– Конечно, так же.
– Тогда смотри мне в глаза! Я освобождаю тебя!
– Спасибо, мой господин…
Сайрус плакал, с каждой слезой избавляясь от тяжелого груза вины. Удивительным образом вся его жизнь осталась прежней, он не мог вернуть мать, не мог изменить жизнь Алмеи, но боль внутри ушла. Больше ничего его не грызло, словно замолчали голоса, которые каждую ночь шептали в его снах. Теперь он сможет жить дальше.
– Я могу увидеть мою невесту? Она знает, что я жив? Она приехала меня встречать?
– Клэр? – брат с сестрой снова переглянулись, и Урсула ответила:
– Она уже уехала, она устала после перелета и не стала дожидаться.
– Какого перелета? Разве она не здесь была? Неужели это было обязательно? Неужели так сложно было подождать меня здесь, в столице, это же всего… всего… сколько? Месяц? Два?
– Сайрус, только не волнуйся. Прошло десять месяцев с твоего отъезда. Многое изменилось. Твоя невеста была на войне, отправилась за тебя мстить.
– Но как? Она не могла! Не могла пойти штурмовиком, просто не могла, вы не должны были ее принимать! Она же еще совсем невинная девушка, она не должна была там оказаться!
– У нее же документы на помолвку без права инициации, подписанные мной, ты же знаешь, что это ее равняет в правах с законной женой. Ты же помнишь, что вы официально помолвлены?
Сайрус откинулся на спинку дивана и изумленно посмотрел по очереди на императора и на принцессу.
– Но вы же должны проводить тест импланта? Взять образец ДНК перед отправкой на войну, неужели вы не увидели, что там нет совместной ДНК? Там нет моей ДНК… Десять месяцев? Десять месяцев назад там точно не было моей ДНК! О нет, да за это время могло случиться все что угодно. Десять месяцев… а сколько она была на войне? Не важно, не важно. Я не хочу это знать.
Урсула задумчиво стучала ноготками по подлокотнику дивана и слушала. Такой вариант развития событий она не могла предусмотреть, все катится под откос. Если Сайрус Нири не сможет составить партию для их новой предводительницы, то значит, срочно придется искать ему замену. А кто из лордов захочет быть мужем леди, которая неизвестно чей генетический код совместила со своим.
– А скажите мне, капитан Нири, почему вдруг так вышло, что документы о помолвке подписаны, вы получили обратно свое наследство, а мой приказ так и не выполнен? Хотя оставим разговор о бумагах, дело не в них. Вы нарушили приказ. Вы нарушили мой приказ! Или об этом вы тоже забыли? Что вы должны были активировать леди Нивели?
– Я помню, госпожа принцесса, – произнес Сайрус упавшим голосом. – Я нарушил ваш приказ.
– И вы так спокойно говорите мне об этом?
– Нет, госпожа принцесса. Но на кону стоит честь моей семьи, и я не могу позволить опозорить мое имя.
– Честь вашей семьи, лорд Нири? А вы о ней думали, когда соглашались на эту работу? Да вы сами ее запятнали! – Урсула вскочила с дивана. – Март, делай с ним что хочешь, но в ИСО он больше служить не будет. И даже выходное майорское звание не получит! И не пытайся меня отговорить!
– Погоди, Урсула, это мы успеем решить. Я хочу узнать ответ на другой вопрос – если лорд Нири отказывается от своих прав на леди Нивели, то как же вышло, что она оказалась на фронте? Надо хотя бы попробовать найти виноватого. Речь сейчас идет о чести леди, ты же это понимаешь. И как по-твоему, на кого падут подозрения?
– Не надо, Март.
– Я мог бы сам догадаться. – Сайрус тоже встал с дивана и неловкими движениями поправил пряди волос, которые падали на лицо. – Как хорошо вернуться домой. В один момент я потерял работу, невесту и лучшего друга. Один раз я хотел поступить правильно, если уж не исправить того, что натворил. Мой повелитель, разрешите мне уйти.
