— Ага, чтобы ты мне что-то подсунул… — Факор подозрительно прищурился, сложив руки на необъятном животе.
— Сам выбирай контейнеры для проверки, я не стану препятствовать, — как можно дружелюбнее сказал мужчина.
— Ладно… — тон латиронса был настолько снисходительным, что создавалось ощущение, будто он делает огромное одолжение.
«Жирный сноб», — подумал Дарин.
Галиос произрастал только на Прайме-9. Его пытались выращивать на других планетах, но он плохо приживался — требовались особые условия. Плоды накапливали энергию, но стоило их собрать, как они начинали отдавать её в течение суток. Энергия просто рассеивалась, и плод высыхал. Перевозить их можно было только на деревьях.
Факор был одним из тех челноков, которые брали огромные суммы за доставку галиоса. Пираты охотились за ценным грузом и частенько нападали на перевозчиков, поэтому цена была высокая. Он очень дорожил своей репутацией, что делало его ещё более привередливым и требовательным в вопросах проверки груза.
Достав портативный сканер из кармана комбинезона, латиронс вальяжно проследовал к платформе, где высились пятьдесят контейнеров. Он внимательно следил за реакцией Дарина, и как только тот морщился или его взгляд метался к определённому контейнеру, тут же направлялся к нему для проверки.
Тарранец, по указанию Механа, делал вид, будто что-то скрывает, и бросал взгляды на те контейнеры, где находились лишь саженцы. После десяти минут такой игры Факор изрядно вспотел и запыхался.
Обычно каждый контейнер помещали на конвейерную ленту и просвечивали интроскопом — процедура занимала пару часов, включая доставку груза и последующую погрузку на борт судна. Механ прекрасно знал об этом и намеренно задерживал груз, чтобы максимально сократить время на проверку.
— Бездна с тобой, время и так поджимает, нужно успеть ещё погрузить! — рявкнул Факор и отдал приказ своим грузчикам. Те оперативно взялись за работу, используя магнитный манипулятор для заполнения грузового отсека.
Дарин протянул планшет челноку. Тот поставил закорючку и отпечаток пальца, копия документа отправилась толстяку, как только терранец подтвердил свою отметку.
— Бывай, не болей, — бросил латиронс на прощание и начал подниматься по трапу.
— Счастливого пути, — подмигнул в ответ Дарин и отсалютовал.
— Да чтоб тебя! — взревел Факор.
Все челноки были суеверны, и Дарин был осведомлён об этой странности. Пожелать счастливого пути означало навлечь беду — негласный закон, который все они соблюдали.
Едва покинув космопорт, Дарин тут же отправил сообщение боссу о выполнении задания. В ответ пришло лишь уведомление о прочтении — верный знак того, что всё прошло гладко. Механ никогда не разменивался на пустые разговоры.
Мужчина достал из кармана электронную сигарету и попытался активировать её сенсорной кнопкой. Устройство лишь пискнуло, сигнализируя о пустом резервуаре с жидкостью. Дарин выругался и уже было собрался в раздражении выбросить дорогую игрушку, но вовремя вспомнил, что приобрёл её в элитном табачном салоне, а не обычную «сосалку», которые раньше покупал пачками. К тому же заправка для такой сигареты стоила прилично и отличалась исключительным качеством.
Недовольно сплюнув, он направился к автопилотному такси. Его личный автомобиль остался на стоянке, поскольку он прибыл на грузовой платформе.
В отличие от других планет, на Прайме-9 не было аэромобилей — только наземный транспорт. По улицам ездили электрические автомобили всевозможных моделей, ценовых категорий и мощностей.
Ксант официально считался малонаселённым городом, хотя площадь его агломерации составляла внушительные 12 500 км? при плотности всего 400 гуманоидов на квадратный километр. В Центральном деловом районе проживало 50 000 человек, он считался элитным, а промышленные зоны были домом для примерно 300 000 жителей. О численности обитателей трущоб никто даже не пытался вести подсчёт — большая часть не имела нейроинтерфейсов, а значит, не имела цифровых данных и не могла пользоваться благами цивилизации.
Воздух в Ксанте оставался удивительно чистым. Город мог похвастаться лишь тремя вещами: огромным космопортом, уникальными флорой и фауной. Других достопримечательностей у него попросту не было.
