– На всё его воля, – заверил Шератан, а про себя подумал: «Каждый видит то, что хочет увидеть. Если Высший жрец желает убедиться в благоволении небес, он назовёт знаком любую мелочь. Надеюсь, вера в помощь Создателя избавит его от печали». Убеждённость в этом успокоила проповедника, изучившего Кастора, будто родного сына.
– Как ты стал навьяном? – неожиданно поинтересовался Высший жрец.
– Я? – смутился Шератан. – У меня было сложное детство. Отца убили жрецы Четырёх Стихий, сочтя иноверцем, потому что он не посещал храм в праздники. Они ошиблись. Отец принадлежал их вере. После его смерти заботы по хозяйству легли на материны плечи. Я помогал, чем мог. Когда сестёр замуж выдали, я ушёл из дома и принял иную веру. Назло жрецам Четырёх Стихий.
– Ты искренне веришь в Навь?
– Теперь да. Тогда моей целью было не познать истину, а уничтожить веру, которая уничтожила отца. Я дрался со жрецами Четырёх Стихий, поджигал их храмы. Больше я этим не занимаюсь. Только сбитые костяшки пальцев и подпалённые волосы напоминают мне о прошлом.
– Многие жрецы Нави на кулаках доказывали праведность веры. Жаль, сейчас так нельзя. Корона на их стороне.
– Не жаль, Кастор. Я раскаиваюсь в содеянном. Веру нужно распространять не насилием, а проповедью.
Высший жрец взял с подноса тас и откусил кусок. Сок потёк по пальцам. Кастор еле удержался, чтобы не облизать их. Он ощутил себя богатым лордом Хионфлора и подумал, что вкус победы над жрецами Четырёх Стихий должен быть не менее сладким. Высший жрец пожелал как можно скорее получить от Создателя знак и вновь стать на путь изменения Сноуколда.
– Иногда кулаки помогают принести благодать быстрее праведных слов, – возразил он. – Не все способны отличить благо от бедствия. Некоторых придётся вести к процветанию, подгоняя пинками. Они поблагодарят, когда станут более просвещёнными.
– Не думаешь ли ты... – принялся разубеждать проповедник.
Дверь хлопнула, и появился Вартан, держа в руке деревянную куклу-жреца. Он протянул её Кастору, переминаясь с ноги на ногу.
– Возьми, – сказал мальчик. – Мне становится лучше, когда я играю. Шератан сказал, ты заболел.
– Какой добрый ребёнок! – на суровом лице проповедника появилась улыбка.
– Благодарю, – принял игрушку Высший жрец и тоже улыбнулся. – Ты сам вырезал её из дерева? Красиво. Кто научил тебя?
– Покойный отец, – ответил Вартан.
– Всегда поражался творению людских рук! – воскликнул Шератан. – Мир жесток. Но сколько в нём прекрасного. Меня переполняет благоговение, когда вижу, как дети Создателя, подобно ему, создают нечто удивительное.
– Ты владеешь сложным ремеслом, хотя ещё ребёнок, – произнёс Кастор, потрепав мальчика по волосам. – Я долго учился вырезать из дерева. Мне давалось это сложнее, чем печь горшки.
– Разве ты не из богатой семьи? – удивился проповедник.
– Родители владели землёй и титулом, – подтвердил Высший жрец. – Однако обучали меня не только науке. Дела поместья ухудшались с каждым годом. Отец всерьёз полагал, что мне придётся зарабатывать на жизнь творением рук. Земля не приносила плоды. Слуги уходили к другим лордам. Мне повезло стать стражником у Мейраков. Хотя... везение ли это?
– Взрослеть приходится рано, если ты не богач, – проговорил Вартан.
– Создателю виднее, кем нам быть, – заявил проповедник. – Может, в другой жизни станем лордами. Но я бы отдал любое богатство, лишь бы не забыть тайны мироздания и не отвернуться от Создателя. Не нужна мне жизнь, проведённая в праздности и пороках.
– Лорды стремятся к власти, а не к просвещению, – молвил Кастор. – Однако эти понятия взаимосвязаны. Если лорд желает править, он ищет наиболее действенные методы управления. Для этого нужны истинные знания о мире. Так или иначе, лорд вынужден прийти к Создателю, ибо он – причина всего сущего. В нём сокрыты ответы на все вопросы.
