Пока шли каменистой тропой к первым вековым деревьям, Эрик поведал свою историю. Роксана оказалась тем самым оборотнем, который ранил Натана в памятную ночь первого визита. Натан в свою очередь тоже зацепил зверя – и потому когда лекарь добрался до дома, то наутро обнаружил в развалинах старой фермы раненую молодую женщину, которая всё силилась, но никак не могла убежать. Она оказалась также нагой, голодной и замерзающей – и сердце Эрика не выдержало.
С тех пор он целый месяц выхаживал необычную гостью – до нового полнолуния. Роксана исчезла за день до того, но после нескольких опасных ночей вернулась вновь. И осталась ещё на месяц. Чудесный месяц, наполненный домашним уютом и тихими ночами, когда она не испытывала мук превращения.
А потом за ней пришли они.
Эрик к тому времени уговорил её переждать полнолуние у него в погребе, даже укрепил и без того прочную дверь, уверяя, что там она ночью никому не навредит, зато днём сможет быть вместе с ним. Роксана после некоторого раздумья согласилась – но их планы так и не сбылись.
Оборотни действительно жили семьями. И вызволять Роксану из рук человека пришли всей стаей. Пока часть монстров ломилась в дом, остальные возились с тяжёлой дверью погреба. Когда худо укреплённые ставни всё же сорвались под жутким напором, и в дом прыгнул первый зверь, прочие сородичи всё же «освободили» Роксану «из плена». И очень кстати, потому что лишь благодаря её заступничеству лекарь отделался располосованным плечом да испугом. Возлюбленная оказалась свирепее собратьев: бросалась на каждого поочерёдно, оттесняла подальше от дома и от Эрика.
- Я всегда считал, что они не осознают себя в звериной шкуре, - удивлялся лекарь. – Оказывается, в определённые моменты всё же наступает просветление…
Роксана увела их за собой. И теперь Эрик сходил с ума, не зная, простит ли ей стая сожительство с человеком.
- А теперь тихо, - прервал поток излияний охотник. – Дальше след в след, и дыши через раз. Да за топор не цепляйся, не с руки он тебе. Здесь где-то деревня их, недалеко уже…
Эрик едва не вскинулся, глянул недоверчиво:
- Ты про их деревню знаешь? – изумился он. – Стало быть, с тем, что они в период покоя как люди живут, тоже знаком? Мне Роксана рассказывала…
Натан нахмурился, остановился у толстенного дерева, присаживаясь на корточки. Впервые различил он вместо звериного – человеческий след. Что оказалось не так уж легко – в чащу леса, куда они углубились в поисках беглянки, дневной свет почти не проникал. Впрочем, бывший охотник на нечисть эти края знал хорошо. Недалеко уж была деревня нечисти, а сразу за ней – плотная багровая пелена, откуда в мир лезли такие, как они.
- Ну, - нехотя отозвался он.
- Так ты… ты знаешь, что убиваешь не зверей? Ты… людей убиваешь, Натан! – осмелившись, шёпотом просветил его Эрик.
- И что? – выпрямляясь, хмуро спросил охотник.
Лекарь открыл и снова закрыл рот. Натан повернулся, чтобы идти дальше, но Эрика всё же прорвало:
- Так ты палач, а не охотник!
Натан раздумывал секунду-другую – дать зарвавшемуся соседу по морде или спустить всё, как есть – затем коротко вздохнул, не разжимая губ.
- Скажем так, я чрезвычайно хороший охотник, - сказал он. – И прекрасно знаю, что в человеческом обличье нечисть давить проще. Ловушки на зверей тоже, конечно, ставлю. Но больше толку от них, когда недочеловек попадётся…
Эрик слушал его с ужасом, но таки не сдержался, выпалил:
- Ирида твоя – тоже… недочеловек?
Натан нахмурился, подтолкнул застывшего столбом лекаря в нужном направлении. Эрик тотчас споткнулся о корягу, рухнул в ворох припорошенных снежком листьев, ударился больным плечом о пенёк.
- Ирида – исключение, - перешагивая через кусавшего губы лекаря, ровно ответил Натан. - Как для тебя – Роксана.
