Мара хулигански подмигнул:
– А я всегда об этом думаю, сладкая.
Уххх! Меня обварило изнутри вскипевшей кровью. "В крови горит огонь желанья" – ага. Сияние драконьих солнышек стало ярче – впитывают всё ненужное, как все дети.
Повелитель драконов холодно сказал:
– Не вижу проблемы. О детях заботятся, у них есть всё необходимое.
– Кроме родительского тепла.
Лаки шепчет еле слышно, но за счёт безупречной дикции, вполне разборчиво. Имеющий слышать – слышит.
– Одна безумная мать в семье уже есть.
Прекраснейшая насмешливо смотрит на Антонию. От патрицианки повеяло обидой и смущением. Внешне, любезно улыбающаяся туземцам, леди Антония не дрогнула. Не эмпат не поймёт. Впрочем, зря я так. Император тепло улыбнулся супруге и Антония успокоилась.
– Я не дракониха и не могу быть всё время с ними.
– Слышать такие слова от Меняющей – удивительно, душа моя.
Хотела возмутиться и указать на свою беременность, потом вспомнила, что мы с Марой преображались в мегалодонов и беременности это не помешало, так что отмазка слабая.
– Хорошо. Отправлюсь на полигон вместе с детьми.
Драконята пока спят, налопавшись, и не чуют какая буря бушует вокруг них. Кто бы мог подумать, что прочие мужья забьют тревогу, а родной отец посчитает, что всё нормально.
– Для Резервации нормально, сладкая. Для питомника элитных производителей и производительниц. К прочим детям ты относилась менее отстранённо. Меняющим нужна любовь. Ты это знаешь, сладкая.
– Они не меняющие.
– Они от этого перестали быть твоими детьми?
Многозначительное шуршание вползающих в столовую роз прервало беседу. Ну да – я разозлилась. Почему все нападают на меня?
Мы на полигоне. Лорд Этан, рассыпавшись в комплиментах, сопроводил нас с детьми и со сватьей в военную часть, где сегодня с детьми будет заниматься консул. Виола и Алехо не присутствуют – я отправила солнышек в Школу Гильдий учиться некромантии. Алехо будет учиться в школе Посольской гильдии. Император одобрил. Зато прочие родственники – в большом количестве. Даже леди Ольга фон Фальке явилась. Скучно ей, что ли?
– Киса моя, не вредничай, тебе не идёт.
Ну да. Это только Прекраснейшая в гневе ослепляет своей красотой.
Лаки поцеловал мою руку, задержав мои пальцы на одно лишнее мгновение. Присутствующие вежливо "не заметили".
– У консула нет возможности посвятить детям достаточно времени. Заниматься с ними будут родственники.
– Ты находил достаточно времени для солнышек, Лаки.
– Я умею распределять время, киса моя.
Ну забыла я о темпоральной магии. Каюсь.
Пока мы отвлеклись, дети кинулись осваивать полосу препятствий. Многие препятствия интереса драконьей малышни не пережили. Гребёнка сплошь залита стеклянистой массой из расплавившегося содержимого мешков. А чего качающийся мешок сбросил малышей с гребёнки? Нападение! Драконье пламя это вам не хухры-мухры, и возраст дракона роли не играет.
Лаки, извиняясь, улыбнулся нахмурившемуся лорду Луцию, и жестом восстановил разрушенную полосу.
– Полосу препятствий им пока рано осваивать, консул. Детям ещё года не исполнилось.
Прекраснейшая вмешалась в разговор:
– Вы пока думайте, а мы с детьми полетаем.
Взлетали с плаца. Преображение изящной как драгоценная статуэтка сватьи в огромную дракониху – зрелище не для слабонервных. Обратила внимание, что некоторые дамы буквально перетекают в драконий облик. Но они не меняющие?
– Они урождённые драконессы, киса моя. А Прекраснейшая и леди Мейнхильд обрели драконью ипостась благодаря рождению ими драконов.