Пять лет назад Дарин прилетел на Прайм-9, потратив последние кредиты на билет в один конец. Это было отчаянное, но единственно возможное решение для него.
На родной планете у него не было будущего. Всё потому, что он родился со слабым даром эмпатии, определившим его судьбу с рождения. В мире, где способность чувствовать эмоции других считалась привилегией правящего класса, его участь была предрешена: быть лишь прислугой для тех, кто обладал полноценным даром.
Слабая эмпатия делала его изгоем в собственном обществе. Каждое утро он просыпался с осознанием того, что никогда не сможет занять достойное место, никогда не получит уважения, которого заслуживал.
Прайм-9 стал для него последней надеждой. Здесь не существовало жёсткой привязки к социальному статусу по наличию дара, ценились навыки и умения, а не врождённые способности.
Реальность встретила его неприветливо — на Прайме-9 его никто не ждал, он был никому не нужен. Он брался за любую работу, спал где придётся, питался чем попало. И всё же это было лучше, чем оставаться на Терра Нове.
В банду он попал случайно. Однажды в баре подслушал разговор и из любопытства пришёл в указанное время и место. Там он увидел мужчину, половина тела которого состояла из аугментаций. Несмотря на все попытки спрятаться за стеной, тот сразу заметил Дарина.
Из трёх пришедших на «собеседование» проверку прошёл только терранец. В подземном бункере он узнал, что его взяли в мафию на должность хакера.
Задание на проверку было простым: на картинке изображены два человека — красивая девушка с одной стороны и пожилая женщина с другой, обе стоят на пути хосанетов. Нужно было выбрать, кого спасти. Дарин раскритиковал саму ситуацию, назвав её абсурдной. Он заявил, что в реальности позвонил бы СУХам, а не стал бы помогать женщинам, которые не могут сами убраться с дороги.
Механ взял его, несмотря на то что Дарин почти ничего не знал о работе взломщиков — главарь разглядел в нём потенциал.
Со временем терранец превратился в первоклассного хакера, который умел не только взламывать системы, но и создавать их. Казалось, он достиг вершины, но появился Тарек — арторианин, стоявший на несколько уровней выше. Его способность создать вирус с ограниченным временем действия вызывала искреннее восхищение.
Механ не раз намекал, что нужно привлечь Тарека к делам банды. Дарин приложил все усилия, чтобы найти подход к угрюмому пришельцу, и даже сумел расположить его к себе. Но после похищения девушки Тарек словно с цепи сорвался.
Злой Механ отправил арторианина в карцер, хотя все понимали, что он нужен главарю. Дарин видел Механа с синяком и был уверен — это дело рук Тарека, а Механ не прощал подобного неуважения. Он в кратчайшие сроки просто избавился от троицы, но сделал всё в рамках договорённостей, так что никто не мог назвать его обманщиком.
Жаль, конечно, но сейчас у банды другие заботы — галополиция проснулась и явно намерена показать, кто здесь закон.
«Всё путём?» — пришло сообщение от Орма.
«Да, норм», — нехотя ответил Дарин, набирая текст одной рукой.
Они с Ормом стали главными претендентами на место заместителя Механа после гибели Рагара в перестрелке. С тех пор прошло немало времени, но главарь так и не сделал выбор. Дарину казалось, что Механ намеренно тянет время, выжидая, кто из них допустит ошибку первым.
После того как грогар устроил переполох в тюрьме, его шансы на получение должности заметно снизились. Это играло Дарину на руку — его амбиции давно требовали руководящей позиции. Он понимал, должность заместителя — это не совсем власть, но это возможность влиять на многое, что происходит в банде, и наконец-то занять своё место.
Каждый день он ловил себя на мысли, что Механ наблюдает за ними, словно хищник за добычей, ожидая малейшего промаха. И эта неопределённость только разжигала его желание доказать, что именно он достоин этого места.
Стоило Дарину появиться возле чёрного входа клуба «Шёлковые грёзы», как на коммуникаторе высветилось экстренное оповещение о сборе. Это могло означать только одно — галокопы начали операцию.
«Долго же они собирались», — подумал терранец. — «Механ бы напал сразу, не давая опомниться».
Он поспешил к входу в убежище, где его уже поджидал Ксил.
— Дарин, это просто клоака цапаха! — Инсектоид нервно стрекотал рудиментами, подгоняя терранца.
