Узница Страны Драконов

– Ты считаешь меня врагом киродов и думрутов?
       – Конечно. Ты будешь королевой Мегалии, а Мегалия и Сана-Кирод – вечные враги. Значит, ты, как и другие мегалийцы, – мой друг.
       – Ну, хорошо, Шихтап. А если, всё-таки, будет война, за кого будут хафруны?
       Вопрос Суаны застал карлика врасплох.
       – Хафруны не будут воевать, – сказал он, немного подумав.
       – Я понимаю, Шихтап. Но чья победа для вас будет более желательной? Людей или киродов?
       – Конечно, киродов, – особо не задумываясь, ответил хафрун. – Как бы неприязненно они к нам не относились, мы продолжаем жить в Сана-Кироде. Люди нас просто уничтожат. Сопротивляться им, как думрутам, мы не сможем.
       – Странно получается, Шихтап. Ты знаешь, что люди для вас опаснее киродов и думрутов, но при этом говоришь, что мы для вас друзья.
       – Пока вы далеко от нас, вы наши друзья, – объяснил хафрун, – потому что вы враги наших врагов. Но если вы вторгнетесь сюда, то станете ещё большими нашими врагами, чем даже думруты.
       Шихтап уверенно шёл по лесу, уводя Суану по узким извилистым тропинкам далеко от населённых мест. Они шли несколько часов, и солнце уже было достаточно высоко над горизонтом, когда принцесса стала чувствовать довольно сильную жажду и голод. Впрочем, она продолжала безропотно двигаться за хафруном, не решаясь сообщить ему о своих страданиях.
       В какой-то момент они подошли к лесной опушке, и девушка увидела вдалеке знакомые по форме домики-грибы.
       – Оставайся здесь, Суана, – велел ей Шихтап, – я вернусь через некоторое время.
       Стоя за деревьями, принцесса видела, как хафрун направился к домикам думрутов. Он старался идти между холмами и кустиками, чтобы оставаться незаметным, и очень скоро скрылся из виду.
       Прошло немало времени. Поднимавшийся ветер заставлял шуметь полусухую траву. Одновременно за спиной девушки время от времени раздавался треск веток, заставлявший Суану постоянно вздрагивать и оглядываться. Принцесса уже отчаялась ждать возвращения Шихтапа и стала обдумывать, как ей поступить, если хафрун не вернётся. С учётом того, что она не знала, куда ей идти дальше, перспективы дальнейшего продвижения представлялись абсолютно туманными. Страх за своё будущее полностью вытеснил чувство жажды и голода.
       Спустя ещё какое-то время жажда и голод снова вернулись и стали, в свою очередь, оттеснять на второй план тревогу Суаны за своё незавидное положение. Именно в этот момент она уловила движение среди травы – кто-то шёл в её сторону. Через некоторое время она с облегчением узнала Шихтапа – карлик быстрым шагом двигался в её сторону, неся на себе довольно большой для своего роста мешок.
       – Пойдём быстрее, Суана, – сказал он, не останавливаясь, когда дошёл до леса, – нам нужно как можно дальше уйти отсюда.
       Хафрун на большой скорости стал углубляться в лес, так что принцесса еле успевала за ним. Скоро они опять оказались в густой чаще без нормальных тропинок. Девушка всё больше и больше теряла силы, но понимала, что карлик зря волноваться не будет. Им пришлось пройти изрядный путь, петляя по лесу, прежде чем они вышли к предгорью, за которым лес начинал уходить вверх, карабкаясь по многочисленным скалам.
       Шихтап привёл принцессу к небольшой расщелине между двумя выступающими скалами. Над ней нависали мощные ветки какого-то дерева, плотно закрывая обзор сверху. Зайдя в расщелину, хафрун сбросил свой мешок на землю и велел Суане располагаться поудобнее. Покопавшись в мешке, он достал оттуда большую бутыль и, откупорив крышку, стал жадно пить из неё. Затем хафрун протянул бутыль принцессе.
       – Пей воду, Суана, – предложил он, – ты, должно быть, со вчерашнего вечера ничего не пила и не ела.