– Разрешаю, мой лорд. В больницу. Сейчас. Иди и скажи, что я приказал тебя привести в порядок. И пожалуйста, брат мой, сделай так, чтобы эта твоя ошибка была единственной. Я в тебя верю.
Когда дверь закрылась за ушедшим лордом Нири, Март спросил:
– Ты уверена в своем Стенли Корне? Уверена, что это не он активировал девушку, пока они три месяца были в бегах? Вдвоем три месяца? Потому что если это он, вариантов у него два. Отвечать как лорду или отвечать как простолюдину.
– Если это он.
– Поэтому я и спрашиваю тебя – уверена ли ты в нем? Ему сейчас лучший друг выписал путевку в колонию, или на эшафот.
– Я и в Нири была уверена. И в капитане Дастинге я тоже была уверена. Но все, чего касается эта девчонка, все рассыпается на части! Это был идеальный план! Понимаешь? Да, я специально отправила его с ней, чтобы у нас наверняка был активированный Лан-лорд к началу военных действий! Но кто же думал, что всех вдруг одолеет такое морализаторство! И они все идут у нее на поводу, что я должна думать по этому поводу?
– А причем тут капитан Дастинг? Его же там и близко не было?
– Он на Бете-1 сейчас, его отстранили от работы, потому что вместо того, чтобы выполнять мои приказы, он делал то, что она просила его сделать. Почему мои офицеры выполняют ее приказы? Март, я сейчас очень зла. И даже понимая, что все идет в целом по плану, я все равно зла. Надави на нее, пусть она прекратит вертеть хвостом и пойдет в строй как положено.
– Я надавлю, но пока этот вопрос открыт – ты знаешь, что надо делать. Это закон. И то, что это твой мужчина, ничего не меняет.
– Хорошо, дай мне только поговорить с ним сначала. Просто поговорить.
Стен проснулся от стука в дверь. Какой стук? Какая дверь? Где он? Он открыл глаза – он у себя в кабинете. Он заснул в кабинете, прямо в кресле, вот полупустой стакан перед ним. Первым делом он бросился к комму, чтобы проверить, успел ли он отправить отчеты до того, как уснул. Хорошо, что все успел вовремя. Он крикнул «Войдите!» и машинально провел рукой по волосам, они успешно отрастали и создавали довольно неряшливый вид, если за ними не ухаживать. Горничная открыла дверь перед посетительницей и поинтересовалась, что принести. Принцесса лишь покачала головой, и Стен взмахом руки отправил прислугу. Урсула казалась довольно уставшей, было видно, что она не спала ночь, и даже платье было помято. Впрочем, он сам, наверное, выглядел не сильно лучше, он так и не успел переодеться с момента прилета.
– Дорогая, я очень рад тебя видеть. Я скучал. – Он встал ей навстречу и нежно поцеловал.
– И я рада. – Фальшь в ее словах была слышна за километр. – Нам надо поговорить, это серьезно.
– Что-то случилось? Все живы? Я, вроде, всех доставил в приличном состоянии.
– Нет-нет, все в порядке, Нири в больнице, Нивели дома, это создание в камере. Речь не об этом. – Она взяла его стакан с бренди и залпом выпила. Затем опустилась в кресло и расправила складки на юбке. – Если у тебя еще есть, то налей, пожалуй.
– Конечно. – Он налил бренди в стакан и кинул взгляд в окно, там было раннее утро. Бодро день начинается. – Урсула, я последнее время только и делаю, что пью и веду сложные разговоры. Пожалуйста, переходи к вопросу.
– Все дело в твоих отчетах, Стен. Знаешь, когда ты вернулся с Шагаде, я догадывалась, что я могу узнать. Даже не так, я, еще когда ты только улетал туда, знала, что там может быть. Может, не знала, как и с кем, и что в точности произойдет, но я знала, что рано или поздно у тебя случится откат. Не то, чтобы меня это не волновало, но я приняла это. И вот ты понимаешь, когда я читаю в отчете Лейлы про вашу операцию и ваш совместный откат, и когда я потом читаю в отчете врача все эти медицинские подтверждения вашего отката, я ожидаю увидеть и в твоем отчете нечто похожее. Но я этого там не вижу. И я, конечно, догадываюсь, чем ты руководствовался, когда сознательно сократил подробности. И в какой-то момент мне это показалось даже милым. Но одно дело, когда ты, исходя из каких-то правил приличий, просто не говоришь мне то, что я и так знаю. И совсем другое дело, когда у меня есть только один отчет оперативника и я не знаю, могу ли я ему верить.
