запах страсти – страсть моя пахнет розами, мёдом и яблоками, наши безгрешные ночи, когда я сплю, прижавшись к нему, и сонная и тёплая улыбаюсь утреннему поцелую, когда он оставляет меня, чтобы начать новый день…
Бац! Взбешённого дракона окружили ледяные щиты. Даже жалко его стало. Он же молоденький ещё! Кассий Агриппа одарил меня милостивой улыбкой и леденящим взглядом прекрасных глаз.
– Домна Тигра извинит моего дракона. Подобное больше не повторится.
Домна Тигра, конечно, извинит. Но ведь задушит дракона, зажав его между ледяными глыбами императорской сдержанности! Драконьи солнышки затаились испуганные – а вдруг их так же давить будут?
– Супруг мой, если ваш дракон учтёт состав нашей семьи, этого будет достаточно. Дети испугались вашего обращения с драконом.
Легко прикоснулась к животу, давая понять о каких детях идёт речь, попутно успокаивая солнышек – мама на страже, и не допустит, чтобы их обижали.
Дракон во льдах закивал испуганно – он всё понял и больше не будет. Сомнительно, конечно, но начало взаимопонимания положено.
– Где эти "нети"?!
Атта Вителлий Север разыскивает отлынивающих от учёбы драконят. Не нравится малышам строевая подготовка. В отличие от детей Атты. Те маршируют с упоением. Даже девочки. А мои оболтусы на все попытки приобщения их к армейской мудрости отвечают категорическим:
– Неть!
Теперь их так и называют – "нети".
Папеньке-императору до детей дела нет, поручил их консулу и считает, что сделал всё для их воспитания. Да если бы не Лаки, малышня беспризорничала бы где-нибудь на задворках Бездны. Пришлось бы их с помощью Дома разыскивать. Они шастают вместе с Мурзиком и другими маулами. Нашли себе подходящую компанию. Несколько раз малышню отлавливали в чужих протекторатах и с почтением и наилучшими пожеланиями возвращали домой. Мне уже стыдно Совету в глаза смотреть! Хорошо, что под вуалью меня не видно. Нареканий, слава Матери, не поступает – дети растут, осваиваются в мире, и все это понимают. Но всё равно – стыдно. Они вместе с маулами повадились тотемных зверей дразнить. Живых и поднятых котятами. Маулов не замечают – они хитрые и сразу исчезают на кромке Бездны, а драконята регулярно попадаются с поличным.
Словарный состав пока оставляет желать лучшего. Драконята изъясняются лаконично: Дай, Маа (мама), Ёооя (Лёля) и Неть! (Нет) Согласие выражается урчанием, неудовольствие – рыком. Чаще всего употребляется слово "неть". "Дай" – требование чего-то неположенного. Впустить их в отцовский кабинет, к примеру. Или вручить им балтеус консула на поиграть. Двуручник главы клана фон Фальке тоже удостоился высокой оценки "дай".
Малышне понравилось собирать яблоки. Пришлось участвовать, хотя я уже сама себе напоминаю глобус. Яблони, традиционно, пришли к порогу и протянули ко мне ветки с яблоками. Дети с криком "дай!" кинулись собирать урожай. А мне пришлось уговаривать яблони не отбиваться от ретивых сборщиков. Яд боевых ветвей малышню не убьёт, всё-таки они мои дети, но царапины от шипов весьма болезненны и заживают долго. Зато выучили новое слово "на!". Щедро угощали гостей яблоками.
Драконьи солнышки появились на свет, как обычно легко – под весёлый звон храмовых колокольцев. И весело плескались в ледяном ручье, как их старшие родственники. Мы с Марой наблюдали. Точнее, Мара наблюдал, а я поглядывала вполглаза, срочно подкрепляясь оленёнком. Основательно лопать некогда, надо детёнышей кормить. Тигрята из них получились трёхцветные – бело-рыже-чёрные. Дракончики такие же.