Драконята крутятся возле нас и в небо не стремятся. Вспомнила своё обещание, перетекла в дракониху, и заковыляла к плацу, косолапя как медведица какая-то. Хвостом регулирую равновесие огромной туши. Драконьи солнышки сияют восторженно. Добрела до середины, захлопала крыльями, как прочие драконихи, потом поняла, что это не нужно, поймала ветер и взмыла в воздух. Драконята летят за мной, возбуждённо порыкивая.
Догнала недалеко улетевших драконих. Полетали немного над военной базой. Драконята устали и уцепились за мою спину. Маленькие ещё. Пора заканчивать занятие.
Плавно развернулась и начала снижаться, удерживая равновесие – малыши засыпают, как бы не упали, разжав коготки.
Лапы коснулись плаца и мягко упёрлись, не нарушая наклона спины. Лаки подхватил дракончиков воздушным поводком и держал их в воздухе, пока я, вернувшись в нормальный облик, благодарила консула за познавательную экскурсию. Дом открыл нам дверь. Шуганула любопытные розы и мы с Лаки и детьми вернулись в поместье.
– Вестник Бездны назвал тебя "потрясающей женщиной".
– Да, мужей часто от меня трясёт. – Флегматично согласилась с Прекраснейшей.
Сидим в спешно созданной лордом Этаном беседке, пьём чай. Атта Вителлий Север обучает драконят строевой подготовке. Дети Атты на подхвате – следят, чтобы драконята не отвлекались.
– Все спорят какого ты цвета.
Хихикаю мысленно. Пёстрой мне быть не хотелось, полосы – моя отличительная черта, тигриная – слишком примитивно для драконихи, вот и получилась расцветка "тройной перламутр" – в зависимости от угла обзора – перламутрово-оранжевая, либо перламутрово-лиловая, либо перламутрово-зелёная. И лишь полосы неизменно чёрные, похожие на бархат.
Леди Ольга фон Фальке, попросившая называть её Лёлей, печально вздохнула:
– Хорошо быть Меняющей. Можно выбирать расцветку по настроению.
Посмотрела на запечалившихся дам с удивлением. То есть сменить облик на драконий им как не фига делать, а сменить всего лишь цвет чешуи – непреодолимая трудность?
– Почему вы не меняете расцветку? Мне говорили, что магия драконов это воля и энергия. Природный цвет можно вообще оставить втайне – чтобы знали только близкие. Представьте, что цвет это маска. Или одеяние.
Посмотрела на Юлию и дополнила:
– Брюхо и грудь цвета туники, бока цвета столы; а голова, спина, хвост и лапы – цвета паллы.
Женщины задумались, рассматривая вежливо улыбающуюся патрицианку. Прекраснейшая сказала:
– Позже поэкспериментируем. Сейчас надо спасать Атту.
Уставшие от занятий дети хищно наступают на преподавателя. Боевые гребни встопорщены, рычание угрожающее, чешуйчатые хвосты извиваются возмущённо. Хорошо хоть по бокам себя не хлещут, как коты. Свинцово-серый дракон с весёлым интересом смотрит на малышей. Прошипела детям "домой", и драконята переместились к моим ногам. Поблагодарила лорда Атту за урок, попрощалась с дамами и мы с драконятами ушли в открывшуюся дверь Дома, вернувшую нас в поместье.
Кассий Агриппа объявил мужьям, что в моём сопровождении на полигон нет необходимости – там меня защищает армия протектората Этан и личная ответственность консула Вителлия Севера. Мужья возражать распоясавшемуся повелителю драконов не стали – просто сохраняют невидимость. И неслышимость, ага. Лорд Этан заметил, конечно, но возражать не стал – ему тоже не с руки заботиться о нашей защите.
Драконята, стремясь избегнуть занятий, принимают облик тигрят. Бесполезно. Атта Вителлий Север пригласил на помощь младшего брата своих жён дона Базиля. Чёрный дракон с льдисто-золотыми глазами принимает облик крупного полосатого кота и занятия строевой подготовкой продолжаются в тигриной ипостаси. Тогда дети попытались принять змеиный облик – ног нет, маршировать нечем. Безжалостный наставник обратился к своему старшему брату лорду Даниэлю де ла Модена-Новарро. Спутник лорда Даниэля крылатый змей Линтвар продемонстрировал змеёнышам приёмы строевой подготовки в своём исполнении. Дети поупражнялись из интереса, а устав от занятий, впервые за много дней приняли человеческий облик. Младенчики ещё ходить учатся, куда уж им маршировать. Атта, впрочем, не растерялся и устроив детёнышей в манеже рядом с плацем продолжил занятия со своими родственниками. Показательные выступления возымели должный эффект – у детей появился стимул к учёбе.