Примечание: цапах — большая нелетающая птица песчаного окраса.
— Копы? — спросил Дарин больше для поддержания разговора, чем из любопытства. Шелест крыльев Ксила напоминал ему шум рибилирума — тёмно-зелёного кустарника, который рос в садах элиты Терра Новы.
— Да если бы! Они прислали целую армию андроидов! Те хватают всех без разбора, а тех, кто сопротивляется, расстреливают транквилизаторами и тоже увозят, — возмущался инсектоид.
Дарин удивлённо поднял брови. Вальтер очень дорожил своими роботами — каждый был на учёте, и он использовал их крайне редко. То, что он выпустил всех сразу, могло означать только одно — Механ сумел достать галокопа.
Подземелье наполнилось гулом множества шагов. Гуманоиды собирались группами по пять-шесть существ, под руководством своих командиров готовясь покинуть убежище, чтобы дать отпор роботам.
В это время жители трущоб, не сумевшие спрятаться в своих лачугах, стекались в бункеры, которые Механ предусмотрительно предоставил для подобных случаев. Это был его ход для завоевания уважения среди нищих обитателей. Без их поддержки банда могла потерять важнейший ресурс — рабочую силу. Ведь именно эти гуманоиды трудились на плантациях соласина и брались за любую другую работу, которую предлагала мафия.
— Дарин, быстро в командный пункт! — Орм на бегу окликнул терранца, одновременно раздавая приказы своим бойцам и командирам других групп. Его способность вести несколько дел одновременно всегда поражала Дарина.
В нынешней ситуации был лишь один плюс — она давала отличную возможность проявить себя с лучшей стороны. Тарранец уже открыл рот, чтобы выразить протест, но в этот момент заметил Тома. Тот коротким, чётким жестом приказал следовать за собой, и Дарин понял — спорить бесполезно.
Конференц-зал в срочном порядке переоборудовали под командный пункт. Здесь царила организованная суматоха — не хаос, но гул стоял такой, что приходилось повышать голос. Каждый был занят своим делом: кто-то передавал информацию, кто-то её принимал, в воздухе летали короткие отрывистые команды.
В центре всего этого напряжения возвышался Механ. Он молчал, лишь внимательно следил за развитием событий через три голографических проектора, установленных перед ним. Его неподвижность и сосредоточенность действовали на всех успокаивающе — казалось, пока главарь здесь, ситуация под контролем, как бы серьёзно ни выглядела угроза.
— Огонь на поражение, — коротко приказал Механ.
По цепочке разнёсся приказ. Группы боевиков, зная уязвимые места андроидов, старались вести прицельный огонь, но их действиям мешали местные жители. Механ строго запретил стрелять по своим — жители трущоб были нужны ему как рабочая сила, и терять их было невыгодно.
В трущобах развернулись ожесточённые перестрелки. Андроиды, вооружённые транквилизаторами и парализаторами, методично продвигались вперёд, сканируя каждый угол. Их металлические тела блестели в тусклом свете, красные индикаторы пульсировали. Бандиты укрывались за баррикадами из мусора, целясь в стыки брони и сенсоры роботов.
Местные метались между зданиями, пытаясь найти укрытие. Бандиты направляли плачущих детей и женщин в ближайшие подвалы, а те, кто мог противостоять, выдавали бластеры.
Звуки выстрелов и крики сливались в единый грозный гул. Едкий запах от выстрелов смешивался с пылью трущоб. Головорезы старались действовать расчётливо, но роботы продолжали подавлять сопротивление огнём.
В противоположном конце города, в похожем командном центре, сидел Вальтер. Он не мог понять, радоваться ему или нет. Его андроиды выполняли миссию, пока не наткнулись на вооружённое сопротивление. Роботы открыли ответный огонь, но когда начали поступать доклады о повреждениях, полковник засомневался в правильности своего решения.
То, что задумывалось как демонстрация силы, превратилось в потерю ценного казённого имущества. Когда один из операторов доложил о потере сигнала, Вальтер подскочил и приказал отступать. Андроиды, продолжая отстреливаться, начали отходить.
Внешне полковник сохранял хмурое выражение лица, но внутри него бушевала паника. Он готов был рвать на себе волосы. Его план казался идеальным: после городских беспорядков он обязан был провести рейд против незарегистрированных. Но всё вышло из-под контроля.