– Да, Высший жрец, – согласился Шератан. – Прошу прощения, мне пора. Молитва сама себя не прочитает.
– Я с тобой, – сказал Вартан.
– Присоединюсь к вам позже, – заверил Кастор.
У порога мальчик обернулся и крикнул ему:
– Надеюсь, игрушка понравится тебе! Живой энергии в ней больше, чем ты думаешь. Скоро тревога покинет тебя.
Высший жрец с благодарностью взглянул на Вартана. Позабыл, что недавно видел в его магии угрозу. Стоило Кастору перевести взгляд на деревянного жреца, он моментально всё вспомнил.
Глаза игрушки смотрели с упрёком. Рот был вырезан неаккуратно, будто деревянный жрец разрывался от ужасного крика. Лицо его, искажённое и кривое, пугало больше всего. Оно напоминало лицо полежавшего в могиле мертвеца.
Кастору почудилось, будто мальчик догадался о его намерениях и подарок является предупреждением. Он усмехнулся, пытаясь прогнать глупые мысли.
«Ребёнок не желает мне зла, – убеждал себя Высший жрец. – Он не ведает, что я хотел убить его. Не настолько Вартан силён, чтобы, подобно магистрам, читать чужие мысли! Просто игрушка не получилась. Он ведь не мастер деревянной резьбы. Слишком мал для подобной работы. Хотя у него есть магия, способная сделать из дерева любую вещь. Может, использовать не догадался? Хотя, нет. Наколдовать молнии Вартан догадался. Стоп! Хватит. Не может он угрожать мне. Я его учитель. У нас хорошие отношения. В конце концов, Вартан ребёнок! Скорее я схожу с ума, чем он мне угрожает. Это невозможно... Наверное, мне нужен отдых. Бессмысленные страхи тревожат».
Кастор положил деревянного жреца на стол. Глаза того сверкнули. Высший жрец дёрнулся от неожиданности и заморгал. Он не поверил увиденному. Но всё же убрал игрушку в шкаф. В памяти были живы рассказы няни о зачарованных куклах, убивающих в ночи.
После молитвы Кастор успокоился и даже посмеялся над своей трусостью. Он осознал, деревянный жрец неспособен убить его. Однако выражение кукольных глаз по-прежнему вызывало трепет в сердце. Высший жрец не переставал думать, что игрушка – послание с угрозой. Страх и сомнения сводили с ума.
Прошла неделя. Он продолжил занятия с Вартаном и совершенно забыл о деревянном жреце. Тот пылилась в тёмном шкафу. Кастор не боялся его. Молитвы и проповеди мешали волнению завладеть разумом. Он лишь однажды вспомнил о кукле. Глаза Вартана злобно сверкнули, когда младший жрец случайно пролил суп на его мантию. В этот миг мальчик напомнил Высшему жрецу некрасивую игрушку. Кастор забеспокоился. Впрочем, скоро вновь убедил себя в беспочвенности опасений.
Король Сталий
Лорд Конан Граффиас долго ждал в лесу Гигантов возвращения матери. Необъятные секвойи простирались до неба, как купола храма, и вселяли страх. Оборотень вспоминал о могуществе Четырёх Стихий, ждал возмездия за сотворённое с Яниной. Прошли месяцы. Ему надоело прятаться в ожидании неизбежного. Конан отправился в столицу мира узнать, куда пропала Авелина.
Перед въездом в Альтаир его обыскали, сказав, что введён военный режим. Новый король сверг династию Колд и воюет с оставшимися противниками. Всех подряд не велено пускать. Идёт поиск шпионов с востока. Оборотень рассказал о причинах визита и попросил аудиенции у Сталия. Стражники посовещались и пропустили.
Демон стремился заручиться сторонниками во всех частях света. Потому обрадовался визиту лорда Граффиаса.
– Ваше Величество, – склонился Конан перед ледяным троном. – Моя мать отправилась в столицу год назад. Не осведомлены ли вы, где она?
– Её убили сообщники Нарцисса Снэика в отместку за Янину Колд, – солгал Сталий. – Мы ведём с ними войну.
– Правильно, – сквозь зубы процедил оборотень. – Колды должны сдохнуть! А вместе с ними их сторонники!