– Ты слишком сурова к детям, киса моя.
– А нечего вытаптывать лужайки. Ты видел во что они парк превратили?
– Но розы… это для малышей слишком. Это же твои дети, кошка.
– Розы знают, что это мои дети, Лаки. Они только внушили им должное уважение.
Через ободранную шкуру, ага. Когда розы начали мягко вытеснять драконят с изрытой когтистыми лапами лужайки, драконята попытались прожечь для себя проход. Прожгли. И полосу деревьев тоже уничтожили почти до ограды. Розы заняли место в мёртвой зоне, очень близко к детям, и драконята, пытаясь вырваться из окружения, сильно повредили чешуйчатые шкурки. Пришлось целителя вызывать.
– А я бы йодом царапины залила.
– Жестокая.
– Это моё поместье. Плаца здесь не будет. И полосы препятствий не будет. Надо заниматься – Дом откроет дверь на полигон. В конце концов устройте детям подходящую площадку где-нибудь. Пусть старшие контролируют занятия – Академию почти все закончили.
Грызут гранит военной науки только котята. Вместе с фонтанчиками и квиксами, ага. Третий курс заканчивают. Пока нареканий у командования нет – котята очень ответственные – в папеньку. Кассий Агриппа тоже очень ответственный, и дети, наверное, в него пошли. Интересно, какими будут драконьи солнышки. Меняющие по жизни легкомысленны, что пересилит – легкомыслие "породы" или ответственность, унаследованная от отца? Старшим драконятам придётся присматривать за младшими.
– А сама?
– Сечь детей вы мне не разрешаете. Хотя Прекраснейшая пользуется ремнём, и все дети у неё как на подбор.
– Порка не метод, киса моя.
– Ладно. Буду давить эмпатией.
Лаки содрогнулся. Я уже нечаянно провела пробный эксперимент. Прогулялась по обугленным руинам парка, посмотрела на вспаханную драконьими когтями, спёкшуюся от пламени лужайку, расстроилась до невозможности. Эмпатию не глушила. Лаки в панике собрал исцелённых детёнышей и провёл для них экспресс-обучение по восстановлению повреждений. Дети, испугавшиеся моего настроения, старались. Парк вернулся к прежнему великолепию. Розы, презрительно стряхнув обугленные ветки, самостоятельно вырастили заросли ещё гуще.
– Розы меняющих уничтожить никому не удавалось.
– А как же их убрали из храмов Матери?
"Меняющие ушли, и розы ушли отовсюду, кроме Дома меняющих". Это Дом меня просветил, ибо Лаки не знает, что ответить.
– Я так поняла, что тебя назначили опекуном драконят, Лаки?
– Консул слишком занят, киса моя, а дети нуждаются в присмотре. Особенно такие энергичные, как эти малыши.
Подумала, что консул просто не желает связываться с младенцами своего Императора. Когда детям исполнится три года и они начнут сопоставлять причину и следствие – другое дело, а пока пусть первенец-дракон отдувается.
Дом нашёл место и мужья создали площадку для обучения драконят. Совместными усилиями, ага. Атту Вителлия Севера, дона Базиля и лорда Акселя Делона привлекали для консультаций. Старшее поколение драконов строевой подготовкой в драконьем облике не занималось, так что обращаться к ним бессмысленно.
Покрытие плаца сделали самовосстанавливающимся. К военным подрядчикам не обращались – каждый лорд Бездны в своё время упражнялся в боевых обликах, а боевые облики высоких лордов драконам в разрушительных способностях ничем не уступают.
– Иногда даже превосходят.