- Я… я не так о них думаю, - с трудом выдавил Эрик, поднимаясь на ноги. – Они все… вампиры, оборотни… нечисть… просто больные и очень несчастные люди… и если бы я только мог найти лекарство от их недугов…
Натан не сдержался, фыркнул, качнул головой, затем развернулся и схватил соседа за перевязанное плечо.
- Делай своё дело, лекарь, - разглядывая побледневшего от боли Эрика, серьёзно посоветовал охотник. – И не мешай мне делать моё.
По лицу Эрика было видно, что он уже давно пожалел о том, что попросил помощи соседа, но сыпать упрёками всё же перестал.
Дальше шли молча – вплоть до самого края поредевшего леса. Звуки животной лесной жизни здесь затихали, уступая отрывистым голосам, скрипу свежего снега, негромким постукиваниям – всему, что человеческому жилью присуще. В лесную чащу ворвался наконец и свет – не белый, не солнечный, но багрово-красный, тяжёлый, обволакивающий: Предел был совсем близко.
Натан присел за одним из раскидистых кустов, которые даже зимой оставались надёжным убежищем, кивнул на открывшийся им вид. Эрик рассматривал небольшое мрачное поселение внимательно: не мелькнёт ли где знакомая фигура?
Почти все дома оказались каменными – удивительно, учитывая окружавший деревню лес – с крошечными окнами и чадящими трубами. Местных, по человеческим меркам, снаружи почти не было – трое или четверо зверолюдей сидели у порогов своих домов практически без движения. Носили они плохо обработанные шкуры, накинутые поверх грубых рубах и штанов, лица их казались усталыми, невыразительными. Удивляться этому Эрик не стал: хотя солнце давно уж перевалило за полдень, предыдущая дикая ночь явно сказалась на здоровье оборотней. Муки превращения, по словам Роксаны, были невыносимы.
- Да чтоб вас Мор забрал! – вдруг крикнул, вскакивая на ноги, Натан.
Эрик даже удивиться не успел: словно из-под земли выскочили несколько здоровых парней, окружили незадачливых соглядатаев. Особенно негодовал охотник: впервые в роли жертвы вдруг оказался он. И всё из-за неудачливого соседа, который просто притягивал неприятности!
- А ну не рыпаться, - глухо велел здоровый мужик с рыжей щетиной. – Ты, борзой, руки от топоров-то убери. Мы твою ловкость уж много раз в деле видали…
Им живо скрутили руки за спиной, столкнули с пригорка на поляну, поближе к каменным домам. Их обитатели на гостей отреагировали с отстранённым интересом – провожали голодными взглядами, поворачивали головы вслед, и лишь затем нехотя поднимались со своих мест, следуя за пленными и их конвоирами к обширному пепелищу в центре деревеньки.
- Кого привёл? – грозно спросил седой крепкий мужчина, окидывая охотника и лекаря цепким взглядом. – Зачем они здесь?
- У самой деревни взяли, - пожал плечами рыжий. – Вот этот, - Натана бесцеремонно пихнули в плечо, - тот самый убийца, который на нас охотится…
- Вы убиваете наших, причём всей стаей, - мрачно вставил Натан. – В ответ я – и только я один – убиваю вас. Это более чем честно.
Упавшая вслед за этим тишина внезапно разорвалась криком:
- Эрик!!!
Метнулась от крайнего дома высокая фигура, оттолкнула ставшего на пути рыжего, бросилась на шею лекарю.
- Что ты… делаешь здесь?! Безумец, мы могли тебя убить! – отстранившись, выкрикнула Роксана. – Ещё и этого… с собой притащил! От него несёт кровью наших собратьев и вонью его… кровососки! Ты с ума сошёл, Эрик!
- Я беспокоился, - возразил связанный лекарь. – Не знал, что с тобой…
Роксана умолкла, закусив губу. Натан чуть скосил глаза, оценивая избранницу соседа. Та оказалась высокой – едва ли не выше самого Эрика – молодой женщиной с длинными, до пояса, волнистыми чёрными волосами. На лице её, чумазом после дикой ночи полнолуния, сверкали серые волчьи глаза, а в крепких руках Роксана держала короткое копьё. Одета она была так же, как прочие – в грубые штаны да шкуру, накинутую на голое тело. Талию охватывал толстый пояс, у которого Натан заметил длинный кинжал.