Как только последний андроид покинул трущобы, в зале разразился победный клич. Механ лишь усмехнулся, наблюдая за ликованием своих бандитов. Операторы обменивались впечатлениями, хлопали друг друга по плечу, то тут, то там раздавался немного нервозный смех.
Механ поднялся со своего места, и шум мгновенно стих. Все взгляды устремились на главаря, ожидая его слов.
Прочистив горло, он произнёс:
— Поздравляю всех с победой в открытом столкновении. Командная работа показала отличный результат. Не обошлось без потерь — погибших мы проводим с почестями.
Обведя собравшихся взглядом, Механ продолжил:
— Сегодня я объявляю о своём решении. Кто станет моим заместителем…
Бандиты затаили дыхание.
— Им станет Томас.
Дарин не сдержался — выругался и со злостью ударил кулаком в стену. Эта реакция не укрылась от внимания Механа, подтвердив правильность его выбора.
Механ понимал: Томас идеально подходит на роль заместителя. Он не станет покушаться на власть, в отличие от Дарина, чьи амбиции со временем могли привести к желанию свергнуть главаря. Устранять же Дарина было нельзя — он ценный специалист и управляющий плантациями галиокса, где прекрасно себя проявляет. Механ удалился, пожав руку опешившему Тому.
После ухода босса бандиты не стали сдерживать эмоции. Они бросились поздравлять Томаса, который всё ещё находился в состоянии шока. Один из операторов внезапно схватил его за плечи и опрокинул на спину. Другие тут же подхватили его за ноги, и вскоре весь командный пункт наполнился радостными криками.
К празднованию присоединились и остальные члены банды. Они начали качать новоиспечённого заместителя, сопровождая это улюлюканьем и радостными возгласами. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то выкрикивал поздравления, а некоторые даже пытались петь.
Дарин, наблюдавший за этой сценой, лишь презрительно скривился. Его лицо исказила гримаса недовольства. Не проронив ни слова, он развернулся и стремительно покинул помещение, оставив позади шумное торжество.
— Сам выбирай контейнеры для проверки, я не стану препятствовать, — как можно дружелюбнее сказал мужчина.
— Ладно… — тон латиронса был настолько снисходительным, что создавалось ощущение, будто он делает огромное одолжение.
«Жирный сноб», — подумал Дарин.
Галиос произрастал только на Прайме-9. Его пытались выращивать на других планетах, но он плохо приживался — требовались особые условия. Плоды накапливали энергию, но стоило их собрать, как они начинали отдавать её в течение суток. Энергия просто рассеивалась, и плод высыхал. Перевозить их можно было только на деревьях.
Факор был одним из тех челноков, которые брали огромные суммы за доставку галиоса. Пираты охотились за ценным грузом и частенько нападали на перевозчиков, поэтому цена была высокая. Он очень дорожил своей репутацией, что делало его ещё более привередливым и требовательным в вопросах проверки груза.
Достав портативный сканер из кармана комбинезона, латиронс вальяжно проследовал к платформе, где высились пятьдесят контейнеров. Он внимательно следил за реакцией Дарина, и как только тот морщился или его взгляд метался к определённому контейнеру, тут же направлялся к нему для проверки.
Тарранец, по указанию Механа, делал вид, будто что-то скрывает, и бросал взгляды на те контейнеры, где находились лишь саженцы. После десяти минут такой игры Факор изрядно вспотел и запыхался.
Обычно каждый контейнер помещали на конвейерную ленту и просвечивали интроскопом — процедура занимала пару часов, включая доставку груза и последующую погрузку на борт судна. Механ прекрасно знал об этом и намеренно задерживал груз, чтобы максимально сократить время на проверку.
— Бездна с тобой, время и так поджимает, нужно успеть ещё погрузить! — рявкнул Факор и отдал приказ своим грузчикам. Те оперативно взялись за работу, используя магнитный манипулятор для заполнения грузового отсека.
Дарин протянул планшет челноку. Тот поставил закорючку и отпечаток пальца, копия документа отправилась толстяку, как только терранец подтвердил свою отметку.
— Бывай, не болей, — бросил латиронс на прощание и начал подниматься по трапу.
— Счастливого пути, — подмигнул в ответ Дарин и отсалютовал.
— Да чтоб тебя! — взревел Факор.