Лорд Майен тонко улыбнулся. Леди Ольга помирилась с женихом. Помолвку, правда, возобновлять не стала, но позволяет сопровождать себя. Примирению предшествовали несколько дуэлей лорда с претендентами на лапу юной драконихи и наглое похищение самой драконихи прямо из родового гнезда. Вызов оскорблённой леди Арноры лорд Майен не принял. Грозной леди была прислана вира, отказаться от которой леди-воительница не смогла. Кто откажется от оружия производства легендарных древних мастеров? Вот теперь древний лорд-протектор вместе с леди Ольгой проводят в моём поместье почти все дни. Отказать родственнице драконят я не могу, тем более малышня охотно играет с правнучатой племянницей Лёлей. Но мне не нравится присутствие недружественного лорда-протектора. А главный дракон не желает видеть в поместье моих мужей, считая, что достаточно и лорда Майена. Он, видите ли, пообещал ему защитить меня и детей, если нам будет угрожать опасность.
– Ну да, убить спасая – тоже метод.
– Не говори глупостей, жена моя.
– Кто-то из моих мужей будет со мной. У лорда Майена нет детей и нет понимания малышей. И вообще, вы что, ревнуете?
Меня одарили леденящим взглядом прекрасных глаз, а я незаметно влезла в эмоции главного дракона. Давно надо было это сделать. Вообще не стоило "отпускать" эмоциональную слежку. Самому Кассию Агриппе пофиг, кто проводит дни в моём поместье – лишь бы внешние приличия соблюдались. А вот его дракон бесится от ревности. У драконов вообще чувство собственности зашкаливает, а Кассия Агриппу никто не воспитывал, чтобы он мог совладать с ним, ибо главный дракон, как и Антония, стадию детства благополучно миновал, возродившись будучи уже сформировавшейся личностью.
– Вот как чувствовала, не надо было принимать драконий облик!
– Твой драконий облик вполне соответствует статусу.
Лорд Майен лучисто улыбаясь пояснил:
– Рядом с Повелителем драконов следует находиться воплощению драконьей красоты и плодовитости. Леди Антонии останется место за троном Императора.
Ну этому-то что неймётся? Почему он всё время меня цепляет? Старается вывести из себя? А вот нате вам дулю, уважаемый! Меня Наидобрейший воспитывал – вам здесь не обломится.
– Воплощение красоты и плодовитости у драконов уже есть. Не зря дочь Императора называют Прекраснейшей.
– Супруга Повелителя драконов не может ни в чём уступать его Наследнице. Леди Антония не дотягивает.
– Леди Антония – мать первенца Императора, и урождённая патрицианка. Она не может "не дотягивать". Внешнее – это не показатель. Важно внутреннее содержание.
– Ты глава клана меняющих, домна Тигра. Твой статус выше.
А не пошёл бы ты… на гору Кху-Ям, любезный лорд-протектор? Молчу, отстранённо-вежливо улыбаясь. Лорд Майен одарил меня очередной лучистой улыбкой. Надо дозиметром обзавестись, чтобы дозу облучения не превысить ненароком.
– Благодарю за напоминание, милорд Майен. Я выслушала и поняла. Если моим мужьям нет места в моём поместье, то поместье останется вам, супруг мой. Я же буду пребывать в своём Доме. Вопросы?
Выслушала потрясённое (всё-таки, я потрясающая женщина!) молчание Императора, которому впервые пришлось получить от супруги отказ подчиниться, впитала в себя вкусное "чувство глубокого удовлетворения" от лорда Майена, и сделала закономерный вывод:
– Вопросов нет. Так мне перебираться, или мы сохраняем status quo?
Запустила в собеседников эмпатические когти. Лорд Майен не испытывает ничего, кроме лёгкого интереса. С драконами общаться ему не приходилось прежде столь близко. Только на официальном уровне – переговоры и тому подобное. Вот и провоцирует, негодяй, стараясь узнать будущих родственников получше. Если Лёля выйдет за него замуж, то наследники будут драконами – надо готовиться. С императором сложнее. Взбешённый дракон требует указать женщине её место, а Кассий Агриппа, сдерживая рептилию, просчитывает варианты. Потом просто представил опустевший дом. Дракон шипит, что детей не отдаст, но муж думает не о детях. Обо мне он думает! Вспоминает тактильное ощущение гладкой кожи, кружащий голову
– А я всегда об этом думаю, сладкая.