- Лорд Грегори, - перебила лекаря Роксана, поворачиваясь к седовласому, - это тот самый человек, который помог мне!
- А это, - кивнул Грегори на Натана, - тот, который ранил?
Роксана нахмурилась, признала через силу:
- Да… но мой лорд! Ты дал своё согласие на то, чтобы я жила с этим мужем, - женщина бесцеремонно ухватила Эрика за локоть, и Натан едва подавил усмешку: похоже, бойкая избранница соседа умела брать, что хочет, попросту не оставляя бедолаге выбора. – Отпусти же его… его друга… в этот единственный раз. Прошу тебя, мудрейший! Пусть это будет твоим мне свадебным подарком!
Лекарь слегка побледнел, выдавил слабую улыбку, тотчас стушевался под строгим взглядом старейшины оборотней.
- Отец, - сменила тон Роксана, обхватывая его руку обеими ладонями, - пожалуйста!
Лорд Грегори высвободил пальцы, поджал губы. Коротко, через силу, кивнул.
- С одним условием. Ты, лекарь, будешь лечить и нас тоже. Благодаря твоему… другу… нас становится меньше. И наши человеческие тела болеют так же, как ваши. Если ты помог Роксане, то сможешь помочь и нам. Днём, конечно! Мы не хотим, чтобы ты пострадал.
- А я не хочу, чтобы страдали жители деревни, - тихо ответил Эрик, и Натан мысленно проклял соседа за его принципиальность: нашёл время для переговоров! Пусть бы только отпустили – и ходу отсюда, ходу! – Прошу вас, постарайтесь… обезопасить… себя и людей… в ночи превращений. Ведь есть же подвалы, есть… пещеры…
- Я понял тебя, лекарь, - кивнул лорд Грегори. – Я переговорю со своими людьми. Вот только… уверен, не все захотят последовать твоему совету или подчиниться моей просьбе. Нужно время. Вы с Роксаной станете проводниками наших миров, нитью, которая скрепит их воедино. Близость Предела… не нравится и нам тоже. Поверь, лекарь, Предел доставляет неприятности не вам одним. Возможно, если люди захотят объединиться с нами…
- С такими, как этот, - кивнул рыжий на Натана, - никогда!
- Нужно время, - торопливо повторил старейшина. – А теперь ступайте… ступайте! Не все ещё проснулись после ночных терзаний, и не все будут вам рады.
- Беги, любовь моя, - шепнула Роксана, привлекая к себе лекаря. – Беги, уж больно кровь твоя… пахнет. Мои братья держатся лишь ради меня, но только вы очутитесь за пределами деревни, в лесу… ты же знаешь, мы и при свете дня оборачиваться можем. Беги, а я приду позже… Ты только дождись! А ты, - обратилась Роксана уже к охотнику, - не радуйся! Не ради твоей шкуры просила, а ради его, - кивок на Эрика, - спокойствия!
Едва дождалась, пока пленникам распутают руки, оттолкнула с дороги мрачных конвоиров, обожгла быстрым поцелуем – и подтолкнула в спину.
- Беги! – махнула яростно…
…Очнулись Натан с Эриком, лишь когда деревня оборотней осталась далеко позади. С трудом отдышались, сменили бег на быстрый, но куда более осторожный шаг.
- Не хватало только медведя с лёжки поднять, - бормотал недовольный охотник. – Мор бы тебя забрал! И зачем я только согласился тебе помочь! Ушёл от мира, живу у самого Предела – так ведь и тут от соседей не избавиться! А такой сосед, как ты – чистая заноза в заднице!..
Ругаться Натан перестал, лишь когда лес значительно поредел, и окончательно умолк, когда оба вышли на каменистый холм с видневшимися невдалеке домами – его и соседской фермой – и далёкой деревней за тонкой змеёй мелководной реки. Солнце уже клонилось к западу, но до темноты ещё оставалось время.