       Принцессе было не особо приятно пить из бутыли после карлика, но выбора у неё не было, а приложившись к горлышку, она долго не могла остановиться. Пока она утоляла жажду, Шихтап снова покопался в мешке и вытащил из него два небольших хлебных каравая, а также несколько длинных стеблей зелёного лука. Он забрал у девушки бутыль, вернув в мешок, и протянул ей один из караваев хлеба вместе с половиной лука.
       Суана взяла хлеб, но от лука решила отказаться.
       – Ешь! – настоял хафрун. – Ты в лесу, а не во дворце. Не беспокойся, в ближайшее время со своими принцами тебе разговаривать не придётся. Нам ещё много идти, а лук придаст тебе бодрости.
       – Ты украл всё это у думрутов? – с аппетитом поглощая предложенную пищу, спросила девушка.
       – Не украл, а добыл, – возразил карлик, вовсю работая своими челюстями. – Думруты – наши враги, и всё, что им принадлежит, может стать нашим трофеем. Жаль, они не едят мяса, а то бы я достал что-нибудь получше.
       – Поэтому мы так долго убегали с того места?
       – А ты как думала? Я не удивлюсь, если за нами уже отправлена погоня.
       Как будто в подтверждение его слов вдалеке над лесом показались три точки, которые стали быстро увеличиваться в размере, и очень скоро оказались летящими в их сторону драконами.
       – Они найдут нас! – со страхом проговорила Суана.
       – Замри и ничего не говори, – ответил шёпотом Шихтап.
       Сквозь ветки над головой принцесса видела, как тройка киродов пролетела недалеко от расщелины, но, к счастью, они не обнаружили беглянку и её спутника.
       – Неужели они выследили меня? – тихо спросила девушка спустя несколько минут после того, как опасность миновала.
       – Не думаю, что это за тобой, Суана, – ответил хафрун, возвращаясь к еде. – Скорее всего, думруты подняли тревогу и сообщили киродам, что кто-то чужой наведался в их деревню.
       – Может, не стоило брать у них еду?
       – Может, и не стоило бы, если бы я был один. Но ты бы долго не выдержала, а мы не прошли и четверти пути. К тому же нам не о чем беспокоиться – скоро мы окажемся там, где киродам нас не найти.
       – Где?
       – В пещерах под горой. Это самый безопасный путь отсюда к Чёрному Гнезду.
       Они поели, но Шихтап не торопился двигаться дальше.
       – Отдохнём ещё немного, – сказал он. – Нужно дождаться, когда драконы вернутся. У них хороший слух и зрение, и если они пролетят до того, как мы дойдём до пещеры, вполне смогут нас найти.
       – Откуда ты знаешь наш язык? – спросила Суана.
       – Я знаю языки всех, кто живёт в Сана-Кироде. Тем, кому приходится постоянно перемещаться, добывая себе пищу и скрываясь от врагов, приходится много знать, чтобы быть готовыми ко всему. Кироды считают себя хозяевами страны, а всех остальных заставляют жить по их правилам. А мы живём так, как хочется нам. Это трудно, приходится многому учиться, но так жить веселее.
       Солнце стало опускаться к закату. Наконец, появились кироды, которые возвращались обратно, так и не обнаружив тех, кого искали. Когда они скрылись из виду, Шихтап сказал:
       – Нужно идти дальше. До заката солнца мы должны дойти до пещеры, чтобы спрятаться там на ночь.
       Они вышли из укрытия и продолжили путь, который постепенно уходил в гору. Ещё несколько часов Суане пришлось почти всё время идти на подъёме, что было очень нелегко. Девушка с завистью смотрела на привычного к таким переходам хафруна, который с лёгкостью преодолевал эту тяжёлую дорогу, несмотря на то, что ему приходилось ещё и тащить мешок с провизией.
       Ближе к закату их путь привёл к большой скалистой горе, внизу которой принцесса увидела проход куда-то вглубь. Шихтап снял мешок с плеч и, сбросив его на землю, сказал:
       – Подожди здесь. Я проверю пещеру и вернусь за тобой.