Уххх! Меня обварило изнутри вскипевшей кровью. "В крови горит огонь желанья" – ага. Сияние драконьих солнышек стало ярче – впитывают всё ненужное, как все дети.
Повелитель драконов холодно сказал:
– Не вижу проблемы. О детях заботятся, у них есть всё необходимое.
– Кроме родительского тепла.
Лаки шепчет еле слышно, но за счёт безупречной дикции, вполне разборчиво. Имеющий слышать – слышит.
– Одна безумная мать в семье уже есть.
Прекраснейшая насмешливо смотрит на Антонию. От патрицианки повеяло обидой и смущением. Внешне, любезно улыбающаяся туземцам, леди Антония не дрогнула. Не эмпат не поймёт. Впрочем, зря я так. Император тепло улыбнулся супруге и Антония успокоилась.
– Я не дракониха и не могу быть всё время с ними.
– Слышать такие слова от Меняющей – удивительно, душа моя.
Хотела возмутиться и указать на свою беременность, потом вспомнила, что мы с Марой преображались в мегалодонов и беременности это не помешало, так что отмазка слабая.
– Хорошо. Отправлюсь на полигон вместе с детьми.
Драконята пока спят, налопавшись, и не чуют какая буря бушует вокруг них. Кто бы мог подумать, что прочие мужья забьют тревогу, а родной отец посчитает, что всё нормально.
– Для Резервации нормально, сладкая. Для питомника элитных производителей и производительниц. К прочим детям ты относилась менее отстранённо. Меняющим нужна любовь. Ты это знаешь, сладкая.
– Они не меняющие.
– Они от этого перестали быть твоими детьми?
Многозначительное шуршание вползающих в столовую роз прервало беседу. Ну да – я разозлилась. Почему все нападают на меня?
***
Мы на полигоне. Лорд Этан, рассыпавшись в комплиментах, сопроводил нас с детьми и со сватьей в военную часть, где сегодня с детьми будет заниматься консул. Виола и Алехо не присутствуют – я отправила солнышек в Школу Гильдий учиться некромантии. Алехо будет учиться в школе Посольской гильдии. Император одобрил. Зато прочие родственники – в большом количестве. Даже леди Ольга фон Фальке явилась. Скучно ей, что ли?
– Киса моя, не вредничай, тебе не идёт.
Ну да. Это только Прекраснейшая в гневе ослепляет своей красотой.
Лаки поцеловал мою руку, задержав мои пальцы на одно лишнее мгновение. Присутствующие вежливо "не заметили".
– У консула нет возможности посвятить детям достаточно времени. Заниматься с ними будут родственники.
– Ты находил достаточно времени для солнышек, Лаки.
– Я умею распределять время, киса моя.
Ну забыла я о темпоральной магии. Каюсь.
Пока мы отвлеклись, дети кинулись осваивать полосу препятствий. Многие препятствия интереса драконьей малышни не пережили. Гребёнка сплошь залита стеклянистой массой из расплавившегося содержимого мешков. А чего качающийся мешок сбросил малышей с гребёнки? Нападение! Драконье пламя это вам не хухры-мухры, и возраст дракона роли не играет.
Лаки, извиняясь, улыбнулся нахмурившемуся лорду Луцию, и жестом восстановил разрушенную полосу.
– Полосу препятствий им пока рано осваивать, консул. Детям ещё года не исполнилось.
Прекраснейшая вмешалась в разговор:
– Вы пока думайте, а мы с детьми полетаем.
Взлетали с плаца. Преображение изящной как драгоценная статуэтка сватьи в огромную дракониху – зрелище не для слабонервных. Обратила внимание, что некоторые дамы буквально перетекают в драконий облик. Но они не меняющие?
– Они урождённые драконессы, киса моя. А Прекраснейшая и леди Мейнхильд обрели драконью ипостась благодаря рождению ими драконов.
Драконята крутятся возле нас и в небо не стремятся. Вспомнила своё обещание, перетекла в дракониху, и заковыляла к плацу, косолапя как медведица какая-то. Хвостом регулирую равновесие огромной туши. Драконьи солнышки сияют восторженно. Добрела до середины, захлопала крыльями, как прочие драконихи, потом поняла, что это не нужно, поймала ветер и взмыла в воздух. Драконята летят за мной, возбуждённо порыкивая.