Три дня наслаждались безмятежным покоем. Дети осваивались в Бездне, Мара следил за их безопасностью, я отдыхала, восстанавливаясь после долгой беременности. Надо всё-таки прекращать рожать драконов – шести вполне достаточно. Драконьи солнышки добрее, чем их старшие братья и сестра. Зайцев они огнём не разгоняли. Те сами разбегались, потому что малышня пыталась с ними поиграть. В качестве дополнительной трапезы добыли себе телёнка. Не гонялись за табуном, а спикировали с высоты и мгновенно убили.
– Эмпаты. Пожирать живую добычу, испускающую эманации боли и отчаяния, не желают.
– Это отбивает аппетит, мин херц. Они не настолько голодны, чтобы не обращать внимания на мучения добычи.
– Не настолько жестоки, как твои первенцы от повелителя драконов, сладкая.
– Дети вообще жестоки. В большинстве.
На четвёртый день появились мужья и прочие родственники. И оказалось, что драконята прекрасно умеют говорить.
– Мама, зачем они?
– Мы же есть уже?
– Их не надо!
Малыши, ментально тянущиеся к старшим драконятам, растерялись от их неприятия. И спрятались за Мару, вызвав неудовольствие главного дракона. А чего он хотел? Мара о них заботился и защищал их с момента рождения. За это старшие драконята, кстати, тоже обиделись на младших. Я вспомнила, как радостно приняли солнышек дети Лаки, и расстроилась от прямо противоположного поведения драконят. Они же полнородные родственники! Что же, их раздельно держать придётся?
Моё неудовольствие заставило старших драконят съёжиться, как от холода. Сбились в кучку, прижавшись друг к другу. Отчаяние и желание не быть. Слишком обострённое восприятие для потенциальных братоубийц.
Негромкий голос Лаки хлестнул, как бичом:
– Тигра, придержи свою эмпатию. Детям только два года.
– Ты центр их вселенной, душа моя, а драконы – собственники. Вот они и ревнуют тебя к младшим детям.
Спасибо за объяснение, я бы в жизни не догадалась! Лучше бы подумали как выправить ситуацию. Гррр! Донеся до мужей свои мысли, мягко сняла со всех детей негативные ощущения. Придётся их беспрерывно контролировать, а это неправильно. Император драконов молча наблюдает, купая нас всех в ледяном облаке своей ауры. Лаки мягко объясняет своим воспитанникам, что детей родителям даёт Мать Бездна, а старшим подобает заботиться о младших, играть с ними и помогать им в учёбе. Драконята слушают, косясь на выглядывающих из за Мары любопытных солнышек.
Ситуацию спасли старшие солнышки, явившиеся на зимние каникулы, и сбежавшие из Академии котята. Беседовали "между собой" подальше от драконят, учитывая драконий слух. То есть, вроде бы, подальше, но…
– Только не говорите, что были рады рождению наших родственников-драконов.
Котята насупились поначалу, потом сознались:
– Сразу мы не обрадовались. Потом поняли, что мы уже не младшие, которых можно гонять и воспитывать.
И кровожадно по-кошачьи улыбнулись. Старший дракон оценил. Кассий Агриппа и сам больше кот, чем дракон. А солнышки напоминают мне котёнка по имени Гав.
"– Не ходи туда, там тебя ждут неприятности.
– Ну как же туда не ходить? Они же ждут!?"
В общем, старшие драконята оценили перспективы и теперь опекают младших. Драконьи солнышки радуются – солнышки вообще любят внимание и не любят конфликты. А я затосковала по зиме.
Сорок первую ночь провели с императором в храме Матери. Прочие мужья тоже в храме – молят Мать, чтобы я не забеременела очередным драконьим выводком. Но я уже и сама решила не поддаваться на провокации мужчины-производителя. А то у него инстинкт, а у меня очередная тройня. Нафиг-нафиг! Так что мурчанье и урчанье пропускаю мимо ушей, фильтруя до безопасного уровня, и просто наслаждаюсь процессом. Организм должен восстановиться.
Сразу по возвращении из Бездны представили младших наследников драконам – драконята Энвис и Эйрвин, и драконочка Элен (то есть, Елена – самое драконье имечко). Перебрались с детьми на виллу, то есть в "малую императорскую резиденцию", и я начала капризничать:
– Зиму хочу.