– Не желаете присоединиться к борцам за справедливость? – предложил демон. – Отомстите за мать. С родственниками поквитаетесь. А после победы потребуете у южан признать меня правителем Сноуколда.
– Оборотни тоже на стороне принцессы? – удивился Конан.
– Многие, – уклончиво ответил Сталий. – Главное – помните, правда за нами. Король-Невестоубийца и его семейка заслужили всё, что происходит с ними.
– Согласен. Кто вёл армию оборотней в бой?
– Матильда Вольф Граффиас. Ныне покойная.
– Значит, теперь югом правит её сынок... мерзкий Рольфи. Если я поддержу вас, вы назначите меня верховным лордом Бекрукса?
– Обещаю, юг склонит пред вами колени.
– Превосходно! Мы разгромим Колдов и трусливых эльфов! Я перегрызу горло оборотню, который осмелится нам помешать. Рольфу в первую очередь.
– Семейная неприязнь?
– Вроде того.
– Славно. Я родственников тоже не люблю. Отправляйтесь в Хионфлор. Вы поведёте мою армию в бой.
– Для меня честь перебить эльфо-фейских выродков.
– Молодец, Конан. Такой настрой должен быть у военачальника короля!
Сталий проводил оборотня до причала и указал на корабль во главе флотилии. Герб Эдасморов, расшитый рубинами, горел на фоне чёрных парусов. Конан удивился изображению козла на галеях, но виду не подал. Он выбрал корабль, на носу которого был вырезан воющий волк, и разместился в трюме. Король дал знак. Флотилия поплыла к восточным берегам.
Когда она скрылась за волнами, Сталий вернулся в тронный зал. Остаток дня он восседал на троне и вспоминал коронацию. Довольная улыбка не сходила с его лица. Еликонида Снэик возложила на демона корону под звон литавр и аплодисменты лордов. Шум толпы всё ещё звучал в его ушах. Ледяная корона холодила кожу, и Сталий скалился пуще прежнего. Наконец он получил то, к чему стремился всю жизнь.
В тронный зал прошла эльфийка, шурша изумрудной мантией, и развеяла сладкие думы демона. Стук её каблуков походил на удары наковальни. Позвякивание серёжек – на дверной скрип.
– Что вам нужно? – вопрошал Сталий, ёрзая на холодном троне.
– Слышала, ты послал своих шакалов убить Кордрофа? – гневно спросила Еликонида. – Это правда?
– Да.
– Какое тебе дело до моих родных?
– Они представляют угрозу. Кордроф – последний мужчина из рода Колд. Он должен умереть.
– Я иного мнения. Покорим восток и вернём сына Янины в Альтаир. Я займусь его воспитанием. Королевская кровь может оказаться полезной.
– Не согласен. Его нужно убить!
– Не смей приказывать мне, – прошипела Еликонида и угрожающе склонилась над троном. – Я сильнее тебя. Сдерживай глупые порывы и не вздумай тронуть Кордрофа.
Сталий сделал вид, что послушался. Ценного союзника боялся потерять. Но, как только эльфийка ушла, призвал демонов-советников и приказал убить Кордрофа при захвате Диньлуна. Он подозревал, что Еликонида собирается избавиться от него и возвести на трон сына Янины, чтобы вернуть поддержку севера и востока.
Цветы посреди океана
Карета мчалась по ухабистой дороге, будто колесница. Юлиана прижимала к себя дитя, беззвучно шепча молитву, и содрогалась от приступов страха и тошноты. Маленький Кордроф не плакал. Он не понимал, какая угроза нависла над ним.
Демоны шли следом. По приказу Сталия Эдасмора они должны были вернуть в замок последнего мужчину из рода Колд. Норд и Иувеналий уже мертвы, хотя присягнули новому королю Сноуколда. Кордрофу настала очередь умирать.
Как грибы, на пути кареты вырастали демоны. Кучер погонял кнутом коней и объезжал препятствия. Карета скрипела и шаталась, угрожая повалиться на бок. Кони ржали, желая вырваться. С боков их стекали пот и кровь. Они бежали, обгоняя ветер. Демоны не отставали.
Их облик ужасал. Длинные рога задевали ветви деревьев. Пышущие жаром тела походили на горы. Огромные крылья хлопали, точно паруса. Когти царапали крышу кареты, будто лезвия.