Догнала недалеко улетевших драконих. Полетали немного над военной базой. Драконята устали и уцепились за мою спину. Маленькие ещё. Пора заканчивать занятие.
Плавно развернулась и начала снижаться, удерживая равновесие – малыши засыпают, как бы не упали, разжав коготки.
Лапы коснулись плаца и мягко упёрлись, не нарушая наклона спины. Лаки подхватил дракончиков воздушным поводком и держал их в воздухе, пока я, вернувшись в нормальный облик, благодарила консула за познавательную экскурсию. Дом открыл нам дверь. Шуганула любопытные розы и мы с Лаки и детьми вернулись в поместье.
***
– Вестник Бездны назвал тебя "потрясающей женщиной".
– Да, мужей часто от меня трясёт. – Флегматично согласилась с Прекраснейшей.
Сидим в спешно созданной лордом Этаном беседке, пьём чай. Атта Вителлий Север обучает драконят строевой подготовке. Дети Атты на подхвате – следят, чтобы драконята не отвлекались.
– Все спорят какого ты цвета.
Хихикаю мысленно. Пёстрой мне быть не хотелось, полосы – моя отличительная черта, тигриная – слишком примитивно для драконихи, вот и получилась расцветка "тройной перламутр" – в зависимости от угла обзора – перламутрово-оранжевая, либо перламутрово-лиловая, либо перламутрово-зелёная. И лишь полосы неизменно чёрные, похожие на бархат.
Леди Ольга фон Фальке, попросившая называть её Лёлей, печально вздохнула:
– Хорошо быть Меняющей. Можно выбирать расцветку по настроению.
Посмотрела на запечалившихся дам с удивлением. То есть сменить облик на драконий им как не фига делать, а сменить всего лишь цвет чешуи – непреодолимая трудность?
– Почему вы не меняете расцветку? Мне говорили, что магия драконов это воля и энергия. Природный цвет можно вообще оставить втайне – чтобы знали только близкие. Представьте, что цвет это маска. Или одеяние.
Посмотрела на Юлию и дополнила:
– Брюхо и грудь цвета туники, бока цвета столы; а голова, спина, хвост и лапы – цвета паллы.
Женщины задумались, рассматривая вежливо улыбающуюся патрицианку. Прекраснейшая сказала:
– Позже поэкспериментируем. Сейчас надо спасать Атту.
Уставшие от занятий дети хищно наступают на преподавателя. Боевые гребни встопорщены, рычание угрожающее, чешуйчатые хвосты извиваются возмущённо. Хорошо хоть по бокам себя не хлещут, как коты. Свинцово-серый дракон с весёлым интересом смотрит на малышей. Прошипела детям "домой", и драконята переместились к моим ногам. Поблагодарила лорда Атту за урок, попрощалась с дамами и мы с драконятами ушли в открывшуюся дверь Дома, вернувшую нас в поместье.
Кассий Агриппа объявил мужьям, что в моём сопровождении на полигон нет необходимости – там меня защищает армия протектората Этан и личная ответственность консула Вителлия Севера. Мужья возражать распоясавшемуся повелителю драконов не стали – просто сохраняют невидимость. И неслышимость, ага. Лорд Этан заметил, конечно, но возражать не стал – ему тоже не с руки заботиться о нашей защите.
***
Драконята, стремясь избегнуть занятий, принимают облик тигрят. Бесполезно. Атта Вителлий Север пригласил на помощь младшего брата своих жён дона Базиля. Чёрный дракон с льдисто-золотыми глазами принимает облик крупного полосатого кота и занятия строевой подготовкой продолжаются в тигриной ипостаси. Тогда дети попытались принять змеиный облик – ног нет, маршировать нечем. Безжалостный наставник обратился к своему старшему брату лорду Даниэлю де ла Модена-Новарро. Спутник лорда Даниэля крылатый змей Линтвар продемонстрировал змеёнышам приёмы строевой подготовки в своём исполнении. Дети поупражнялись из интереса, а устав от занятий, впервые за много дней приняли человеческий облик. Младенчики ещё ходить учатся, куда уж им маршировать. Атта, впрочем, не растерялся и устроив детёнышей в манеже рядом с плацем продолжил занятия со своими родственниками. Показательные выступления возымели должный эффект – у детей появился стимул к учёбе.