– Снег, лёд, холод, ветер? Или тропические ливни и ураганы?
– Гррр!
– Неинформативно, сладкая.
Потом Мара, не обращая внимания на недовольство моего актуального мужа, склонился к моему уху и прошептал, покусывая:
– Сладкая, тебе стоит пожелать.
– Отправимся в тундру?
– Зачем же? Сейчас зима. Климат в замках поддерживается на комфортном уровне, а на остальной территории нормальная зимняя погода.
– Тропические ливни и ураганы я не считаю нормальной зимней погодой, мин херц.
– Всё зависит от климатического пояса. Вы же, вроде бы, учили географию?
– Гррр!
И мы отправились всем семейством кататься по лесной дороге моего большого поместья. Компания пёстрая. Старшие дети и родственники со стороны главного дракона в военной форме с включённым режимом "зима" и на снегоходах. Мои мужья из уважения к дамским нарядам нацепили плащи на меху и длинные сапоги, утеплённые изнутри волчьими шкурами. На руки надели длинные перчатки с мехом внутри. Милорд Майен объявил это лишним, и утепляться не стал, обогреваясь магией. Сватья придумала себе и дочерям какие-то немыслимые средневековые наряды с шубками и пелеринами на куньем меху. Лёлька, как настоящая русская красавица в сборчатой широченной юбке, дублёном полушубке, цветастой шали с кистями, рукавицах и казачьих сапожках на меху. Едем в санях, укрыв ноги меховой полостью. Вместо коней в них запряжены какие-то монстры на когтистых лапах, но тянут они дружно и скорость высокая. И колокольчик под дугой звенит весело. Заботливые мужья обрядили меня в шубу поверх вороха тёплых юбок и унты на шерстяные длинные носочки, хотя главный дракон и старшие солнышки предложили удобнейший военный комбез и берцы. Всепогодные, ага. Нет! Мара сказал – зима, значит, зима. И сижу я в санях в кашемировой водолазке поверх термобелья из пуха верблюжат, пышных юбках, шубке, к счастью, невесомой и непромокаемых нерпячьих унтах на нерпячьей же подошве ворсом по ходу и против хода, чтобы не подскользнуться на льду. Как будто мне кто-то позволит выйти на лёд! Гррр! И поверх всего этого великолепия на мне ещё и пуховый платок, типа оренбургского – полтора на полтора метра и греющий, как печка. Рукавички тоже пуховые, чтобы руки не мёрзли. А драконята рассекают нагишом. Старшие летят над монстрами, периодически присаживаясь на упряжь, а младшие оседлали дугу с колокольчиком и радуются.
– Они не простудятся? Мин херц?
– Драконы согреваются собственным пламенем. Не беспокойся, сладкая. В конце-концов, в муфте отогреются.
Да, сначала у меня была ещё и муфта. Но младшие солнышки начали её использовать как игрушку – прятались в ней и выскакивали "неожиданно". Муфту растерзали за пару минут и пришлось Маре создавать в срочном порядке новую, увеличенную по размеру драконят. А мне довольствоваться рукавичками.
Остановились на обед в охотничьем доме. Вместо маленького домика, уничтоженного диверсионным проклятием, Мара, после восстановления земли, создал целый терем с большим двором и служебными постройками. Конюшня, каретный сарай, сараи для припасов и всякого разного и, разумеется, баня.
Поскольку никто особо не проголодался, решили сначала попариться. Оставили дракончиков с няньками и котятами, а мужчин за егерской настойкой и лёгкими закусками, и отправились всей дамской компанией. Потому что на предложение барона Зигмунда мыться супружескими парами, ибо место позволяет (Мара что-то намудрил с пространством и баня вмещает в себя русскую баню, римские термы, восточный хамам, финскую сауну и японскую офуро), Лёлька справедливо возмутилась:
– Вы там зависнете на сутки, а нам ждать?
Пришлось девушке уворачиваться от бабулиного подзатыльника – за непочтительное обращение к старшим. У леди Арноры не забалуешь. В общем, отправились по отдельности.
– А где банщики?