- Тебе ведь дом снова разворотили, - вдруг вспомнил Натан. – Ставни повыбивали, дверь с петель снесли. Если хочешь…
- Я с радостью, - тотчас принял предложение лекарь.
Натан кивнул, и до дома, где их уже наверняка заждалась Ирида, дошли молча. Вампирша, как оказалось, и впрямь проснулась от дневного сна, и сейчас хлопотала по хозяйству, замешивая тесто под хлеб.
- Вернулись, - блеснула клыкастой улыбкой хозяйка. – Я знала, что вы справитесь! Запах-то звериный на вас остался, а на тебе, лекарь – ещё и женский!
- Ты завтракала? – вместо приветствия спросил Натан. – Я сейчас спущусь в погреб…
- Погоди! – одёрнула мужа вампирша. – Тут староста деревенский приходил…
- Не побоялся? – хмыкнул бывший охотник на нечисть.
- Так стучал, что я проснулась, - продолжала вампирша. – Ожидал тебя увидеть, но и меня не особо испужался. Говорит, мол, спрячьте вашего соседа у себя до поры, до времени. В деревню королевский отряд прибыл – рыцари да столичная стража. Ищут барона Эрика Рассмуссена по обвинению в колдовстве да сговоре с тёмными силами Мора… Завтра поутру к тебе придут, допрашивать. Ты всё-таки свой авторитет охотника на нечисть в глазах стражи не потерял…
Натан глянул на побледневшего барона Рассмуссена, поцокал языком, ухмыльнулся да вышел – в погреб за кровью.
- Не переживай, лекарь, - успокоила Эрика вампирша, отправляя хлеб в печь, - люди здесь хорошие. Хоть к нам с Натаном лишний раз на глаза не кажутся, а всё-таки по-своему принимают. Да и тебя в деревне полюбили. Не выдадут…
…Ирида оказалась права. Утром, когда смолк последний жуткий вой, и долина наполнилась блаженным безмолвием, королевский отряд во главе со столичным капитаном прибыл к дверям охотничьего дома.
Эрик, укрывшийся на чердаке, сквозь щели в досках видел целую толпу поселян, сопровождавших воинов до самого порога, во главе с деревенским старостой. Натан встретил людей на пороге, сделал удивлённое лицо.
- Чего надо? – поприветствовал он визитёров.
- Господин охотник, - обратился к нему капитан стражи, - мастера твоей гильдии докладывали, что ты человек надёжный. Знаешь ли такого человека, как барон Эрик Рассмуссен? Он обвиняется в чёрном колдовстве да сговоре с…
- Я не знаю даже жителей деревни, почтеннейший, - перебил Натан, - сам видишь, живу на отшибе. Мне эти твои Рассмуссены без интересу.
- Он мог представиться любым другим именем, - снова попытался капитан. – Но наверняка не оставил своего чёрного дела. Барон Эрик занимался врачеванием…
- Если бы у нас здесь появился лекарь, - широко улыбнулся Натан, - мы бы такое событие не пропустили. Верно, ребята?
- Верно! Правильно! – тотчас подхватил дружный хор голосов.
- Не было тут никого!
- Давно уж просили у властей знахаря-то прислать, так ни один не едет!!!
- Лучше б сами настоек да порошков лечебных нам завезли!
- Как нам помощь нужна – так дуля с маком, а как им…
- Барон? У нас?! Да вы в своём ли уме?!
- Усю деревню перерыли, ничо не нашли, сюды прибёгли! Грабить, чай, приехали, а чёрными знахарями прикрываются!
- И имечко-то какое выдумали – Размуздзен!
- Нет тут никого, родимые!
Капитан слушал недолго: плюнул с досады, махнул рукой – мол, обыскать дом – отвернулся от разгневанной толпы. Натан спокойно прислонился плечом к косяку, терпеливо подождал, пока воины вернутся ни с чем, сдержанно поклонился разозлённому капитану, помахал рукой убравшемуся восвояси отряду. Переглянулся с деревенским старостой, коротко улыбнулся расходившейся толпе и скрылся наконец в доме.