– О чем ты? Ну да, я, конечно, должен был написать в отчете про Лейлу, но я просто не смог! Мне тогда только показалось, что между нами что-то есть. Что-то кроме того раза, когда тебе было скучно. Как я мог тебе сказать? Мне это казалось таким подлым.
– Но речь сейчас не о том. Просто все дело в доверии, я тебе абсолютно доверяла, и вдруг понимаю, что не могу этого делать. Что вот у меня пример, когда ты мне соврал. И причины уже не имеют значения. – Она сделала большой глоток бренди, чтобы как-то замаскировать паузу. – Я сейчас, наверное, глупо выгляжу, потому что прошу тебя сказать то, что я хочу услышать. Но на самом деле мне нужна правда.
– Я тебе соврал? Урсула, ты сама понимаешь, что ты говоришь?
– Я хочу сейчас задать тебе один вопрос, и хочу услышать правду.
– Отлично! Это было отличное вступление. Что ж, хорошо, если ты хочешь срывать покровы, то давай. Тогда я тоже оставляю за собой право на один вопрос. Согласна?
– Почему нет? Это будет справедливо. Скажи мне, ты спал с Клэр Нивели?
– Что? – Стен расхохотался. – Нет! Неееет! Ну что ты, конечно, нет. Это было бы слишком, слишком со всех сторон. Она, конечно, очень красивая и привлекательная, и я не могу сказать, что я об этом не думал, но нет. И вообще, как-то неправильно ставить в один ряд взрослую женщину, которая десяток лет провела в поле, и которая совершенно точно отдает себе отчет в своих действиях, и маленькую девочку, которая так наивно и трогательно влюбилась в Сайруса Нири. Да я боялся слово лишнее сказать при ней, она краснела по любому поводу. Это же вообще немыслимо! Она же считает меня своим другом, она доверяет мне, она плакала у меня на плече, когда оплакивала своего жениха! За кого ты меня принимаешь? А? Или что, это тоже было в отчетах ваших психологов? Тогда вам их, наверное, лучше всех выгнать, они даром свой хлеб едят. Ох…
Стен понял, что он стоит посреди кабинета и кричит на принцессу. Злость переполняла его, он так старался сделать все правильно, и как же так вышло, что теперь его возлюбленная считает его лжецом! Он снова налил бренди в стакан и выпил, хорошо утро началось, с огоньком. Он сел в свое кресло.
– Я прямо даже не знаю, что сказать, это было очень эмоционально. Я должна тебя предупредить, что вероятнее всего в ближайшее время будет проверка ее импланта, так что… а ты что хотел спросить?
– Это не так важно, но раз у нас серьезный разговор, то я спрошу. Ты правда спала со своими офицерами, я имею в виду кроме меня?
– Нет.
– А теперь настоящий вопрос. Почему ты мне врешь? Это что-то вроде того, что ты щадишь мое самолюбие? Или что? Потому что я знал правду, но меня это не волновало. Просто было интересно, как ты себя поведешь в такой же ситуации.
– Это уже второй вопрос.
– Я тоже хочу услышать правду. Хотя наплевать. Мне все равно. Лучше скажи, ты вот поэтому мне постоянно не договариваешь? Ты отправила меня сначала на Шагаде, не предупредив вообще о такой вещи, как откат. Потом ты посылаешь меня на Бету-1, прямо в заповедник штурмовиков, даже не сказав мне, что меня там ожидает.
– Это уже третий вопрос.
– Ну так ответь мне хоть на один! Хотя бы раз скажи мне правду. Если ты так хочешь – спроси меня о чем угодно.