Леди Арнора, фыркнув совершенно по фон Фалькски, ответила внучке:
– Лёля, это поместье повелитель Мара создал для своей жены. Неужели ты думаешь, что он допустит к ней постороннего мужчину?
Лёлька скептически улыбнулась, тут же, пригнувшись, увернулась от бабулиного подзатыльника. Не надо быть телепатом, чтобы понять её мысли. И о моих четверых мужьях, и следующую, заставившую праправнучку главного дракона нахмурить брови.
– В бане, как и во всём поместье, прислуживают рабыни, Лёля.
Необыкновенно красивые рабыни, одетые лишь в широкие ошейники и укрытые распущенными волосами, сквозь которые проглядывают глубокие алые клейма на их бёдрах, почтительно разувают и раздевают дам, целуя каждую снятую вещь. Лёлька полыхает яростью. Сватья успокаивающе сказала:
– Лёля, это всего лишь рабыни.
Возмущение Лёльки только добавило градуса. Прекрасная валькирия топнула босой ногой:
– Они люди!
Ну да… Это мы уже проходили. Помнится, Светлейший отправил "неугодных" рабынь в негашеную известь. Живьём. Добрая Виола предложила:
– Их можно убить и тут же поднять, если тебе не хочется принимать услуги живых рабынь.
Улыбаюсь. В дочери проявляется природный некромант. Вовремя я отправила солнышек учиться. Надо нам с милордом программу придумать для освоения детьми некромантии на подходящем для них уровне.
Лёля в шоке:
– Зомби, что ли?
Пояснила безграмотной драконихе:
– Не зомби. Они будут неотличимы от живых, ибо души останутся при них и тела не будет распадаться. И можно вырезать знак восстановления, чтобы они, если умрут, оживали на рассвете следующего дня. Узнать, что они неживые, сможет только некромант.
Вышколенные рабыни, даже не дрогнув, продолжают заниматься своим делом, и только эмпатам видно, что они в диком ужасе. Виола растерянно посмотрела на меня. Девочка росла в поместье и рабынь воспринимает, как вещи. Шевельнула пальцами "пустое", и дочь успокоилась. Лёлька смотрит на нас с испугом, срочно дополняя наши анкеты новыми сведениями. А никто не говорил, что будет легко.
– Благодарю, домна Тигра, я обойдусь услугами живых рабынь.
Сватья милостиво улыбнулась правнучке:
– Ты привыкнешь, Лёля.
Лёлька с леди Арнорой и благородной Мейнхильд решили воспользоваться русской баней. Сватья с дочерьми и большинством невесток консервативно заняли римские термы. А я с дочерьми отправилась в хамам (люблю контрасты!), загнав драконочек в офуро. Они ещё маленькие – в бочке им комфортно.
Хитрая Лёлька взяла с собой армейскую форму, и после бани умчалась покорять зимний лес на снегоходе. Декла собралась лететь за ней. Успела ухватить дочь за хвост и, прочитав нотацию, приставила её к младшей сестре. Хватать драконят за хвост – целое искусство. Надо улучить момент и вцепиться пальцами и когтями за нижнюю часть хвоста, чтобы не располосовать руку о зубчатый гребень, украшающий верх дракона от шеи до кончика хвоста.
Мужчины отправились в баню не все. Мара и милорд Майен остались с нами.
– Не любишь мыться, мин херц?
Шучу, зная, что муж чистоплотен, как кот. Мара, куснув меня за ухо, жарко прошептал:
– Вот если бы ты, сладкая, составила мне компанию…
Уххх! Меня всю как кипятком внутри обварило. Даже покраснела. Присутствующие дамы вежливо отвернулись, заведя беседы на отстранённые темы. И только древний, не дожидаясь, пока я отдышусь, требовательно спросил:
– С вами была леди Ольга. Где она?
Не стала вспоминать библейское "разве я сторож брату моему?", ответила правду:
– Отправилась покататься на снегоходе. Она надела форму, так что, холод ей не грозит.
– Почему она поехала одна? Без сопровождения?
– В чём проблема? Лёля закончила военную Академию, и о своей безопасности вполне способна позаботиться. Она дракон, в конце концов! Я управлять снегоходом не умею. Что же, мне надо было её на н’гессе сопровождать?