- Как ты это сделал?! – скатился с чердачной лестницы Эрик. – Они были тут, они смотрели на меня… нет, они смотрели сквозь меня! И не видели! Обошли кругом, потоптались и ушли! И Ирида… она ведь тут, на печи, спит! А они на неё даже не взглянули! Как… как?!
С тех пор он целый месяц выхаживал необычную гостью – до нового полнолуния. Роксана исчезла за день до того, но после нескольких опасных ночей вернулась вновь. И осталась ещё на месяц. Чудесный месяц, наполненный домашним уютом и тихими ночами, когда она не испытывала мук превращения.
А потом за ней пришли они.
Эрик к тому времени уговорил её переждать полнолуние у него в погребе, даже укрепил и без того прочную дверь, уверяя, что там она ночью никому не навредит, зато днём сможет быть вместе с ним. Роксана после некоторого раздумья согласилась – но их планы так и не сбылись.
Оборотни действительно жили семьями. И вызволять Роксану из рук человека пришли всей стаей. Пока часть монстров ломилась в дом, остальные возились с тяжёлой дверью погреба. Когда худо укреплённые ставни всё же сорвались под жутким напором, и в дом прыгнул первый зверь, прочие сородичи всё же «освободили» Роксану «из плена». И очень кстати, потому что лишь благодаря её заступничеству лекарь отделался располосованным плечом да испугом. Возлюбленная оказалась свирепее собратьев: бросалась на каждого поочерёдно, оттесняла подальше от дома и от Эрика.
- Я всегда считал, что они не осознают себя в звериной шкуре, - удивлялся лекарь. – Оказывается, в определённые моменты всё же наступает просветление…
Роксана увела их за собой. И теперь Эрик сходил с ума, не зная, простит ли ей стая сожительство с человеком.
- А теперь тихо, - прервал поток излияний охотник. – Дальше след в след, и дыши через раз. Да за топор не цепляйся, не с руки он тебе. Здесь где-то деревня их, недалеко уже…
Эрик едва не вскинулся, глянул недоверчиво:
- Ты про их деревню знаешь? – изумился он. – Стало быть, с тем, что они в период покоя как люди живут, тоже знаком? Мне Роксана рассказывала…
Натан нахмурился, остановился у толстенного дерева, присаживаясь на корточки. Впервые различил он вместо звериного – человеческий след. Что оказалось не так уж легко – в чащу леса, куда они углубились в поисках беглянки, дневной свет почти не проникал. Впрочем, бывший охотник на нечисть эти края знал хорошо. Недалеко уж была деревня нечисти, а сразу за ней – плотная багровая пелена, откуда в мир лезли такие, как они.
- Ну, - нехотя отозвался он.
- Так ты… ты знаешь, что убиваешь не зверей? Ты… людей убиваешь, Натан! – осмелившись, шёпотом просветил его Эрик.
- И что? – выпрямляясь, хмуро спросил охотник.
Лекарь открыл и снова закрыл рот. Натан повернулся, чтобы идти дальше, но Эрика всё же прорвало:
- Так ты палач, а не охотник!
Натан раздумывал секунду-другую – дать зарвавшемуся соседу по морде или спустить всё, как есть – затем коротко вздохнул, не разжимая губ.
- Скажем так, я чрезвычайно хороший охотник, - сказал он. – И прекрасно знаю, что в человеческом обличье нечисть давить проще. Ловушки на зверей тоже, конечно, ставлю. Но больше толку от них, когда недочеловек попадётся…
Эрик слушал его с ужасом, но таки не сдержался, выпалил:
- Ирида твоя – тоже… недочеловек?
Натан нахмурился, подтолкнул застывшего столбом лекаря в нужном направлении. Эрик тотчас споткнулся о корягу, рухнул в ворох припорошенных снежком листьев, ударился больным плечом о пенёк.
- Ирида – исключение, - перешагивая через кусавшего губы лекаря, ровно ответил Натан. - Как для тебя – Роксана.
- Я… я не так о них думаю, - с трудом выдавил Эрик, поднимаясь на ноги. – Они все… вампиры, оборотни… нечисть… просто больные и очень несчастные люди… и если бы я только мог найти лекарство от их недугов…
Натан не сдержался, фыркнул, качнул головой, затем развернулся и схватил соседа за перевязанное плечо.