Демоны ревели и шипели, от чего сердце Юлианы сжималось. Она видела их искажённые злобой лица, острые клыки и шипастые хвосты. Чешуйчатые тела лордов Нижнего мира светились, объятые дорожной пылью. Красные глаза то и дело мелькали перед лицом дрожащей служанки, и она от страха забывала молитвы.
Стеной демоны выстроились перед каретой. Их много. Они злы. Кони стали на дыбы, не в силах проехать через строй. Кучер заругался то ли от злости, то ли от страха. Юлиана подавила страх и выглянула в окно. Окружили. Не прорваться. Старший демон дёрнул за ручку кареты. Служанка стиснула ребёнка и закрыла ему глаза.
Послышался эльфийский рог. За холмом появились новые знамёна Нарцисса Снэика, клубок зелёных змей на разноцветных полотнах. «Лишь бы успели!» – прошептала Юлиана. Звон доспехов раздался совсем близко. Пыль поднялась до неба, и демонов смела эльфо-фейская конница.
Во главе её скакал всадник на белом единороге, лорд Нарцисс. Его чёрные, как агат, волосы развевались. Зелёные глаза и серебряные доспехи сияли. Красотой и изяществом правитель Хионфлора отличался от демонов. Он смотрелся, как бриллиант на фоне грязи. Лишь изумрудный плащ напоминал о родстве с Еликонидой.
Нарцисс разрубил двух демонов мечом, резко развернул единорога и убил ещё троих. Другие эльфы поступили так же. Лорды Нижнего мира наколдовали огненные вихри. Феи создали водяные щиты. Демонические чары, пройдя через них, развеялись. Вьюнами правитель Хионфлора опутал ноги оставшимся демонам, и они попадали. Конница втоптала их в землю.
Служанка вскрикивала от каждого движения за окном. Даже после смерти всех демонов она не теряла бдительности. Нарцисс неторопливо подошёл к карете, открыл дверь и сказал:
– Леди, я лорд Снэик. Вам нечего бояться.
– Не леди я, – замялась Юлиана. – Я служанка династии Мейрак.
– Ясно, – кивнул правитель Хионфлора. – Наши эскадры отправились по Русалочьему океану в надежде успеть к битве за Альтаир. Предатели предвидели это и атаковали раньше. Мы не соединились с армией севера. Защитники Зимней Розы мертвы.
– Ой! Что теперь будет? – заплакала служанка.
– Мы возвращаемся назад, в Хионфлор, – поведал Нарцисс и снял перчатки. – На востоке остался последний оплот сопротивления... Дайте мне внука!
Юлиана передала малыша правителю эльфов и фей. Нарцисс взял внука на руки и улыбнулся.
– Вырос, – заметил он. – Глаза изумрудные. На мои похожи. А волосы серебряные, как у Янины. Мы не дадим Кордрофа в обиду. Пусть Еликонида только сунется!
– Милорд, каков приказ? – заглянул в окно воин-фей.
– Едем домой, – распорядился правитель Хионфлора.
Карета в сопровождении эльфо-фейской конницы покатилась к причалу. Там они пересели на быстроходные корабли Нарцисса и поплыли на восток.
Путешествие Юлиана перенесла нелегко. Укачивало, голова кружилась. Мысли о смерти друзей и грядущей опасности не давали покоя. Зато феи чувствовали себя на воде так же хорошо, как в воздухе. Эльфы тоже не боялись. Маленький Кордроф смеялся, глядя на мерцающих в океане русалок и светящиеся кувшинки. Юлиана смотрела на него и успокаивалась. Детская беззаботность радовала глаз. Заставляла забыть о тучах, сгущающихся над Хионфлором.
Эскадра Нарцисса Снэика причалила к родным берегам. Юлиана не поверила глазам. Парящие острова, радужные мосты, дома, заросшие цветами... Такой красоты она не видела за годы работы в королевстве людей. Восхититься Альтаиром тоже не успела. Ведь постоянно находилась подле Офелии Мейрак. Зато теперь могла сполна насладиться красотой мира, полного волшебства.