– Ладно. Если ты настаиваешь. Да. Это правда. А не говорила я тебе потому, что не хотела, чтобы ты обо мне плохо думал. Поэтому я и не требовала от тебя никакой верности, просто думала, что все решится само собой. А третий вопрос… ответ тебе, наверное, не понравится. Но уж как есть. Все дело в том, что ты должен сам все понять и сделать выводы, найти границы для себя. Потому что нас всех так или иначе готовили к этому, а ты бы наверняка стал спорить и пытаться что-то доказать, если бы не почувствовал на себе. Доволен?
– Да. Я даже, похоже, узнал больше, чем хотел. Я задолжал тебе пару вопросов, и хотя игра получилась отвратительная, я готов ответить.
– Я узнала все, что хотела. Стен, прости меня, но боюсь, я ничем тебе не могу помочь. Мне очень жаль. – Она встала из кресла и, допив остатки бренди из их общего стакана, открыла дверь двум лейтенантам ИСО. – Ты задержан до окончания расследования. Лорд Нири подал на тебя жалобу о недостойном поведении, так что, пожалуйста, пройди с моими офицерами.
– Лорд Нири, как обычно, мерит людей по себе, впрочем, как и все остальные.
Отличное зимнее утро. Свежий снег сверкал на солнце, словно россыпь бриллиантов. Порыв холодного ветра на секунду растрепал его волосы, пока он выходил из дома и садился в машину.
Стен прошел семь шагов от двери камеры до противоположной стены.
Всего семь шагов.
За последние дни он успел изучить каждый сантиметр этих семи шагов. В эти семь шагов помещаются кровать с довольно удобным матрасом, крошечный столик и стул, небольшой экран на стене. Конечно, жаловаться было не на что, эта камера была намного комфортабельней, чем каюта на курьере, чем множество номеров отелей, в которых он жил. Здесь были обои на стенах, настоящее постельное белье на кровати и его вполне прилично кормили. Да еще и экран головидео, который, правда, показывал всего два канала – сериалы для домохозяек и про животных.
Он уже успел изучить все аспекты жизни краснохвостых попугаев на Бета-2 и вникнуть в сложности любовных отношений между юной и бедной полуэльфийкой и богатым бастардом земного лорда. Авторы, очевидно, вели к тому, что девушка отречется от своих корней во славу империи, а вот юноша делать таких поблажек новообретенным родственникам явно не собирался. Что ж, вполне предсказуемый сюжет, вполне возможно, что сценарий был проплачен ИСО. Но если и так, то они явно не скупились, потому что снято было довольно хорошо.
Но этот способ убить время не сильно помогал, как и все виды физических упражнений, доступных на этих семи шагах. Он сделал очередную серию отжиманий, на этот раз с хлопком ладонями, и снова включил видео. Все идет слишком медленно, он изнывал в этой камере без какой-либо информации извне. Трижды в день к нему приходил молчаливый охранник и ставил на стол поднос с едой, затем так же молча забирал пустой. Если отсчитывать время по приемам пищи, выходит, что он здесь уже четыре дня. Четверо суток он шагает свои семь шагов и смотрит в экран на пернатых, хвостатых и двуногих животных, и никто ему не говорит, что происходит с его делом. Он постоянно возвращался мыслями к тому разговору между ним и Урсулой; очевидно, что-то пошло не так.
Но что именно и в какой момент? Все шло относительно хорошо, пока не вернулся Сайрус. Если не считать того, что Клэр оказалась на фронте, хотя друг и просил его позаботиться о ней. Или не совсем так. Он просил сделать ее счастливой. Легко сказать, но как понять, что нужно женщине для счастья? Ему тогда казалось, что он поступил правильно. Конечно, это был немного странный план – протащить леди по всем закоулкам империи, укрывая ее от любопытных глаз, вместо того чтобы поручить ее своим подчиненным и остаться сидеть в штабе словно паук, дергающий за ниточки.
У него был готовый план, утвержденный руководством, план, куда спрятать леди Нивели, так почему он переиграл его в последний момент? Почему начальство это утвердило? Почему ему легко позволили такое самовольство? Не для того ли, чтобы это обвинение было реальным? Словно все толкало их в объятия друг друга. Нет, это какая-то нелепая мысль, кому бы это могло понадобиться?