Мара нечеловечески плавно поднялся из кресла.
– Сладкая, одевайся.
Бац! Взбешённого дракона окружили ледяные щиты. Даже жалко его стало. Он же молоденький ещё! Кассий Агриппа одарил меня милостивой улыбкой и леденящим взглядом прекрасных глаз.
– Домна Тигра извинит моего дракона. Подобное больше не повторится.
Домна Тигра, конечно, извинит. Но ведь задушит дракона, зажав его между ледяными глыбами императорской сдержанности! Драконьи солнышки затаились испуганные – а вдруг их так же давить будут?
– Супруг мой, если ваш дракон учтёт состав нашей семьи, этого будет достаточно. Дети испугались вашего обращения с драконом.
Легко прикоснулась к животу, давая понять о каких детях идёт речь, попутно успокаивая солнышек – мама на страже, и не допустит, чтобы их обижали.
Дракон во льдах закивал испуганно – он всё понял и больше не будет. Сомнительно, конечно, но начало взаимопонимания положено.
***
– Где эти "нети"?!
Атта Вителлий Север разыскивает отлынивающих от учёбы драконят. Не нравится малышам строевая подготовка. В отличие от детей Атты. Те маршируют с упоением. Даже девочки. А мои оболтусы на все попытки приобщения их к армейской мудрости отвечают категорическим:
– Неть!
Теперь их так и называют – "нети".
Папеньке-императору до детей дела нет, поручил их консулу и считает, что сделал всё для их воспитания. Да если бы не Лаки, малышня беспризорничала бы где-нибудь на задворках Бездны. Пришлось бы их с помощью Дома разыскивать. Они шастают вместе с Мурзиком и другими маулами. Нашли себе подходящую компанию. Несколько раз малышню отлавливали в чужих протекторатах и с почтением и наилучшими пожеланиями возвращали домой. Мне уже стыдно Совету в глаза смотреть! Хорошо, что под вуалью меня не видно. Нареканий, слава Матери, не поступает – дети растут, осваиваются в мире, и все это понимают. Но всё равно – стыдно. Они вместе с маулами повадились тотемных зверей дразнить. Живых и поднятых котятами. Маулов не замечают – они хитрые и сразу исчезают на кромке Бездны, а драконята регулярно попадаются с поличным.
Словарный состав пока оставляет желать лучшего. Драконята изъясняются лаконично: Дай, Маа (мама), Ёооя (Лёля) и Неть! (Нет) Согласие выражается урчанием, неудовольствие – рыком. Чаще всего употребляется слово "неть". "Дай" – требование чего-то неположенного. Впустить их в отцовский кабинет, к примеру. Или вручить им балтеус консула на поиграть. Двуручник главы клана фон Фальке тоже удостоился высокой оценки "дай".
Малышне понравилось собирать яблоки. Пришлось участвовать, хотя я уже сама себе напоминаю глобус. Яблони, традиционно, пришли к порогу и протянули ко мне ветки с яблоками. Дети с криком "дай!" кинулись собирать урожай. А мне пришлось уговаривать яблони не отбиваться от ретивых сборщиков. Яд боевых ветвей малышню не убьёт, всё-таки они мои дети, но царапины от шипов весьма болезненны и заживают долго. Зато выучили новое слово "на!". Щедро угощали гостей яблоками.
***
Драконьи солнышки появились на свет, как обычно легко – под весёлый звон храмовых колокольцев. И весело плескались в ледяном ручье, как их старшие родственники. Мы с Марой наблюдали. Точнее, Мара наблюдал, а я поглядывала вполглаза, срочно подкрепляясь оленёнком. Основательно лопать некогда, надо детёнышей кормить. Тигрята из них получились трёхцветные – бело-рыже-чёрные. Дракончики такие же.
Три дня наслаждались безмятежным покоем. Дети осваивались в Бездне, Мара следил за их безопасностью, я отдыхала, восстанавливаясь после долгой беременности. Надо всё-таки прекращать рожать драконов – шести вполне достаточно. Драконьи солнышки добрее, чем их старшие братья и сестра. Зайцев они огнём не разгоняли. Те сами разбегались, потому что малышня пыталась с ними поиграть. В качестве дополнительной трапезы добыли себе телёнка. Не гонялись за табуном, а спикировали с высоты и мгновенно убили.