Утончённые эльфы и феи, одетые в тонкие цветочные кружева, радостно улыбались при виде нетронутой эскадры правителя. Не ведали они, что остались одиноки в борьбе с владычеством Сталия и новая битва развернётся у их домов. Вести о поражении северных колдунов ещё не достигли востока.
– Как ты стал навьяном? – неожиданно поинтересовался Высший жрец.
– Я? – смутился Шератан. – У меня было сложное детство. Отца убили жрецы Четырёх Стихий, сочтя иноверцем, потому что он не посещал храм в праздники. Они ошиблись. Отец принадлежал их вере. После его смерти заботы по хозяйству легли на материны плечи. Я помогал, чем мог. Когда сестёр замуж выдали, я ушёл из дома и принял иную веру. Назло жрецам Четырёх Стихий.
– Ты искренне веришь в Навь?
– Теперь да. Тогда моей целью было не познать истину, а уничтожить веру, которая уничтожила отца. Я дрался со жрецами Четырёх Стихий, поджигал их храмы. Больше я этим не занимаюсь. Только сбитые костяшки пальцев и подпалённые волосы напоминают мне о прошлом.
– Многие жрецы Нави на кулаках доказывали праведность веры. Жаль, сейчас так нельзя. Корона на их стороне.
– Не жаль, Кастор. Я раскаиваюсь в содеянном. Веру нужно распространять не насилием, а проповедью.
Высший жрец взял с подноса тас и откусил кусок. Сок потёк по пальцам. Кастор еле удержался, чтобы не облизать их. Он ощутил себя богатым лордом Хионфлора и подумал, что вкус победы над жрецами Четырёх Стихий должен быть не менее сладким. Высший жрец пожелал как можно скорее получить от Создателя знак и вновь стать на путь изменения Сноуколда.
– Иногда кулаки помогают принести благодать быстрее праведных слов, – возразил он. – Не все способны отличить благо от бедствия. Некоторых придётся вести к процветанию, подгоняя пинками. Они поблагодарят, когда станут более просвещёнными.
– Не думаешь ли ты... – принялся разубеждать проповедник.
Дверь хлопнула, и появился Вартан, держа в руке деревянную куклу-жреца. Он протянул её Кастору, переминаясь с ноги на ногу.
– Возьми, – сказал мальчик. – Мне становится лучше, когда я играю. Шератан сказал, ты заболел.
– Какой добрый ребёнок! – на суровом лице проповедника появилась улыбка.
– Благодарю, – принял игрушку Высший жрец и тоже улыбнулся. – Ты сам вырезал её из дерева? Красиво. Кто научил тебя?
– Покойный отец, – ответил Вартан.
– Всегда поражался творению людских рук! – воскликнул Шератан. – Мир жесток. Но сколько в нём прекрасного. Меня переполняет благоговение, когда вижу, как дети Создателя, подобно ему, создают нечто удивительное.
– Ты владеешь сложным ремеслом, хотя ещё ребёнок, – произнёс Кастор, потрепав мальчика по волосам. – Я долго учился вырезать из дерева. Мне давалось это сложнее, чем печь горшки.
– Разве ты не из богатой семьи? – удивился проповедник.
– Родители владели землёй и титулом, – подтвердил Высший жрец. – Однако обучали меня не только науке. Дела поместья ухудшались с каждым годом. Отец всерьёз полагал, что мне придётся зарабатывать на жизнь творением рук. Земля не приносила плоды. Слуги уходили к другим лордам. Мне повезло стать стражником у Мейраков. Хотя... везение ли это?
– Взрослеть приходится рано, если ты не богач, – проговорил Вартан.
– Создателю виднее, кем нам быть, – заявил проповедник. – Может, в другой жизни станем лордами. Но я бы отдал любое богатство, лишь бы не забыть тайны мироздания и не отвернуться от Создателя. Не нужна мне жизнь, проведённая в праздности и пороках.
– Лорды стремятся к власти, а не к просвещению, – молвил Кастор. – Однако эти понятия взаимосвязаны. Если лорд желает править, он ищет наиболее действенные методы управления. Для этого нужны истинные знания о мире. Так или иначе, лорд вынужден прийти к Создателю, ибо он – причина всего сущего. В нём сокрыты ответы на все вопросы.
– Да, Высший жрец, – согласился Шератан. – Прошу прощения, мне пора. Молитва сама себя не прочитает.