Все челноки были суеверны, и Дарин был осведомлён об этой странности. Пожелать счастливого пути означало навлечь беду — негласный закон, который все они соблюдали.
Едва покинув космопорт, Дарин тут же отправил сообщение боссу о выполнении задания. В ответ пришло лишь уведомление о прочтении — верный знак того, что всё прошло гладко. Механ никогда не разменивался на пустые разговоры.
Мужчина достал из кармана электронную сигарету и попытался активировать её сенсорной кнопкой. Устройство лишь пискнуло, сигнализируя о пустом резервуаре с жидкостью. Дарин выругался и уже было собрался в раздражении выбросить дорогую игрушку, но вовремя вспомнил, что приобрёл её в элитном табачном салоне, а не обычную «сосалку», которые раньше покупал пачками. К тому же заправка для такой сигареты стоила прилично и отличалась исключительным качеством.
Недовольно сплюнув, он направился к автопилотному такси. Его личный автомобиль остался на стоянке, поскольку он прибыл на грузовой платформе.
В отличие от других планет, на Прайме-9 не было аэромобилей — только наземный транспорт. По улицам ездили электрические автомобили всевозможных моделей, ценовых категорий и мощностей.
Ксант официально считался малонаселённым городом, хотя площадь его агломерации составляла внушительные 12 500 км? при плотности всего 400 гуманоидов на квадратный километр. В Центральном деловом районе проживало 50 000 человек, он считался элитным, а промышленные зоны были домом для примерно 300 000 жителей. О численности обитателей трущоб никто даже не пытался вести подсчёт — большая часть не имела нейроинтерфейсов, а значит, не имела цифровых данных и не могла пользоваться благами цивилизации.
Воздух в Ксанте оставался удивительно чистым. Город мог похвастаться лишь тремя вещами: огромным космопортом, уникальными флорой и фауной. Других достопримечательностей у него попросту не было.
***
Пять лет назад Дарин прилетел на Прайм-9, потратив последние кредиты на билет в один конец. Это было отчаянное, но единственно возможное решение для него.
На родной планете у него не было будущего. Всё потому, что он родился со слабым даром эмпатии, определившим его судьбу с рождения. В мире, где способность чувствовать эмоции других считалась привилегией правящего класса, его участь была предрешена: быть лишь прислугой для тех, кто обладал полноценным даром.
Слабая эмпатия делала его изгоем в собственном обществе. Каждое утро он просыпался с осознанием того, что никогда не сможет занять достойное место, никогда не получит уважения, которого заслуживал.
Прайм-9 стал для него последней надеждой. Здесь не существовало жёсткой привязки к социальному статусу по наличию дара, ценились навыки и умения, а не врождённые способности.
Реальность встретила его неприветливо — на Прайме-9 его никто не ждал, он был никому не нужен. Он брался за любую работу, спал где придётся, питался чем попало. И всё же это было лучше, чем оставаться на Терра Нове.
В банду он попал случайно. Однажды в баре подслушал разговор и из любопытства пришёл в указанное время и место. Там он увидел мужчину, половина тела которого состояла из аугментаций. Несмотря на все попытки спрятаться за стеной, тот сразу заметил Дарина.
Из трёх пришедших на «собеседование» проверку прошёл только терранец. В подземном бункере он узнал, что его взяли в мафию на должность хакера.
Задание на проверку было простым: на картинке изображены два человека — красивая девушка с одной стороны и пожилая женщина с другой, обе стоят на пути хосанетов. Нужно было выбрать, кого спасти. Дарин раскритиковал саму ситуацию, назвав её абсурдной. Он заявил, что в реальности позвонил бы СУХам, а не стал бы помогать женщинам, которые не могут сами убраться с дороги.
Механ взял его, несмотря на то что Дарин почти ничего не знал о работе взломщиков — главарь разглядел в нём потенциал.
Со временем терранец превратился в первоклассного хакера, который умел не только взламывать системы, но и создавать их. Казалось, он достиг вершины, но появился Тарек — арторианин, стоявший на несколько уровней выше. Его способность создать вирус с ограниченным временем действия вызывала искреннее восхищение.
Механ не раз намекал, что нужно привлечь Тарека к делам банды. Дарин приложил все усилия, чтобы найти подход к угрюмому пришельцу, и даже сумел расположить его к себе. Но после похищения девушки Тарек словно с цепи сорвался.