– Тогда смотри мне в глаза! Я освобождаю тебя!
– Спасибо, мой господин…
Сайрус плакал, с каждой слезой избавляясь от тяжелого груза вины. Удивительным образом вся его жизнь осталась прежней, он не мог вернуть мать, не мог изменить жизнь Алмеи, но боль внутри ушла. Больше ничего его не грызло, словно замолчали голоса, которые каждую ночь шептали в его снах. Теперь он сможет жить дальше.
– Я могу увидеть мою невесту? Она знает, что я жив? Она приехала меня встречать?
– Клэр? – брат с сестрой снова переглянулись, и Урсула ответила:
– Она уже уехала, она устала после перелета и не стала дожидаться.
– Какого перелета? Разве она не здесь была? Неужели это было обязательно? Неужели так сложно было подождать меня здесь, в столице, это же всего… всего… сколько? Месяц? Два?
– Сайрус, только не волнуйся. Прошло десять месяцев с твоего отъезда. Многое изменилось. Твоя невеста была на войне, отправилась за тебя мстить.
– Но как? Она не могла! Не могла пойти штурмовиком, просто не могла, вы не должны были ее принимать! Она же еще совсем невинная девушка, она не должна была там оказаться!
– У нее же документы на помолвку без права инициации, подписанные мной, ты же знаешь, что это ее равняет в правах с законной женой. Ты же помнишь, что вы официально помолвлены?
Сайрус откинулся на спинку дивана и изумленно посмотрел по очереди на императора и на принцессу.
– Но вы же должны проводить тест импланта? Взять образец ДНК перед отправкой на войну, неужели вы не увидели, что там нет совместной ДНК? Там нет моей ДНК… Десять месяцев? Десять месяцев назад там точно не было моей ДНК! О нет, да за это время могло случиться все что угодно. Десять месяцев… а сколько она была на войне? Не важно, не важно. Я не хочу это знать.
Урсула задумчиво стучала ноготками по подлокотнику дивана и слушала. Такой вариант развития событий она не могла предусмотреть, все катится под откос. Если Сайрус Нири не сможет составить партию для их новой предводительницы, то значит, срочно придется искать ему замену. А кто из лордов захочет быть мужем леди, которая неизвестно чей генетический код совместила со своим.
– А скажите мне, капитан Нири, почему вдруг так вышло, что документы о помолвке подписаны, вы получили обратно свое наследство, а мой приказ так и не выполнен? Хотя оставим разговор о бумагах, дело не в них. Вы нарушили приказ. Вы нарушили мой приказ! Или об этом вы тоже забыли? Что вы должны были активировать леди Нивели?
– Я помню, госпожа принцесса, – произнес Сайрус упавшим голосом. – Я нарушил ваш приказ.
– И вы так спокойно говорите мне об этом?
– Нет, госпожа принцесса. Но на кону стоит честь моей семьи, и я не могу позволить опозорить мое имя.
– Честь вашей семьи, лорд Нири? А вы о ней думали, когда соглашались на эту работу? Да вы сами ее запятнали! – Урсула вскочила с дивана. – Март, делай с ним что хочешь, но в ИСО он больше служить не будет. И даже выходное майорское звание не получит! И не пытайся меня отговорить!
– Погоди, Урсула, это мы успеем решить. Я хочу узнать ответ на другой вопрос – если лорд Нири отказывается от своих прав на леди Нивели, то как же вышло, что она оказалась на фронте? Надо хотя бы попробовать найти виноватого. Речь сейчас идет о чести леди, ты же это понимаешь. И как по-твоему, на кого падут подозрения?
– Не надо, Март.
– Я мог бы сам догадаться. – Сайрус тоже встал с дивана и неловкими движениями поправил пряди волос, которые падали на лицо. – Как хорошо вернуться домой. В один момент я потерял работу, невесту и лучшего друга. Один раз я хотел поступить правильно, если уж не исправить того, что натворил. Мой повелитель, разрешите мне уйти.
– Разрешаю, мой лорд. В больницу. Сейчас. Иди и скажи, что я приказал тебя привести в порядок. И пожалуйста, брат мой, сделай так, чтобы эта твоя ошибка была единственной. Я в тебя верю.