– Я с тобой, – сказал Вартан.
– Присоединюсь к вам позже, – заверил Кастор.
У порога мальчик обернулся и крикнул ему:
– Надеюсь, игрушка понравится тебе! Живой энергии в ней больше, чем ты думаешь. Скоро тревога покинет тебя.
Высший жрец с благодарностью взглянул на Вартана. Позабыл, что недавно видел в его магии угрозу. Стоило Кастору перевести взгляд на деревянного жреца, он моментально всё вспомнил.
Глаза игрушки смотрели с упрёком. Рот был вырезан неаккуратно, будто деревянный жрец разрывался от ужасного крика. Лицо его, искажённое и кривое, пугало больше всего. Оно напоминало лицо полежавшего в могиле мертвеца.
Кастору почудилось, будто мальчик догадался о его намерениях и подарок является предупреждением. Он усмехнулся, пытаясь прогнать глупые мысли.
«Ребёнок не желает мне зла, – убеждал себя Высший жрец. – Он не ведает, что я хотел убить его. Не настолько Вартан силён, чтобы, подобно магистрам, читать чужие мысли! Просто игрушка не получилась. Он ведь не мастер деревянной резьбы. Слишком мал для подобной работы. Хотя у него есть магия, способная сделать из дерева любую вещь. Может, использовать не догадался? Хотя, нет. Наколдовать молнии Вартан догадался. Стоп! Хватит. Не может он угрожать мне. Я его учитель. У нас хорошие отношения. В конце концов, Вартан ребёнок! Скорее я схожу с ума, чем он мне угрожает. Это невозможно... Наверное, мне нужен отдых. Бессмысленные страхи тревожат».
Кастор положил деревянного жреца на стол. Глаза того сверкнули. Высший жрец дёрнулся от неожиданности и заморгал. Он не поверил увиденному. Но всё же убрал игрушку в шкаф. В памяти были живы рассказы няни о зачарованных куклах, убивающих в ночи.
После молитвы Кастор успокоился и даже посмеялся над своей трусостью. Он осознал, деревянный жрец неспособен убить его. Однако выражение кукольных глаз по-прежнему вызывало трепет в сердце. Высший жрец не переставал думать, что игрушка – послание с угрозой. Страх и сомнения сводили с ума.
Прошла неделя. Он продолжил занятия с Вартаном и совершенно забыл о деревянном жреце. Тот пылилась в тёмном шкафу. Кастор не боялся его. Молитвы и проповеди мешали волнению завладеть разумом. Он лишь однажды вспомнил о кукле. Глаза Вартана злобно сверкнули, когда младший жрец случайно пролил суп на его мантию. В этот миг мальчик напомнил Высшему жрецу некрасивую игрушку. Кастор забеспокоился. Впрочем, скоро вновь убедил себя в беспочвенности опасений.
Глава 143
Король Сталий
Лорд Конан Граффиас долго ждал в лесу Гигантов возвращения матери. Необъятные секвойи простирались до неба, как купола храма, и вселяли страх. Оборотень вспоминал о могуществе Четырёх Стихий, ждал возмездия за сотворённое с Яниной. Прошли месяцы. Ему надоело прятаться в ожидании неизбежного. Конан отправился в столицу мира узнать, куда пропала Авелина.
Перед въездом в Альтаир его обыскали, сказав, что введён военный режим. Новый король сверг династию Колд и воюет с оставшимися противниками. Всех подряд не велено пускать. Идёт поиск шпионов с востока. Оборотень рассказал о причинах визита и попросил аудиенции у Сталия. Стражники посовещались и пропустили.
Демон стремился заручиться сторонниками во всех частях света. Потому обрадовался визиту лорда Граффиаса.
– Ваше Величество, – склонился Конан перед ледяным троном. – Моя мать отправилась в столицу год назад. Не осведомлены ли вы, где она?
– Её убили сообщники Нарцисса Снэика в отместку за Янину Колд, – солгал Сталий. – Мы ведём с ними войну.
– Правильно, – сквозь зубы процедил оборотень. – Колды должны сдохнуть! А вместе с ними их сторонники!
– Не желаете присоединиться к борцам за справедливость? – предложил демон. – Отомстите за мать. С родственниками поквитаетесь. А после победы потребуете у южан признать меня правителем Сноуколда.
