялись хором, в ажиотаже, обсуждать из ряда вон выходящее событие.
Стоит ли уточнять, что воздействующих на Крэя магов мы в тот день так и не обнаружили.
Глава 16
Когда мы вернулись к Алджи, Иртални в квартире действительно не было. Что-то заставило меня испытать в связи с этим чувство облегчения.
Иллюзия рассеялась почти сразу по возвращении. Собственно, именно это и заставило нас поторопиться с уходом из дома Крэя. Время наложенной Вайсом магии убегало сквозь пальцы, и моё инкогнито было под угрозой. В любом случае, стало очевидно, что вычислить преступника на месте не удастся. Вместо этого за Крэем установили круглосуточную слежку.
Алджи ещё на некоторое время удалился в участок, затем вернулся, всё так же воспользовавшись порталом. К тому моменту был уже поздний вечер. Мы вместе поужинали, а потом вместе легли в его постель, и это как-то само собой разумелось.
Увы, после возвращения в квартиру Алджи мои мысли всё меньше занимало расследуемое дело и всё больше – история, которую рассказал Иртални. Была ли она правдивой? Действительно ли жизнь Алджи каждую минуту находится под угрозой? От решений королей зависит слишком многое, даже если эти решения – сиюминутны и не обоснованы…
Понятное дело, на некоторое время Алджернону удалось отвлечь меня от тяжёлых мыслей. Но, когда мы просто лежали рядом на смятой постели, они вновь завладели моим разумом и, что ещё хуже, эмоциями. Наконец не выдержав, я повернулась к Алджи. Возможно, мне не следует вмешиваться не в своё дело, но долее пребывать в неизвестности я не могу. И, в конце концов, если я лежу сейчас в этой постели, то, возможно, теперь это в какой-то степени и моё дело тоже. Разве не так?
- Алджи, скажи…
Я замолчала, подыскивая наиболее подходящие слова.
- Что? – спросил он, не дождавшись продолжения.
- Твоей жизни что-нибудь угрожает? – задала я то, что казалось наиболее нейтральным вопросом, испытывающе глядя ему в глаза.
Алджи нахмурился.
- Не понял, - признался он. – В данный конкретный момент?
- В данный конкретный период.
Он покачал головой, отказываясь принимать такой ход разговора.
- Тиана, что ты имеешь в виду? Что навело тебя на такой вопрос?
Я вздохнула.
- Твой приятель Иртални.
- Он сказал, что мне что-то угрожает? – изогнул бровь Алджи.
- Да. Вы ведь с ним в хороших отношениях, верно?
- Верно, - подтвердил Алджи. - Но… Видишь ли, Тиана, Иртални – человек непростой, и к тому, что он говорит, следует относиться с некоторой долей осторожности. Иногда – делить на десять. Иногда – читать между строк. Всё зависит от его целей. Поэтому давай-ка просто перескажи мне его слова.
– Ну хорошо. - Я помолчала, собираясь с мыслями. – Алджи, я понимаю, что лезу не в своё дело. Ты никогда не говорил, зачем перебрался в Тель-Рей. И я не собиралась тебя расспрашивать, но… Словом, Иртални сказал, что было какое-то дело о важных документах, за которые ты отвечал. А их похитили. - Я говорила быстро, спеша перейти к главному, давая таким образом понять, что вовсе не собираюсь вытягивать из него подробности. – И он сказал, что король на тебя разгневался и выслал из столицы. И что главное наказание всё ещё впереди, и возможна смертная казнь. Это правда или нет? Это единственное, что я хочу узнать.
На лице Алджи, всё это время внимательно слушавшего, отразилось искреннее удивление.
- Иртални сказал, что мне угрожает смертная казнь? – переспросил он.
Я утвердительно кивнула.
- Странно, - пробормотал он, не столько даже отвечая мне, сколько разговаривая с самим собой. – Зачем ему это понадобилось?
Я пожала плечами. Мне было неважно, зачем Иртални понадобилось мне об этом говорить. Меня волновало одно: правду он сказал или нет.
Алджи оторвался от собственных мыслей, посмотрел на меня и сообразил, насколько мне важно как можно скорее получить ответ на заданный вопрос.