Когда дверь закрылась за ушедшим лордом Нири, Март спросил:
– Ты уверена в своем Стенли Корне? Уверена, что это не он активировал девушку, пока они три месяца были в бегах? Вдвоем три месяца? Потому что если это он, вариантов у него два. Отвечать как лорду или отвечать как простолюдину.
– Если это он.
– Поэтому я и спрашиваю тебя – уверена ли ты в нем? Ему сейчас лучший друг выписал путевку в колонию, или на эшафот.
– Я и в Нири была уверена. И в капитане Дастинге я тоже была уверена. Но все, чего касается эта девчонка, все рассыпается на части! Это был идеальный план! Понимаешь? Да, я специально отправила его с ней, чтобы у нас наверняка был активированный Лан-лорд к началу военных действий! Но кто же думал, что всех вдруг одолеет такое морализаторство! И они все идут у нее на поводу, что я должна думать по этому поводу?
– А причем тут капитан Дастинг? Его же там и близко не было?
– Он на Бете-1 сейчас, его отстранили от работы, потому что вместо того, чтобы выполнять мои приказы, он делал то, что она просила его сделать. Почему мои офицеры выполняют ее приказы? Март, я сейчас очень зла. И даже понимая, что все идет в целом по плану, я все равно зла. Надави на нее, пусть она прекратит вертеть хвостом и пойдет в строй как положено.
– Я надавлю, но пока этот вопрос открыт – ты знаешь, что надо делать. Это закон. И то, что это твой мужчина, ничего не меняет.
– Хорошо, дай мне только поговорить с ним сначала. Просто поговорить.
***
Стен проснулся от стука в дверь. Какой стук? Какая дверь? Где он? Он открыл глаза – он у себя в кабинете. Он заснул в кабинете, прямо в кресле, вот полупустой стакан перед ним. Первым делом он бросился к комму, чтобы проверить, успел ли он отправить отчеты до того, как уснул. Хорошо, что все успел вовремя. Он крикнул «Войдите!» и машинально провел рукой по волосам, они успешно отрастали и создавали довольно неряшливый вид, если за ними не ухаживать. Горничная открыла дверь перед посетительницей и поинтересовалась, что принести. Принцесса лишь покачала головой, и Стен взмахом руки отправил прислугу. Урсула казалась довольно уставшей, было видно, что она не спала ночь, и даже платье было помято. Впрочем, он сам, наверное, выглядел не сильно лучше, он так и не успел переодеться с момента прилета.
– Дорогая, я очень рад тебя видеть. Я скучал. – Он встал ей навстречу и нежно поцеловал.
– И я рада. – Фальшь в ее словах была слышна за километр. – Нам надо поговорить, это серьезно.
– Что-то случилось? Все живы? Я, вроде, всех доставил в приличном состоянии.
– Нет-нет, все в порядке, Нири в больнице, Нивели дома, это создание в камере. Речь не об этом. – Она взяла его стакан с бренди и залпом выпила. Затем опустилась в кресло и расправила складки на юбке. – Если у тебя еще есть, то налей, пожалуй.
– Конечно. – Он налил бренди в стакан и кинул взгляд в окно, там было раннее утро. Бодро день начинается. – Урсула, я последнее время только и делаю, что пью и веду сложные разговоры. Пожалуйста, переходи к вопросу.
– Все дело в твоих отчетах, Стен. Знаешь, когда ты вернулся с Шагаде, я догадывалась, что я могу узнать. Даже не так, я, еще когда ты только улетал туда, знала, что там может быть. Может, не знала, как и с кем, и что в точности произойдет, но я знала, что рано или поздно у тебя случится откат. Не то, чтобы меня это не волновало, но я приняла это. И вот ты понимаешь, когда я читаю в отчете Лейлы про вашу операцию и ваш совместный откат, и когда я потом читаю в отчете врача все эти медицинские подтверждения вашего отката, я ожидаю увидеть и в твоем отчете нечто похожее. Но я этого там не вижу. И я, конечно, догадываюсь, чем ты руководствовался, когда сознательно сократил подробности. И в какой-то момент мне это показалось даже милым. Но одно дело, когда ты, исходя из каких-то правил приличий, просто не говоришь мне то, что я и так знаю. И совсем другое дело, когда у меня есть только один отчет оперативника и я не знаю, могу ли я ему верить.