– Оборотни тоже на стороне принцессы? – удивился Конан.
– Многие, – уклончиво ответил Сталий. – Главное – помните, правда за нами. Король-Невестоубийца и его семейка заслужили всё, что происходит с ними.
– Согласен. Кто вёл армию оборотней в бой?
– Матильда Вольф Граффиас. Ныне покойная.
– Значит, теперь югом правит её сынок... мерзкий Рольфи. Если я поддержу вас, вы назначите меня верховным лордом Бекрукса?
– Обещаю, юг склонит пред вами колени.
– Превосходно! Мы разгромим Колдов и трусливых эльфов! Я перегрызу горло оборотню, который осмелится нам помешать. Рольфу в первую очередь.
– Семейная неприязнь?
– Вроде того.
– Славно. Я родственников тоже не люблю. Отправляйтесь в Хионфлор. Вы поведёте мою армию в бой.
– Для меня честь перебить эльфо-фейских выродков.
– Молодец, Конан. Такой настрой должен быть у военачальника короля!
Сталий проводил оборотня до причала и указал на корабль во главе флотилии. Герб Эдасморов, расшитый рубинами, горел на фоне чёрных парусов. Конан удивился изображению козла на галеях, но виду не подал. Он выбрал корабль, на носу которого был вырезан воющий волк, и разместился в трюме. Король дал знак. Флотилия поплыла к восточным берегам.
Когда она скрылась за волнами, Сталий вернулся в тронный зал. Остаток дня он восседал на троне и вспоминал коронацию. Довольная улыбка не сходила с его лица. Еликонида Снэик возложила на демона корону под звон литавр и аплодисменты лордов. Шум толпы всё ещё звучал в его ушах. Ледяная корона холодила кожу, и Сталий скалился пуще прежнего. Наконец он получил то, к чему стремился всю жизнь.
В тронный зал прошла эльфийка, шурша изумрудной мантией, и развеяла сладкие думы демона. Стук её каблуков походил на удары наковальни. Позвякивание серёжек – на дверной скрип.
– Что вам нужно? – вопрошал Сталий, ёрзая на холодном троне.
– Слышала, ты послал своих шакалов убить Кордрофа? – гневно спросила Еликонида. – Это правда?
– Да.
– Какое тебе дело до моих родных?
– Они представляют угрозу. Кордроф – последний мужчина из рода Колд. Он должен умереть.
– Я иного мнения. Покорим восток и вернём сына Янины в Альтаир. Я займусь его воспитанием. Королевская кровь может оказаться полезной.
– Не согласен. Его нужно убить!
– Не смей приказывать мне, – прошипела Еликонида и угрожающе склонилась над троном. – Я сильнее тебя. Сдерживай глупые порывы и не вздумай тронуть Кордрофа.
Сталий сделал вид, что послушался. Ценного союзника боялся потерять. Но, как только эльфийка ушла, призвал демонов-советников и приказал убить Кордрофа при захвате Диньлуна. Он подозревал, что Еликонида собирается избавиться от него и возвести на трон сына Янины, чтобы вернуть поддержку севера и востока.
Глава 144
Цветы посреди океана
Карета мчалась по ухабистой дороге, будто колесница. Юлиана прижимала к себя дитя, беззвучно шепча молитву, и содрогалась от приступов страха и тошноты. Маленький Кордроф не плакал. Он не понимал, какая угроза нависла над ним.
Демоны шли следом. По приказу Сталия Эдасмора они должны были вернуть в замок последнего мужчину из рода Колд. Норд и Иувеналий уже мертвы, хотя присягнули новому королю Сноуколда. Кордрофу настала очередь умирать.
Как грибы, на пути кареты вырастали демоны. Кучер погонял кнутом коней и объезжал препятствия. Карета скрипела и шаталась, угрожая повалиться на бок. Кони ржали, желая вырваться. С боков их стекали пот и кровь. Они бежали, обгоняя ветер. Демоны не отставали.
Их облик ужасал. Длинные рога задевали ветви деревьев. Пышущие жаром тела походили на горы. Огромные крылья хлопали, точно паруса. Когти царапали крышу кареты, будто лезвия.