- Делай своё дело, лекарь, - разглядывая побледневшего от боли Эрика, серьёзно посоветовал охотник. – И не мешай мне делать моё.
По лицу Эрика было видно, что он уже давно пожалел о том, что попросил помощи соседа, но сыпать упрёками всё же перестал.
Дальше шли молча – вплоть до самого края поредевшего леса. Звуки животной лесной жизни здесь затихали, уступая отрывистым голосам, скрипу свежего снега, негромким постукиваниям – всему, что человеческому жилью присуще. В лесную чащу ворвался наконец и свет – не белый, не солнечный, но багрово-красный, тяжёлый, обволакивающий: Предел был совсем близко.
Натан присел за одним из раскидистых кустов, которые даже зимой оставались надёжным убежищем, кивнул на открывшийся им вид. Эрик рассматривал небольшое мрачное поселение внимательно: не мелькнёт ли где знакомая фигура?
Почти все дома оказались каменными – удивительно, учитывая окружавший деревню лес – с крошечными окнами и чадящими трубами. Местных, по человеческим меркам, снаружи почти не было – трое или четверо зверолюдей сидели у порогов своих домов практически без движения. Носили они плохо обработанные шкуры, накинутые поверх грубых рубах и штанов, лица их казались усталыми, невыразительными. Удивляться этому Эрик не стал: хотя солнце давно уж перевалило за полдень, предыдущая дикая ночь явно сказалась на здоровье оборотней. Муки превращения, по словам Роксаны, были невыносимы.
- Да чтоб вас Мор забрал! – вдруг крикнул, вскакивая на ноги, Натан.
Эрик даже удивиться не успел: словно из-под земли выскочили несколько здоровых парней, окружили незадачливых соглядатаев. Особенно негодовал охотник: впервые в роли жертвы вдруг оказался он. И всё из-за неудачливого соседа, который просто притягивал неприятности!
- А ну не рыпаться, - глухо велел здоровый мужик с рыжей щетиной. – Ты, борзой, руки от топоров-то убери. Мы твою ловкость уж много раз в деле видали…
Им живо скрутили руки за спиной, столкнули с пригорка на поляну, поближе к каменным домам. Их обитатели на гостей отреагировали с отстранённым интересом – провожали голодными взглядами, поворачивали головы вслед, и лишь затем нехотя поднимались со своих мест, следуя за пленными и их конвоирами к обширному пепелищу в центре деревеньки.
- Кого привёл? – грозно спросил седой крепкий мужчина, окидывая охотника и лекаря цепким взглядом. – Зачем они здесь?
- У самой деревни взяли, - пожал плечами рыжий. – Вот этот, - Натана бесцеремонно пихнули в плечо, - тот самый убийца, который на нас охотится…
- Вы убиваете наших, причём всей стаей, - мрачно вставил Натан. – В ответ я – и только я один – убиваю вас. Это более чем честно.
Упавшая вслед за этим тишина внезапно разорвалась криком:
- Эрик!!!
Метнулась от крайнего дома высокая фигура, оттолкнула ставшего на пути рыжего, бросилась на шею лекарю.
- Что ты… делаешь здесь?! Безумец, мы могли тебя убить! – отстранившись, выкрикнула Роксана. – Ещё и этого… с собой притащил! От него несёт кровью наших собратьев и вонью его… кровососки! Ты с ума сошёл, Эрик!
- Я беспокоился, - возразил связанный лекарь. – Не знал, что с тобой…
Роксана умолкла, закусив губу. Натан чуть скосил глаза, оценивая избранницу соседа. Та оказалась высокой – едва ли не выше самого Эрика – молодой женщиной с длинными, до пояса, волнистыми чёрными волосами. На лице её, чумазом после дикой ночи полнолуния, сверкали серые волчьи глаза, а в крепких руках Роксана держала короткое копьё. Одета она была так же, как прочие – в грубые штаны да шкуру, накинутую на голое тело. Талию охватывал толстый пояс, у которого Натан заметил длинный кинжал.