– Эмпаты. Пожирать живую добычу, испускающую эманации боли и отчаяния, не желают.
– Это отбивает аппетит, мин херц. Они не настолько голодны, чтобы не обращать внимания на мучения добычи.
– Не настолько жестоки, как твои первенцы от повелителя драконов, сладкая.
– Дети вообще жестоки. В большинстве.
На четвёртый день появились мужья и прочие родственники. И оказалось, что драконята прекрасно умеют говорить.
– Мама, зачем они?
– Мы же есть уже?
– Их не надо!
Малыши, ментально тянущиеся к старшим драконятам, растерялись от их неприятия. И спрятались за Мару, вызвав неудовольствие главного дракона. А чего он хотел? Мара о них заботился и защищал их с момента рождения. За это старшие драконята, кстати, тоже обиделись на младших. Я вспомнила, как радостно приняли солнышек дети Лаки, и расстроилась от прямо противоположного поведения драконят. Они же полнородные родственники! Что же, их раздельно держать придётся?
Моё неудовольствие заставило старших драконят съёжиться, как от холода. Сбились в кучку, прижавшись друг к другу. Отчаяние и желание не быть. Слишком обострённое восприятие для потенциальных братоубийц.
Негромкий голос Лаки хлестнул, как бичом:
– Тигра, придержи свою эмпатию. Детям только два года.
– Ты центр их вселенной, душа моя, а драконы – собственники. Вот они и ревнуют тебя к младшим детям.
Спасибо за объяснение, я бы в жизни не догадалась! Лучше бы подумали как выправить ситуацию. Гррр! Донеся до мужей свои мысли, мягко сняла со всех детей негативные ощущения. Придётся их беспрерывно контролировать, а это неправильно. Император драконов молча наблюдает, купая нас всех в ледяном облаке своей ауры. Лаки мягко объясняет своим воспитанникам, что детей родителям даёт Мать Бездна, а старшим подобает заботиться о младших, играть с ними и помогать им в учёбе. Драконята слушают, косясь на выглядывающих из за Мары любопытных солнышек.
Ситуацию спасли старшие солнышки, явившиеся на зимние каникулы, и сбежавшие из Академии котята. Беседовали "между собой" подальше от драконят, учитывая драконий слух. То есть, вроде бы, подальше, но…
– Только не говорите, что были рады рождению наших родственников-драконов.
Котята насупились поначалу, потом сознались:
– Сразу мы не обрадовались. Потом поняли, что мы уже не младшие, которых можно гонять и воспитывать.
И кровожадно по-кошачьи улыбнулись. Старший дракон оценил. Кассий Агриппа и сам больше кот, чем дракон. А солнышки напоминают мне котёнка по имени Гав.
"– Не ходи туда, там тебя ждут неприятности.
– Ну как же туда не ходить? Они же ждут!?"
В общем, старшие драконята оценили перспективы и теперь опекают младших. Драконьи солнышки радуются – солнышки вообще любят внимание и не любят конфликты. А я затосковала по зиме.
Сорок первую ночь провели с императором в храме Матери. Прочие мужья тоже в храме – молят Мать, чтобы я не забеременела очередным драконьим выводком. Но я уже и сама решила не поддаваться на провокации мужчины-производителя. А то у него инстинкт, а у меня очередная тройня. Нафиг-нафиг! Так что мурчанье и урчанье пропускаю мимо ушей, фильтруя до безопасного уровня, и просто наслаждаюсь процессом. Организм должен восстановиться.
Сразу по возвращении из Бездны представили младших наследников драконам – драконята Энвис и Эйрвин, и драконочка Элен (то есть, Елена – самое драконье имечко). Перебрались с детьми на виллу, то есть в "малую императорскую резиденцию", и я начала капризничать:
– Зиму хочу.
– Снег, лёд, холод, ветер? Или тропические ливни и ураганы?
– Гррр!
– Неинформативно, сладкая.