Злой Механ отправил арторианина в карцер, хотя все понимали, что он нужен главарю. Дарин видел Механа с синяком и был уверен — это дело рук Тарека, а Механ не прощал подобного неуважения. Он в кратчайшие сроки просто избавился от троицы, но сделал всё в рамках договорённостей, так что никто не мог назвать его обманщиком.
Жаль, конечно, но сейчас у банды другие заботы — галополиция проснулась и явно намерена показать, кто здесь закон.
***
«Всё путём?» — пришло сообщение от Орма.
«Да, норм», — нехотя ответил Дарин, набирая текст одной рукой.
Они с Ормом стали главными претендентами на место заместителя Механа после гибели Рагара в перестрелке. С тех пор прошло немало времени, но главарь так и не сделал выбор. Дарину казалось, что Механ намеренно тянет время, выжидая, кто из них допустит ошибку первым.
После того как грогар устроил переполох в тюрьме, его шансы на получение должности заметно снизились. Это играло Дарину на руку — его амбиции давно требовали руководящей позиции. Он понимал, должность заместителя — это не совсем власть, но это возможность влиять на многое, что происходит в банде, и наконец-то занять своё место.
Каждый день он ловил себя на мысли, что Механ наблюдает за ними, словно хищник за добычей, ожидая малейшего промаха. И эта неопределённость только разжигала его желание доказать, что именно он достоин этого места.
***
Стоило Дарину появиться возле чёрного входа клуба «Шёлковые грёзы», как на коммуникаторе высветилось экстренное оповещение о сборе. Это могло означать только одно — галокопы начали операцию.
«Долго же они собирались», — подумал терранец. — «Механ бы напал сразу, не давая опомниться».
Он поспешил к входу в убежище, где его уже поджидал Ксил.
— Дарин, это просто клоака цапаха! — Инсектоид нервно стрекотал рудиментами, подгоняя терранца.
Примечание: цапах — большая нелетающая птица песчаного окраса.
— Копы? — спросил Дарин больше для поддержания разговора, чем из любопытства. Шелест крыльев Ксила напоминал ему шум рибилирума — тёмно-зелёного кустарника, который рос в садах элиты Терра Новы.
— Да если бы! Они прислали целую армию андроидов! Те хватают всех без разбора, а тех, кто сопротивляется, расстреливают транквилизаторами и тоже увозят, — возмущался инсектоид.
Дарин удивлённо поднял брови. Вальтер очень дорожил своими роботами — каждый был на учёте, и он использовал их крайне редко. То, что он выпустил всех сразу, могло означать только одно — Механ сумел достать галокопа.
Подземелье наполнилось гулом множества шагов. Гуманоиды собирались группами по пять-шесть существ, под руководством своих командиров готовясь покинуть убежище, чтобы дать отпор роботам.
В это время жители трущоб, не сумевшие спрятаться в своих лачугах, стекались в бункеры, которые Механ предусмотрительно предоставил для подобных случаев. Это был его ход для завоевания уважения среди нищих обитателей. Без их поддержки банда могла потерять важнейший ресурс — рабочую силу. Ведь именно эти гуманоиды трудились на плантациях соласина и брались за любую другую работу, которую предлагала мафия.
— Дарин, быстро в командный пункт! — Орм на бегу окликнул терранца, одновременно раздавая приказы своим бойцам и командирам других групп. Его способность вести несколько дел одновременно всегда поражала Дарина.
В нынешней ситуации был лишь один плюс — она давала отличную возможность проявить себя с лучшей стороны. Тарранец уже открыл рот, чтобы выразить протест, но в этот момент заметил Тома. Тот коротким, чётким жестом приказал следовать за собой, и Дарин понял — спорить бесполезно.
Конференц-зал в срочном порядке переоборудовали под командный пункт. Здесь царила организованная суматоха — не хаос, но гул стоял такой, что приходилось повышать голос. Каждый был занят своим делом: кто-то передавал информацию, кто-то её принимал, в воздухе летали короткие отрывистые команды.
В центре всего этого напряжения возвышался Механ. Он молчал, лишь внимательно следил за развитием событий через три голографических проектора, установленных перед ним. Его неподвижность и сосредоточенность действовали на всех успокаивающе — казалось, пока главарь здесь, ситуация под контролем, как бы серьёзно ни выглядела угроза.