- Лорд Грегори, - перебила лекаря Роксана, поворачиваясь к седовласому, - это тот самый человек, который помог мне!
- А это, - кивнул Грегори на Натана, - тот, который ранил?
Роксана нахмурилась, признала через силу:
- Да… но мой лорд! Ты дал своё согласие на то, чтобы я жила с этим мужем, - женщина бесцеремонно ухватила Эрика за локоть, и Натан едва подавил усмешку: похоже, бойкая избранница соседа умела брать, что хочет, попросту не оставляя бедолаге выбора. – Отпусти же его… его друга… в этот единственный раз. Прошу тебя, мудрейший! Пусть это будет твоим мне свадебным подарком!
Лекарь слегка побледнел, выдавил слабую улыбку, тотчас стушевался под строгим взглядом старейшины оборотней.
- Отец, - сменила тон Роксана, обхватывая его руку обеими ладонями, - пожалуйста!
Лорд Грегори высвободил пальцы, поджал губы. Коротко, через силу, кивнул.
- С одним условием. Ты, лекарь, будешь лечить и нас тоже. Благодаря твоему… другу… нас становится меньше. И наши человеческие тела болеют так же, как ваши. Если ты помог Роксане, то сможешь помочь и нам. Днём, конечно! Мы не хотим, чтобы ты пострадал.
- А я не хочу, чтобы страдали жители деревни, - тихо ответил Эрик, и Натан мысленно проклял соседа за его принципиальность: нашёл время для переговоров! Пусть бы только отпустили – и ходу отсюда, ходу! – Прошу вас, постарайтесь… обезопасить… себя и людей… в ночи превращений. Ведь есть же подвалы, есть… пещеры…
- Я понял тебя, лекарь, - кивнул лорд Грегори. – Я переговорю со своими людьми. Вот только… уверен, не все захотят последовать твоему совету или подчиниться моей просьбе. Нужно время. Вы с Роксаной станете проводниками наших миров, нитью, которая скрепит их воедино. Близость Предела… не нравится и нам тоже. Поверь, лекарь, Предел доставляет неприятности не вам одним. Возможно, если люди захотят объединиться с нами…
- С такими, как этот, - кивнул рыжий на Натана, - никогда!
- Нужно время, - торопливо повторил старейшина. – А теперь ступайте… ступайте! Не все ещё проснулись после ночных терзаний, и не все будут вам рады.
- Беги, любовь моя, - шепнула Роксана, привлекая к себе лекаря. – Беги, уж больно кровь твоя… пахнет. Мои братья держатся лишь ради меня, но только вы очутитесь за пределами деревни, в лесу… ты же знаешь, мы и при свете дня оборачиваться можем. Беги, а я приду позже… Ты только дождись! А ты, - обратилась Роксана уже к охотнику, - не радуйся! Не ради твоей шкуры просила, а ради его, - кивок на Эрика, - спокойствия!
Едва дождалась, пока пленникам распутают руки, оттолкнула с дороги мрачных конвоиров, обожгла быстрым поцелуем – и подтолкнула в спину.
- Беги! – махнула яростно…
…Очнулись Натан с Эриком, лишь когда деревня оборотней осталась далеко позади. С трудом отдышались, сменили бег на быстрый, но куда более осторожный шаг.
- Не хватало только медведя с лёжки поднять, - бормотал недовольный охотник. – Мор бы тебя забрал! И зачем я только согласился тебе помочь! Ушёл от мира, живу у самого Предела – так ведь и тут от соседей не избавиться! А такой сосед, как ты – чистая заноза в заднице!..
Ругаться Натан перестал, лишь когда лес значительно поредел, и окончательно умолк, когда оба вышли на каменистый холм с видневшимися невдалеке домами – его и соседской фермой – и далёкой деревней за тонкой змеёй мелководной реки. Солнце уже клонилось к западу, но до темноты ещё оставалось время.
- Тебе ведь дом снова разворотили, - вдруг вспомнил Натан. – Ставни повыбивали, дверь с петель снесли. Если хочешь…
- Я с радостью, - тотчас принял предложение лекарь.