– О чем ты? Ну да, я, конечно, должен был написать в отчете про Лейлу, но я просто не смог! Мне тогда только показалось, что между нами что-то есть. Что-то кроме того раза, когда тебе было скучно. Как я мог тебе сказать? Мне это казалось таким подлым.
– Но речь сейчас не о том. Просто все дело в доверии, я тебе абсолютно доверяла, и вдруг понимаю, что не могу этого делать. Что вот у меня пример, когда ты мне соврал. И причины уже не имеют значения. – Она сделала большой глоток бренди, чтобы как-то замаскировать паузу. – Я сейчас, наверное, глупо выгляжу, потому что прошу тебя сказать то, что я хочу услышать. Но на самом деле мне нужна правда.
– Я тебе соврал? Урсула, ты сама понимаешь, что ты говоришь?
– Я хочу сейчас задать тебе один вопрос, и хочу услышать правду.
– Отлично! Это было отличное вступление. Что ж, хорошо, если ты хочешь срывать покровы, то давай. Тогда я тоже оставляю за собой право на один вопрос. Согласна?
– Почему нет? Это будет справедливо. Скажи мне, ты спал с Клэр Нивели?
– Что? – Стен расхохотался. – Нет! Неееет! Ну что ты, конечно, нет. Это было бы слишком, слишком со всех сторон. Она, конечно, очень красивая и привлекательная, и я не могу сказать, что я об этом не думал, но нет. И вообще, как-то неправильно ставить в один ряд взрослую женщину, которая десяток лет провела в поле, и которая совершенно точно отдает себе отчет в своих действиях, и маленькую девочку, которая так наивно и трогательно влюбилась в Сайруса Нири. Да я боялся слово лишнее сказать при ней, она краснела по любому поводу. Это же вообще немыслимо! Она же считает меня своим другом, она доверяет мне, она плакала у меня на плече, когда оплакивала своего жениха! За кого ты меня принимаешь? А? Или что, это тоже было в отчетах ваших психологов? Тогда вам их, наверное, лучше всех выгнать, они даром свой хлеб едят. Ох…
Стен понял, что он стоит посреди кабинета и кричит на принцессу. Злость переполняла его, он так старался сделать все правильно, и как же так вышло, что теперь его возлюбленная считает его лжецом! Он снова налил бренди в стакан и выпил, хорошо утро началось, с огоньком. Он сел в свое кресло.
– Я прямо даже не знаю, что сказать, это было очень эмоционально. Я должна тебя предупредить, что вероятнее всего в ближайшее время будет проверка ее импланта, так что… а ты что хотел спросить?
– Это не так важно, но раз у нас серьезный разговор, то я спрошу. Ты правда спала со своими офицерами, я имею в виду кроме меня?
– Нет.
– А теперь настоящий вопрос. Почему ты мне врешь? Это что-то вроде того, что ты щадишь мое самолюбие? Или что? Потому что я знал правду, но меня это не волновало. Просто было интересно, как ты себя поведешь в такой же ситуации.
– Это уже второй вопрос.
– Я тоже хочу услышать правду. Хотя наплевать. Мне все равно. Лучше скажи, ты вот поэтому мне постоянно не договариваешь? Ты отправила меня сначала на Шагаде, не предупредив вообще о такой вещи, как откат. Потом ты посылаешь меня на Бету-1, прямо в заповедник штурмовиков, даже не сказав мне, что меня там ожидает.
– Это уже третий вопрос.
– Ну так ответь мне хоть на один! Хотя бы раз скажи мне правду. Если ты так хочешь – спроси меня о чем угодно.