— Огонь на поражение, — коротко приказал Механ.
По цепочке разнёсся приказ. Группы боевиков, зная уязвимые места андроидов, старались вести прицельный огонь, но их действиям мешали местные жители. Механ строго запретил стрелять по своим — жители трущоб были нужны ему как рабочая сила, и терять их было невыгодно.
В трущобах развернулись ожесточённые перестрелки. Андроиды, вооружённые транквилизаторами и парализаторами, методично продвигались вперёд, сканируя каждый угол. Их металлические тела блестели в тусклом свете, красные индикаторы пульсировали. Бандиты укрывались за баррикадами из мусора, целясь в стыки брони и сенсоры роботов.
Местные метались между зданиями, пытаясь найти укрытие. Бандиты направляли плачущих детей и женщин в ближайшие подвалы, а те, кто мог противостоять, выдавали бластеры.
Звуки выстрелов и крики сливались в единый грозный гул. Едкий запах от выстрелов смешивался с пылью трущоб. Головорезы старались действовать расчётливо, но роботы продолжали подавлять сопротивление огнём.
***
В противоположном конце города, в похожем командном центре, сидел Вальтер. Он не мог понять, радоваться ему или нет. Его андроиды выполняли миссию, пока не наткнулись на вооружённое сопротивление. Роботы открыли ответный огонь, но когда начали поступать доклады о повреждениях, полковник засомневался в правильности своего решения.
То, что задумывалось как демонстрация силы, превратилось в потерю ценного казённого имущества. Когда один из операторов доложил о потере сигнала, Вальтер подскочил и приказал отступать. Андроиды, продолжая отстреливаться, начали отходить.
Внешне полковник сохранял хмурое выражение лица, но внутри него бушевала паника. Он готов был рвать на себе волосы. Его план казался идеальным: после городских беспорядков он обязан был провести рейд против незарегистрированных. Но всё вышло из-под контроля.
Глава 30
Как только последний андроид покинул трущобы, в зале разразился победный клич. Механ лишь усмехнулся, наблюдая за ликованием своих бандитов. Операторы обменивались впечатлениями, хлопали друг друга по плечу, то тут, то там раздавался немного нервозный смех.
Механ поднялся со своего места, и шум мгновенно стих. Все взгляды устремились на главаря, ожидая его слов.
Прочистив горло, он произнёс:
— Поздравляю всех с победой в открытом столкновении. Командная работа показала отличный результат. Не обошлось без потерь — погибших мы проводим с почестями.
Обведя собравшихся взглядом, Механ продолжил:
— Сегодня я объявляю о своём решении. Кто станет моим заместителем…
Бандиты затаили дыхание.
— Им станет Томас.
Дарин не сдержался — выругался и со злостью ударил кулаком в стену. Эта реакция не укрылась от внимания Механа, подтвердив правильность его выбора.
Главарь давно взвешивал все за и против, наблюдая за кандидатами. Дарин, безусловно, был умен и амбициозен, но его чрезмерная сосредоточенность на собственной выгоде перечёркивала все достоинства. Томас же был с ним практически с самого начала, не был замечен ни в чём предосудительном. Он обладал острым умом, умел делать выводы и заслужил уважение среди членов банды.
Механ понимал: Томас идеально подходит на роль заместителя. Он не станет покушаться на власть, в отличие от Дарина, чьи амбиции со временем могли привести к желанию свергнуть главаря. Устранять же Дарина было нельзя — он ценный специалист и управляющий плантациями галиокса, где прекрасно себя проявляет. Механ удалился, пожав руку опешившему Тому.
После ухода босса бандиты не стали сдерживать эмоции. Они бросились поздравлять Томаса, который всё ещё находился в состоянии шока. Один из операторов внезапно схватил его за плечи и опрокинул на спину. Другие тут же подхватили его за ноги, и вскоре весь командный пункт наполнился радостными криками.
К празднованию присоединились и остальные члены банды. Они начали качать новоиспечённого заместителя, сопровождая это улюлюканьем и радостными возгласами. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то выкрикивал поздравления, а некоторые даже пытались петь.
Дарин, наблюдавший за этой сценой, лишь презрительно скривился. Его лицо исказила гримаса недовольства. Не проронив ни слова, он развернулся и стремительно покинул помещение, оставив позади шумное торжество.