Натан кивнул, и до дома, где их уже наверняка заждалась Ирида, дошли молча. Вампирша, как оказалось, и впрямь проснулась от дневного сна, и сейчас хлопотала по хозяйству, замешивая тесто под хлеб.
- Вернулись, - блеснула клыкастой улыбкой хозяйка. – Я знала, что вы справитесь! Запах-то звериный на вас остался, а на тебе, лекарь – ещё и женский!
- Ты завтракала? – вместо приветствия спросил Натан. – Я сейчас спущусь в погреб…
- Погоди! – одёрнула мужа вампирша. – Тут староста деревенский приходил…
- Не побоялся? – хмыкнул бывший охотник на нечисть.
- Так стучал, что я проснулась, - продолжала вампирша. – Ожидал тебя увидеть, но и меня не особо испужался. Говорит, мол, спрячьте вашего соседа у себя до поры, до времени. В деревню королевский отряд прибыл – рыцари да столичная стража. Ищут барона Эрика Рассмуссена по обвинению в колдовстве да сговоре с тёмными силами Мора… Завтра поутру к тебе придут, допрашивать. Ты всё-таки свой авторитет охотника на нечисть в глазах стражи не потерял…
Натан глянул на побледневшего барона Рассмуссена, поцокал языком, ухмыльнулся да вышел – в погреб за кровью.
- Не переживай, лекарь, - успокоила Эрика вампирша, отправляя хлеб в печь, - люди здесь хорошие. Хоть к нам с Натаном лишний раз на глаза не кажутся, а всё-таки по-своему принимают. Да и тебя в деревне полюбили. Не выдадут…
…Ирида оказалась права. Утром, когда смолк последний жуткий вой, и долина наполнилась блаженным безмолвием, королевский отряд во главе со столичным капитаном прибыл к дверям охотничьего дома.
Эрик, укрывшийся на чердаке, сквозь щели в досках видел целую толпу поселян, сопровождавших воинов до самого порога, во главе с деревенским старостой. Натан встретил людей на пороге, сделал удивлённое лицо.
- Чего надо? – поприветствовал он визитёров.
- Господин охотник, - обратился к нему капитан стражи, - мастера твоей гильдии докладывали, что ты человек надёжный. Знаешь ли такого человека, как барон Эрик Рассмуссен? Он обвиняется в чёрном колдовстве да сговоре с…
- Я не знаю даже жителей деревни, почтеннейший, - перебил Натан, - сам видишь, живу на отшибе. Мне эти твои Рассмуссены без интересу.
- Он мог представиться любым другим именем, - снова попытался капитан. – Но наверняка не оставил своего чёрного дела. Барон Эрик занимался врачеванием…
- Если бы у нас здесь появился лекарь, - широко улыбнулся Натан, - мы бы такое событие не пропустили. Верно, ребята?
- Верно! Правильно! – тотчас подхватил дружный хор голосов.
- Не было тут никого!
- Давно уж просили у властей знахаря-то прислать, так ни один не едет!!!
- Лучше б сами настоек да порошков лечебных нам завезли!
- Как нам помощь нужна – так дуля с маком, а как им…
- Барон? У нас?! Да вы в своём ли уме?!
- Усю деревню перерыли, ничо не нашли, сюды прибёгли! Грабить, чай, приехали, а чёрными знахарями прикрываются!
- И имечко-то какое выдумали – Размуздзен!
- Нет тут никого, родимые!
Капитан слушал недолго: плюнул с досады, махнул рукой – мол, обыскать дом – отвернулся от разгневанной толпы. Натан спокойно прислонился плечом к косяку, терпеливо подождал, пока воины вернутся ни с чем, сдержанно поклонился разозлённому капитану, помахал рукой убравшемуся восвояси отряду. Переглянулся с деревенским старостой, коротко улыбнулся расходившейся толпе и скрылся наконец в доме.
- Как ты это сделал?! – скатился с чердачной лестницы Эрик. – Они были тут, они смотрели на меня… нет, они смотрели сквозь меня! И не видели! Обошли кругом, потоптались и ушли! И Ирида… она ведь тут, на печи, спит! А они на неё даже не взглянули! Как… как?!