***
– Ты слишком сурова к детям, киса моя.
– А нечего вытаптывать лужайки. Ты видел во что они парк превратили?
– Но розы… это для малышей слишком. Это же твои дети, кошка.
– Розы знают, что это мои дети, Лаки. Они только внушили им должное уважение.
Через ободранную шкуру, ага. Когда розы начали мягко вытеснять драконят с изрытой когтистыми лапами лужайки, драконята попытались прожечь для себя проход. Прожгли. И полосу деревьев тоже уничтожили почти до ограды. Розы заняли место в мёртвой зоне, очень близко к детям, и драконята, пытаясь вырваться из окружения, сильно повредили чешуйчатые шкурки. Пришлось целителя вызывать.
– А я бы йодом царапины залила.
– Жестокая.
– Это моё поместье. Плаца здесь не будет. И полосы препятствий не будет. Надо заниматься – Дом откроет дверь на полигон. В конце концов устройте детям подходящую площадку где-нибудь. Пусть старшие контролируют занятия – Академию почти все закончили.
Грызут гранит военной науки только котята. Вместе с фонтанчиками и квиксами, ага. Третий курс заканчивают. Пока нареканий у командования нет – котята очень ответственные – в папеньку. Кассий Агриппа тоже очень ответственный, и дети, наверное, в него пошли. Интересно, какими будут драконьи солнышки. Меняющие по жизни легкомысленны, что пересилит – легкомыслие "породы" или ответственность, унаследованная от отца? Старшим драконятам придётся присматривать за младшими.
– А сама?
– Сечь детей вы мне не разрешаете. Хотя Прекраснейшая пользуется ремнём, и все дети у неё как на подбор.
– Порка не метод, киса моя.
– Ладно. Буду давить эмпатией.
Лаки содрогнулся. Я уже нечаянно провела пробный эксперимент. Прогулялась по обугленным руинам парка, посмотрела на вспаханную драконьими когтями, спёкшуюся от пламени лужайку, расстроилась до невозможности. Эмпатию не глушила. Лаки в панике собрал исцелённых детёнышей и провёл для них экспресс-обучение по восстановлению повреждений. Дети, испугавшиеся моего настроения, старались. Парк вернулся к прежнему великолепию. Розы, презрительно стряхнув обугленные ветки, самостоятельно вырастили заросли ещё гуще.
– Розы меняющих уничтожить никому не удавалось.
– А как же их убрали из храмов Матери?
"Меняющие ушли, и розы ушли отовсюду, кроме Дома меняющих". Это Дом меня просветил, ибо Лаки не знает, что ответить.
– Я так поняла, что тебя назначили опекуном драконят, Лаки?
– Консул слишком занят, киса моя, а дети нуждаются в присмотре. Особенно такие энергичные, как эти малыши.
Подумала, что консул просто не желает связываться с младенцами своего Императора. Когда детям исполнится три года и они начнут сопоставлять причину и следствие – другое дело, а пока пусть первенец-дракон отдувается.
***
Дом нашёл место и мужья создали площадку для обучения драконят. Совместными усилиями, ага. Атту Вителлия Севера, дона Базиля и лорда Акселя Делона привлекали для консультаций. Старшее поколение драконов строевой подготовкой в драконьем облике не занималось, так что обращаться к ним бессмысленно.
Покрытие плаца сделали самовосстанавливающимся. К военным подрядчикам не обращались – каждый лорд Бездны в своё время упражнялся в боевых обликах, а боевые облики высоких лордов драконам в разрушительных способностях ничем не уступают.
– Иногда даже превосходят.