       Он зашёл в проход, а Суана осталась снаружи, осматривая недружелюбную местность вокруг, в ожидании возвращения карлика. Внезапно она услышала голоса и, схватив мешок, отбежала в сторону, спрятавшись за большим камнем. Голоса приближались, и вскоре девушка увидела к своему удивлению двух детей – девочку и мальчика, которые весело шли под руку по направлению к горе.
       В какой-то момент принцесса решила окликнуть их, чтобы узнать, откуда здесь оказались человеческие дети, но потом что-то заставило её воздержаться от этого шага, и она продолжила следить за ними. Дети не пошли к входу в пещеру, а направились прямо к поверхности горы, и через несколько мгновений к удивлению и ужасу Суаны просто вошли в гору, словно она состояла не из камня, а из тумана.
       Принцесса выбралась из укрытия и подошла к тому месту, в котором растворились странные дети. Потрогав поверхность горы, она убедилась, что это твёрдая порода и долго стояла на этом месте с непонимающим видом, пока не услышала сзади голос:
       – Суана, ты идёшь или собираешься до ночи любоваться этой скалой?
       Шихтап вернулся из пещеры и даже успел подобрать свой мешок. Оглянувшись ещё раз на место, где исчезли дети, Суана отправилась за ним к входу в пещеру.
       – У тебя такой странный вид, как будто ты привидение увидела, – заметил хафрун по дороге.
       – Я действительно видела привидение, – ответила принцесса, – даже два привидения, которые вошли в гору.
       – Не обращай внимания, Суана, – заходя в пещеру, сказал Шихтап. – В этих местах всякое можно увидеть.
       Девушка нагнулась и вошла в небольшой полутёмный проход, который вначале представлял собой узкий коридор, не очень удобный для человека обычного роста, но через десяток шагов стал быстро расширяться. Вскоре хафрун вывел принцессу на широкое внутреннее пространство горы. Слабый свет, проникавший извне, давал возможность лишь приблизительно представить себе контуры пещеры, в нескольких местах которой пол соединялся с потолком неровными каменными столбами, а где-то по краям почти в темноте можно было заметить дальнейшие проходы в разных направлениях вглубь горы.
       – Нам придётся переночевать здесь, – деловито предупредил Шихтап. – Нужно будет развести костёр. Умеешь?
       – Никогда не делала этого, – призналась Суана.
       – Я и не сомневался в этом. Если хочешь, учись.
       Он снова выбрался наружу, а затем вернулся с охапкой веток, из которых принялся сооружать что-то вроде маленького шалашика. Внутрь него Шихтап уложил совсем мелкие ветки и солому. Затем он достал из кармана небольшой камень, который положил рядом с кучкой соломы, и железный стержень, которым принялся с силой бить о камень, чтобы высечь искры. После нескольких ударов солома начала тлеть, и Шихтап быстро засунул её внутрь шалашика, после чего начал дуть на неё. Солома задымилась, хафрун продолжил раздувать её, пока, наконец, не появилось робкое пламя.
       – Здорово! – радостно воскликнула принцесса.
       Огонь постепенно разгорался, и Шихтап снова вышел, чтобы принести побольше топлива для костра.
       – Тебе нужно выспаться, Суана, – сказал он, вернувшись. – Укладывайся и спи. Рано утром мы двинемся через пещеру на другую сторону гор.
       Принцесса действительно нуждалась в крепком сне, поскольку с половины предыдущей ночи была на ногах. Она улеглась лицом к разгоревшемуся огню и быстро уснула.
       

Глава 35. Планы меняются.

       Подходя к комнате Ународа, Эльтод услышал человеческую речь. Он замедлил шаг, стал прислушиваться и узнал знакомый голос. Человек, которого он очень хорошо знал, разговаривал с Ународом.
       – Мы не собираемся прекращать торговлю с вами, – говорил этот человек. – Проблемы, возникшие в последнее время, будут разрешены в течение нескольких месяцев. Нам всем нужно лишь набраться терпения. Главное, чтобы вы выполнили свою часть договора, потому что от этого зависит и наше, и ваше положение.
       – Я выполняю свою часть договора, – протрубил кирод. – До сих пор я ни разу не нарушил своего слова, данного вам. А вы не можете сдержать своего обещания.