Потом Мара, не обращая внимания на недовольство моего актуального мужа, склонился к моему уху и прошептал, покусывая:
– Сладкая, тебе стоит пожелать.
– Отправимся в тундру?
– Зачем же? Сейчас зима. Климат в замках поддерживается на комфортном уровне, а на остальной территории нормальная зимняя погода.
– Тропические ливни и ураганы я не считаю нормальной зимней погодой, мин херц.
– Всё зависит от климатического пояса. Вы же, вроде бы, учили географию?
– Гррр!
И мы отправились всем семейством кататься по лесной дороге моего большого поместья. Компания пёстрая. Старшие дети и родственники со стороны главного дракона в военной форме с включённым режимом "зима" и на снегоходах. Мои мужья из уважения к дамским нарядам нацепили плащи на меху и длинные сапоги, утеплённые изнутри волчьими шкурами. На руки надели длинные перчатки с мехом внутри. Милорд Майен объявил это лишним, и утепляться не стал, обогреваясь магией. Сватья придумала себе и дочерям какие-то немыслимые средневековые наряды с шубками и пелеринами на куньем меху. Лёлька, как настоящая русская красавица в сборчатой широченной юбке, дублёном полушубке, цветастой шали с кистями, рукавицах и казачьих сапожках на меху. Едем в санях, укрыв ноги меховой полостью. Вместо коней в них запряжены какие-то монстры на когтистых лапах, но тянут они дружно и скорость высокая. И колокольчик под дугой звенит весело. Заботливые мужья обрядили меня в шубу поверх вороха тёплых юбок и унты на шерстяные длинные носочки, хотя главный дракон и старшие солнышки предложили удобнейший военный комбез и берцы. Всепогодные, ага. Нет! Мара сказал – зима, значит, зима. И сижу я в санях в кашемировой водолазке поверх термобелья из пуха верблюжат, пышных юбках, шубке, к счастью, невесомой и непромокаемых нерпячьих унтах на нерпячьей же подошве ворсом по ходу и против хода, чтобы не подскользнуться на льду. Как будто мне кто-то позволит выйти на лёд! Гррр! И поверх всего этого великолепия на мне ещё и пуховый платок, типа оренбургского – полтора на полтора метра и греющий, как печка. Рукавички тоже пуховые, чтобы руки не мёрзли. А драконята рассекают нагишом. Старшие летят над монстрами, периодически присаживаясь на упряжь, а младшие оседлали дугу с колокольчиком и радуются.
– Они не простудятся? Мин херц?
– Драконы согреваются собственным пламенем. Не беспокойся, сладкая. В конце-концов, в муфте отогреются.
Да, сначала у меня была ещё и муфта. Но младшие солнышки начали её использовать как игрушку – прятались в ней и выскакивали "неожиданно". Муфту растерзали за пару минут и пришлось Маре создавать в срочном порядке новую, увеличенную по размеру драконят. А мне довольствоваться рукавичками.
Остановились на обед в охотничьем доме. Вместо маленького домика, уничтоженного диверсионным проклятием, Мара, после восстановления земли, создал целый терем с большим двором и служебными постройками. Конюшня, каретный сарай, сараи для припасов и всякого разного и, разумеется, баня.
Поскольку никто особо не проголодался, решили сначала попариться. Оставили дракончиков с няньками и котятами, а мужчин за егерской настойкой и лёгкими закусками, и отправились всей дамской компанией. Потому что на предложение барона Зигмунда мыться супружескими парами, ибо место позволяет (Мара что-то намудрил с пространством и баня вмещает в себя русскую баню, римские термы, восточный хамам, финскую сауну и японскую офуро), Лёлька справедливо возмутилась:
– Вы там зависнете на сутки, а нам ждать?
Пришлось девушке уворачиваться от бабулиного подзатыльника – за непочтительное обращение к старшим. У леди Арноры не забалуешь. В общем, отправились по отдельности.
– А где банщики?
Леди Арнора, фыркнув совершенно по фон Фалькски, ответила внучке:
– Лёля, это поместье повелитель Мара создал для своей жены. Неужели ты думаешь, что он допустит к ней постороннего мужчину?