Лорд Майен тонко улыбнулся. Леди Ольга помирилась с женихом. Помолвку, правда, возобновлять не стала, но позволяет сопровождать себя. Примирению предшествовали несколько дуэлей лорда с претендентами на лапу юной драконихи и наглое похищение самой драконихи прямо из родового гнезда. Вызов оскорблённой леди Арноры лорд Майен не принял. Грозной леди была прислана вира, отказаться от которой леди-воительница не смогла. Кто откажется от оружия производства легендарных древних мастеров? Вот теперь древний лорд-протектор вместе с леди Ольгой проводят в моём поместье почти все дни. Отказать родственнице драконят я не могу, тем более малышня охотно играет с правнучатой племянницей Лёлей. Но мне не нравится присутствие недружественного лорда-протектора. А главный дракон не желает видеть в поместье моих мужей, считая, что достаточно и лорда Майена. Он, видите ли, пообещал ему защитить меня и детей, если нам будет угрожать опасность.
– Ну да, убить спасая – тоже метод.
– Не говори глупостей, жена моя.
– Кто-то из моих мужей будет со мной. У лорда Майена нет детей и нет понимания малышей. И вообще, вы что, ревнуете?
Меня одарили леденящим взглядом прекрасных глаз, а я незаметно влезла в эмоции главного дракона. Давно надо было это сделать. Вообще не стоило "отпускать" эмоциональную слежку. Самому Кассию Агриппе пофиг, кто проводит дни в моём поместье – лишь бы внешние приличия соблюдались. А вот его дракон бесится от ревности. У драконов вообще чувство собственности зашкаливает, а Кассия Агриппу никто не воспитывал, чтобы он мог совладать с ним, ибо главный дракон, как и Антония, стадию детства благополучно миновал, возродившись будучи уже сформировавшейся личностью.
– Вот как чувствовала, не надо было принимать драконий облик!
– Твой драконий облик вполне соответствует статусу.
Лорд Майен лучисто улыбаясь пояснил:
– Рядом с Повелителем драконов следует находиться воплощению драконьей красоты и плодовитости. Леди Антонии останется место за троном Императора.
Ну этому-то что неймётся? Почему он всё время меня цепляет? Старается вывести из себя? А вот нате вам дулю, уважаемый! Меня Наидобрейший воспитывал – вам здесь не обломится.
– Воплощение красоты и плодовитости у драконов уже есть. Не зря дочь Императора называют Прекраснейшей.
– Супруга Повелителя драконов не может ни в чём уступать его Наследнице. Леди Антония не дотягивает.
– Леди Антония – мать первенца Императора, и урождённая патрицианка. Она не может "не дотягивать". Внешнее – это не показатель. Важно внутреннее содержание.
– Ты глава клана меняющих, домна Тигра. Твой статус выше.
А не пошёл бы ты… на гору Кху-Ям, любезный лорд-протектор? Молчу, отстранённо-вежливо улыбаясь. Лорд Майен одарил меня очередной лучистой улыбкой. Надо дозиметром обзавестись, чтобы дозу облучения не превысить ненароком.
– Благодарю за напоминание, милорд Майен. Я выслушала и поняла. Если моим мужьям нет места в моём поместье, то поместье останется вам, супруг мой. Я же буду пребывать в своём Доме. Вопросы?
Выслушала потрясённое (всё-таки, я потрясающая женщина!) молчание Императора, которому впервые пришлось получить от супруги отказ подчиниться, впитала в себя вкусное "чувство глубокого удовлетворения" от лорда Майена, и сделала закономерный вывод:
– Вопросов нет. Так мне перебираться, или мы сохраняем status quo?
Запустила в собеседников эмпатические когти. Лорд Майен не испытывает ничего, кроме лёгкого интереса. С драконами общаться ему не приходилось прежде столь близко. Только на официальном уровне – переговоры и тому подобное. Вот и провоцирует, негодяй, стараясь узнать будущих родственников получше. Если Лёля выйдет за него замуж, то наследники будут драконами – надо готовиться. С императором сложнее. Взбешённый дракон требует указать женщине её место, а Кассий Агриппа, сдерживая рептилию, просчитывает варианты. Потом просто представил опустевший дом. Дракон шипит, что детей не отдаст, но муж думает не о детях. Обо мне он думает! Вспоминает тактильное ощущение гладкой кожи, кружащий голову