       – Поймите, глубокоуважаемый Ународ, не всё можно предвидеть. Мы не рассчитывали на то, что исчезновение принцессы приведёт к таким последствиям, что придётся в срочном порядке останавливать так хорошо налаженные между нами связи. Но ситуация постепенно меняется в нашу пользу. Как вы видите, частично мы восстановили торговлю и выплачиваем всё, как договорились.
       – Вы знаете, что меня интересует в первую очередь. Пока я не получу достаточное количество людей, я не могу начать то, что планировал.
       – Временно, глубокоуважаемый Ународ, временно! У вас здесь свои проблемы, а у нас – свои. Я обещаю, что в течение нескольких месяцев…
       – Несколько месяцев – это очень долгий срок!
       – Понимаю, глубокоуважаемый Ународ, но ведь и мы тоже многое теряем. Ещё не все опасности сняты, и малейшее неосторожное движение может привести к катастрофе для нас, а в этом случае вы вообще потеряете возможность получать людей.
       – Кстати, насчёт опасностей и катастрофы. Опасность войны усиливается. Я думаю, ваш король уже понял, что никто не сможет одолеть меня, а значит, и вернуть принцессу. Что если он решится напасть?
       – Это исключено, глубокоуважаемый Ународ. Латис не станет рисковать жизнью Суаны, пока есть шанс вернуть её. Он же понимает, что начать войну, пока она у вас, значит обречь её на смерть. Думаю, что и вы понимаете, что если Суана вернётся, войны избежать не удастся: король обязательно отомстит за её похищение.
       – Но он же не может вечно надеяться на возвращение дочери!
       – Ничто не вечно, глубокоуважаемый Ународ, – услышал Эльтод ехидный смешок. – Король теряет свою силу и власть, и если он будет действовать слишком активно не в наших интересах, мы сможем каким-либо способом решить эту проблему. Война нам не нужна, так же, как и вам, поэтому будьте спокойны. Главное, чтобы Суана не вернулась в Тилугем, а что с ней произойдёт дальше – неважно.
       – Что ж, если вы обещаете мне решить все проблемы в течение нескольких месяцев, я подожду, – заключил Ународ. – Но это крайний срок.
       Эльтод быстро отошёл от комнаты, чтобы сделать вид, что только что подошёл. В коридор вышел Уктофер, а за ним медленно ступая, шёл Ународ.
       – Аэ ха литаку эльто, – раздался его трубный голос, заставивший Уктофера вздрогнуть и обернуться. – Схафалсо фашухтави седаш халсо лиси се лисма савашоби. Таталсо дэр наи бахол бадолфут чалах тэси. Эшетсо калгирод’и дэр схафалта тэси флэ сана хишид ^[1] .
       – Фут’и ашелх ^[2] , – ответил Эльтод, а Уктоферу предложил: – Идите за мной. Я провожу вас.
       Вместе с советником королевы он спустился вниз и вывел его через ворота к четырём всадникам, ожидавшим своего господина.
       – Калгиро! – позвал Эльтод.
       Один из дежуривших перед замком киродов повернул голову, а затем медленно побрёл к нему.
       – Талан ународ осхаст дэр схафалсо эшу бахоли флэ сана хишид ^[3] , – передал Эльтод приказ своего дяди. – Наш брат Калгирод проводит вас до границы, – сказал он Уктоферу.
       Эльтод вернулся к Ународу, который находился на балконе своей комнаты и наблюдал за лагерем людей.
       – Та ишутуфус чима осхаки ашелх ^[4] , – сказал Эльтод.
       – Фут’и, – проревел дракон, не поворачивая головы.
       – Ашелх тохутафсо тадэ сузал наифу эсдаллалихсави ^[5] .
       – Эльто сулфу флэ бафаэта захитлус ^[6] .
       – Хар сафаи ашелх. Та шилкалус кусат сафлакмаи. Сафа та тайен наифтэ Суанави ^[7] .
       – Фут’и. Батаи ху башама фулат хутху дэр эсдаллалихса басахус. Йет бахол фулт’ен эшави скат саабшелат лес шахен цинахал йа нуга ситлен ^[8] .