Лёлька скептически улыбнулась, тут же, пригнувшись, увернулась от бабулиного подзатыльника. Не надо быть телепатом, чтобы понять её мысли. И о моих четверых мужьях, и следующую, заставившую праправнучку главного дракона нахмурить брови.
– В бане, как и во всём поместье, прислуживают рабыни, Лёля.
Необыкновенно красивые рабыни, одетые лишь в широкие ошейники и укрытые распущенными волосами, сквозь которые проглядывают глубокие алые клейма на их бёдрах, почтительно разувают и раздевают дам, целуя каждую снятую вещь. Лёлька полыхает яростью. Сватья успокаивающе сказала:
– Лёля, это всего лишь рабыни.
Возмущение Лёльки только добавило градуса. Прекрасная валькирия топнула босой ногой:
– Они люди!
Ну да… Это мы уже проходили. Помнится, Светлейший отправил "неугодных" рабынь в негашеную известь. Живьём. Добрая Виола предложила:
– Их можно убить и тут же поднять, если тебе не хочется принимать услуги живых рабынь.
Улыбаюсь. В дочери проявляется природный некромант. Вовремя я отправила солнышек учиться. Надо нам с милордом программу придумать для освоения детьми некромантии на подходящем для них уровне.
Лёля в шоке:
– Зомби, что ли?
Пояснила безграмотной драконихе:
– Не зомби. Они будут неотличимы от живых, ибо души останутся при них и тела не будет распадаться. И можно вырезать знак восстановления, чтобы они, если умрут, оживали на рассвете следующего дня. Узнать, что они неживые, сможет только некромант.
Вышколенные рабыни, даже не дрогнув, продолжают заниматься своим делом, и только эмпатам видно, что они в диком ужасе. Виола растерянно посмотрела на меня. Девочка росла в поместье и рабынь воспринимает, как вещи. Шевельнула пальцами "пустое", и дочь успокоилась. Лёлька смотрит на нас с испугом, срочно дополняя наши анкеты новыми сведениями. А никто не говорил, что будет легко.
– Благодарю, домна Тигра, я обойдусь услугами живых рабынь.
Сватья милостиво улыбнулась правнучке:
– Ты привыкнешь, Лёля.
Лёлька с леди Арнорой и благородной Мейнхильд решили воспользоваться русской баней. Сватья с дочерьми и большинством невесток консервативно заняли римские термы. А я с дочерьми отправилась в хамам (люблю контрасты!), загнав драконочек в офуро. Они ещё маленькие – в бочке им комфортно.
Хитрая Лёлька взяла с собой армейскую форму, и после бани умчалась покорять зимний лес на снегоходе. Декла собралась лететь за ней. Успела ухватить дочь за хвост и, прочитав нотацию, приставила её к младшей сестре. Хватать драконят за хвост – целое искусство. Надо улучить момент и вцепиться пальцами и когтями за нижнюю часть хвоста, чтобы не располосовать руку о зубчатый гребень, украшающий верх дракона от шеи до кончика хвоста.
Мужчины отправились в баню не все. Мара и милорд Майен остались с нами.
– Не любишь мыться, мин херц?
Шучу, зная, что муж чистоплотен, как кот. Мара, куснув меня за ухо, жарко прошептал:
– Вот если бы ты, сладкая, составила мне компанию…
Уххх! Меня всю как кипятком внутри обварило. Даже покраснела. Присутствующие дамы вежливо отвернулись, заведя беседы на отстранённые темы. И только древний, не дожидаясь, пока я отдышусь, требовательно спросил:
– С вами была леди Ольга. Где она?
Не стала вспоминать библейское "разве я сторож брату моему?", ответила правду:
– Отправилась покататься на снегоходе. Она надела форму, так что, холод ей не грозит.
– Почему она поехала одна? Без сопровождения?
– В чём проблема? Лёля закончила военную Академию, и о своей безопасности вполне способна позаботиться. Она дракон, в конце концов! Я управлять снегоходом не умею. Что же, мне надо было её на н’гессе сопровождать?
Мара нечеловечески плавно поднялся из кресла.
– Сладкая, одевайся.