– Ладно. Если ты настаиваешь. Да. Это правда. А не говорила я тебе потому, что не хотела, чтобы ты обо мне плохо думал. Поэтому я и не требовала от тебя никакой верности, просто думала, что все решится само собой. А третий вопрос… ответ тебе, наверное, не понравится. Но уж как есть. Все дело в том, что ты должен сам все понять и сделать выводы, найти границы для себя. Потому что нас всех так или иначе готовили к этому, а ты бы наверняка стал спорить и пытаться что-то доказать, если бы не почувствовал на себе. Доволен?
– Да. Я даже, похоже, узнал больше, чем хотел. Я задолжал тебе пару вопросов, и хотя игра получилась отвратительная, я готов ответить.
– Я узнала все, что хотела. Стен, прости меня, но боюсь, я ничем тебе не могу помочь. Мне очень жаль. – Она встала из кресла и, допив остатки бренди из их общего стакана, открыла дверь двум лейтенантам ИСО. – Ты задержан до окончания расследования. Лорд Нири подал на тебя жалобу о недостойном поведении, так что, пожалуйста, пройди с моими офицерами.
– Лорд Нири, как обычно, мерит людей по себе, впрочем, как и все остальные.
Отличное зимнее утро. Свежий снег сверкал на солнце, словно россыпь бриллиантов. Порыв холодного ветра на секунду растрепал его волосы, пока он выходил из дома и садился в машину.
***
Стен прошел семь шагов от двери камеры до противоположной стены.
Всего семь шагов.
За последние дни он успел изучить каждый сантиметр этих семи шагов. В эти семь шагов помещаются кровать с довольно удобным матрасом, крошечный столик и стул, небольшой экран на стене. Конечно, жаловаться было не на что, эта камера была намного комфортабельней, чем каюта на курьере, чем множество номеров отелей, в которых он жил. Здесь были обои на стенах, настоящее постельное белье на кровати и его вполне прилично кормили. Да еще и экран головидео, который, правда, показывал всего два канала – сериалы для домохозяек и про животных.
Он уже успел изучить все аспекты жизни краснохвостых попугаев на Бета-2 и вникнуть в сложности любовных отношений между юной и бедной полуэльфийкой и богатым бастардом земного лорда. Авторы, очевидно, вели к тому, что девушка отречется от своих корней во славу империи, а вот юноша делать таких поблажек новообретенным родственникам явно не собирался. Что ж, вполне предсказуемый сюжет, вполне возможно, что сценарий был проплачен ИСО. Но если и так, то они явно не скупились, потому что снято было довольно хорошо.
Но этот способ убить время не сильно помогал, как и все виды физических упражнений, доступных на этих семи шагах. Он сделал очередную серию отжиманий, на этот раз с хлопком ладонями, и снова включил видео. Все идет слишком медленно, он изнывал в этой камере без какой-либо информации извне. Трижды в день к нему приходил молчаливый охранник и ставил на стол поднос с едой, затем так же молча забирал пустой. Если отсчитывать время по приемам пищи, выходит, что он здесь уже четыре дня. Четверо суток он шагает свои семь шагов и смотрит в экран на пернатых, хвостатых и двуногих животных, и никто ему не говорит, что происходит с его делом. Он постоянно возвращался мыслями к тому разговору между ним и Урсулой; очевидно, что-то пошло не так.
Но что именно и в какой момент? Все шло относительно хорошо, пока не вернулся Сайрус. Если не считать того, что Клэр оказалась на фронте, хотя друг и просил его позаботиться о ней. Или не совсем так. Он просил сделать ее счастливой. Легко сказать, но как понять, что нужно женщине для счастья? Ему тогда казалось, что он поступил правильно. Конечно, это был немного странный план – протащить леди по всем закоулкам империи, укрывая ее от любопытных глаз, вместо того чтобы поручить ее своим подчиненным и остаться сидеть в штабе словно паук, дергающий за ниточки.
У него был готовый план, утвержденный руководством, план, куда спрятать леди Нивели, так почему он переиграл его в последний момент? Почему начальство это утвердило? Почему ему легко позволили такое самовольство? Не для того ли, чтобы это обвинение было реальным? Словно все толкало их в объятия друг друга. Нет, это какая-то нелепая мысль, кому бы это могло понадобиться?