Демоны ревели и шипели, от чего сердце Юлианы сжималось. Она видела их искажённые злобой лица, острые клыки и шипастые хвосты. Чешуйчатые тела лордов Нижнего мира светились, объятые дорожной пылью. Красные глаза то и дело мелькали перед лицом дрожащей служанки, и она от страха забывала молитвы.
Стеной демоны выстроились перед каретой. Их много. Они злы. Кони стали на дыбы, не в силах проехать через строй. Кучер заругался то ли от злости, то ли от страха. Юлиана подавила страх и выглянула в окно. Окружили. Не прорваться. Старший демон дёрнул за ручку кареты. Служанка стиснула ребёнка и закрыла ему глаза.
Послышался эльфийский рог. За холмом появились новые знамёна Нарцисса Снэика, клубок зелёных змей на разноцветных полотнах. «Лишь бы успели!» – прошептала Юлиана. Звон доспехов раздался совсем близко. Пыль поднялась до неба, и демонов смела эльфо-фейская конница.
Во главе её скакал всадник на белом единороге, лорд Нарцисс. Его чёрные, как агат, волосы развевались. Зелёные глаза и серебряные доспехи сияли. Красотой и изяществом правитель Хионфлора отличался от демонов. Он смотрелся, как бриллиант на фоне грязи. Лишь изумрудный плащ напоминал о родстве с Еликонидой.
Нарцисс разрубил двух демонов мечом, резко развернул единорога и убил ещё троих. Другие эльфы поступили так же. Лорды Нижнего мира наколдовали огненные вихри. Феи создали водяные щиты. Демонические чары, пройдя через них, развеялись. Вьюнами правитель Хионфлора опутал ноги оставшимся демонам, и они попадали. Конница втоптала их в землю.
Служанка вскрикивала от каждого движения за окном. Даже после смерти всех демонов она не теряла бдительности. Нарцисс неторопливо подошёл к карете, открыл дверь и сказал:
– Леди, я лорд Снэик. Вам нечего бояться.
– Не леди я, – замялась Юлиана. – Я служанка династии Мейрак.
– Ясно, – кивнул правитель Хионфлора. – Наши эскадры отправились по Русалочьему океану в надежде успеть к битве за Альтаир. Предатели предвидели это и атаковали раньше. Мы не соединились с армией севера. Защитники Зимней Розы мертвы.
– Ой! Что теперь будет? – заплакала служанка.
– Мы возвращаемся назад, в Хионфлор, – поведал Нарцисс и снял перчатки. – На востоке остался последний оплот сопротивления... Дайте мне внука!
Юлиана передала малыша правителю эльфов и фей. Нарцисс взял внука на руки и улыбнулся.
– Вырос, – заметил он. – Глаза изумрудные. На мои похожи. А волосы серебряные, как у Янины. Мы не дадим Кордрофа в обиду. Пусть Еликонида только сунется!
– Милорд, каков приказ? – заглянул в окно воин-фей.
– Едем домой, – распорядился правитель Хионфлора.
Карета в сопровождении эльфо-фейской конницы покатилась к причалу. Там они пересели на быстроходные корабли Нарцисса и поплыли на восток.
Путешествие Юлиана перенесла нелегко. Укачивало, голова кружилась. Мысли о смерти друзей и грядущей опасности не давали покоя. Зато феи чувствовали себя на воде так же хорошо, как в воздухе. Эльфы тоже не боялись. Маленький Кордроф смеялся, глядя на мерцающих в океане русалок и светящиеся кувшинки. Юлиана смотрела на него и успокаивалась. Детская беззаботность радовала глаз. Заставляла забыть о тучах, сгущающихся над Хионфлором.
Эскадра Нарцисса Снэика причалила к родным берегам. Юлиана не поверила глазам. Парящие острова, радужные мосты, дома, заросшие цветами... Такой красоты она не видела за годы работы в королевстве людей. Восхититься Альтаиром тоже не успела. Ведь постоянно находилась подле Офелии Мейрак. Зато теперь могла сполна насладиться красотой мира, полного волшебства.
Утончённые эльфы и феи, одетые в тонкие цветочные кружева, радостно улыбались при виде нетронутой эскадры правителя. Не ведали они, что остались одиноки в борьбе с владычеством Сталия и новая битва развернётся у их домов. Вести о поражении северных колдунов ещё не достигли востока.
